— Ты зачем сюда припёрся? На хорошие дома посмотреть? Так вот, их здесь нет.

Ямидзаву мой каламбур явно не впечатлил. Я думал, что при нашей следующей встрече он будет выглядеть совершенно иначе. Не как ёж, естественно, но хотя бы чуточку по-другому. Вместо этого передо мной предстал всё тот же азиат, затянутый в облегающий плащ-броню и с едва заметными шрамами на лице. Его красные глаза смотрели на меня из тьмы, заставляя Нейролинк быть готовым защищаться в любую секунду.

Я знал, что ублюдок будет растягивать момент, наслаждаться каждым его мгновением и перед тем, как начнём резать друг друга, попробует со мной поговорить. Проблема в том, что мне абсолютно плевать на него и слова, который могут вылететь из его паршивой пасти, однако не стоит недооценивать ублюдка. Я на физическом уровне ощущал, что он стал заметно сильнее, превосходя себя предыдущего в несколько раз.

Внизу лежало и без того израненное тело Фи, пускай, девушка и не планировала в него возвращаться. В теории, процесс переноса ещё не был завершён. Если тело погибнет, вместе с ним погибнет и она сама. К тому же, не стоит забывать про нынешнего правителя ОлдГейта, которая сидела за моей спиной и занималась вязанием, словно вокруг ничего и не происходило.

Да. Если его и убивать, то убивать снаружи, и Ямидзава явно пользовался своим преимуществом. Ублюдок мог атаковать меня на месте, заставить защищать Лавочницу и оголить своё слабое место, но нет. Но его чёртов кодекс чести не позволял ему одолеть меня подобным образом. Ну что же, туше, Ямидзава, туше…

— Я ведь тебе говорил, что рано или поздно мы с тобой встретимся? — произнёс он тихим голосом, практически шёпотом, от которого буквально веяло холодной и расчётливой яростью.

— А я ведь тебе говорил, что мне насрать на тебя и на твою встречу? Не мог дождаться меня в Городе? Ты бы понадобился своему господину, когда я буду его убивать, — ответил я всё тем же спокойным тоном.

Ямидзава ухмыльнулся.

— Ты с твоей нынешней силой не сможешь приблизиться даже на расстояние километра к моему господину, а даже если вдруг тебе удастся, то перед ним выстроится стена из таких же агентов, как и я.

— Если вдруг? Что, Ямидзава, не так уверен в своей победе? В прошлый раз я не припомню, чтобы ты мог позволить себе сомнения, а здесь дрогнул?

Он замолчал. В темноте блеснули его агрессивно-красные глаза, которые оценивающим взглядом прошлись по моему телу, а затем раздался голос человека:

— Признаю, ты стал намного сильнее с нашей прошлой встречи, но и я не сидел на месте…

— Знаешь, почему ты не сможешь его убить? — вмешалась в разговор старуха, мастерский орудуя спицами для вязания. — Нет? Ну хорошо, я тебе скажу. Смертник тебе не по зубам не потому, что у него лучше хром или он сильнее. Нет, деточка. Ты не сможешь его убить, потому что, в отличие от тебя, он не языком молотит, а сразу приступает к делу.

Ямидзава перевёл свой взгляд на старушку и недовольно прищурился.

— Быть может, я неверно истолковал твои слова, я думал, что мудрость обычно приходит с возрастом, но, должен признать, что бывает и так, что возраст приходит один. В твоём случае именно так и произошло.

Лавочница остановила спицы и перестала вязать. Оторвав взгляд от процесса, она медленно подняла голову и ответила:

— Вот это как раз яркий пример того, чего не хватает нынешней молодежи. Вы цитируете слова других, не понимая вложенный в них смысл. Швыряетесь яркими выражениями, используя слова, которые лишь с виду делают вас умнее. А ведь если спросить, то выяснится, что говорящий и сам значения и половины слов не знает, а если и знает, то не сможет объяснить, не используя заранее вызубренный пример. Мудрость приходит не с возрастом, корпоративный агент Ямидзава, мудрость приходит лишь к тем, что не боится действовать, а не только молоть языком. Действовать и пускать в ход своё главное оружие.

Ямидзава улыбнулся.

— Да? Ну и о каком же оружии пойдет речь? Просвети меня, о мудрейшая, какое такое оружие ты не боишься пускать в ход?

Старушка захохотала, и, не знаю почему, но мне внезапно стало дико не по себе. Агент некоторое время улыбался, внимательно следил за её руками, а когда она положила комплект для вязания на прилавок своего нового магазинчика, в мгновение ока в руках женщины появился огромный дробовик, и она нажала на спусковой крючок.

