\\Оценка общего состояния обшивки.

\\Полученные повреждения выше стандартных протоколов.

\\Обнаружен риск повреждения Объекта-324.

\\Идёт аварийный сброс надстройки. Доступ к внутренним помещениям открыт.

Я стоял посреди офисного холла башни Хасанаги и не мог поверить, что такое вообще возможно. Ожившие стены плитами отъезжали в стороны, складывались в несколько слоёв, обнажая стержень башни. Глухой и низкий рык, который последовал за изменением интерьера, можно было сравнить с тем, как переворачивался набок ленивый, тучный зверь.

По моему телу прошлась вибрация, сначала через ноги, грудь, а затем защекотала дёсны, оставляя после себя неприятный осадок. Офисный свет моргнул, затем ещё раз — и погас, оставляя после себя аварийную красную пульсацию. Я попробовал шагнуть вперёд, как под ногами задрожал пол.

Панели начали разъезжаться в стороны. Причём именно не раздвигаться красиво, словно подготовленные заранее декорации больной стены, не раскрываться, как весенние цветы, купающиеся в тёплых солнечных лучах, нет. Они лениво отползали в стороны, будто уступали дорогу пробудившемуся зверю.

Я не мог оторвать взгляда от происходящего и наблюдал за тем, как стекло сыпалось внутрь, ковры наматывало на щели, а декоративные перегородки ломались под собственным весом. Логотипы корпорации гасли один за другим, будто невидимая сила дёргала за рычаги, повсеместно отключая электричество. А затем показался и сам зверь.

Его металлическая кожа была покрыта толстыми и тёмными следами сварки и заклепок. Несущие рёбра, уходящие вверх и вниз, на первый взгляд, не имели ничего общего с местной эстетикой корпорации. Присмотревшись поближе, заметил, как из брюха существа на нас смотрели кабели. Не аккуратные трассы и линии, а пучки, стянутые хомутами, будто прилипшие к стенкам его желудка.

Не успел я и понять, что произошло, как воздух внезапно изменился. Он стал сухим, холодным, пахнущим застоялым машинным маслом, которое давно потеряло свой резкий запах, смешавшись с прелостью и нотками ржавого металла. Вдруг давление щёлкнуло в ушах, как при переходе в другой отсек, а из брюха зверя послышался звук заработавших вентиляторов, медленно разгоняя воздух.

— Что происходит? — едва слышно прошептала Элли, не отрывая взгляда от появившегося прохода.

На её вопрос у меня не было ответа. Я подошёл к тому месту, где раньше находилась обычная стена офисного этажа, и внимательно присмотрелся. Перед нами открылся не просто ход, ведущий к стержню башни, а, кажется, дверь в абсолютно иной мир. На стенах присутствовали странные маркировки, напоминающие те, которые периодически видел в логове Скрин. Потёртые, слишком старые и не прошедшие проверку временем, теперь выглядели как несвязный набор букв и цифр.

Я положил ладонь на холодный метал появившегося прохода и ощутил вибрацию. Конечно же, речь не шла о настоящем звере, который глухо рычал, предупреждая, что входить лучше не стоит. Вибрация говорила и о том, что где-то заработал двигатель, реактор или какой-нибудь генератор, питающий все этим метаморфозы.

Заглянуть внутрь мне удалось лишь через некоторое время, когда понял, что, будто завороженный, откровенно пялюсь в пустоту. Как и предполагал, меня встретило сквозное пространство, от самого низа и далеко уходящее вверх. На стенах остались следы каких-то механизмов, и, на первый взгляд, мне показалось, что эта массивная шахта лифта.

— Стой, стой, — раздался за спиной голос Элли, когда я поднял правую ногу и занёс её над пропастью.

— Легко, — пробубнил сам себе. — Легко, будто ступаю на облако.

//Внимание. Обнаружена искусственная низкая гравитация.

//Совет: Оставайтесь подальше от Объекта-324.

