День, месяц, год… Время летело, подобно лепесткам сливы на ветру, столь же быстро и неуловимо, отчего заточение на правах целительницы в конце концов превратилось в обычную рутину. Оно бы осложнилось резкой сменой подхода к культивации, но когда Фэй Лю пробрался в кабинет к Гао Шэнинь и принёс несколько корней волшебного женьшеня, ситуация стала намного проще.

Несмотря на свой возраст и демоническое происхождение, Фэй Лю оказался довольно забавным, но и не лишённым самодовольства ребёнком. Ба Цюань не раз ловил его с поличным в кабинете Гао Шэнинь, но поскольку его никогда не ругали, малец чувствовал себя безнаказанным.

По сути, жизнь во дворце циньвана Фэй И мало чем отличалась от будней в духовной школе Баошань, разве что приходилось лечить перепуганных наложниц да побитых демонов. Его Высочество также вызывал её несколько раз, и в последний, произошедший десять дней назад, он выглядел чересчур мрачным и недовольным.

– Один из генералов Его Высочества перестал отвечать нам, – пояснил Ба Цюань. – Мы с Его Высочеством отправимся на земли Центральной равнины, чтобы разведать обстановку. Точнее, Его Высочество уже в пути. А этот достопочтенный задержался, чтобы… закончить кое-какие дела.

– Его Высочество ушёл? – удивилась Гао Шэнинь.

Они с Ба Цюанем беседовали в её кабинете, где теперь царил идеальный порядок, в котором разобрался бы даже несведущий в целительском деле человек. Из курильницы поднимался полупрозрачный сизый дымок, отдающий запахом жжёного сандала, а из распахнутого окна задувал влажный ветер. Небо, как и всегда, оставалось пасмурным.

В последнее время он всё чаще наведывался к ней, чтобы передать записки от наложниц, жалующихся на ту или иную боль. Казалось, этим должны были заниматься евнухи или служанки, но после случая с евнухом Фу к Гао Шэнинь их больше не подпускали: послания доставлялись либо через дворцовую стражу, либо… их приносил Ба Цюань. И мало того, что прислуга была безграмотной, так порой Гао Шэнинь получала такие записки, чуть ли не один в один написанные столь же ужасным почерком, как и у её ученика Да Сяо.

– Может, госпожа Гао желает, чтобы этот достопочтенный привёз ей что-то из дальних земель?

Он подошёл и остановился рядом с её рабочим столом, за которым Гао Шэнинь сшивала свои заметки по работе над пилюлями для восстановления женской энергии. Она покрутила тонкую иглу между пальцев и подумала, что для того, кто не особо интересовался её обществом, Ба Цюань стоял слишком близко.

– Его Высочество предоставил все необходимые условия для работы и комфортного существования. Не стоит беспокоиться об этой заклинательнице.

То ли дело в демонической метке, которую Ба Цюань поставил на неё, и теперь она влияла на восприятие реальности, то ли Гао Шэнинь никак не могла раскусить натуру демонического поведения, но эти «ухаживания» вызывали у неё лишь смятение. К тому же она сразу почувствовала волнение тёмной энергии Ба Цюаня, стоило ей холодно отреагировать на его предложение.

Наверное, Гао Шэнинь позволила бы себе мысль, что Ба Цюань проявлял к ней симпатию, но учитывая, что к остальным живым существам он испытывал разве что снисходительное презрение, она не позволяла себе расслабляться. Может, он видел в ней ценный трофей, который должен был принадлежать Фэй И? И теперь это тешило его самолюбие? А если ему удастся овладеть целительницей, то, считай, ему будет дан доступ ко всем секретам гарема. А девушки, пусть и обычные люди, ой как коварны. Это сначала ими правил страх, а теперь каждая из них билась за внимание и благосклонность Его Высочества.

Гао Шэнинь желала провести этот день в спокойствии, но её мечтам просто не суждено было сбыться. Стоило Ба Цюаню покинуть её, как через пару шичэней к ней в кабинет вломился перепуганный Фэй Лю.

