— Дык, я на нее не готовила.

— Возьми с моей порции, — сказала Шаан, подумав секунду. — С меня не убудет.

Через пять минут все, наконец, утряслось. У каждой девушки в руках была вилка и тарелка с едой.

— Ну, — нетерпеливо сказала Шаан, — рассказывай!

Опустив голову и сцепив вместе руки, Меррил рассказывала, прерываясь только чтобы ответить на уточняющие вопросы Шаан, которые та задавала с полным ртом вермишели. Постепенно становилось понятно, что к Сакуре Меррил не приспособлена едва ли не больше, чем София. До Сакуры ей не приходилось даже приближаться к охотничьим угодьям. Ее готовили перед поступлением в Сакуру, как и большинство студенток этой школы. Но курсы по выживанию Меррил прошла с трудом. Она помнила весь материал, но из-за недостатка опыта не могла правильно им воспользоваться. При малейшем отклонении от заданной рутины, девушка мгновенно терялась, не понимая, что ей делать. В любой опасной ситуации ей становилось страшно, и из-за этого она не могла четко мыслить, совершая простейшие ошибки. Все из-за того, что до Сакуры она никогда не подвергалась охоте.

Шаан удивила подобная информация. Конечно, большинство молодежи Датиана до определенного возраста редко сталкивались с опасностями, исходившими от хищников. Но все же юноши и девушки жили не под стеклянным колпаком. Большая часть из них сталкивалась с хищниками на улице и хотя бы имели представление, на что те способны. Младшие быстро перенимали навыки выживания у старших, знали о существовании криминальных окраин, охотничьих угодий, кафе для монстров, и даже десятилетняя девочка уже знала и понимала азы поведения человека, которому нужно выживать среди чудовищ желающих его сожрать.

Но Меррил была не такой. Непостижимым образом она вообще не разбиралась в том, что ей пытались вдолбить в голову, и продолжала попадать в неприятности, едва оказавшись в школе.

— Что же, все понятно, — объявила Шаан. — Впрочем, ничего нового. Подобное окружение не для всех, ведь не каждый может привыкнуть к тому, что условия, в которых ему довелось провести всю жизнь, вдруг изменились и теперь собственные одногруппницы могут таить в себе опасность.

Шаан поставила пустую тарелку на стол и поднялась со своего хвоста, нависнув над девушками.

— Шаан, как думаешь, у нее есть шансы выжить? — обеспокоенно спросила София.

— Нет, конечно, — ответила нага, — у нее нет даже шансов продержаться еще хотя бы месяц. То, что она до сих пор жива, можно считать чудом. Если так пойдет и дальше, то в ближайшее время ее все-таки утрамбуют в чей-нибудь желудок.

От этих слов Меррил сникла еще больше. Она-то и так знала, что ее навыки выживания не на высоте, но когда тебе говорят о том, что тебя вскоре ждет смерть, таким спокойным будничным тоном.

— Поэтому сейчас, Меррил, мы с тобой пойдем в деканат, и ты напишешь там заявление на отчисление.

— Нет, мисс Шаан, я не могу.

— Что-о-о?! — мгновенно вскипела Шаан при намеке на неповиновение. — Бунт на корабле? Что значит не могу ? Тебе жить надоело?

— Мне нельзя покидать школу! — в отчаянии вскричала Меррил, расплакавшись. — Если я уйду или буду отчислена, то меня продадут!

— Что значит продадут ? — не поняла Шаан. — Куда?

София посмотрела на подругу удивленными глазами.

— Шаан. Ее продадут в кафе для монстров.

— Бля-я-ять.

Конечно, Шаан знала про кафе, хоть сама никогда их не посещала. Те из хищников, кто не мог или не хотел охотиться в Угодьях, могли ходить в такие заведения, в расчете на то, что им достанется жертва из преступников, добровольцев, или тех, кто соблазнился возможностью выиграть крупные призы в проводимых там викторинах, и проиграл.

Ситуация с Меррил составляла еще одну грань этой отвратительной практики. Девушка жила в многодетной семье, где отца не было, поэтому приходилось учиться и работать с малых лет. Детских пособий, положенных Зеленым едва хватало, и нужно было крутиться, чтобы заработать на оплату налога. Старшие братья и сестры регулярно отправлялись в Угодья, чтобы работать на полях и предприятиях. Меррил с парой сестер оставалась дома, присматривать за младшими детьми и вести хозяйство, успевая совмещать все это с учебой в средней школе. Но последний год был не очень удачным — их семья потеряла в Угодьях несколько человек, а положение оставшихся стало шатким. Слишком мало работающих, слишком много голодных ртов. Им отчаянно нужны были деньги, и близился момент, когда мать и старший брат всерьез задумаются о продаже лишних .

Меррил была первой в этом списке — девушка уже вошла в возраст согласия , но при этом была самой молодой из подростков в их семье. Она недостаточно много работала, имела не очень крепкое здоровье, не обладала какой-то особенной красотой или талантами.

