Джон заколебался. Отряд медиков не предназначался для того, чтобы всерьез биться с врагами, тем более Шаан просила присмотреть за ее подопечной, пока сама сражалась в самом пекле идущего боя. С другой стороны, приказы Дрейка были предельно ясны — хищники должны быть полностью обезврежены, убиты или захвачены, побег кого-либо из них категорически не допускался.

Долго сомневаться Джону не пришлось.

Радио: Меня заметили! Я открываю огонь!

И тут же совсем рядом, буквально на соседней улице, раздалась громкая автоматная очередь!

— На левую позицию все! — взревел Джон, срываясь с места.

Он рванул из переулка в сторону улицы, чтобы лично принять участие в перестрелке и командовать своими бойцами. София устремилась за ним, тяжело дыша от волнения.

— Нет! — рявкнул командир, останавливаясь и оборачиваясь. — Ты останешься! Поняла?! Мы сами справимся! А ты никуда не ходи, оставайся ЗДЕСЬ!

Ошарашенная София резко затормозила, остановившись посреди переулка. Джон удовлетворенно кивнул, и побежал дальше на подмогу своим людям, исчезнув за углом и оставив девушку совсем одну. Через несколько секунд грохот стрельбы за углом усилился — новые винтовки присоединялись к смертоносной какофонии.

Девушка могла только догадываться, что там происходило. Шестеро вооруженных скорострельным оружием солдат простреливали всю улицу, убивая хищников, которые пытались перебежать отделявшее их от джунглей открытое пространство, или бросались на стрелков.

Но теперь, одной, Софии снова стало страшно, как тогда, в ангаре. Вокруг бушевала война, в центре которой оказалась простая молодая девушка. Что толку с того, что она научилась стрелять? Она еще не бывала в настоящем бою, если не считать таковым школьную драку. Шаан хотела, чтобы она попробовала? Чтобы понюхала пороху ? Что ж, у нее получилось — вокруг творился настоящий ад, солдаты стреляли, в темноте шастали монстры, а она осталась совсем одна.

Стараясь не поддаваться панике, София передернула затвор автомата, досылая патрон, и крепче сжала оружие. Она постаралась мобилизовать все полученные знания и навыки, вновь прокручивала в голове все придуманные ею действия-заготовки, с ужасом обнаружив, что к текущей ситуации не подходит ни одна из них.

Стрельба не прекращалась, только в наушнике добавились командные выкрики Джона, пытавшегося руководить вспыхнувшим боем.

Даже сквозь какофонию громких звуков, София услышала чьи-то шаги. Чей-то топот ног за углом, громкий и торопливый — кто-то бежал, не заботясь о скрытности, торопясь быстрее уйти из опасного места.

Из-за угла дома в переулок выскочила хищница! Молодая нэко, одетая в простую одежду ручного пошива, какую обычно носили дикари. Кошка в панике убегала с улицы, на которой все еще раздавалась стрельба.

Хищница и человеческая девушка замерли друг напротив друга — ни одна не ожидала встретить кого-то в этом пустом и темном переулке. Пару секунд ни одна из них не шевелилась, боясь что-либо предпринять. На лице кошки отразилось замешательство, София же ощутила, как на нее накатывает паника.

За углом громыхнуло так, что обе девушки вздрогнули от неожиданности, раздался чей-то отчаянный крик. Уши нэко прижались к голове от страха, взгляд метнулся мимо Софии, туда, где заканчивался переулок, и начиналась стена кустов, отделявших дикарку от спасительных джунглей.

В отчаянии, нэко рванулась вперед, прижимаясь к стене одного из домов, рассчитывая проскочить мимо вставшего на пути человека, и скрыться в зарослях. София неправильно поняла намерения кошки, решив, что та собирается атаковать. Взвизгнув, девушка отскочила к стене другого дома, рефлекторным, отработанным на множестве тактических занятий движением вскидывая автомат.

Палец утопил спусковой крючок, загрохотав, оружие забилось у нее в руках, выплевывая смертоносный свинец. Она стреляла от бедра, почти не целясь, просто водя стволом туда-сюда. Пули крошили глиняную обмазку бревенчатой стены дома, свистели рикошеты, отлетая в сторону выхода из переулка.

Магазин на двадцать патронов опустел всего за полторы секунды. Несчастной нэко не повезло — очередь полоснула ее по животу, и девушка-кошка с отчаянным криком рухнула на землю, забившись в агонии.

Радио: Стрельба сзади, командир!

Радио: Там девчонка!

Радио: Блять!

Кошка сучила ногами по земле, катаясь и завывая от боли, схватившись руками за почти превращенный в месиво живот. София кричала от страха, расширенными от ужаса глазами глядя на эту жуткую картину. Все еще на рефлексах, она нажала большим пальцем левой руки кнопку выброса магазина, и тот упал на землю, тихонько лязгнув. Трясясь и подвывая, София пыталась второй рукой нащупать следующий магазин из разгрузки, не отводя взгляда от бьющейся на земле нэко.