— Вот это!

Дробь просвистела у правого уха Ямидзавы, и он, ожидаемо, отбил её голой рукой. Дробинки осыпались у дальней стены, но доли секунды между выстрелом и движением противника хватило, чтобы дать старт резне.

Я в мгновенно приблизился, схватил ублюдка за шею и со всей силы вышвырнул наружу. Он пролетел несколько десятков метров и пробил собой дверь и стену стоящего напротив заведения. Я сразу отправился за ним, мысленно отмечая, насколько увеличилась моя сила благодаря укрепленным мышцам после тренировки.

Естественно, такой атакой одолеть корпоративного агента невозможно. Он встретил меня, стоя во весь рост, посреди разрушенной лавки, в которой когда-то торговали свежей выпечкой, так любимой самой частой посетительницей с розовыми кончиками волос. Теперь ей придётся искать новое заведение, но думаю, внутри Кокона найдётся нечто подходящее.

На полном ходу я попытался вонзить клинки в тело противника, но тот, прищурившись, вовремя отступил и размашисто ударил ногой. Моя защита осталась непоколебимой. Мне удалось развернуться в прыжке, блокировать атаку голенью и выстрелить из револьвера практически в упор. Пули отскакивали от лица агента, но для этого ему всё же пришлось закрыть искусственные глаза.

Для себя отметил, что тот не спешил принимать мою прямую атаку клинками и явно опасался, что его защита может не выдержать. Противостояние имплантов пока ещё не началось, но я всё же решил держать Нейролинк наготове. После пройденного задания на повышение социального уровня, у него открылась следующая способность, которую пока старался держать в тайне. Она должна стать моим решающим оружием в борьбе против Ямидзавы, если до этого, конечно, дойдёт.

Сражаться в маленькой лавке, то и дело цепляя локтями и ногами куски мебели, битое стекло и толстые бетонные стены, откровенно мешало полностью развернуться, но я продолжал атаковать. Оттолкнувшись двумя ногами от твёрдой поверхности, мне удалось подпрыгнуть и занести острый кончик клинка для смертельного удара.

Ямидзава всё же опасался моих богомолов или даже того, с какой силой и скоростью они могут пронзить его тело. Ублюдок вытянул из рукава составной энергетический прут, который по одному приказу хозяина превращался из твёрдого посоха в весьма эластичный хлыст, и блокировал мой удар. Я, следуя инерции, перелетел за спину врагу и размашисто ударил.

Именно в этот момент он присел, а затем, под едва слышное гудение сервоприводов его имплантов, мужчина взмыл ввысь, пробивая собой потолок заведения. Я улыбнулся, сплюнул на пол и последовал за ним. На крыше небольшого магазинчика места оказалось куда больше. Ямидзава всем своим видом вызывал меня на дуэль, демонстративно щёлкая энергетическим хлыстом в воздухе.

Я накалил клинки, выбил яркую искру и бросился в атаку. Снаружи стемнело, и наши атаки со стороны выглядели как световое шоу. Ямидзава ожидаемо шагнул в сторону и контратаковал, рассчитывая, что я вновь пронесусь пулей и постараюсь выйти ему за спину, однако этого не произошло. Сломав сценарий, я остановился на расстоянии вытянутой руки и резко перевёл клинки влево, где находился мужчина.

В этот раз мне удавалось поспевать за его скоростью, даже не используя нейрококтейль. Он всё ещё болтался в кармане моего инвентаря, и виртуальные руки мысленно тянулись, чтобы вкусить этот сладкий эликсир безумия. Рано… Ещё слишком рано… Ублюдок явно скрывает от меня свою новую силу. Я чувствую, всем телом ощущаю, что он сражается процентов на тридцать от того, на что способен.

Мы танцевали вокруг друг друга. Прощупывали, на что способен противник и какие слабые точки ему не удалось закрыть. Наше сражение для одних могло показаться чем-то невероятным, особенно учитывая, с какой скоростью мы двигались, но на самом деле, всё это было похоже на то, как два кота в тёмной аллее шипят, скалятся и медленно обходят по кругу свою территорию.

Битва двух противоположных стихий. Ямидзава, с присущим ему спокойствием терпением, и я, разрушительная по своей натуре волна, после которой не остаётся ничего, кроме океанов крови и гор трупов. Однако при всём при этом мы удивительным образом умудрялись дополнять стиль боя друг друга. Правда, лишь до поры до времени.

