— И долго он там сидит?

— Да уж десятый час пошёл, может стоит за ним сходить?

Трев покачал головой, осматривая виртуальные маленькие ручки и ножки, и уверенно ответил. — В таком состоянии его лучше не трогать. Оставь, пускай занимается, тем более неписи берут на себя часть прокачки. Ему попросту надо держать себя в форме и постоянно прогрессировать, иначе с ума сойдёт.

Фи кивнула и посмотрела на стоящую перед ней девочку. Она всё ещё поверить не могла, что процеесс затянулся на целых полтора часа, в ходе которого ей постоянно приходилось дёргать за невидимые нити, дабы Смертник не утонул на тёмной стороне киберпространства. Однако им удалось. Все матричные импринты прошли активацию и были готовы к полноценному использованию.

— Ты правда не знаешь, как тебя зовут? — Спросила девушка, реагируя, когда пятилетний ребёнок опустил голову и затеребил голубое платьишко.

— Будет Наташкой! А что, мне нравится! — раздался сзади мальчиковый звонкий голосок.

Павлик вышагивал по виртуальной аллее растущего поселения и жадно облизывал леденец. Вдруг он резко остановился, задумчиво посмотрел на угощение и недовольно нахмурился. Фи на секунду показалось, будто в голове мальчика всплыли мысли и кадры из прошлой жизни, но уже через мгновение он засунул леденец в рот, погонял языком от одной щеки к другой и засунул руки в карманы.

Девочка украдкой посмотрела на него, едва заметно улыбнулась и согласно кивнула. Фи всё ещё не могла поверить, что у них вышло! Точнее вышло у Смертника, а она просто находилась рядом и не позволяла диким ИИ утянуть его прочь. Дети ничего не помнили из прошлой жизни, включая о том, как ютились в тёмных Яслях, существуя в телах, которым отмерена жизнь ровно в год.

Однако Фи понимал всё. Помнила, пообещав себе, что никогда об этом не забудет!

— Тётенька, — задумчиво спросил Павлик, усаживаясь с ней рядом на скамейку, — а тот, про кого ты постоянно говоришь, где он?

Она улыбнулась. — Что, хочешь с ним познакомится? Не переживай, он скоро закончит, и я тебя обязательно представлю.

— Ну ладно. — Грустно произнёс мальчик и продолжил облизывать леденец.

— Ты уверен, что неписи справятся? Может требуется более личный подход? — встревожено спросила Фи, адресовав этот вопрос Треву.

— Успокойся ты, дай им время ассимилироваться. Ты себя помнишь в первые часы из принтера? Так вот тебя напечатали уже взрослой, а этим от силы пять лет. Они всё ещё воспринимают мир через призму детства, а игрушек, здесь более чем достаточно.

Фи выдохнула. — Да, наверное, ты прав, я слишком сильно переживаю, чтобы в этот раз прошло всё как надо. Ведь второго шанса у нас может и не быть. — вдруг Фи взяла Трева за руку, улыбнулась и нежно прошептала. — Спасибо тебе.

***

Последний этап усиления моего тела подходил к концу и стоит признаться, выдался он самым изнуряющим из всех. Десять часов непрерывного давления в шесть атмосфер и подачи искусственного насыщения кислородом, имитируя барокамеру должны сделать меня сильнее. Моей конечной целью стали мышцы и скелет, в том числе и физическая способность переносить тяжелые нагрузки.

Помимо постоянного давление со всех сторон, я приказал Треву периодически выпускать против меня неписей с различным вооружением и стилем боя. Среди них были и копии членов моей ватаги, правда к ним, я уже давно привык. Первые два часа показался мне настоящим адом. Ощущение было такое, словно весь мир сжался до размеров маленького шара и каждую секунду норовил превратить меня в кусок кровавого желе.

Я отбивался, сопротивлялся и старался выбраться из невидимого пузыря, но мир меня не отпускал. Он продолжал сжиматься до размеров сферы, попутно окутывая моё тело титановыми стенами. Мне захотелось бежать. Спина скрючилась и весь вес пришёлся на колени, от чего не мог нормально выпрямиться. Из ушей пошла кровь, на глазах полопались капилляры, а ощущение было такое, словно внутренности смешивались в кашу и подходили к глотке.

