Тело агента, под жалобный скрип стола, упало на металлическую поверхность, и в помещении повисла тишина. В его красный искусственных глазах всё ещё томилась тусклая искра жизни, однако никто даже и представить не мог, каково это — оказаться запертым в подобных условиях. Никто, кроме Мыши.

Элли осмелилась подойти первой, сначала убедившись, что Ямидзава действительно обездвижен. Ею двигал исключительно профессиональный интерес, помноженный на некое чувство превосходства. Ведь в прошлый раз им пришлось бежать по влажной от сырости канализации, спасаясь от того, кто, по её мнению, был самым опасным противником, кого им пришлось повстречать. А теперь он медленно истекал кровью на её столе, а множественные импланты были превращены в обычную груду мусора.

Я, сбросив груз с плеч, отошёл к дальней стене, опёрся спиной о твёрдую поверхность и сложил руки на груди. Пока остальные внимательно осматривали новый сосуд для Мыши, я на мгновение закрыл глаза и выдохнул. Битва получилось намного более изматывающей, чем могло показаться на первый взгляд. Всё произошло довольно быстро. Вот мы теснимся в магазинчике, затем пытаемся убить друг друга на крыше, после чего — полёт и злосчастное падение.

Моему телу удалось пережить невообразимое, а именно не рассыпаться на миллионы мелких осколков, и главное, выдержать в битве против корпоративного агента. Не знаю, означало ли это, что я готов встретить всё, что меня будет поджидать в Коконе, учитывая плазменные пушки и прочие секреты, но выбора практически не осталось.

Если до сих пор не превратился в монстра, может, и получится дотянуть последние двадцать минут до прихода ответа. Даже думать не хочу, если внезапно мне откажут. В таком случае придётся штурмовать неприступные стены Кокона и продавать свою жизнь за зыбкий шанс пройти биологическое обнуление.

Баух рассказал, что это своего рода полная реконструкция на уровне ДНК, дабы соискатель извне не занёс какую-нибудь заразу в так называемый Рай на земле. Являлся ли он таковым на самом деле? Думаю, очень скоро сумею самостоятельно выяснить. Само обнуление меня не пугало, напрягало то, как будет проходить сам процесс. Однако доктор опять же заверил, что это, скорее, процедура очищения цепей и клеток, нежели полное разрушение и воссоздание заново. Буду надеяться, что это именно так.

Как бы то ни было, моё тело к этому готово. Ямидзава оказался достойным противником, и надо признать, что без новой способности Нейролинка мне пришлось бы совсем тяжело. Влияние напрямую на матричные импринты людей, разбирая их до молекул, открывало передо мной целый пласт возможностей. Складывалось ощущение, что я могу не только за секунду превратить человека в овощ, но и сделать так, что возвращаться в принтер будет нечему. К тому же, не стоит забывать, что, разлагая матричный импринт, я мог собрать его воедино, подкорректировав некоторые аспекты.

Возможно ли полностью изменить человека? Скажем, из кровожадного ублюдка, переквалифицировать в маленького розового пони? Ведь, в конечном счёте, речь шла о технологии и умении, которыми владела исключительно система напрямую через сеть принтеров. Лишь один этот факт вызывал у меня такое количество вопросов, что голова шла кругом. Не говоря уже о том, что эта способность в очередной раз подтверждала уникальность моего импланта. Думаю, наконец пришло время, чтобы получить на них ответы.

Открываю глаза и вижу, что на меня смотрят все присутствующие, кроме Фи и Трева. Их тела всё ещё лежали в ванночке и, судя по глазами Элли, пришло время. Я бросил взгляд на тело агента, на то, как медленно двигалась его грудная клетка, и на всякий случай запустил Нейролинк. Матричный импринт предстал передо мной как фрагментированный на несколько тонких слоёв носитель информации. Они дрожали, едва заметно шевелились, будто пытались собраться воедино, но, в целом, были достаточно разрознены, чтобы держать своего владельца в состоянии псевдонебытия. Значит, никуда он не денется.

— Мы пришли, как только услышали гро…— вбежав в бункер, воскликнула Фокс, а увидев обнажённое по пояс тело агента на столе, встревоженно поинтересовалась. — А это ещё кто такой?