Раз он не хочет переходить на следующий уровень и начинать убивать друг друга серьёзнее, придётся ему немного помочь. Я добавил скорости, увернулся от хлёсткой атаки у левого уха и рванул с места. Для стороннего наблюдателя мое тело буквально телепортировалось и оказалось впритык к Ямидзаве, где раскалённые до ярко-оранжевого цвета клинки рассекли его хвалённый костюм.

Куски невероятно крепкой ткани сгорали ещё до того, как успевали упасть на крышу здания. Из-под плаща показались крепкие мышцы человека, обильно пронизанные свежим и высокотехнологичным хромом. Так вот что ты прячешь, ублюдок! Видимо, прошлая наша встреча всё же дорого тебе обошлась. Посмотрим, что там у тебя ещё спрятано.

Ямидзава крепко стиснул зубы, заметил, что я пропустил момент, когда он скакнул на несколько метров ввысь, и коротким движением локтя ударил меня по затылку. Атака получилась мощной, но недостаточной для того, чтобы меня вырубить. Я, вторя удару, обхватил его за пояс обеими руками и оказался за спиной. Такого хода от меня агент явно не ожидал и первым делом попытался разжать мои пальцы.

Я перебросил его через спину, буквально впечатав головой в крышу здания, а затем отпустил и быстро рубанул клинком, благодаря чему настал момент истины. Либо он продолжит сдерживаться, прощупывать мою защиту со всех сторон и рискнёт получить серьёзную рану, либо, наконец, станет воспринимать меня серьёзно и покажет, на что способен.

Тело Ямидзавы не просто испарилось, оно словно исчезло и пропало с радаров моего Нейролинка. Сначала могло показаться, будто он, сверкая пятками, удрал и решил, что оно того не стоит, но, на самом деле, ублюдок подключил всю свою скорость и оказался у меня за спиной. Там, где не сработал Нейролинк, но дали о себе знать мои внутренние инстинкты.

Я ощутил, будто костлявая с косой протянула к моему затылку свои холодные и обледенелые пальцы, отчего на загривке встали волосы дыбом. Мне пришлось воспользоваться имплантами, дабы увернуться от атаки и отпрыгнуть в сторону за мгновение до того, как энергетический прут чуть не пронзил моё тело.

Игры кончились.

Ямидзава сбросил с себя порванный на лоскуты плащ и обнажил тело, в котором практически не осталось ничего человеческого. С шеи до кончиков пальцев ног оно было прошито множеством проводов, которые выдавало лишь синее свечение под желтоватой кожей человека. Его суставы, кости, мышцы — всё было заменено на кибернетические составляющие, создавая из человека настоящего киборга.

Я улыбнулся, достал нейрококтейль и залпом выпил содержимое. Всё это время Ямидзава тяжело дышал и яростно смотрел на меня, давая мне время насытить организм эликсиром безумия. Сердце пропустило удар. На моих губах растянулась широкая и кровожадная улыбка, сопровождаемая вырывающимся из глотки смехом.

Мир заполонила красная пелена, но для меня противник остался неизменным. Вместо привычных красных очертаний силуэта врага, я отчётливо видел каждый проводок, каждую механическую составляющую его тела, и мне захотелось их все вырвать. Разделать его, словно тушу скотины, уничтожит все импланты, переработать их на металлолом и вырвать ему сердце.

Ямидзава не смог сохранить привычное спокойствие. Ублюдок прикусил нижнюю губу и ринулся в атаку. Впечатляющую скорость, с которой он приблизился, можно было пропустить, стоило лишь моргнуть. Но я больше не моргал. Нейрококтейль взвинтил все мои способности до максимума, превращая в идеальную машину для убийства.

Я встретил противника серией коротких ударов клинками. Он сумел увернуться от каждого и, нырнув мне в пояс, отщёлкнул левую руку, оголив плазменную пушку. Сгусток энергии едва не разнёс мою голову на атомы, но мне удалось отпрыгнуть назад. Значит, вот какие технологии меня ожидают в Городе? Приятно знать.

Ублюдок явно рассчитывал прикончить меня этим ударом, а когда не вышло, то пустил в ход височный имплант. Я на мгновение оступился, но Нейролинк вовремя подхватил меня и выстроил непоколебимую защиту. Очередной сгусток энергии из механической руки противника вновь чуть не лишил меня жизни и попал прямиком в жилое здание за спиной. Не знаю, от самого ли выстрела или от того, что рвануло внутри, взрыв оказался столь мощным, что ударную волну ощутил весь район.

