Фридрих Ницше (1844—1900) – немецкий философ – иррационалист и филолог. Его труды представляют собой собрание отдельных афоризмов, высказываний, проповедей. Выступая против рационализма и классических философских традиций, он не прибегает к аргументации. Он не доказывает, а изрекает, полагая, что любая философия есть исповедь своего сочинителя. Философы восстанавливают взгляды Ницше на основе множества его произведений, многие из которых противоречат друг другу. Основные элементы его мировоззрения – идеи «воли к власти», «вечного возвращения», «переоценки ценностей» и «сверхчеловека». Историческая заслуга Ницше как философа состоит не в создании новой оригинальной философской системы, а в проблематизации основных положений классической философии.

Ницше считают родоначальником «философии жизни», представители которой (А, Бергсон, В. Дильтей, О. Шпенглер, Г. Зиммель и др.) предприняли попытку утвердить новый, отличный от классического рационализма, тип философии, ориентированной не на науку, а на некоторую реальность, которая составляет основу человеческого существования, жизни. Эта специфическая реальность, отличная от материи и духа, с одной стороны, шире разума и потому не может быть исчерпана никакими интеллектуальными конструкциями, а с другой стороны, сама в себе содержит источник своего изменения и развития.

На воззрения Ницше большое влияние оказала философия Шопенгауэра. Согласно ему мир представляет собой не разумную упорядоченность и целесообразность, а беспорядок, и сплошную случайность, потому что в основе его лежит не разум, а воля. В этом хаосе отсутствуют какие-либо нормы, правила или законы. Лишь понятие «вещи» выступает как некий момент устойчивости в хаосе становления. Несмотря на критику онтологии, Ницше высказывает ряд содержательных тезисов об устройстве мира. Мир неустойчив, текуч, это поток становления, лишенного конечной цели, но он не уходит в бесконечность: рано или поздно в этом мире все повторяется. Концепция «вечного возвращения» позволяет ему обнаружить некий посюсторонний суррогат бессмертия. Ведь если вечное возвращение реально, то каждый из нас, завершив свою жизнь, не исчезает навсегда, а вернется к существованию, причем бесконечное множество раз.

Люди, полагает Ницше, привыкли считать, что есть вещи, существующие сами по себе, что существуют объективные причины. Но на самом деле это не так. Это мы выдумали причины, последовательность, взаимную связь, принуждение, число, закон, свободу, основание, цель, то есть мы поступаем так, как поступали всегда, именно мифологически. Мир, взятый независимо от нашего условия, а именно возможности в нем жить, который не сведен нами на наше бытие, нашу логику и наши предрассудки, такой мир, как мир в себе, не существует. Человеку представляется, что существует свобода. Но это также заблуждение. «Когда мы смотрим на водопад, нам кажется, что в бесчисленных изгибах, извивах и преломлениях волн видно присутствие свободы воли и произвола; на самом деле все необходимо, каждое движение может быть математически вычислено. Так обстоит дело и с человеческим поступками: будь мы всеведущими, мы могли бы наперед вычислить каждый поступок, каждый успех познания, каждое заблуждение, каждое злое дело. Сам действующий, правда, погружен в иллюзию произвола»58. Однако в дальнейшем Ницше отступает от лапласовского детерминизма. Он исходит из того, что в основе мира лежит воля. При этом, в отличие от Шопенгауэра, Ницше говорит о множестве воль, сталкивающихся в смертельной борьбе. Таким образом, Ницше, как и Шопенгауэр, в центр своей философии поместил волю, но только взятую в качестве «воли к власти». Это воля является не только определяющим стимулом человеческой деятельности, но присуща и растениями животным. «Из-за чего деревья первобытного леса борются друг с другом? Из-за счастья? Из-за власти…»59. Расплывчато и метафорически толкуя жизнь как «специфическую волю и аккумуляцию силы», Ницше утверждает, что жизнь как таковая «стремится к максимуму чувства воли».

«Волю к власти» Ницше понимает в широком смысле, как волю к силе, могуществу, как волю к полноценной, мощной, яростной жизни. В этом заключается главное отличие идеи Ницше от взглядов Шопенгауэра. Если Шопенгауэр считал волю к жизни нашей главной бедой, приносящей только страдания, то Ницше наоборот, говорил, что воля к жизни (или к власти) – это единственная возможная истина в мировом хаосе, несомненно, благо и поэтому ее надо всячески поощрять и развивать. Чем сильнее воля к власти, тем полноценнее и значительнее наша жизнь. Ницше переносил идеи Ч. Дарвина о борьбе за существование животных на жизнь человеческого общества. Изменения в мире приводят к появлению человека. Но это вовсе не прогресс. Ницше пренебрежительно говорит о человеке: «Сомнительно, чтобы во вселенной можно было найти что-нибудь отвратительнее человеческого лица. У Земли есть кожа, а у кожи этой болезни. Одна из этих болезней называется человеком. Человек недалеко ушел от животных. Человек есть «насквозь лживое, искусственное и близорукое животное». Он возник из обезьяны, и может снова стать ею. В противоположность здоровяку Шопенгауэру, который презирал телесное начало человека, болезненный Ницше воспевал телесное здоровье: «Телесные функции принципиально в миллион раз важнее, чем все состояние и вершины сознания… То, что мы называем «телом» и «плотью», имеет неизмеримо большее значение, остальное есть незначительный придаток».