– Госпожа! Госпожа Гао, моя матушка!..

Одного взгляда на Фэй Лю хватило, чтобы отбросить все свои дела и броситься ему на помощь. Он буквально ввалился к ней через окно и выглядел так, что не оставалось сомнений, – он бежал во дворец из кленовой рощи, не смея даже остановиться, чтобы перевести дыхание. Раскрасневшийся, перепуганный, Фэй Лю глотал воздух и цеплялся острыми когтями за плечи Гао Шэнинь, не обращая внимания, что таким образом порвёт всё её одеяние.

– Моя матушка… напали!.. на неё напали за… заклинатели… они тут… помо… ах…

Погрузив Фэй Лю в сон и уложив его на кушетку, Гао Шэнинь быстро сформировала защитное заклинание вокруг кабинета, а затем выпрыгнула в окно, полетев к роще клёнов. В последние месяцы она допускала одну и ту же ошибку, что в итоге обременило её новой слабостью – привязанностью к Фэй Лю. Невольно Гао Шэнинь сравнивала его с Да Сяо, тоска по которому заставила её подпустить молодого демонёнка слишком близко.

Только на полпути к кленовой роще она с раздражением осознала, что следовало оповестить стражу. Но если Си Сянь, жене Его Высочества, угрожала опасность, следовало правильно расставить приоритеты. Пока Гао Шэнинь находилась в плену у демонов, то успела неплохо понять расположение камешков на игровой доске этого мира.

И судя по тому, какая картина предстала перед ней в кленовой роще, заклинателям удалось существенно навредить одной из важнейших фигур.

Опустившись на землю, покрытую выжженой травой и пеплом от мощных атакующих заклинаний, Гао Шэнинь обнаружила среди почерневших голых клёнов Си Сянь, наполовину обратившуюся змеёй: верхняя часть оставалась человеческой, а вместо ног тянулся длинный хвост. Судя по следу на рыхлой поверхности, демоница успела проползти несколько чжанов, но силы почти покинули её: она тяжело дышала, лёжа рядом с мёртвыми змеями.

– Госпожа, – тихо позвала её Гао Шэнинь.

Си Сянь ничего не сказала, лишь подняла на неё ненавидящий взгляд, пока по подбородку стекала густая тёмная кровь.

– Фэй Лю в безопасности, я оставила его под защитным барьером и сразу побежала сюда, чтобы помочь вам.

Услышав, что её ребёнку ничего не угрожает, Си Сянь заметно расслабилась и выдохнула. Лёжа на боку, она поглядывала на Гао Шэнинь насторожённым взглядом, но когда та потянулась к ней, предлагая исцелить раны, кивнула. Тепло чужой энергии заставило её испустить облегчённый вздох и тихо прохрипеть:

– Эти заклинатели пришли за главной наложницей. Город окружает барьер, а кленовая роща… единственное место, через которое можно войти… в наши угодья…

– Госпожа серьёзно ранена, – держа руку с мерцающей зелёной энергией у открытой раны на животе, невозмутимо констатировала Гао Шэнинь. – Госпоже лучше не говорить, чтобы сохранить силы.

– Не… нет. Что-то… не так…

– Говорю же, госпоже лучше не разговаривать, – опустив холодный немигающий взгляд на Си Сянь, чистым и заботливым голосом произнесла Гао Шэнинь. – Однако госпожа продолжает говорить. Кто знает, что может произойти дальше?

Достопочтенная супруга великого циньвана Фэй И показала себя змеёй во всех смыслах этого слова, и, несмотря на то, что она предпочитала обитать у подножия горы в роще клёнов, нередко посещала замок. И тогда девушкам из гарема можно было только посочувствовать. Как Гао Шэнинь успела понять, Си Сянь ворвалась с Фэй И в мир людей рука об руку, но стоило тому завоевать западные территории и осесть во дворце, как он стал собирать вокруг себя других женщин: демониц, заклинательниц, простых смертных. Ревность пожирала змею изнутри. Даже после того, как она родила для своего циньвана не одного ребёнка, тот не питал к ней нежных чувств.

