Её звали Джейн Уайлд.

Эта умная и милая девушка изучала иностранные языки в Лондонском университете и была младше Стивена на два года. Их первая встреча произошла совершенно случайно – они познакомились на вечеринке и проговорили весь вечер. Стивен сразу понравился Джейн – он без умолку рассказывал о своих необыкновенных теориях и отпускал колкие, но забавные шутки.

Пару дней спустя они столкнулись на улице. Стивен расхрабрился и пригласил девушку на свидание. Эта встреча, так вовремя посланная ему судьбой, решила всё. Молодые люди стали встречаться и вскоре поняли, что полюбили друг друга.

Стивен, который в то время ещё мог ходить (хоть ему частенько приходилось опираться на спутника), рассказал девушке о недуге, который рано или поздно приведёт его к полному параличу. А ещё заметил, что жить ему, видимо, осталось недолго. Джейн успокоила любимого, ведь теперь они вместе, а вдвоём легче одолеть любую беду. Она с восхищением смотрела на Стивена – он никогда не сдавался!

Джейн была хорошо образована, отличалась живым умом и сразу поняла, что отныне должна помогать Стивену во всём, даже в его работе. Она станет неустанно заботиться о нём, несмотря на все трудности. Для начала надо было завоевать доверие его родителей, которые были не в восторге от выбора сына. Они полагали, что девушка бросит Стивена, как только болезнь перейдёт в тяжёлую форму.

И всё же Стивен и Джейн не расстались, они обручились, а через год сыграли свадьбу. Их брак продлится четверть века. Со временем у них родится трое детей – Роберт, Люси и Тим.

С появлением семьи у Стивена словно открылось второе дыхание. Тем более что годы шли, а он, вопреки прогнозам врачей, продолжал жить.

Молодой учёный получил исследовательскую стипендию, защитил диссертацию по теоретической физике и начал писать свои первые научные статьи.

Джейн повсюду следовала за мужем – ему становилось всё труднее передвигаться без посторонней помощи. Болезнь потихоньку добралась до речи – Стивен начал шепелявить, точно во рту у него была каша. Да и руки отказывались служить – стало сложно печатать на компьютере, а тексты приходилось диктовать. Джейн, набравшись терпения, взялась «переводить» невнятную речь Стивена и писать под его диктовку. А ещё помогала мужу во всех житейских делах – одевала его, мыла и даже начала водить машину.

И всё же нет худа без добра. Чтобы обхитрить болезнь, Стивен стал придумывать всякие уловки. Не получается писать? Не беда, он будет мыслить не формулами, а картинками! Такой метод работы подсказывал ему яркие образы для своих теорий. И как знать, может, не будь этого недуга, учёный не смог бы так сосредоточенно размышлять и не создал бы свои прославленные теории! Например, теорию о чёрных дырах.

Вы можете спросить, а что такое чёрные дыры?

Прежде всего заметим, что чем крупнее звезда, тем больше сила её гравитационного притяжения[12]. Когда жизнь гигантской звезды (размером больше Солнца) подходит к концу, то под действием огромной силы гравитации её атомы с нарастающей скоростью начинают притягиваться друг к другу. И тогда звезда принимается коллапсировать, то есть стремительно сжиматься[13], сокращаясь в размерах. Если этот процесс продолжится, то её размер уменьшится до крошечной частицы от того, какой звезда была вначале. Однако материя, из которой состояла звезда, никуда не денется. А теперь представьте: сначала звезда была раскалённым гигантом, потом превратилась в крохотную крупицу, но её масса осталась прежней. Это значит, что звезда сжалась плотно-плотно, да так, что даже свет не может вырваться наружу. Ничто не может выскочить из этой ловушки – ни материя, ни энергия.

