— Попомните мое слово, — недовольно проворчал Умгал, ни к кому конкретно не обращаясь, — в итоге окажется, что иномирцы заблудились в лесу и, прежде, чем погибнуть, набрели на какой-нибудь храм, пробудив древнее зло, которое сейчас кошмарит всю округу.

Гедеон хмыкнул в ответ, задумавшись. Подобное развитие событий не казалось абсолютно невероятным. Карвонна пережила взлет и падения нескольких древних цивилизаций, некоторые из которых обладали могуществом, сравнимым с богами. Их артефакты и знания до сих пор можно было найти в далеких уголках девственных джунглей, при условии, что искатели сумеют выжить в опаснейших экспедициях.

Осмотр продолжился. Вездеход, по сути, был огромным грузовиком. Двери в задней части грузового отсека были распахнуты настежь, открывая доступ в нутро машины. Заглянув внутрь, Умгал и Гедеон убедились, что в кузове пусто. Десятки тонн груза исчезли, вероятно, их забрали и распределили на другие машины экспедиции, бросив застрявший грузовик, который нечем было вытащить. Теперь отсек постепенно заполнялся грязью и дождевой водой, в небольшой лужице плавала пустая пластиковая бутылка из-под питьевой воды.

— Известно, куда двинулись остальные машины? — спросил Умгал, отвлекшись от этого зрелища.

— Вероятно свернули вдоль края балки дальше на юг, — отрапортовал разведчик. — там тоже видны следы просеки через заросли, но мы не еще не исследовали их.

— Двинемся в том же направлении — попробуем посмотреть, не найдем ли еще остатков от этой пропавшей экспедиции.

— Да, капитан!

Несмотря на то, что отряд двигался по предполагаемому пути пропавших людей (а Умгал считал, что обойдя балку с юга, они вновь повернули или на запад, или на юго-запад), больше никаких следов им не попадалось.

Зато, через два дня путешествия в том направлении, рейнджеры наткнулись на первое свидетельство активности их противника — разрушенную и сожженную деревню дикарей.

Эта деревня была укрыта глубоко в чаще, так, чтобы на нее не мог набрести случайный путник. Деревья леса близко подходили к строениям, частично скрывая их своими кронами, и Умгал был уверен, что и с воздуха на небольшое поселение обратил бы внимание не всякий дракон.

Но демоны нашли дикарей. И убили их всех, а деревню — сожгли. Сгоревшие остовы домов окружали небольшую площадь в центре поселения, на которой оказалась навалена груда обугленных тел. Убитых жителей свалили в кучу, облили чем-то горючим и сожгли.

Осторожно проходя по улице, оглядываясь по сторонам, рядовые рейнджеры роптали. Даже в их мире, где существа часто поедали друг друга живьем, подобная жестокость казалась ужасной. Ведь одно дело отнимать жизнь ради пропитания, и совсем другое — хладнокровное убийство простых поселенцев. Особенно возмущала расточительность произведенной резни — сожженные тела больше не годились для употребления в пищу. Даже падальщики побрезгуют обугленной плотью. Несколько таких существ, мелких ящеров, перемещавшихся на задних лапах и загребавших предметы передними, копошились среди мертвых тел, выбирая не до конца сгоревшие куски.

Рядовые рейнджеры переговаривались, выражая друг другу свое отвращение и недовольство подобным зрелищем, их начальство угрюмо отмалчивалось, лисички выглядели подавленными. Кая особенно приуныла, казалось, при виде подобного зрелища девушка вот-вот расплачется.

Только Салливан проявил некоторое оживление. Он вертел головой по сторонам, высматривая что-то известное только ему одному, затем подошел к Умгалу и Гедеону, которые принимали у Бурого доклад о том, что деревня и окраины осмотрены, и никаких врагов не замечено.

— Все случилось около недели назад, судя по следам, — сообщил оборотень-медведь.

Погруженный в свои мысли Умгал только молча кивнул. Как раз в этот момент до них добрался Салливан.

— Капитан!

Умгал повернул голову в его сторону.

— Ну, чо? — бросил он недовольно.

— Думаю, для меня настало время делать мою работу.

— И что ты хочешь сделать?

— Для начала я хочу осмотреть тела.

— Они мертвы, это и так понятно.

— Да, но я хочу знать от чего они мертвы, понимаете?

Умгал задумался на секунду, затем решил, что почему бы и нет, раз уж они здесь. Тем более, что их миссия как раз предполагает сбор информации. Любой информации.

— Хорошо, — процедил он, наконец, — что нужно от нас?

— Не могли бы вы. отогнать падальщиков?

Это была резонная просьба. Мелкие завры поодиночке не опасны, однако их целая стая, и попытка приблизится к месту их пиршества наверняка спровоцирует агрессию. А укус их челюсти мог с легкостью дробить кости.

Вздохнув, Умгал повернулся к Бурому.

— Займитесь. Пусть он осмотрит тела.