— Погоди, — прищурившись вмешалась Седьмая, чьи фиолетовые наушники вновь оказались у неё на шее. — Я помню эту рожу. Это он убил Мышь!

— И пытался закончить начатое и убить Смертника, — ответила Элли, кивая в мою сторону. — Но, как видишь, у него это не получилось.

— Ты посмотри на весь этот хром! — продолжила Седьмая, прикасаясь к торчащим из-под кожи металлическим пластинам и проводам. — Это явно технологии Города, но как?

— Корпоративный агент, — я решил пояснить, чтобы не повторяться по десять раз. — Засланец корпорации Кокона, у него были со мной личные счёты, но уверен, что за ним стояли куда более могущественные люди. Сейчас это не имеет значения, — я повернулся к Элли. — Давай покончим с этим и перевернём эту страницу.

Все согласно кивнули, и мы, переодевшись в гидрокостюмы, погрузились в киберпространство.

Мир растянулся невиданными красотами. Я отсутствовал от силы полчаса, а он уже сумел настолько преобразиться, что едва походил на свою предыдущую версию. Треву удалось стабилизировать небо. Голубое, кристально чистое, без единого облачка, на которое, после серости Рубежей, можно было смотреть бесконечно.

Дома высились над небольшим поселением, которое постепенно начинало перерастать в настоящий городок. Неписи вели себя более естественно, взаимодействуя друг с другом и ведя простые беседы на ежедневные темы. Они даже здоровались с нами, проходя мимо и отправляясь дальше выполнять свои ежедневные дела. Не уверен, какой финальной картинки добивался Трев, но окружение всё больше и больше утягивало меня в какую-то фентезийную сказку. Однако то тут, то там можно было наткнуться на весьма яркие и откровенные куски технологий будущего, отчего связка киберреальности и магической тематики средневековья добавляла этому миру особый шарм.

Идеальное место, которое никогда не станет для меня домом. Более того, думаю, что оказываюсь здесь в один из последних раз. Терять Трева мне не хотелось, но стоит признать, что, несмотря на размеры задницы, усидеть сразу на двух стульях вряд и получится. Рано или поздно одна из полусфер будет чувствовать себя удобнее другой, и, в конечном счёте, придётся сделать выбор. Выбор, который и без того был очевиден.

По улицам бегала довольная детвора, наводя меня на мысль, что перед тем, как покину киберпространство, нужно реализовать оставшиеся матричные импринты. За ними бегали неписи, взрослые мужчины и женщины, обучавшие их базовым знаниям чтения и письму. Где-то вдали даже раздался радостный лай собак, вызвавший на секунду у меня самый что ни на есть диссонанс.

Действительно, мир без границ, где всё возможно, и реальность ограничивается лишь фантазией. Кто бы мог подумать, что пока люди копошились в грязи и убивали друг друга за крупицы власти и ресурсов, где-то существовала целая вселенная, где всё это покажется детской игрой. Единственное, что получить доступ к ней могли далеко не все.

Пока остальные готовились к процессу, я заметил, как посреди широкой улицы на лавочке сидел Черника и о чём-то размышлял. Вдруг мужчина меня увидел, приветственно кивнул, и я понял, о чём пойдет разговор.

— Ты её не переубедишь, — я заговорил первым, сразу переходя к делу. — Думаю, тебе даже не стоит пытаться.

Удивительно, но Черника согласно кивнул и ответил:

— Да, но попытаться всё же стоило. Она будет здесь, и главное, что будет в полной безопасности. Процесс оцифровки вещь сама по себе серьёзная, но, кажется, мне удалось понять, как будет проходить операция. К тому же, она оставила мне доступ, и знаешь, думаю, впервые за все эти годы, мы наконец смогли примириться друг с другом и найти общий язык. За это я должен поблагодарить тебя, Смертник. Если бы не ты…

— Ай, да ладно, — засмущавшись, махнул я рукой, пока Черника не начал петь мне серенады. — Всё случилось как случилось, что уж теперь. Главное, что жили они долго и счастливо и т.д., и т.п., и прочее. Ты лучше скажи, сам-то чем собираешься заняться? Тебе же пришло подтверждение на получение гражданства, как и остальным?