Ну уж нет! Сначала ты показываешь мне другой мир, а теперь говоришь, чтобы я держался от него подальше? Нет, госпожа, это так не работает. На пол упали две пары магнитных ботинок, которые я использовал для того, чтобы подняться на пятидесятый этаж. Вторую, само собой, взял для Элли, если вдруг понадобится вновь оказаться снаружи, но, к счастью, планы немного изменились.

— Ты уверен? — спросила она, замечая, как я натягиваю механическую обувь и активирую механизм.

— Да. Посмотри наверх, мы сможем пройти этажей пятьдесят, а может, и больше.

— Ну если ты так считаешь, то хорошо, дай мне минутку.

Пока Элли надевала магнитные ботинки, я ещё раз выглянул в открывшийся проход и, прищурившись, всё внимательно осмотрел. Может быть, во мне разыгралось воображение, но стенки местами напоминали фюзеляжи подземного бункера, подводной лодки или чего-то подобного. К тому же постоянные маркировки и едва заметные двери, уводящие одному богу известно куда.

Когда всё было готово, настала пора проверить, насколько низкой была эта искусственная гравитация и вообще на какой чёрт она здесь была нужна. Я шагнул в пустоту, схватился за стены прохода и ловко перепрыгнул, коснувшись подошвой магнитных ботинок твёрдой поверхности. Элли протянула мне руку, и мне удалось рывком потянуть её за собой.

— Не думала, что когда-нибудь такое увижу, — всё ещё захваченная зрелищем, прошептала девушка.

— Узнаёшь хоть что-нибудь? — спросил я, делая шаги по стенке шахты.

— Если ты о технологиях, то пока ничего не понятно, а если ты интересуешься логикой, то я в полном ступоре. Зачем было строить полый стержень башни и устанавливать здесь низкую гравитацию? Технология мало того, что серьёзная, но в целом в стиле Кокона с его наворотами. Ты что думаешь?

Я не отпускал руку Элли на случай, если вдруг ботинки откажут, и, уверенно шагая вперёд, задумчиво ответил:

— Как ты и сама сказала — слишком мало информации. Не думаю, что это намеренно, точнее, не совсем так. Скорее всего, взрыв оказался слишком сильным и повредил какие-то критически важные точки.

— Объект-324, — повторила Элли. — Риск повреждения объекта-324, так было сказано в сообщении системы. Если у стержня есть своё собственное наименование, значит, оно было создано намеренно, возможно, даже с какой-то целью.

Не успела она закончить мысль, как впереди послышались шипящие звуки работающих механизмов. На боковых стенках, где ранее располагались опознанные мною двери, я заметил какое-то шевеление, а затем они распахнулись. Наружу вылетели боевые дроны, вытянутой формы, похожие на пузатые груши. На макушке, вместо веточки, у них находились небольшие антенны, а снизу были прикреплены выглядывающие из корпуса стволы.

Я достал пистолет, активировал искусственного помощника и натравил на цели Нейролинк. Элли отбежала в сторону и спряталась за толстым листом стали, будто специально созданным в качестве щита.

Дроны не были похожи ни на один из тех, которыми пользовались Хасанаги. Они предпочитали чёрный цвета, а сами машины больше напоминали собой летающие гробы, напичканные множеством маневренных турелей. Эти же, в свою очередь, были выкрашены в белую краску, которая отслаивалась от корпуса кусками, оставляя после себя ржавые островки.

Я на секунду замер, пытаясь убедиться, что они действительно будут атаковать, а когда один из них на меня нацелился, и механический голос произнёс: «Угроза обнаружена!» — сомнений не осталось. Три коротких выстрела попали в металлический корпус дрона, выбивая электронику, вырывая куски железа и заставляя аппарат сменить траекторию полёта.

Нейролинку всё же удалось нащупать процессоры машин, но это, по какой-то причине, заняло у него больше времени, чем обычно. Я мысленно отбросил сообщение о характеристиках железа врага и приказал импланту спалить к чертям их схемы. Из отверстий в пузатых корпусах дронов показались первые искры, а сами машины, попутно постреливая, медленно опускались на твёрдую поверхность.