Пошёл третий час. Я сумел немного выпрямиться, ослабив давление на колени и размеренно задышал. Когда цифра перевалила за десять минут, из виртуального портала на меня выбежало трое болванчиков. Трев решил представить их в роли горлорезов с ВР-3 в кожаных куртках, выкрашенных в яркие цвета ирокезах и с дубинками в руках. Он даже полностью сумел воссоздать вонь алкоголя и мочи, чем славились выходцыТретьего рубежа.

Первый метил строго в голову, причём размахнулся он настолько высоко, что планировал одним ударом отправить меня в мертвяк. Мало того, что со всех сторон давили невидимые стены, так ещё и колени начинали хрусть, однако мне удалось двинуть рукой и оставить его в атаку в нескольких сантиметрах.

Я вцепился в запястье противника и резко дёрнул влево. Болванчики на этом этапе оказались слабыми. Моей повышенной силы хватило, чтобы отбросить его в сторону, при этом наградив ублюдка сломанной конечностью. Остальные двое атаковали одновременно, заходя с двух сторон. Пришлось шагнуть назад, отчего вновь захрустели колени и заныли уже суставы плеч.

Первый ударил шипастой дубинкой, которая не оставила и следа на моей коже, а второй попытался засадить заточку мне в печень. Я саданул его коленом в нос и под хруст ломающихся лицевых костей, пинком отправил в полёт. Второй вновь атаковал, в этот раз решив против на прочностью мою голову.

Я втянул шею, закрылся от удара правым плечом и вцепился пальцами ублюдку в кадык. Одно движение и в моей руке оказалась гортань наёмника, а сам он, схватился за больное место, попятился назад и испарился на моих глазах. Оставшиеся бросились в атаку, но разница между нами была слишком велика. Первый умер от одного удара кулака в голову, второй, с перекошенным лицом пал, когда наткнулся на моё колено и его голова лопнула будто гнилая дыня.

Пошёл пятый час. Я, наконец, сумел выпрямиться, и уверенно стоял на ногах. Эликсир Бауха, который должен был сделать меня сильнее, начал впитываться в организм и работать над улучшением мышц и скелета. Ощутил, будто визуально надулся, превратился в шар, а затем иссох до привычных размеров.

Колени больше не хрустели. Мне удалось даже сделать несколько уверенных шагов вперёд и почувствовать себя быстрее. Прогресс шёл полным ходом, но этого всё ещё оказалось издевательски мало. Впереди меня будут ждать самые серьёзные испытания в жизни и подойти к ним должен не только с несгибаемой уверенностью, но и с тренированным телом. Жаль, что приходится всё делать в такой спешке, но часы продолжали тикать, отбивая секунды за секундой, каждая из которой могла стать для меня последней.

Мне нужно стать сильнее!

С этой мыслью, не добравшись до шести часов какие-то жалкие три минуты, вокруг зажужжали байки наёмников. Бойцы Лотосов в чёрных кожаных куртках и с соответствующими нашивками на плечах принялись кружить, словно стая стервятников. Разумом прекрасно понимал, что они не смогут на мне оставить и царапины, однако пережить горение заживо, мне хотелось в последнюю очередь.

В лицо полетел первый коктейль Молотова. Я отпрыгнул в сторону и на ходу достал револьвер. Меткий выстрел разнёс череп наездника на множество мелких осколков и забрызгал содержимым байкера сзади. Пришлось активировать импланты и воспользоваться возможностью быстрого прыжка, дабы разорвать расстояние между мной и врага. Со всех сторон посыпались стеклянные бутылки с зажигательной смесью, но ни одна горящая капля так и не коснулась моего тела.

Методично отстрелял всех шестерых, будто движущихся по кругу уток в тире и вновь вернулся к медитации. Стены ещё немного сжались. В обычном случае, приближающееся к семи атмосферам давление превращает человека в кровавое желе, но действие эликсира и ранние улучшения позволили мне остаться в живых.