— Я отказался, — резко ответил мужчина, буквально рубанув словом по металлу. — Да, ты всё верно услышал. Кокон меня никогда не привлекал, а ОлдГейт мало-мальски стал моим домом. К тому же, кто-то же должен присматривать за старухой, когда она начнёт здесь наводить новые порядки. Корпорация явно попробует нас сместить, но знаешь, впервые за долгое время, когда больше нет аппарата, Ордена, Либертала, никого, люди начали сплачиваться. Думаю, что они вдруг поняли, что можно просто вполне нормально жить, не разделяя общество на биошлак и чистокровных или по другим политическим идеям. Быть может, у этого места даже есть шанс.

— Я бы не стал на это надеяться, — я ответил резко и честно, но, заметив взгляд Черники, сразу же себя поправил. — С другой стороны, что мне об этом известно, да? Ещё несколько дней назад я планировал спалить весь этот чёртов город псам под хвост, но сам видишь, как всё вышло. Фи с Тревом строят целый новый мир, ты со старухой собираешься объединить совершенно иной, так что, если честно, Черника, хрен его знает, может, у вас и получится.

— Оставайся, Смертник! — улыбнувшись, произнёс мужчина. — Ты можешь помочь. У тебя есть Фокс, Седьмая, Элли, все они пойдут туда же, куда и ты. Вы можете превратить это место в свой настоящий дом и жить здесь без постоянной беготни от опасности к опасности.

Я улыбнулся и ответил:

— Хорошая идея, Черника, но, к сожалению, я пас. Не знаю насчёт девчонок, так как никого за собой насильно не потяну, но такая жизнь не для меня. Ты ведь помнишь, что мы не супергерои и не спасители городов, а обычные наёмники, пытающиеся выжить и заработать на этих проклятых Рубежах.

Черника молча кивнул и не стал уговаривать, к тому же, он прекрасно знал, что в этом нет смысла. Я принял решение ещё задолго до того, как мы познакомились, и ничто в этом мире не сумеет меня переубедить. Особенно сейчас, когда вирус дышит в затылок, а до злосчастного момента осталось меньше пятнадцати минут. На самом деле, я был рад за Чернику, за Фи и за Трева. Им, в конечном счёте, удалось отыскать своё место там, где, казалось, это невозможно. Так что, кто я такой, чтобы мешать их счастью?

Вдруг поймал себя на мысли, что стою, смотрю на этот мир и по-идиотски улыбаюсь. Зрелище и вправду было завораживающее, но оно пробуждало во мне странные чувства и, более того, блуждающие в глубине сознания мысли. Я помотал головой, словно пытался прогнать их прочь, и сосредоточился на цели.

Это ещё не конец. Я проделал такой длинный путь не для того, чтобы в самом конце сдаться и всё бросить. Нет, пора со всем заканчивать.

Вдруг за спиной раздался едва слышный хлопок, и в густой дымке на месте возрождения появился Трев:

— Ну что, процесс запущен, Смертник, — произнёс он, приветственно кивая Чернике. — Осталось только подождать. Это не займёт много времени, ведь я знаю, что тебе не терпится попасть в Кокон. Это ведь была твоя мечта с самого начала? Ещё на ВР-3.

Я повернулся и ответил:

— Думал, это была наша мечта, но начинать этот разговор больше не стану.

Трев согласно кивнул.

— Моей мечтой всегда было киберпространство, а шёл я к Кокону лишь потому, что там технологии лучше, ну и потому, что альтернатива всегда была намного печальнее.

— Как, например, быть закованным в саркофаг?

Трев рассмеялся.

— Или Кровники, или свои же, или кланы, или Чёрный узел, или гетто, в общем, выбирай что хочешь, — он сделал паузу, посмотрел на кристально чистое небо и задумчиво заключил. — Потаскало нас, да?

— Потаскало, — выдохнув, протянул я в ответ. — Но у меня остались ещё незаконченные дела.

Парень опустил голову, протянул мне руку и, улыбнувшись, произнёс:

— Ну, как их закончишь, если вдруг передумаешь, у нас для тебя всегда найдётся вселенная-другая. Сможешь создать себе собственный гарем и жить как тебе вздумается.

Я пожал руку в ответ и непонимающе спросил:

— Гарем?

Трев рассмеялся.