Да и ни к кому в принципе. Даже своего старшего сына Фэй Лю он едва ли одаривал вниманием, сосредоточившись лишь на завоевании мира людей и желании выслужиться перед своим отцом, достопочтенным императором демонов.

– Ты… – прохрипела Си Сянь, чувствуя что-то неладное.

Гао Шэнинь молчала, бесстрастно наблюдая… нет, даже не так. Не наблюдая, а собственноручно вытягивая из неё силы, проникая тонкими нитями ци в демоническое ядро, чтобы аккуратно извлечь сердцевину. Парализованная болью и ужасом, смотря на неё широко распахнутыми глазами, Си Сянь открыла рот в немом крике. Она не могла издать ни звука, напряжённая и натянутая, словно струна гуциня, – если надавить, то она порвётся.

Шли долгие мгновения, и вот, убрав руку, испачканную чужой кровью, Гао Шэнинь рассмотрела в своих пальцах крохотную жемчужину, пульсирующую тьмой. Тело демоницы вздрогнуло, а затем, обмякнув, начало расслаиваться, обращаясь в труху. Тёмное ядро высшего демона – один из наиболее редких ингредиентов, который Гао Шэнинь сможет использовать для изготовления артефакта или пилюль.

Несмотря на привязанность к Фэй Лю, Гао Шэнинь не собиралась поддаваться слабости и жалеть тех, кто ему дорог. Она не тронет мальчика, но сделает всё необходимое, чтобы вырваться из-под чужого влияния.

Окутав ядро заклинанием и спрятав в цянькунь, она терпеливо ожидала под тенью скалы, прислушиваясь к ветру и шелесту редкой листвы. Виновники торжества— первый шаг к её освобождению, – не заставили себя долго ждать, показавшись в узком проходе, зажатом между обрывами скал. Двое заклинателей и одна женщина в дорогом тёмном жуцюне[78], старательно придерживающая подол длинной юбки, оторопело замерли, заметив среди выжженых деревьев одинокий силуэт Гао Шэнинь.

– Г-госпожа Гао? – сбивчиво пискнула Мянь Хуэй.

– Мастер Гао Шэнинь? Вы всё ещё живы?

Подняв взгляд, Гао Шэнинь мрачно прищурилась. Поигрывая метёлкой, приготовленной ещё до прибытия заклинателей, она подметила:

– Смотрю, третий мастер школы Баошань не рад этому. Хотя глава собственноручно отдал эту достопочтенную Его Высочеству.

Несмотря на то, что с виду Гао Шэнинь куда больше напоминала ледяную статую, не способную выразить эмоции, она искренне удивилась прибытию заклинателей из Баошаня. Один из них – мастер, другой – старший заклинатель, за спиной которого спряталась Мянь Хуэй, чуть не потерявшая сознание от испуга и потрясения.

– А где ещё один?

– Там же, куда твой маленький ублюдок отправил своих братьев и сестёр по оружию! – разъярённо выплюнул мастер духовной школы, оскорбившись невозмутимостью собеседницы. – Столько лет глава Ан был ослеплён тобой, но наконец он прозрел и освободился от твоих чар, демоница. Мы ему говорили, что ты сбежала к демонам, оставив свою тварь, а он…

– О чём ты? – чем дольше его слушала Гао Шэнинь, тем больше не понимала, о чём шла речь. – Главе Ан пришло требование от циньвана Фэй И. Он должен был предоставить ему опытного целителя для обслуживания своего гарема. Глава Ан отдал меня в обмен на… безопасность духовной школы.

– Пха! – надменно усмехнулся мастер, переглянувшись с союзником. – Ты, неблагодарная демоница, ещё смеешь оправдываться и делать вид, что сострадаешь миру и болеешь о народе[79]. Достопочтенный глава узнал о твоём побеге только после того, как твой ученик устроил резню на пике целителей. Погибли все, включая это демоническое отродье. Глава лично снёс ему голову!

