Дела у Анны шли ненамного лучше, чем у Кризис. Ее отделение встретило сильное сопротивление наемников. Прячась за различными укрытиями, две стороны вели отчаянную перестрелку. Наемники медленно сдавали позицию — сказывалось отсутствие тяжелого оружия и легкая броня их пехоты. Имперцы постепенно отступали под давлением Анны и ее товарищей. Полковник Демора перевела свой Хэмлок в режим одиночной стрельбы, и быстро нажимая на спусковой крючок, опустошала в сторону врага один магазин за другим, причиняя наемникам ранения и потери. Помочь имперской пехоте могла только срочная помощь кого-то из их специалистов. И она подоспела.

Один из солдат Федерации вдруг захрипел, его потащило вверх, словно кто-то невидимый ухватил человека за горло и поднял. Боец сучил ногами в воздухе и беспомощно пытался оттянуть бронированный воротник доспеха, чтобы вдохнуть. Его напарник в ужасе замер, глядя на это зрелище, и отчаянно соображая, чем же можно помочь.

Вдруг невидимка , державший солдата, как следует размахнулся, и швырнул спецназовца в сторону, прямо в его напарника. Тот рефлекторно уклонился, и боец, пролетев по воздуху метров пятнадцать, со вскриком шлепнулся на землю. Хрустнула сломанная нога, напарник бросился, наконец, на помощь. Анна, которая видела все это, сразу догадалась, что им противостоит вовсе не невидимый противник.

Колдовство!

Завертев головой, женщина внимательно высматривала таинственного обладателя колдовской силы. Наемники отступали, а вместо них, не таясь, прямо на открытое место вышла фигура в черном плаще, расписанном сияющими красными рунами, и с посохом в руках. Колдун снял капюшон, и Анна увидела его красные глаза, и татуировки, которыми было покрыто его лицо.

— Огонь! — проревела Анна.

Солдаты отделения, подчиняясь ее приказу, дружно принялись стрелять в загадочную фигуру. Трассеры выстрелов пересекали отделявшее их от противника пространство, и бессильно рикошетили от его магической защиты. Прозрачная полусфера окружала его, отражая выстрелы, и даже ливень пуль, который обрушили на колдуна федералы, не мог ее преодолеть.

Трассеры рикошетили во все стороны, свистели сквозь темноту в сторону стоянки неподалеку, на которой что-то полыхало, чиркали по земле, поднимая фонтанчики из комьев грязи и асфальтовой крошки. Один из пехотинцев, вскрикнув, повалился на землю — выпущенные им пули отскочили обратно в него же.

— Не может быть, его защиту не пробить! — раздался удивленный крик.

Анна, разрядившая в имперского колдуна весь магазин Хэмлока , грязно матерясь, выхватила револьвер — модифицированный Ведомый , с разгонной катушкой, дополнительно усиливавший все выстрелы. Когда женщина сняла пистолет с предохранителя и навела его на противника, конец ствола начал светиться голубым светом — катушка напитывалась энергией из встроенной в рукоятку батареи, нагревая попадавшие в ствол молекулы воздуха до состояния ионизированной плазмы.

Анна взвела курок, и нажала на спусковой крючок. Оружие оглушительно громыхнуло, подпрыгнув в ее руках от чудовищной отдачи. Окутанная облачком разогретой плазмы пуля вылетела в сторону колдуна, оставив в воздухе быстро рассеивающийся голубоватый след. Защита колдуна вспыхнула оранжевым светом, смешавшись с голубым облачком расплескавшейся по ее поверхности плазмы.

Анна давила на спусковой крючок снова и снова — раз за разом Ведомый выплевывал очередную окутанную голубым свечением пулю, и каждый раз защита колдуна выдерживала очередное попадание. Так продолжалось, пока не закончился шестизарядный барабан, после чего Анна в неверии уставилась на противника.

Не может быть!

Колдун пристально смотрел на Анну сверкающими глазами, оценив исходящую от нее угрозу. Но и об остальных солдатах не следовало забывать. Он поднял посох, направив его в сторону федералов, его губы неслышно шевелились, бормоча заклинание.

Догадавшись, что сейчас произойдет, Анна отшатнулась.

— Назад! — взревела она, отдавая солдатам приказ отступать.

С посоха колдуна сорвалось пламя, словно струей огнемета окатившее Анну и весь ее отряд. За мгновение до этого полковник успела выхватить и швырнуть на землю перед собой диск силовой стены — мгновенно возникшая энергетическая преграда вовремя защитила ее от потока волшебного пламени. Он обтекал силовую стену с обеих сторон, смыкаясь за спиной Анны, словно вода в ручье, которая обтекает вокруг камня.

