И вот наступила пора выпускных экзаменов. Так как Стивен учился не очень-то усердно, он решил выбрать экзамен по теоретической физике – там требовалось меньше фактических знаний, и он надеялся проскочить.

Накануне испытаний Стивен так разволновался, что ночью глаз не сомкнул. В результате на экзамене он едва не провалился. На финальном собеседовании экзаменаторы спросили его о планах на будущее.

– Меня интересует космология[8], – ответил Стивен. – Если получу диплом первой степени – займусь наукой в Кембридже, а если второй – останусь здесь, в Оксфорде!

Так он получил диплом первой степени. «Видимо, они просто захотели избавиться от меня», – с иронией говорил Стивен.

Это событие он решил отметить поездкой на Восток. Стивен добрался до Ирана как раз в тот момент, когда там произошло страшное землетрясение. Однако он ничего не заметил – так скверно чувствовал себя в тот день.

Такое с ним уже случалось во время учёбы в Оксфорде. Хокинг вдруг становился неуклюжим и ощущал странную скованность в движениях. Как-то раз после занятий он ни с того ни с сего упал с лестницы – друзья тотчас кинулись к нему на помощь и на руках отнесли в его комнату. Стивен долго не мог прийти в себя.

Его осмотрел врач, но на все расспросы ответ у него был один:

– Веди здоровый образ жизни!

В 1962 году Стивен поступил в Кембридж. Наконец-то он мог заняться делом, которое увлекало его всё больше и больше, – изучением Вселенной. Но по какому пути пойти? В те времена существовало немало теорий о Вселенной и подходов к её исследованию. Порой они противоречили друг другу. Может, выбрать космологию, которая изучает Вселенную в больших масштабах? Или взяться за чрезвычайно малые элементарные частицы[9]?

Впрочем, Хокинг полагал, что подходы к изучению таких частиц давно устарели. Гораздо больше его привлекала теория относительности Эйнштейна. Однако в ту пору космология и теория гравитации считались крайне сложными для иссследований, и учёные обходили их стороной.

И всё же Стивен выбрал именно эти направления. Так как в Оксфорде он в основном изучал физику, то его преподаватель посоветовал ему заняться астрофизикой. Этот раздел астрономии изучает явления, происходящие в самых разных небесных объектах – от звёзд до антивещества[10]. Но Хокингу это показалось слишком просто.

На самом деле его интересовала Вселенная целиком – от начала и до конца. «Почему Вселенная вообще существует?» – раздумывал он.

Чтобы ответить на этот вопрос, нужно было углубиться в такие научные материи, как электродинамика, энтропия и теория времени. И хоть юному Хокингу не хватало знаний по математике, кое-какие идеи об устройстве Вселенной у него уже были. Он делал первые шаги в науке, но его выступления на лекциях таких маститых учёных, как профессор Хойл, вызывали у слушателей целую бурю эмоций – от удивления до возмущения. Откуда взялся этот щуплый очкарик, мальчишка, что позволяет себе делать столь дерзкие заявления? Кто он – возмутитель спокойствия или начинающий гений? Вся эта шумиха совершенно не смущала Стивена – скорее, забавляла.

У него всегда было отменное чувство юмора. Однако теперь ему было не до шуток. В ту зиму, катаясь на коньках, Стивен вдруг почувствовал, что ноги перестали слушаться, – он рухнул на лёд и не смог подняться.

На этот раз он прошёл серьёзное медицинское обследование – врачи взяли у него образец мышечной ткани и сделали рентгеновские снимки.

Диагноз прозвучал как гром среди ясного неба – БАС! Боковой амиотрофический склероз – редкая и, увы, смертельная болезнь. Она прогрессирует медленно, но верно, постепенно лишая человека способности двигаться.

Убитые горем родители спросили врачей, долго ли проживёт их сын.

– Жить ему осталось от силы года два. Наука здесь бессильна. Увы, тут уж ничего не поделаешь.

От такого известия у Стивена всё внутри похолодело. Ему шёл двадцать второй год. Болезнь станет подтачивать его организм медленно – лёгкие и сердце будут работать как прежде, но мышцы мало-помалу перестанут слушаться. При этом ум останется ясным. Его сознание окажется словно запертым в неподвижном теле.

Стивен погрузился в глубокую депрессию. Какой смысл работать над диссертацией – всё равно он не доживёт до её защиты. Его стали мучать кошмарные сны. Как-то ночью Стивену приснилось, что его приговорили к смертной казни. Но что удивительно, страшный сон не поверг его в пучину отчаяния, а стал началом крутых перемен. До болезни всё Стивену казалось скучным. Но теперь…

«Если казнь отложат или меня каким-то чудом помилуют, я смогу ещё столько всего сделать!» – подумал он, проснувшись.

Как ни странно, но его недуг – личная энтропия Стивена – сработал как катапульта[11]. Болезнь словно встряхнула его и вывела из состояния душевной апатии. Хокинг вдруг понял – хватит раскисать! Если ему и впрямь суждено скоро умереть, то остаток жизни он посвятит науке – он должен разработать, а если получится, то и доказать свои теории о Вселенной.

Впрочем, тот сон был не единственной причиной, по которой Стивен снова захотел жить. В ту пору в его судьбе произошло ещё одно совпадение. Звёзды сошлись. Он встретил свою любовь.