Так появился термин «чёрная дыра» – ведь всё, что туда попадает, обратно не возвращается. В такой сверхплотной звезде максимально сжимается как пространство, так и время – поэтому в чёрной дыре их практически нет. В сущности, время не существует отдельно от пространства. Оно представляет собой лишь одно из измерений, определяющих пространство.

Если мы внимательно посмотрим на любой предмет, то обнаружим, что кроме ширины, высоты и глубины у него существует ещё одна величина – отрезок времени, в течение которого этот предмет находится в данном месте. А значит, время по праву можно назвать четвертым измерением, таким же важным, как и три остальные.

А теперь вообразим, что кто-то уселся на поверхности чёрной дыры, чтобы понаблюдать за космосом (на самом деле это невозможно, так как чудовищная сила гравитации тотчас раздавила бы смельчака). Он бы увидел, что в космосе всё происходит с бешеной скоростью, ведь время наблюдателя, наоборот, стояло бы на месте.

Как ни удивительно, но идея чёрных дыр известна с тех пор, как люди стали заниматься физикой, вернее, её теоретическим разделом. В восемнадцатом веке, когда явление гравитации уже было открыто, учёные выдвинули предположение, что некоторые звёзды могут превращаться в чёрные дыры. Однако до появления мощных современных телескопов никому не удавалось показать, что такие дыры и вправду существуют. Да и сегодня напрямую увидеть чёрную дыру не получится – ведь она не испускает свет, а значит, становится самой настоящей невидимкой.

И всё же дыру можно обнаружить по её влиянию на окружающее пространство. Её мощная сила гравитации притягивает любой предмет, оказавшийся рядом, а дыра в мгновение ока его проглатывает. Вокруг дыры образуется зона невозврата – так называемый горизонт событий, за которым обратной дороги нет.

Чёрная дыра способна даже изменять орбиты[14] близлежащих звёзд. Наблюдая за подобными аномалиями[15] в движении светил, исследователи могут понять, где находится сама дыра.

Однако Хокинг усомнился: неужели и вправду ничто не может вырваться из чёрной дыры? Знания, которые он получил, изучая квантовую механику, подсказывали ему, что чёрная дыра не может удерживать в своих недрах всё, что проглотила.

«Если чёрные дыры обладают энтропией, значит, у них есть температура. А следовательно, они должны испускать какое-то излучение. При этом считается, что чёрные дыры ничего не выпускают наружу. Как такое возможно?» – размышлял Стивен.

В основе квантовой механики лежит принцип неопределённости. Он гласит, что Вселенной правит случай. А это значит, что у частиц нет строго определённых траекторий движения в пространстве-времени. Если мы захотим проследить за конкретной частицей, то никогда не сможем точно сказать, где она находится в тот или иной момент.

В 1974 году Стивену пришла в голову идея, что чёрные дыры, возможно, не так уж и черны – иначе говоря, они удерживают не всё, что поглотили. Учёный выполнил сложнейшие расчёты и показал, что существуют частицы, способные вырваться из дыры в виде излучения[16]. Если такое излучение существуют, значит, чёрные дыры не могут жить вечно – потихоньку они испаряются, а в конце концов взрываются и гибнут.

– Если это так, то Эйнштейн ошибался, когда говорил, что Бог не играет в кости[17], – заметил Стивен. – Бог не только играет в кости, но иногда бросает их так далеко, что нам не видно.

Поначалу учёный не был до конца уверен в своей теории и рассказал о ней лишь немногим коллегам. Однако весть о революционном открытии быстро облетела научный мир. В день рождения Стивена у него зазвонил телефон. Это был его коллега Роджер Пенроуз. Он так восхищался новой теорией, что говорил и говорил без передышки. Разговор затянулся, и у Стивена, к его досаде, даже остыл обед.

Теория Хокинга до сих пор вызывает споры. Когда Стивен публично рассказал о своём открытии, многие исследователи с ним не согласились. Впрочем, космология тем и интересна, что ставит перед учёными непростые задачи. А Вселенная крепко хранит свои тайны.