Правда особой разницы так и не почувствовал. Несомненно, думать, двигаться и стараться сдержать барабанные перепонки воедино в такой ситуации практически невозможно, но тело занималось тем, к чему я его собственно и готовил. А именно — адаптировалось к новым условиям, изменялось и становилось крепче.

На восьмом часу против меня выступили мутанты. Я уж подумал, что больше никогда с ними не встречусь, но симуляция тренировочной комнаты решила иначе. Крупные, широкой и с массивными шеями и белой как снег кожей. Ступая своими мощными ногами, закованными в броню, они идеально вписывались в сложившуюся ситуацию. Будто жители планеты, где гравитации отличалась от земной в несколько раз, заставив их эволюционировать в медленных и здоровых существ.

Каждый из держал в руках по минигану, стволы которых при раскручивании издавали противный писк. Нейролинк был под запретом. Само его использование будет означать, что все страдания, которые мне пришлось пережить за последние восемь часов окажутся бессмысленными. Я должен был справиться исключительно с помощью физической мощи моего тела и ни в коем случае не прибегать к помощи тайного и уникального оружия.

Огнестрельное оружие вряд ли сумеет пробить столь толстую броню, поэтому в ход пришлось пустить клинки. Сдавливаемый окружением, моё тело двигалось, будто погруженное на дно океана, где давление и плотность воды делали меня медленным как улитка. Обычно всё происходило наоборот. Бойцы ордена двигались в замедленном действии, в то время как я, скакал между ними кузнечиком и убивал одного за другим.

Добраться до первого пришлось, встретив грудью целый рой пуль. Интересно, но крепче стала мой кожа, а мне полностью внешняя оболочка тела, поэтому, закрыв глаза и рот, медленно бежал на звук выстрелов. Когда клинок рассёк шею мутанта, а на меня полилась тягучая синтетическая кровь, я зашёл ему за спину, и принялся толкать перед собой как тележку.

Некоторое время он всё ещё был жив, однако вскоре тело обмякло и превратилось в бесполезный кусок мяса. Однако этого времени мне хватило, чтобы добраться до остальных и заняться методичной шинковкой. После смерти мутантов, были ещё две волны с разницей в двадцать минут, но с ними разделался точно так же, как и с остальными.

Пропасть между обычными бойцами и мной росла по экспоненте. Снаружи меня прокачивали неписи, проходя многочисленные сценарии, которые специально составил Трев, так что когда пройдут все десять часов моей тренировки, то закрою не только ветку физиоморфа, но и должен получить в награду несколько уровней. Если неписи окажутся столь эффективными, сколь рисовал их Трев.

Когда счётчик отбивал последнюю минуту моего испытания, я чувствовал себя свободно. Давление в семь атмосфер всё ещё давило на меня невидимыми стенами, но остался лишь лёгкий дискомфорт. Моё тело, благодаря действию эликсира и высокому генетическому импринту моего тела, быстро адаптировалась к подобным нагрузкам и воспринимало их как данность.

Три…два…один.

Я ощутил, как давление медленно сходило на нет, словно кто-то приоткрыл кран, выпуская весь накопившийся внутри воздух. Решил, что резко покидать комнату в таком состоянии не стоит и провёл ещё сорок минут, постепенно накачиваясь виртуальным кислородом. Если даже опытные дайверы легко могли схлопотать кессонную болезнь, от резкого всплытия и смены уровня давление, что уж говорить про меня, решив бы шагнуть с семи атмосфер до единички.

Это время правда не прошло впустую. Я поигрался со скаченным файлом Вознесенского. Со стороны он выглядел как обычный кубик Рубика, естественно закодированный со всех возможных сторон. Как не пытался к нему подступить, всегда натыкался на невидимую стену защиты. Ощущение было такое, словно пытаюсь разобрать кубик, но каждая деталь намертво приварена к следующей, образуя собой невероятно прочную конструкцию.

Я решил, что старик не зря потратил несколько лет своей жизни на создание этого проекта и обычной «грубой» силой его точно не взять. Его последние слова касались системы и скаченный файл напрямую имел к ней отношение. Осталось только понять какое.