— Да ладно, давай уже говорить откровенно. Фокс, Седьмая, Элли? Ты ведь специально себя исключительно бабами окружал, да?

Я вдруг понял, к чему он вёл, поэтому ответил сразу, чтобы не возникало дополнительных вопросов:

— Я никогда об этом не задумывался, как-то само собой получалось. Но хорошо, Трев, буду иметь твоё предложение в виду. Что от меня ещё требуется?

Парень покрутил головой по сторонам, пожал плечами и принялся перечислять:

— Неписи работают, проходят сценарии, и тебе идёт опыт. Структура производства налажена, мир расширяется, а дикие ИИ пока не осмеливаются соваться. Мы с Фи сумели выстроить мощную защиту, которую она проверяет каждые пятнадцать минут. Все данные о «Возрождении» я разложил по полочкам и вытянул всю информацию. Ничего нового, что тебе удалось выяснить в Яслях, там, правда, нет, и, видимо, всё же действительно придётся идти в Кокон, но, если хочешь, всегда можешь посмотреть, — Трев задумчиво нахмурился, постукивая кончиком указательного пальца себя по подбородку, как вдруг щёлкнул пальцами и спешно выпалил. — Мышь! Точно! Ты там вроде нашёл для него подходящий сосуд? Я бы посоветовал чуть-чуть подождать и позволить ему стать умнее. Если не хочешь таскать за собой сосуд, в котором сидит человека с интеллектом двухлетнего ребёнка. Не долго, думаю, с недельку, и он будет вполне прежним. С ним постоянно работает целая армия неписей, тренируя речь, моторику и все прочие прелести органической жизни. Ещё неплохо бы закончить с импринтами детей, а то Фи мне все уши прожужжала.

— Да, точно, ну тогда давай сразу займёмся, пока не поздно.

Осталось десять минут, и за это время мне предстояло наштамповать около двух сотен полноценных импринтов. Сам процесс был довольно простым. Всё, что от меня требовалось, — это по одному вытягивать их из библиотеки и материализовать, как любой другой предмет. Сначала аватары получались глупенькими. Они некоторое время смотрели перед собой и молча хлопали глазами.

Ощущение было странное, стоит сказать. Я создавал новые, пускай и виртуальные, но всё же жизни. Процесс, на который была способна лишь система в связке с принтером. От осознания того, что смогу подарить ещё двум сотням юных душ хоть какую-то надежду на существование, становилось даже приятно. Не знаю, сумеет ли это перечеркнуть всё то, что творилось раньше, но хотя бы постараюсь.

Насчёт Мыши Трев оказался прав. Засовывать его сейчас в тело Ямидзавы было бы глупо и неуместно. Во-первых, он ещё слишком туп или, лучше сказать, «ежеподобен» для того, чтобы сойти за полноценного человека. Во-вторых, лучше пронести тело агента в сам Город и лишь потом подсаживать внутрь паразита. Главное, потом убедить Мышь мне подыграть и временно занять должность бывшего агента, но пока не буду забегать вперёд. Сначала посмотрим, сможет ли он себе вернуться былое состояние, если вообще сможет, а там будет видно.

В размышлениях я не сразу заметил, что процесс постепенно подходил к концу. Новых детишек уводили заботливые неписи, а Фи наблюдала за всем процессом издалека. Надеюсь, у них получится, и в один день я не вернусь в Ясли 2.0, так что можно быть спокойным. От одной мысли об этом мне становилось приятно, а на губах растягивалась довольная улыбка, но, как сказал ранее, лучше сосредоточиться на цели.

Впереди Кокон, а значит, долгожданные ответы на копившееся с самого ВР-3 вопросы, а когда последний матричный импринт превратился в пятилетнюю девочку в цветастом платье, раздался писк интерфейса, и перед глазами выскочило сообщение:

//Внимание.

//Заявка на получение гражданства одобрена.

//Пользователь Смертник должен прибыть к пункту распределения и пройти биологическое обновление.

//Обнаружен особый статус Курьера.

//Доступен особый пакет.

//Для получения, зайдите в Город-Кокон и активируйте полученное задание.

Я медленно выдохнул, бросил взгляд на ребятню и то, как вокруг них крутились неписи, и, закрыв глаза, мысленно произнёс: «Я иду, госпожа. Скоро мы увидимся.»