— София! — Джон и его люди ворвались в переулок с оружием наготове.

Командир шумно вздохнул от облегчения, увидев, что с девушкой все в порядке. Подскочив, он ухватил ее за руки и отобрал автомат. Двое из бойцов пробежали мимо, чтобы закрыть один конец переулка, двое остались на другом конце. Медик, который должен оказывать помощь раненым, осторожно подошел к кошке, чтобы осмотреть ее.

— Бля. — выругался Джон, поняв, что случилось.

Радио: Молния, я Хартбит Два Главный. Подойди ко мне .

Радио: Я занята! Что-то случилось? С Софией все в порядке?

В искаженном динамиком голоса София различила напряженный, полный тревоги голос Шаан.

Радио: Она жива. Подойди .

Радио: Сейчас!

Шаан примчалась к ним всего через две минуты, двигаясь так молниеносно, как никто не мог бы ожидать от такого огромного и предназначенного ползать существа. Нага носила тяжелую пластинчатую броню темно-зеленого цвета, покрывавшую верхнюю половину ее тела, и боевой шлем, напоминавший мотоциклетный, полностью скрывавший ее лицо под бронированной пластиной. В одной руке она без усилий несла свой г7 Разведчик , вторая покоилась на поясе, сжавшись на рукоятке длинного ножа.

Одного взгляда хватило, чтобы оценить произошедшую трагедию. Зареванная София, стонущая кошка, которой вкололи обезбол, автомат девушки в руках Джона. Хотя лица Шаан не было видно под темно-зеленым боевым шлемом, напоминавшем мотоциклетный, но по ее напряженной позе и стиснутой в кулак ладони все поняли, что нага бесится. Закинув Разведчик за спину на магнитный крепеж, Шаан бросилась к подруге, лишь на секунду ее шлем повернулся в сторону командира группы, без сомнения одарив того гневным взглядом.

— София, ты как, в порядке? — встревоженно спросила анаконда, осторожно обнимая трясущуюся девушку руками.

— Ш-ша-а-ан. — простонала София. — Она. вдруг выскочила на меня! Я так испугалась. и растерялась! И я.

Девушка умолкла, махнув ладошкой в сторону раненой кошки. В горле стоял ком и захотелось зареветь в голос, но она с трудом сдержалась.

Шаан обернулась к Джону не в силах больше сдерживать гнев.

— Джон, твою мать восемь раз!

— Что?

— Попросила же, как нормальных людей!

— У нас был боевой контакт! Пришлось, блять, стрелять!

— Меня окружают одни долбоебы! — прорычала нага.

— Да иди ты нахуй, Шаан! Я тебе не нянька! Мы здесь, чтобы воевать! Мне некогда твою подружку за ручку водить!

Несколько секунд они спорили и ругались — гневный рев Шаан и глухой бас командира санитарной группы перекрывали стрельбу. Перепалку прервал подошедший медик.

— Ну, что там? — понизив голос почти до шепота, спросила у него Шаан. — Скажи что-нибудь хорошее.

Но тот лишь сокрушенно покачал головой.

— Пизда котенку — срать не будет, — мрачным тоном сказал он.

Шаан оглянулась. Нэко все еще была в сознании. Хищница глухо стонала, обезболивающее средство не до конца сняло болевые ощущения. Живот покрывали окровавленные тампоны — сначала медик пытался остановить кровотечение, но потом бросил это занятие. Ему стало понятно, что спасти хищницу невозможно — свинцовый дождь превратил в кашу ее внутренности. Кошка умирала, и он прямо сказал это Шаан.

— Хорошо, я тебя услышала, — холодным тоном ответила нага.

Она развернулась к Софии и девушка похолодела от страха. В полумраке переулка, силуэт наги казался полностью черным, лица по-прежнему не было видно из-за шлема, и София не могла прочитать на нем, о чем думает или что чувствует ее подруга и покровительница. Люди притихли, ожидая, что скажет госпожа офицер. Даже стрельба почти стихла — сражение перенеслось вглубь отрытых под скалой пещер. Бубнеж в наушнике сознание человеческой девушки практически перестало воспринимать, все ее мысли занимало сейчас только одно.

— Ты все сделала правильно, София, — ровным спокойным тоном начала говорить Шаан. — Ты поразила врага, который пытался тебя убить. Ты победила. Осталось сделать только одно.

Шаан протянула руку к Софии, вытащила из кобуры у нее на поясе пистолет, с лязгом передернула затвор, досылая патрон, и протянула оружие девушке.

— Осталось довести начатое дело до конца. Переродиться. Стать, наконец, тем, кем ты должна будешь стать в этом новом мире, что мы создаем.

София тяжело дышала от волнения и страха. Все было понятно. Остался последний шаг, который ей предстояло сделать — убить жертву, завершить охоту, преодолеть последний барьер, отделявший ее от новой жизни. А прежнюю жизнь пришла пора оставить позади.