Бойцам повезло меньше. Пламя окатило их плотной струей. Раздались крики, когда даже через защитную одежду люди ощутили страшный жар. Обычные солдаты сгорели бы заживо за считанные секунды, но бойцы спецподразделения Хищник , носили не обычные бронекостюмы — их черные рогатые доспехи производились в арсенале Сайтаны Оружейницы, зачаровывавшей свои изделия на противодействие магии демонов и Хаоса. Волшебный огонь обжигал их носителей лишь в четверть своей страшной силы. Даже этого оказалось достаточно, чтобы оплавить и изувечить мощные доспехи, и солдаты все равно бы погибли, но вовремя предупрежденные Анной, успели отбежать на достаточное расстояние, куда не доставал огромный факел пламени.

Колдун опустил посох, а Анна убрала ладонь от визоров шлема, которые прикрывала от ослепления. Колдовство прекратилось, но пламя по-прежнему бушевало вокруг нее — в радиусе полусотни метров загорелось буквально все, что физически могло гореть. Пылали припаркованные машины, чахлые кусты, росшие на краях асфальтированных площадок дворов, кучи деревянных ящиков и поддонов, брошенных после разгрузки на близлежащих складах.

Колдун спокойно прохаживался среди языков пламени, меряя Анну презрительным взглядом, уверенный в собственной неуязвимости. Огонь не причинял ему вреда, расступаясь, едва маг приближался к его источнику.

Анна лихорадочно соображала. Была лишь только одна вещь, которую она могла сделать. Женщина подняла скрытое шлемом лицо к небесам. Ночной небосвод все еще затягивали хмурые грозовые тучи, моросил мелкий дождик, вдали молчаливо сверкали молнии. На погоду никто не обращал внимания — у всех участников сегодняшнего сражения находились куда более приоритетные занятия. Но гроза была стихией Анны, и полковник собиралась воззвать к ней за помощью.

Анна простерла ладонь с растопыренными пальцами в сторону грозовых облаков. Тучи пришли в движение, раздался раскат далекого грома. Поднялся ветер, сбивая языки бушевавшего вокруг пламени. Сверкнула молния, затем еще одна. Затем молнии принялись сверкать с все увеличивающейся частотой. Сначала они были крошечными, но магия Анны заставляла их стремиться в одно место, и по пути они росли, набирая заряд, становясь большими, впитывая в себя другие молнии, словно полноводная река, вбирающая в себя протекающие ручейки.

Колдун встревожился, когда начала меняться погода. Он выкрикнул заклинание, его слова потонули в вое ставшего шквальным ветра, и взмахнул посохом. С посоха сорвалось пламя, но не рассеянный поток, как в прошлый раз, а крупная огненная стрела, полетевшая прямо в Анну. Силовая стена приняла удар на себя и устояла — подобная взрыву вспышка пламени лишь осветила женщину, не причинив ей вреда. Не только у колдуна оказалась мощная защита.

Анна опустила голову и поглядела на вражеского мага. К ее воздетой к небу руке протянулась тоненькая молния, колебавшаяся в разные стороны. Обеспокоенный колдун крепче ухватил посох обеими руками. Он снова что-то бормотал, но теперь это было защитное заклинание — полусфера энергии вокруг него засветилась ярче, напитываясь энергией. Маг готовился выдержать удар.

Анна криво усмехнулась. Разве можно человеку выдержать силу самой природы? Женщина резко опустила руку, и огромная ослепительная молния с оглушительным грохотом ударила в то место, где стоял колдун. Окружающее пространство на секунду потонуло в ослепляющей вспышке. Анна потеряла возможность что-то видеть из-за аварийного отключения оптики своего костюма. Через несколько секунд зрение восстановилось — визоры заработали снова.

Колдун был еще жив. Он лежал на мокром асфальте и слабо шевелился. Посох отлетел в сторону, но маг не делал попыток его нащупать.

Анна подошла ближе, не спеша вытряхнув из Ведомого опустевший барабан, и вставив новый. Она с интересом разглядывала поверженного противника. Его защита действительно оказалась могучей — она погасила практически весь удар, и колдун остался жив, не превратившись в уголек. Его чувства медленно возвращались к нему, маг перекатился на бок и с трудом принялся подниматься.

Только для того, чтобы встретиться взглядом с Анной. Полковник находилась уже в трех шагах, посоха не было. Колдун Хаоса все понимал, и не делал попыток сопротивляться, когда Анна подняла револьвер, прицеливаясь в татуированный мелкими рунами лоб.

— Ну-ка, защитись-ка от этого!

И выстрелила.

Голова колдуна мотнулась назад, насквозь пробитая тяжелой пулей, и он медленно завалился обратно на асфальт. Облегченно вздохнув, Анна опустила пистолет.

Радио: Анна! Я преследую вражеского Пилота! — раздался в наушниках голос ее напарницы.

— Подожди меня, Кризис, слышишь?! — рявкнула Анна.

Ответа не последовало. Выругавшись, Анна развернулась, и бросилась в ту сторону, где сражалось отделение ее напарницы, бросив напоследок сопровождавшим ее солдатам приказ действовать по усмотрению.