– Ч-что? – оторопело спросила Гао Шэнинь. По телу пробежала удушающая слабость, в голове, подобно осам, зажужжали мысли, однако она постаралась сохранить самообладание. Вот только думала она слишком долго, отчего мастер духовной школы продолжил поливать её голову собачьей кровью[80]:

– А ведь глава Ан надеялся, что его обожаемая госпожа Гао всего лишь жертва обстоятельств. Он отправлял тебе письма, но ни на одно из них не получил ответа.

– Вы рассчитывали получить ответ из дворца демонов? – скептически уточнила Гао Шэнинь.

– А ты думала, как мы смогли связаться с госпожой Мянь? Наложницам и циньвану всегда преподносят много даров. Их проверяют, но настолько ли тщательно? К тому же этот ублюдок хотя бы формально отвечал школе Баошань, но письма, в которых глава Ан спрашивал о тебе, оставались без ответа.

У Гао Шэнинь закружилась голова. Она крепче сжала метёлку, силясь отыскать опору с помощью духовной энергии. Метка на плече тепло запульсировала, словно Ба Цюань спрашивал, всё ли с ней хорошо? Он чувствовал каждое изменение в её организме, мог за несколько ли понять, когда у неё учащается сердцебиение, а когда тело перекручивает от боли. Это означало лишь одно – времени у неё оставалось немного.

– Вы глупцы, – выдохнула она, подняв тяжёлый взгляд на Мянь Хуэй, выглядывающую из-за чужой спины с видом перепуганного, но дерзкого кролика. – Вас просто найдут и уничтожат. Вы убили достопочтенную супругу Его Высочества и похитили наложницу.

– Ты не понимаешь, предательница, – шикнул заклинатель. – Нам пришло письмо от благородной семьи Чэнь, а также известие, что на нашу сторону встанет сам благородный цилинь из далёкой Вакоку. Перемены уже близки, а таких предателей, как ты, ждёт лишь ничтожная смерть.

Гао Шэнинь покрутила метёлку, собранную из волос того самого благородного цилиня. Но могущество светлого духа из далёкой Вакоку её волновало в последнюю очередь. Подрагивающие пальцы крепче сдавили деревянную рукоять, пока сердце всё сильнее било по рёбрам, а в голове тревожно крутилась мысль о Да Сяо. Позволив духовной энергии выйти за границы своего тела и одарив заклинателей взглядом голодной волчицы, Гао Шэнинь предприняла последнюю попытку узнать правду:

– Что произошло с Да Сяо?

Услышав имя её ученика, заклинатели скривились так, словно она восхваляла демона из глубин Бездны. Определив для себя некую истину, мастер духовной школы Баошань насупился и, медленно достав меч из ножен, предупреждающе направил его на Гао Шэнинь.

– Твой ученик впал в неистовство, стоило тебе покинуть Баошань. Он убил несколько заклинателей и трёх учеников, прежде чем глава Ан Жань лично не снёс ему голову. Вот что произошло, мастер Гао. Даже если в ваших словах есть доля правды, и таким образом ваш ученик решил отомстить духовной школе, это его не оправдывает. А теперь либо отойдите, либо отправляйтесь к нему на небеса… или же в Бездну.

Воздух задрожал, внезапно повеяло холодом. От одного лишь вдоха у заклинателей запершило горло, а у Мянь Хуэй и вовсе подкосились ноги. Гао Шэнинь казалось, что ещё немного, и она переломит тонкую ручку метёлки, а затем распотрошит её обрубками этих заклинателей.

– Как жаль… – прошептала Гао Шэнинь, сморгнув проступившие бусины слёз. Её мрачный взгляд задержался сначала на одном заклинателе, затем на другом, а потом упал на Мянь Хуэй, сжавшуюся от ужаса. – Жаль, но эта достопочтенная не может позволить себе оставить в живых хотя бы одного свидетеля. Кто и отправится на великий суд, так это вы.