Трясущимися руками девушка приняла из рук Шаан пистолет, осторожно взявшись за рукоятку. Нага и солдаты отступили в сторону, открывая путь к раненой кошке. Девушка с трудом заставила себя сделать шаг вперед, затем еще один. В глазах стояли слезы, руки тряслись, сердце гулко колотилось. Нэко, вероятно, поняла, что сейчас произойдет. Кошечка скулила от страха, съежившись на земле. Ее уши прижались к голове, в глазах стоял ужас.

Усилием воли София подняла ставший таким тяжелым пистолет. Теперь его ствол смотрел кошке прямо в лицо. Губы нэко беззвучно шевелились, пытаясь что-то сказать. Побледневшее обескровленное лицо скривилось в гримасе ужаса, из глаз текли слезы.

Пистолет задрожал в руках Софии.

— А-а-а! — в отчаянии закричала девушка.

Приложив всю свою волю, она заставила указательный палец сдвинуть спусковой крючок. Пистолет дернулся в ее руках, разразившись рукотворным громом.

БАМ!

Голова нэко мотнулась назад, и раненая хищница обмякла, безвольно развалившись на земле. Ладони, которые все еще держались за раненый живот, сползли и шлепнулись в грязь. Несчастная была мертва.

Не выдержав нервного напряжения, София разревелась, все еще держа пистолет на вытянутых руках. Шаан подползла ближе, осторожно взяла из рук девушки оружие, поставила на предохранитель и затем прижала плачущую Софию к себе.

— Все хорошо, милая, ты молодец, — как можно нежнее прошептала анаконда.

— Ша-а-ан! — промычала София сквозь слезы. — Пожалуйста, забери меня отсюда!

— Да-да, конечно! Сейчас я все устрою! — засуетилась Шаан.

Она перекинулась с Венди по рации несколькими фразами, объясняя ситуацию, и получила разрешение оставить поле боя. Взяв человеческую девушку за руку, нага повела ее прочь от горящего поселения и от мертвой нэко.

— Идем, София. Идем домой.

Глава 52. Перерождение (часть 6) - 4

Дорога обратно прошла в унылом молчании. Звуки боя постепенно затихли вдали, по мере того, как броневик, перевозивший Шаан, Софию и двух раненых бойцов, удалялся от атакованной деревни.

Они быстро добрались до базы Воргейт, водитель несся на высокой скорости, снимая ногу с педали газа только тогда, когда показывались встречные машины — в зону проведения зачистки шли различные подкрепления.

Благодаря этому студентки Сакуры успели ко времени отхода автобуса, уходившего в Датиан полупустым. Новобранцы из числа Зеленых, кто возвращался на побывку в свои поселения, расселись у передней площадки, София и Шаан заняли места позади.

Все несколько часов, пока бронированный автобус трясся по накатанной дороге, мерно урча мощным двигателем, Шаан наблюдала за своей подопечной. Та неотрывно смотрела в окно, но не замечала проносящихся мимо деревьев. Тысячемильный взгляд — нага видела его не раз, и хорошо его знала. Сейчас ее теплышко страдает, перед ее глазами стоит картина того, что произошло там, в деревне, прокручивается снова и снова, словно проектор, поставленный на повтор. Нахмурившись, анаконда следила за состоянием подруги. Лучше бы случилась истерика, слезы, вопли, гневный отказ когда-либо вновь брать в руки оружие — эмоции делали человеческую девушку живой, помогли бы справиться со стрессом, выкричаться, выматериться. Нага вытерпела бы все: ругань, битье кулаками, обвинения во всех смертных грехах, в том, что это она, Шаан, во всем виновата. Что угодно, кроме этого гнетущего молчания и взгляда в никуда.

Но оставалось лишь стиснув зубы наблюдать и терпеть, надеясь на то, что София справится с ментальным шоком, и в домашней обстановке начнет хоть немного отходить от случившегося.

Несколько часов спустя, автобус и машины сопровождения остановились в подземном гараже на краю охотничьих угодий Датиана. Двери открылись, и пассажиры гурьбой высыпали наружу.

Шаан дернула свою спутницу за рукав униформы, сменить которую они не успели.

— София, идем!

К счастью, ее подруга все еще достаточно реагировала на внешние раздражители. Она позволила стащить себя с сиденья и потащить за руку на выход из автобуса.

От формы надлежало избавиться, но Шаан не представляла, как София будет переодеваться в таком состоянии. Поэтому, перекинувшись парой слов с отделением бойцов, дежурящих по опорному пункту, договорилась оставить у них часть снаряжения.

Нага поснимала с девушки все, что встреченные датианцы могли бы опознать, как военную экипировку: расстегнула и сняла с девушки разгрузку, вытащила нож, отстегнула набедренную кобуру. София, хоть и пребывала в унынии, адекватно реагировала на команды, поднимала руки, чтобы легче было снимать разгрузку, помогла расстегивать лямки жилета.