— Погоди, ты хочешь сказать, что они могут вот так просто взять и продать тебя? Я думала, что это незаконно, что в кафе могут пойти только добровольцы?

— Шаан, главы семей и кланов обычно обладают привилегией назначать добровольцев, — подсказала София. — Конечно, назначенный может и не согласиться, но его просто выгонят из семьи, чтобы сохранить ресурсы. Или крепкие мужчины могут ночью в мешке отнести в кое-какие места на окраинах, где для подпольных кафе купят любого, невзирая на возраст и не задавая вопросов.

— И все же почему бы добровольцу не уйти из семьи? Разве не лучше выживать одному, чем умереть в чьем-то брюхе?

— А какая разница, если конец, в итоге, будет один и тот же? Большинство одиночек просто загонят себя на работе, пытаясь набрать денег на оплату налога, пока их не арестуют и не отправят в кафе за долги, или будут дневать и ночевать в Угодьях, пока не попадутся. А если согласиться пойти в кафе, то семья получит прилично денег и сможет выжить. Кроме того, если доброволец сбегает, то главы кланов отправляют в кафе его ближайших родственников, жену и детей, братьев и сестер, друзей, наконец. Это круговая порука, Шаан.

Мда, из мафии нельзя выйти. Какая мерзость! — подумала Шаан про себя.

Она, конечно, знала, как жили человеческие сообщества на средневековых мирах, где технологии находились в зародышевом состоянии, и повсеместно использовался ручной труд. В крестьянской семье могло быть более десятка детей. Высокая смертность и нищета не позволяли привязываться к детям или надеяться вырастить их всех. То, что до совершеннолетия и создания собственной семьи из десятка малышей доживет трое-четверо, считалось нормой в таких условиях. Потому-то продажа детей не вызывала особых рефлексий. Крестьянские сыновья и дочери уходили (или их уводили) с незнакомыми людьми, чтобы стать рабами, наложницами, слугами, проститутками, солдатами, евнухами, учениками колдунов и так далее. Но вот так вот отдавать родную кровь на верную смерть, проживая при этом в современном мегаполисе, казалось Шаан совершенной дикостью.

Да, понимала нага, с современной медициной, лучшими условиями жизни в городе и прочими благами цивилизации та же средневековая семья может вырастить десять из десяти детей. И это означает огромное перенаселение, которое сдерживается только тем фактом, что излишек людей съедают хозяйничающие в Датиане монстры. И все равно между кланами идет беспрерывная борьба за место под солнцем. В этой борьбе решается, кто останется жить в пределах Безопасной Зоны, без страха быть сожранным, а кто вынужден будет переехать за пределы города, подвергая себя и свою семью риску.

— Шаан, ты разве не знала все это? — удивленно спросила София.

— Ты забываешь, что я прожила почти всю жизнь на территории клана, где мы устанавливали собственные порядки, и они разительно отличаются от принятых здесь.

— Понятно. Что же, добро пожаловать в Датиан.

— Ладно, этот момент я поняла. Меррил, расскажи-ка, как ты оказалась в Сакуре, если тебя хотели продать? И заканчивай реветь уже!

Всхлипывая, Меррил объяснила, что в тот трудный момент, когда решалась ее судьба, на помощь пришли оценки из средней школы. Выяснилось, что у нее высокие баллы по всем предметам. Это позволило девушке пройти тесты на поступление в Сакуру. И она прошла, набрав достаточно баллов на бюджетное место! Разумеется, ее статус в семье немедленно изменился. Выпускница Сакуры с большой вероятностью могла рассчитывать трудоустроиться на хлебное место, где будет зарабатывать достаточно, чтобы помочь родным справиться с финансовыми трудностями. Из первой кандидатки на вылет, Меррил превратилась в надежду и опору всей своей родни. Все, что оставалось сделать — окончить школу, не завалив учебу и не оказавшись сожранной. С первым все было в порядке — училась Меррил очень хорошо, но вот ее место в пищевой цепи ставило шансы на успех под вопрос.

— И насколько хорошо ты учишься, Меррил? — уточнила Шаан, которую ее собственное место в пищевой цепи вполне устраивало, а вот с учебой были проблемы, грозившие провалом важного задания.

— У меня высшие баллы почти по всем предметам! — с гордостью объявила девушка.

Шаан и София восхищенно ахнули.

— Но укрываться от хищников у меня не получается никак, — с грустью закончила Меррил. — Шаан права — мне и второго месяца не пережить. Но уйти я не могу. Как только я выйду за ворота, то смело могу топать в ближайшее кафе, домой даже не заглядывая.

Софии стало жалко одногруппницу, сидевшую на диване с поникшей головой.

— Как ты думаешь, Шаан, ей можно чем-то помочь?

— Надо подумать. Дай мне пару минут, — ответила нага, у которой в голове прокручивалось несколько интересных вариантов.