Файл вернулся на полочку в библиотеке, а перед глазами появилось меню, сообщающее, что тренировка была выполнена. Моё тело изнывало от усталости и требовало отдыха, но я прекрасно понимал, что как только обновлю аватар, она исчезнет ровно так же, как и всё остальное. Медленно поднял руку, нажал на меню возвращения и мир на мгновение моргнул.

Первым делом открыл интерфейс. Мои личные виртуальные рабы, проходящие день и ночь сценарии во имя своего великого господина смогли набить мне целых два уровня и это за какие-то десять часов! Четыре очка вложил в скорость реакции, догнав её до семидесяти четырёх и решил, что пока не доберусь до сотни — не успокоюсь.

Остальное всё как прежде, если не считать максимального пятого уровня физиоморфа, который полностью закрыл прокачку моего тела. Так, стоит проверить, что я имел в конечном счёте. Укрепленные внутренние органы, включая увеличенный объём легких и более эффективную очистительную систему организма. Крепкая кожа, способная выдержать выстрел из мелкокалиберного оружия. Усиленный скелет и более прочные мышцы. С последним правда не всё было понятно, настолько мне удалось их усилить, но это можно выяснить с в любой момент, запустив один из сценариев Трева.

Подмывало заняться именно этим, пока не закончатся оставшиеся два часа до решения насчёт моего гражданства, но вдруг ощутил, что на меня кто-то пристально пялится. Этим кем-то оказался Павлик. Мальчик стоял у моих ног и, высоко задрав голову, догрызал леденец на палочке. Он всё так же бы одет в спортивные штаны с лампасами, синюю тельняшку без рукавов, а голову покрывала старая добрая восьмиуголочка.

— Привет, дяденька, кажется мы с тобой ещё не знакомы. — Протянул он мне руку, вызвав весьма противоречивые чувства.

— Не знакомы, — пожал ему в ответ и задумался.

После того, как вытягивал импринты один за другим, расселяя в этом мире, они некоторое время вели себя как обычные болванчики. Стояли на месте, смотрели перед собой, никак не реагируя и молча моргали. Трев тогда заявил, что требуется дополнительное время для адаптации новой среды обитания и стоит всего лишь подождать. Я не стал спорить, продолжил выводить из библиотеки новые матричные импринты, а когда их перевалило за три десятка, оставил всё на поруки Фи и ушёл тренироваться. Так что фактически, познакомиться заново с Павликом, я ещё не успел.

— Это ты тут самый главный? — Спросил мальчик абсолютно спокойным голосом, словно ничего и не произошло, — Как тебя зовут?

— Смертник, Павлик. Меня зовут Смертник, и нет, самый главный здесь Трев и Фи, а я так… мимо проходил.

Мальчик встревоженно и недоверчиво нахмурился. — А откуда ты знаешь, как меня зовут?

Я ухмыльнулся, сделал вид, что понятия не имею и, пожав плечами, ответил. — Да так, угадал.

Павлик догрыз леденец, покрутил в руке пластиковую палочку с отметинами его зубов и щелчком отправил в полёт. Вдруг сзади подошла довольная Фи, взяла его за руку и куда-то повела. Мальчик ещё некоторое время смотрел на меня и по глазам было видно, что он мне не поверил. Так выглядит человек, который прекрасно понимают, что его обманывают, только он сам и понятия не имеет, какие именно слова были ложными и почему так себя чувствует.

Видимо в глубине его сознания, всё же частично сохранилась память о прошлой жизни, включая наше короткое и трагичное с ним знакомство. Быть может в один день ему удастся пробудить эти запретные воспоминания и уже возмужавший к тому времени Павел, вспомнить о своей жизни в Яслях. По крайней мере я точно не забуду.

У меня осталось ещё порядка двух сотен импринтов настоящих детей, а вот ублюдки «Взросляки» будут гнить на полке вечно. Если найду способ стереть их МИ и больше не носить их с собой — это будет для меня настоящим подарком. Ведь сама мысль об этих уродах, которых терпеть не мог не хуже, чем Крысоловов, вызывала дикий зуд в промежности.