Через пять минут, после громких криков, грозного рычания Бурого, и нескольких метко пущенных стрел, падальщики с визгами ретировались, бросив добычу , и у Салливана появилась возможность приблизиться к телам.

— Ох, Великая Богиня, — пробормотал молодой оборотень, когда смрад разложения и сгоревшей плоти ударил ему в нос.

Он осторожно обошел кучу, стараясь не смотреть на лица. Парню было тяжело — до этого ему не приходилось сталкиваться ни с чем подобным. Смерть не в диковинку для хищника из Датиана, он сам приносил ее другим не раз, поглощая очередную жертву из Зеленых. Но с подобной резней он сталкивался впервые.

Умгал и Гедеон неслышно подошли сзади, остановившись так, чтобы запах не долетал до них, и с вялым интересом следили за действиями отрядного специалиста .

Салливан присел на корточки рядом с одним из менее сгоревших тел, натянул на руки белые медицинские перчатки, и принялся ножницами разрезать остатки рубахи мертвеца, который при жизни был гноллом — антропоморфной дикой собакой.

— Ну? Что ты нам скажешь? — нетерпеливо спросил Гедеон.

— Все очень плохо. — хмуро пробормотал Салливан.

— Почему?

— Потому, что слишком необычно.

— Определенно, — проворчал Умгал. — Просто вырезать целую деревню и сжечь добычу, это без сомнения необычно .

— Нет-нет, я не об этом!

— А о чем тогда?

— Конечно, вы правы — убивать вот так всех подряд это странно даже для демонов. Но по-настоящему необычен способ, которым это сделано. Видите эти отверстия?

Палец в перчатке ткнулся в россыпь ранок на груди у мертвого гнолла.

— Слишком маленькие для ран от меча или копья, — сказал Гедеон. — Стрелы или арбалетные болты?

— Хуже!

Из той же коробки, из которой добыл перчатки, Салливан достал скальпель и щипцы, которыми принялся ковырять в маленьких ранках.

— Салливан, твою мать! — Гедеон скривился от отвращения. — Это точно необходимо?

— Боюсь, что да.

Пересилив себя рейнджеры продолжали наблюдать за омерзительным процессом. Из некоторых ранок Салливан выковырял маленькие кусочки металла, которых постепенно набралась небольшая кучка. Собрав эту кучку в ладонь, он поднес показать ее старшим товарищам.

— Это то, что убило их? — уточнил Умгал.

Командиры отряда с интересом рассматривали странные кусочки свинца. Сплющенные при вхождении в плоть жертвы, они казались бесформенными, и только то, что их извлекли из ран на телах местных жителей давало понять – это оружие. Если бы такое лежало просто на земле, то ни Умгал, ни Гедеон не обратили бы на него внимания.

— Это еще не все, — сказал Салливан. — Нужно поискать среди деревьев. Вон там.

Он махнул рукой в сторону опушки леса.

— Откуда ты знаешь, что там что-то есть?

— Оружие, которое сделало это, используется с большого расстояния и оставляет не только раны, но и отверстия в предметах. Видите, как стена дом изрешечена дырками? Это значит, что стреляли оттуда. Идемте же!

Умгал, Гедеон, Бурый и присоединившиеся к ним лисички, последовали за Салливаном, удивленные его внезапной горячностью и возбуждением. Добравшись до кустов, молодой оборотень нырнул в траву, выискивая в ней что-то.

— Нашел! — крикнул он не более чем минуту спустя.

Нашел? — поразился Умгал про себя. — Самый бесполезный член отряда, обуза на мою голову, действительно нашел что-то стоящее? Неужели мы не зря этого олуха за собой тащим, и в кои-то веки он нам пригодился? Чудны дела твои, Богиня.

Подойдя к Салливану, рейнджеры уставились на маленькие латунные цилиндры, россыпями лежавшие на земле.

— Это оно? — спросил Гедеон. Бледный Салливан нервно кивнул в ответ. — Насколько все плохо?

— Очень.

Через пару минут к осмотру места находки присоединился почти весь отряд. Рейнджеры с любопытством осматривали странное место, вертели маленькие цилиндрики в руках, обнюхивали их, кто-то даже рискнул лизнуть. Дальнейшие поиски принесли несколько пустых металлических коробок, кольцо и. окурок.

Окурок Умгал нашел лично. Оборотень осторожно поднял его двумя пальцами и принюхался. Не пахло ничем — за несколько дней, что окурок пролежал здесь, запах давно уже выветрился. Беспокоило другое: курение было зловредной привычкой людей. Практически все хищники, за исключением драконов, находили курение отвратительным. Дым раздражал чувствительные носы, забивал запахи, вызывал аллергию. Только люди, обладавшие крайне слабым обонянием, могли пристраститься к этой пагубной привычке. В Датиане она не была особенно распространена, однако некоторое количество курильщиков в городе все же существовало. Но спроси любого хищника, и он скажет тебе, что это совершенно бесполезное, вредное и противное занятие. Из всех хищников, которых Умгал знал, или когда-либо встречал, не курил ни один. И находка сигаретного окурка посреди джунглей, вместе с другими странными открытиями, наводила на беспокойные мысли.