Пока она раздумывала, Меррил успокоилась и вытерла слезы, немного приведя себя в порядок, а София убрала тарелки и вилки, вынеся вместо них чашки с чаем.

— София, ну-ка, на пару слов, — сказала Шаан, наконец.

Они перешли в кухню, наказав Меррил ни к чему не прикасаться.

— Есть одна идея.

— Какая?

— Я бы не против забрать Меррил к нам. Что скажешь?

— Ты меня спрашиваешь? Ты же у нас главная.

— Не настолько. Да, я часто по праву старшей и опытной беру на себя решение важных вопросов, и заставляю тебя делать то, что нужно для твоей же безопасности. Но я вовсе не пытаюсь принуждать тебя во всем. Мы живем вместе, как друзья, и должны стараться решать все так, чтобы всем было комфортно. От того, что ты будешь терпеть только потому, что меня боишься, лучше не станет никому. Поэтому если ты категорически не хочешь принимать Меррил к нам, то так и скажи! Я тогда придумаю что-нибудь еще.

— О, нет-нет! Я вовсе не против Меррил! Просто я думала, что ты не станешь меня спрашивать. Но раз ты спросила и тебе важно мое мнение — я согласна.

— Отлично, я знала, что могу на тебя положиться.

Нага благодарно похлопала Софию по плечу, и они отправились обратно в зал, где Меррил торопливо отвела взгляд от разбросанных повсюду вещей и выжидающе уставилась на Шаан.

— Значит так, Меррил, мы с Софией посовещались, и я решила, что ты теперь будешь жить с нами.

— Ой, право, не стоит! Я уже живу с девушками и не хочу вас обременять.

— Меррил! Запомни, ты теперь будешь делать все, что скажу я! Не забыла, кто вытащил тебя сегодня из нежных объятий Ванессы?

София вздрогнула, услышав имя той, кто когда-то выступила в главной роли в очень реалистичном ночном кошмаре.

— И это для твоего же блага. — добавила Шаан уже мягче.

Меррил затравленно оглянулась на Софию, словно ища у той поддержки.

— Сделай, как Шаан говорит, — посоветовала та. — Она ведь хорошая на самом деле, и совсем не страшная. Видишь, как мы дружно с ней живем? И ты тоже так сможешь. Тебе, считай, повезло.

— Всё верно, тебе повезло, Меррил, — утвердительно кивнула зеленая нага. — Завтра я объявлю тебя своим питомцем.

— Это значит, что подруги Шаан не тронут тебя, а все остальные трижды подумают, стоит ли связываться.

— А еще, — добавила Шаан, — я буду давать тебе по 25 ангелов в неделю. Это сотня в месяц. Столько ни одна студентка не заработает ни на одной подработке. Сможешь отсылать эти деньги семье, и им не придется никого продавать. Если будут вопросы — скажешь, что подрабатываешь служанкой или еще чего-то такое придумаешь. А можешь не отсылать. Закончив Сакуру, да с помощью моего клана, у тебя будет возможность построить карьеру, создать собственную семью. А они пусть крутятся, как умеют — решать тебе.

— Вы действительно сделаете все это для меня? Но зачем?

— Потому, что мне тебя жаль, Меррил, — спокойно сказала Шаан.

— И это все?

— А разве нужно что-то еще?

Меррил промолчала, не придумав, что еще могло бы быть.

— Ну, так что? — спросила Шаан, начиная проявлять признаки нетерпения. — Согласна жить с нами, или убежишь с воплями?

— У меня ведь нет выбора, да?

— Выбор, Меррил, есть всегда. Даже если тебя съели, есть два выхода.

— Я. согласна. Только не представляю, чем бы я могла отблагодарить вас.

— Ну, для начала, ты подтянешь нас с Софией по основным предметам, — ответила Шаан, потирая руки. — Видишь ли, сила есть — ума не надо. Иначе говоря, я не тяну школьную программу. Набираю только проходной балл, в то время, как от меня ждут куда больших результатов. Сможешь помочь мне с оценками — считай, что свое содержание ты окупила.

— Хорошо, — просияла Меррил, поняв, что не будет просто обузой для пожалевшей ее наги, — в этом деле я обязательно помогу!

— Значит, решено. Начинай располагаться. Ты живешь в общежитии?

— Да. Койку в комнате дают практически бесплатно. Я живу еще с пятью девушками. Но даже это лучше, чем дома, где все буквально на головах друг у друга сидят, особенно после того, как пришлось съехать из второй квартиры, за которую нечем платить.

— Ясно. Сегодня вечером перенесем твои вещи к нам. София! Мне сейчас нужно кое-куда уйти, а ты покажи Меррил что где, да объясни правила, хорошо?

— Конечно!

Больше София ничего не сказала. Она не спрашивала Шаан куда той нужно идти — знала и так. Сейчас не среда, когда Шаан уходит в город, и не пятница, когда она отправляется в Дикие Земли. Значит, зеленая нага идет на охоту — очередная нэко рискует распрощаться с жизнью.