Мы не сильно далеко находились от магазинчика старухи, поэтому ненароком может достаться и ему. Мне удалось отбить нейронную атаку, и сразу после запустил собственную, нацеленную в первую очередь на плазменную пушку агента. Я не стал дожидаться результата и бросился в бой, на ходу выстреливая несколько раз из дробовика.

Странно, но, как раньше, Ямидзава не стал отбивать дробинки ладонью, вместо этого он присел на колени и взмыл ввысь. Я успел схватить его за ступню и со всей силы шваркнул о крышу здания, но этого оказалось мало. На спине у агента, на месте, где ранее находились разорванные мною лёгкие, показалось плазменное свечение. Лишь через мгновение мне удалось заметить, что ему установили самые что на то ни есть реактивные, мать их, двигатели!

Крыша здания не выдержала как раз в тот момент, когда он, словно птица, взмыл над городом и продолжал лететь вверх. Вот такого я точно не ожидал, хотя, сам не знаю, чему удивляюсь. Технологии Кокона превосходили даже ВР-1 на несколько столетий. Стоит только бросить один взгляд на монструозное сооружение, чтобы понять, что построить такое с помощью одних кранов и бетона фактически невозможно.

Мы быстро набирали высоту, и, кажется, я понял, что планировал сделать Ямидзава. Ублюдок хотел попросту сбросить меня с высоты нескольких сотен метров и дать гравитации сделать своё. Вот только он не знал, что прямо перед боем мне удалось усилить внутренний скелет и мышцы, хотя, стоит признаться, быстро увеличивающаяся высота начала вызывать у меня опасения.

Я схватился за пояс агента и попытался потянуть его на себя, сменив тем самым траекторию. Агент крепко сжал кулак и принялся лупить по мне всей пятерней, периодически добавляя хлёсткие удары хлыстом. Проблема была в том, что я фактически присосался к нему, словно пиявка, и на такой скорости невозможно было попасть по мне, не задев при этом себя.

После очередной атаки мне удалось схватить его за запястье и, освободив вторую руку, вогнать клинок прямиком ему в зад. Ямидзава закричал от боли, а я улыбнулся ещё шире. Что, паскуда, больно умирать? А я предупреждал, что не стоило со мной связываться. Мог бы сидеть в Городе и покорно ждать, пока смерть сама придёт к тебе, но нет. Тебе обязательно надо было о себе напомнить, причём в самый неподходящий для меня момент.

Я со всей силы провернул клинок, а затем вонзил второй прямиком в один из реактивных двигателей киборга. В лицо посыпались искры, а затем меня отбросило невидимой волной, и я, болтаясь в воздухе, тряпичной куклой полетел вниз. Тело Ямидзавы было окутано чёрным дымом, а сам мужчина крутился в воздухе будто юла, пытаясь хоть как-то справиться с управлением.

Мне удалось перевернуться, и перед глазами раскинулся весь район ОлдГейта с высоты птичьего полета. Не думал, что ещё хоть когда-нибудь увижу его в таком амплуа, но судьба, видимо, решила иначе. Кто-то говорил, что лишь полёт делает человека по-настоящему свободным, но этот умник не учёл того факта, что при помощи гравитации любой полёт можно превратить в неконтролируемое падение. А оно, зачастую, чревато тяжелыми последствиями, включая смерть.

На раздумье и принятие решения у меня было от силы пять секунд. Всё ещё до конца не уверен, выдержит ли моё новое тело падение с такой высоты и существует ли вообще способ его смягчить. Единственное, что пришло на ум, — это воспользоваться возможностями моего опорно-двигательного импланта и за мгновение до падения совершить рывок в воздухе. Не знаю, поможет или нет, но других вариантов у меня не было.

Главное, не пропустить окно, главное не пропустить…

Я продолжал мысленно повторять эти слова, будто они заменили мою любимую мантру, а когда асфальт города оказался издевательский близко, мне удалось выпрямить тело и совершить слабенький рывок. Без чёткой опоры для прыжка, он, скорее, слегка замедлил моё падение, нежели смог полностью его погасить, а остальное было уже за моим обновлённым телом.

Как мне удалось приземлиться на ноги, неизвестно, но самое главное, что жаркого поцелуя с асфальтом так и не произошло. Мои кости захрустели, суставы молили о пощаде, вновь ощущая нарастающее давление, но в целом организм справился. Я оказался на коленях, ощущая, как проходящий сквозь тело импульс погас в районе макушки.