Когда на улице начались перестрелки, Рудольф спустился в подвал, где находился импровизированный командный центр. Трое наемников помогали командиру в подготовке к эвакуации — они вытаскивали из комнаты железные защищенные корпуса системных блоков, в которых содержалась критически важная информация о расположении имперских сил на Карвонне. То, что невозможно было забрать, Рудольф уничтожал, сначала стирая данные с дисков, затем дергая на блоке каждого из компьютеров за кольцо термического сжигателя. В комнате стояла вонь от плавленого пластика и металла, термит горел ярким пламенем, уничтожая одну секцию компьютера за другой. Рудольф расставался с дорогой машиной без сожаления — она лишь дублировала основной компьютер, установленный на имперской базе в джунглях, и ее потеря ничего не означала.

Стрельба снаружи продолжалась, трещали автоматные очереди, ухали гранаты. Рудольф не питал иллюзии, что его подчиненные смогут отразить нападение штурмовиков Федерации, которых поддерживают специалисты и аж целый Стальной Страж. Он безжалостно отправил наемников умирать, покупая драгоценные минуты на эвакуацию командного центра. Эти люди сами выбрали такую работу, и хотя каждый из них являлся хорошо подготовленным специалистом, прошедшим уже не один конфликт, но философия Империи предписывала быть готовым к смерти и самопожертвованию в любой момент. Это не значило, что Рудольф собирался бросить всех своих бойцов — имелся план прорыва через окружение. Те наемники, которые доживут до этого момента, смогут попытаться спастись.

В какой-то момент снаружи раздался совершенно оглушающий грохот, словно обрушилось одно из зданий. Помещение затряслось, лампочки тревожно замигали при перепадах напряжения, с потолка посыпалась известка. Следом раздался удар молнии такой силы, что гром на секунду чуть не оглушил людей даже в подвале дома.

— Какая знакомая музыка, — философски прокомментировал это событие Рудольф, глядя, как помогавшие ему с погрузкой наемники, встревоженно глядят на потолок.

Командир оторвался от упаковки очередного блока данных, и направился к куче ящиков, стоявших в другом углу комнаты. Мужчина щелкнул выключателем, и зажегшаяся лампочка осветила предупреждающие значки и грозные надписи на боках ящиков:

ОГНЕОПАСНО! ВЗРЫВООПАСНО! ОПАСНО!

— Ну-ка, — сказал Рудольф, набирая кодовые цифры на приделанном ко всему этому планшете, — как насчет сменить темп вечеринки?

Он нажал на кнопку ввода, и на экране планшета загорелся обратный отсчет:

4:59 4:58 4:57 4:56 4:55

Рудольф обернулся, и настороженно следившие за действиями командира наемники засуетились в ускоренном темпе. Пяти минут должно хватить, размышлял командир, если дом ходит ходуном, то это означает только одно — хищники Ночной Тени идут на штурм, а, значит, осталось уже недолго.

Радио: Руди, ты спятил?

— Заткнись, Генри!

Радио: А если мы не успеем выбраться? Мы же тогда все умрем! — заголосил перепуганный Хэдмастер.

Поскольку детонатор парень устанавливал лично, то позаботился о том, чтобы уведомления о его активации немедленно приходили к нему на смартфон, экран которого в таких случаях вспыхивал тревожным красным светом, а из динамика раздавался визг резаной свиньи Касперского. Хэдмастеру не улыбалось иметь в подвале несколько тонн взрывчатки, и не знать, что и почему с ней происходит.

— Я уже почти закончил! — не допускающим пререканий тоном, отрезал Рудольф. Через минуту или две я дам сигнал на отход, и тогда будем очень быстро шевелить копытами, чтобы убраться на безопасное расстояние! Все должны быть в курсе своих путей отхода! А теперь заткнись и не отвлекай меня!

Отключив рацию, Рудольф вернулся к своему занятию — извлечению или уничтожению данных, которые могли бы достаться федералам в случае, если те смогли бы сюда ворваться.

Радио: Ночная Тень всем Викторам Сталкер! Наши отделения встретили серьезное сопротивление, и попали под плотный огонь! Требуется немедленная поддержка! Нужно, чтобы вы выделили не менее шести машин!

Радио: Сталкер Виктор-Главный все принял! Держитесь, командир, помощь уже в пути!

Броневики, на которых федералы прибыли в Датиан, объехали квартал окольными путями, высадив пехоту под мостом для пешего броска. Добравшись до улицы на краю района, они перегородили ее с обоих концов, заблокировав бронированными мрапами, грозно ощетинившимися различным вооружением, и принялись ждать.

Отделяться от пехоты обычно было не очень хорошей идеей, но Венди рассчитывала застать имперцев врасплох, внезапной атакой перебить их солдат, и захватить базу противника в относительной целости. Теперь этот план очевидным образом пошел наперекосяк, о чем свидетельствовали непрерывные очереди и разрывы, разбудившие все, прилегавшие к складскому району дома. В многоэтажках для бедняков всюду зажигались огни в окнах, из них выглядывали встревоженные жильцы, с ужасом глядевшие на разгоравшиеся среди складов пожары.