— Итак, давайте подведем итоги сегодняшнего дня.

Рейнджеры разбили лагерь неподалеку от сожженной деревни (оставаться там дольше необходимого никто не захотел). Гедеон распорядился выставить усиленную охрану, так, на всякий случай. Командир отряда и его заместитель были уверены, что демоны не вернутся — они уже уничтожили деревню, перечеркнули ее крестиком на своих картах (если у демонов есть карты), и двинулись дальше, в поисках новых жертв.

Но береженого Богиня бережет, поэтому всем приказали вести себя тихо, часовым бдить, огня не разводить.

А командиры отряда собрались вместе, чтобы решить, что делать дальше.

— Мы должны возвращаться! — горячо заявил Салливан.

— Возвращаться с чем? Мы по-прежнему ничего не узнали!

— Того, что мы нашли, достаточно!

— А что мы нашли, Салливан?

Специалист заколебался, нервно поджав хвост.

— Ты что-то знаешь, Салливан! Так расскажи нам! Мы должны это знать, чтобы принять верное решение и выполнить поставленную перед нами задачу!

— Я. я не должен такое рассказывать, это все закрытая информация!

— Мы здесь все в одной лодке гребем, придурок! Забудь про шишек в Датиане! Они могут придумывать любую чушь, но ты здесь, в поле, с нами. И если что-то случится, то погибнешь так же, как и все, а те, кто тебя отправил на задание, уже на следующий день про тебя забудут! Рожай, Салливан — эта информация нам нужна!

— Салли, милый, — пролепетала Кая, — если ты что-то знаешь — пожалуйста, расскажи!

— Черт. Хорошо! Только когда вернемся, помалкивайте о том, что узнали!

— Уж будь спокоен.

— Ладно. Это — оружие иномирцев!

Умгал и Гедеон переглянулись.

— И что? — настороженно спросил Умгал.

— А то, что именно с его помощью люди в других мирах поднялись до вершины природного порядка, не то, что здесь, у нас! Эти. огнестрелы обладают огромной убойной силой.

— Лук и арбалет тоже ею обладают, — возразил Гедеон.

— Верно. Но таким оружием надо уметь пользоваться. И стрелок должен сам быть очень сильным, чтобы натягивать тетиву или взводить арбалет. Здесь все по-другому! И разрушительную мощь подобного оружия Датиану уже приходилось испытывать на себе!

— Когда это? — опешил Гедеон.

Другие рейнджеры тоже взволновано загудели. Оружие иномирцев, принесшее им могущество в их родных мирах в нарушение естественного порядка в Датиане являлось тайной за семью печатями. Оборот оружия строго контролировался, допускались лишь относительно безвредные версии парализаторов, не представлявшие настоящей угрозы матерым хищникам Золотого и выше рангов. В информационном поле строгая цензура пристально следила за тем, чтобы нигде в телевизионном, радио и печатном виде не появлялась правдивая информация о возможностях подобного оружия. Из-за этого часто телепрограммы и игрострой в Датиане оказывались довольно скудны — с экранов телевизоров и персональных компьютеров начисто исчезали боевики, военные и исторические фильмы, криминальные полицейские сериалы, игры-стрелялки, и тому подобная продукция. На экран допускались только те произведения, где нельзя было увидеть ничего опаснее стартового или сигнального пистолета, воспринимавшихся зрителями как хлопушки.

Обо всем этом Салливан и рассказал сейчас старшим по званию рейнджерам, которые слушали такие откровения с мрачными лицами.

— И вот сейчас это оружие появилось в Диких Землях в руках неизвестного по численности и возможностям врага! — закончил Салливан свой рассказ.

— Но ведь. — робко заикнулась Кая, — Датиан уже воевал с иномирцами, да не один раз! И в каждом случае вышел победителем!

— Верно, — кивнул Салливан, — так написано в учебниках по истории. Вот только там слегка не полная версия, в которой не рассказывается, какой ценой досталась нам победа.

— Если ты знаешь, как проходили эти конфликты, то расскажи нам об этом, — потребовал Умгал.

— Всего иномирцы пытались воевать с Датианом три раза. Каждый раз они открывали временные порталы, для того, чтобы перебросить через них контингент для вторжения. В первый раз они не рассчитали своих сил — посланное воинство оказалось слишком мало и вооружено только ручным оружием. Атака провалилась, наши победили. Но они понесли потери. И мало кто тогда задумывался тогда об этом, но гвардия Датиана потеряла не больше воинов, чем иномирцы, вот только иномирцев было в десять раз меньше! То есть даже при подавляющем численном превосходстве, они сумели убить столько же воинов, сколько потеряли сами!