Низкая гравитация не позволяла им рухнуть и скатиться в пропасть за моей спиной, поэтому они попросту парили в воздухе выпуская тёмные дымки от сгоревших микросхем. Элли выглянула из укрытия, посмотрела на меня и достала из инвентаря новенький гаджет. Устройство, похожее на пистолет с магнитной насадкой, притянуло к ней один из дронов, и она первым делом вскрыла ему брюхо. Никаких сожалений, никакого опасения. Элли занялась работой.

Я, на всякий случай, запустил процесс сканирования Нейролинка и, приблизившись к напарнице, услышал:

— Это очень странно!

— Думаю, тебе стоить уточнить, о каком именно «странно» идёт речь, Элли. Если ты не заметила, мы находимся в центре башни корпорации и под низкой гравитацией поднимаемся наверх. Так что да, лучше уточни.

Она подняла голову, одарила меня недовольным взглядом и ответила:

— Технология хуже, чем на ВР-1. Я бы сказала, уровень Чистилища. Причём прототип явно для Рубежей. В Коконе за такой бы высмеяли, а затем спросили, откуда взялся этот раритет.

Я пожал плечами.

— Город стоит не один десяток лет, так что неудивительно, что прогресс за это время скакнул вперед. Почему тебя это удивляет?

— Потому что это башня Хасанаги, Смертник. Самое технологически развитое сердце всего Кокона, но, если тебе этого мало, — она сорвала крышку с корпуса дрона и щелчком отправила её в полёт.

Я поймал её, покрутил в руках и заметил, как на обратной стороне едва заметно было написано: «Собственность ПВ». ПВ? Это явно не Вознесенский, иначе было бы с точками. Проект «Возмездие» или «Возрождение»? Скорее всего, второе, учитывая, что это технология из Города, откуда в своё время и взял начало проект. Тогда, если прибавить к этому довольно дряхлую технологию дронов, а вблизи они действительно выглядели поношено, то стержень башни должен быть минимум старше нескольких сотен лет.

На ум приходила всего одна теория, что, возможно, то место, где мы сейчас находились, в своё время стало точкой отсчёта, центральным узлом, откуда расширялся остальной Город. К тому же, в отличие от остальных корпораций, Хасанаги не находилась на стенках Кокона, что говорило о многом.

— Пойдем, — произнёс я, отбрасывая крышку прочь. — Я вижу впереди какую-то дверь.

Элли забрала уничтоженный дрон с собой, положив в личный инвентарь, и мы пошли дальше. Скудное освещение мешало трезво оценить расстояние между нами и той дверью, которая показалась вроде бы и не так далеко. Однако сколько бы мы ни шли, всё сильнее складывалось впечатление, что она всего лишь продукт моего воображения.

Преодолевать расстояние по прямой, фактически взбираясь вверх, оказалось намного удобнее и, главное, быстрее стандартных лестниц, поэтому вскоре нам удалось добраться до двери, которая оказалась намного больше, чем казалось издалека. Я поднял голову и заметил, что не мог отделаться от чувства, что находимся в огромной подводной лодке или идём по туннелю, предназначенному для космических кораблей.

Элли приложила ладонь к считывающему устройству, и в ответ моргнула красная лампочка. Она попробовала ещё и ещё, но результат закономерно оказался тем же. Я подошёл, прислонил левую ладонь, и перед глазами появилось сообщение:

//Идёт сканирование члена экипажа. Не найдено.

//Попытка идентификации по личному номеру профиля. Не найдено.

//Внимание. Обнаружен кусок контрольного кода капитана. Удачно.

//Получен полный доступ… идёт регистрация в системе… загрузка карты.

Я бегал глазами по строкам и не мог поверить увиденному. Дважды за какие-то несколько минут это место сумело меня удивить. Изначально планировал воспользоваться взрывом и возникшей после паникой, чтобы забраться на верхний этаж и получить доступ к системе, как это было указанно в задании, но всё пошло совершенно иначе.