Сначала не мог поверить, что у меня получилось не превратиться в очередной брошенный на улице труп, однако наше сражение всё ещё не закончилось. Ямидзава, словно пилот имперских войск, под яростный вопль «Банзай!» пикировал на меня, испуская густые глыбы дыма из своего встроенного реактивного ранца. Я всё ещё не мог понять, как столь мощное и, главное, требующее огромного количества энергии устройство могло уместиться в кибернизированной спине человека. Однако технические гении Кокона всё же сумели снарядить ублюдка личным летательным рюкзаком, который оказался не столь уж и надёжным.

Я приготовил клинки к бою, широко расставил руки, готовясь принимать пикирующего камикадзе, как вдруг ощутил невесть откуда взявшуюся тревогу. Нейролинк сумел опознать угрозу, и она каким-то невообразимым способом сумела пробиться сквозь мою выстроенную защиту. Меня окатило волной нейронного урагана, заставляя каждую клетку мозга подсветиться, словно лампочку на новогодней ёлке. Вроде бы ничего страшного, но при перепаде напряжения они имели свойство перегорать, и я рисковал стать жертвой нейронного удара.

Мир моргнул, будто моё сознание погрузилось в киберпространство или сценарий КС, а затем я оказался на спине, а перед глазами замерла плазменная пушка агента, боевые элементы которой готовились к очередному выстрелу. Ямидзава, чьё лицо было покрыто потом и кровью, а кожа на щеке от взрыва свисала толстыми лоскутами, тяжело дышал и яростно смотрел мне в глаза.

Я не сразу понял, почему он медлил, а зарождающийся заряд пушки внезапно перестал расти и остановился где-то на начальной стадии. Лишь через пару секунд мне удалось понять, что подсознательно сумел активировать последний козырь, а именно умение Нейролинка, доступное после выполнения сценария.

Если базовая способность подключалась к нервной системе через обычные импланты, продвинутая составляла для меня прогноз на предстоящую битву, вырисовывая потенциальные углы атак противника, то с новым умением всё было немного иначе. Вместо того, чтобы влиять на противника через железо, височный имплант напрямую вгрызался голодными зубами в матричный импринт моего врага.

Я даже представить не мог, каково это — замереть от ужаса, когда невидимая сила запускает свои руки прямиком в душу и, разминая затёкшие пальцы, начинает копаться внутри. Видимо, то же самое ощущал и Ямидзава, когда его тело отказалось слушаться хозяина, а весь внутренний мир внезапно превратился в личную игрушку другого человека.

На кончиках моих виртуальных пальцев оказалось не только напичканное железом туловище агента, но и то, что делало его человеком. Не знаю, как можно это объяснить, но ощущение такое, словно я мог разложить его сущность на отдельные разделы, включавшие в себя поведение, характер, способности и предрасположенность — и играться с ними как мне захочется.

Быть может, мне даже удастся полностью переписать заложенные Вознесенским и принтером данные, но для этого понадобятся новые и новые жертвы. Я не собирался играть с Ямидзавой, не хотел экспериментов, по крайне мере, не сейчас. Всё, чего мне хотелось — это поскорее закончить битву, но так было бы слишком скучно.

В отличие от остальных моих врагов, на него у меня были планы, а именно на улучшенное и прокачанное тело агента. Нейролинк проник в его матричный импринт, разложив его на составляющие, отчего Ямидзава, словно настоящий робот, попросту отключился. Его глаза потухли, руки, как и всё тело, обмякли, а встроенный механизм плазменной пушки так и не выстрелил.

Тело стало бесполезным, так как населяющий её дух попросту перестал существовать. Я медленно встал, отряхнулся, посмотрел на то, что мы устроили посреди ОлдГейта, и постучал кончиком указательного пальца по лбу агента. Тот никак не отреагировал и смотрел перед собой, словно пускающий слюни зомби.

Я даже и не мог представить, что мне однажды удастся разложить сущность человека на отдельные характеристики, при этом прибегнув лишь к силе своего тайного оружия. Внутри где-то ещё находился замкнутый в собственное тело человек, который в этот момент бился в истерике и старался вырваться наружу. Однако он даже примерно не подозревал о том, что всё могло оказаться ещё хуже.

А именно, что его тело используют как обычный сосуд и подсадят в него того самого ежа, которого он убил несколько недель назад в канализации под Чёрным узлом.

Да, месть — это та ещё сука, которая зачастую покорно сидит в тёмном углу и появляется лишь тогда, когда того требует момент.