В конечном счёте Павлик отвернулся. Всё ещё тяжело было представить его в таком виде, ведь его маленький труп увезли для превращения в уродливого мутанта. Кем он теперь здесь станет? Полноценным искусственным интеллектом? Матричным импринтом живущим вне тела? Можно ли в будущем его переселить в пустой сосуд, напечатанный принтером? Ответ мне не был известен, но думаю Мышь станет первым подопытным в этом вопросе и сумеет пролить свет.

К слову о еже. Он вышел из соседнего здания узенькой улочки, всё ещё похожий на смесь киборга и человека. Наши взгляды на мгновение сошлись и на секунду показалось, будто он прищурился и что-то прошептал. Я решил к нему подойти и посмотреть насколько развился его уровень сознания, как вдруг тот, будто пещерный человек, указал на меня пальцем и заговори первым:

— Смертник… сука…и…гад!

— Ага, Мышь, именно такой, с ног до головы до последнего атома! — С улыбкой ответил, замечая, что он научился составлять более связные предложения.

— Я…качаться…стать…сильнее! — Промычал тот, выдавливая каждое слово из своего деформированной глотки.

— Качайся, качайся, Мышь, посмотрим, может удастся тебе подобрать тело, не такое уродливое, как твоё прошлое. Только людей больше есть не получится, понял?

— Сука…— разочарованно промычал тот и пошёл за Фи и Тревом.

— Да, Мышь, сука… — задумчиво прошептал ему вслед и выдохнул.

Ещё два часа, и я получу ответ. Два часа и мой долгий путь к Кокону наконец будет закончен. Не знаю, что меня будет ждать внутри, какие препятствия придётся пройти и сколько крови останется на моих руках, но отступать уже поздно. Я обязательно дойду до конца и выясню, что стало с проектом Возрождение, как он связан с моим прошлым и каким образом, мне удалось здесь оказаться.

Из-за углов домов на меня выглядывали заинтересованные дети. Некоторых из них даже смог узнать из лагеря Бродяг, а некоторые были для меня совершенно незнакомыми. Они то и дело прятались, а затем, не выдержав, вновь показывали свои носики и, распахнув глаза, иступлено смотрели. Я решил, что нужно уходить, пока они меня не окружили и махом выгрузился из киберпространства.

Главная комната бункера поприветствовала меня привычной картиной. Внутри оказалось на удивление пусто, даже Баух, который после моей победы почувствовал вкус свободы отправился гулять по городу. Черники, Седьмой и Фокс так же не было, а Элли. Обычно Элли зависала в мастерской, занимаясь работой или отслеживала состояние тела Фи, но там её не оказалось.

Я переоделся, высушился и заметил, как что-то всё же было не так. Дверь бункера, ведущая на этаж магазинчика, была распахнута, а сверху доносились чьи-то приглушённые голоса. Учитывая, что я всё ещё жив и не умер, во время своего путешествия в киберпространство, говорило о том, что переживать не за что, однако животные инстинкты твердили иначе.

На всякий случай достал пистолет, проверил содержимое обоймы я понялся по ступенькам. За дверью меня ждала старушка Лавочница, с виду занимающаяся своим обычным делом, а именно вязанием. Она краем глаза посмотрела на меня, повела носом, потирая указательным пальцем кончик и коротко откашлялась.

Ещё до того, как она подала мне знак, я физически ощутил присутствие кого-то очень опасного. На меня нахлынули воспоминания, как нечто подобное чувствовал под проклятым Чёрным узлом и сразу понял, что момент настал. Момент, который больше нельзя оттягивать. Я убрал пистолет, прекрасно понимая, что убивать друг друга мы будем не здесь, а когда зашёл в магазинчик, слева увидел стоящего у стены человека, облачённого в длинный тёмно-синий плащ с высоким воротом. На его губах растянулась довольная улыбка, а искусственные красные глаза в темноте сверкнули огнём, и он самодовольно заявил:

— А тебя не так просто отыскать, Смертник.