У меня перед глазами возникла карта того, что мог описать лишь двумя словами — «космический корабль». Возможно, настоящее имя немного отличалось от моего варианта, но итог всё равно оставался тем же. Вытянутое, вторящее форме башни судно носило неброское имя ПВ\О-324 и после того, как я узнал правду, очертания интерьера стали приобретать более чёткие контуры.

Мы находились в одном из отсеков, а напавшие ранее дроны всего лишь следовали заложенной в них программе, не узнав в нас членов экипажа. Однако отсюда сразу же возникал вопрос: неужели никто и не знал, что в центре башни её стержнем служил настоящий космический корабль?

Да, она была самым огромным и действительно массивным зданием по всём Городе, в котором одновременно трудилось несколько десятков тысяч людей. Чёрт, да его можно было назвать городом внутри города со своими жилыми зонами, инфраструктурой и всем, что требовалось человеку. Неудивительно, что Хасанаги сумели спрятать внутри космическое судно, но зачем? И самое главное — когда? На ум приходила мысль, что, возможно, когда-то оно, выступая в качестве скелета, попросту нарастило вокруг себя целую корпорацию, и теперь становилось понятно, почему госпожа выбрала это место в качестве своего дома.

— Что случилось? — спросила Элли после того, как я молчал практически минуту.

— Я… — мне так и не удалось найти правильных слов, поэтому скопировал карту и отправил ей через интерфейс.

Теперь замолчала Элли.

Пока она пыталась разобраться в происходящем, я принялся изучать карту, заглядывая в каждый уголок и проверяя каждый отсек. Почему она казалась мне столь знакомой, будто мне пришлось побывать здесь не так уж и давно? Это ощущение не давало мне покоя, как вдруг воспоминания перенесли меня обратно в ОлдГейт, а именно в первый день, когда я встретил Фокс.

Тогда система погрузила нас в сценарий на зараженном монстрами космическом корабле. Нам пришлось продираться сквозь отсеки, которые кишели тварями различного калибра, а задание крутилось вокруг проекта «Возмездие». Ещё тогда мне это показалось странным, а сейчас, когда знаю об истинной сущности проекта, — и подавно.

Что создание виртуального города в киберпространстве может иметь общего с космическими путешествиями, зараженными кораблями и Городом-Коконом? К сожалению, ответ напрашивался всего один — что всё это происки виртуальной реальности, и на самом деле мы заперты в постоянной симуляции. Я вновь отбросил эту теорию, посчитав её слишком банальной, и уверил себя, что даже идеальная виртуальная реальность всё же остаётся фальшивой, рано или поздно давая сбой.

Однако игнорировать слишком очевидные совпадения было бы глупо. Именно поэтому я наметил путь, посчитав, что исследовать весь корабль нет смысла, и выдохнул, когда перед нами открылись двойные двери. Если верить карте, то нам предстоит прошагать примерно сто три этажа, что означало около трёхсот с копейками метров. Мелочь, особенно учитывая, что впереди оказался ещё один отсек с точно такой же дверью.

Скоро… Очень скоро я узнаю ответы на все вопросы, и мне больше не придётся гадать. Гадать, что такое проект «Возмездие» или «Возрождение». Как я здесь оказался, что от меня хотела Скрин, и почему система ведёт себя как бешенная сука. То гонит прочь, ставя палки в колёса, то, распахнув объятья, пытается принять меня как собственное дитя. Скоро эти вопросы станут частью моего прошлого и останутся на задворках сознания. Однако именно в этот момент передо мной откроется будущее, и главной темой на повестке дня станет — что я буду делать дальше.

Но до этого ещё стоит дойти. Я увидел, как на меня смотрит Элли, пытается понять, правда ли это, и буквально требует моего объяснения. В теории, можно было вывалить на неё все мои предположения, рассказать о том, что меня мучало, но вместо слов я решил молча кивнуть. Удивительно, но для неё этого оказалось достаточным, и Элли взяла меня за руку и крепко сжала пальцы.

Впереди осталось совсем немного. Скоро я окажусь на самом вверху, выполню просьбу Трева и Фи, развеяв их прах на вершине, а после… После, наконец, смогу получить доступ к системе и выяснить, что здесь происходит.