История человечества, согласно Ницше, не есть движение вперед – она является только «вечным возвращением» и идеалом прошлого является античная культура. В своей работе «Рождение трагедии из духа музыки», он пересматривает свое отношение к Сократу и последовавшей за ним рационалистической традиции. Ницше противопоставляет два типа искусства – апполоническое и диониссийское. Диониссийское – это женское начало, обеспечивающее гармонию человека и природы, оно заявляет о себе языком музыки, которую Ницше, вслед за Шопенгауэром, определяет как «язык воли»60, а музыка рождает самый значительный миф – трагический. Именно трагическая культура становится для Ницше тем идеалом культурных ценностей, который соответствует сущности человека и его естественной склонности. Апполоновское – мужское начало, отличающееся большей упорядоченностью, закономерностью и рациональностью, однако разрушающее связь природы и человека. В античной культуре эти два начала находились в единстве, но в культуре Европы XIX века произошло подавление диониссийского начала апполоновским.

Причины кризиса современной ему культуры Ницше видел в рационализации человеческой жизни, вызванной развитием науки, в распространении христианской религии, ориентированной на помощь слабым, и в развитии демократических форм правления, которые приводят к власти толпу, не способную к созданию высокой культуры. Для восстановления гармонии культуры необходим свехчеловек – вождь, стоящий выше религии и морали, превосходящий всех современных людей силой своей личности. Идея сверхчеловека подробно обосновывается в работе Ницше «Так говорил Заратустра». Свою философию Ницше рассматривает как переоценку ценностей. Эта переоценка касается, прежде всего, идеологии и морали христианства, которую он отвергал как идеологию и мораль «рабов». Ницше считал, что религия формирует зависимое, несамостоятельное сознание, смирение, несвободу человека. Именно христианство стало причиной того, что европейская культура – это культура изнеженных, слабых людей. Христианство умерло, оно не способно быть ориентиром для людей. В противовес Шопенгауэру Ницше заявляет, что «никогда еще никакая религия ни прямо, ни косвенно, ни догматически, ни аллегорически не содержала истины»61. В работе «Безумный человек» Ницше провозглашает: «Бог умер! Бог не воскреснет! И мы убили его!»62.

Смерть Бога предвещает приход сверхчеловека. Сверхчеловек, или как выражается Ницше, «белокурая бестия» одержимо жаждет власти, дерзко и независимо идет по жизни, сокрушая все общепринятые установки, привычки, взгляды и идеалы. Ницше не дает подробной характеристики сверхчеловека, но отмечает, что главное в нем – противоположность «добрым людям», христианам и прочим нигилистам. Вообще он «свехчеловечен именно в отношении добрых, добрые и праведные назвали бы сверхчеловека дьяволом»63.

Ницше отвергает принципы демократии, идеи равенства и справедливости, он сторонник социальной иерархии. Существуют высшие и низшие люди. Их природное неравенство обусловлено различием их «жизненных сил» и «воли к власти». «Высшая каста» имеет право господствовать над серостью, т.е. подавляющим большинством людей. Ницше подводит под понятие высшего человека (белокурой бестии) расово-биологическую базу и требует биологической чистоты этой расы белокурых арийцев. Люди высшей расы станут носителями нового мирового порядка, их господство принесет с собой большие бедствия: «Следует обрести громадную энергию величия, чтобы путем отбора, а также путем уничтожения миллионов уродов сформировать человека будущего и не погибнуть от страдания, которое творит новое и равного которому никогда еще не было». И далее: «Когда истина вступит в борьбу с ложью тысячелетий, у нас будут сотрясения, судороги землетрясения, перемещение гор и долин, какие никогда не снились… все формы власти старого общества взлетят в воздух – они покоятся все на лжи: будут войны, каких еще не было на земле»64.

Философия Ницше, по образному выражению Т. Манна, плодоносит бутонами фантазий о войне, насилии, жестокости, «предписаниями по расовой гигиене», которые вошли в теорию и практику национал-социализма». Нередко говорят, что Ницше – предтеча идеологов фашизма. На это Манн резонно замечает: «не фашизм есть создание Ницше, а наоборот: Ницше – создание фашизма, поскольку он уловил и отметил первые признаки нарождающегося империализма и возвестил приближение фашизма»65.

Как уже отмечалось, взгляды Ницше весьма противоречивы. Он эпатирует читателя, призывая поклоняться не истине, а лжи: «Кто не может лгать, не знает, что есть истина». «Не истина, а ложь божественна». С одной стороны, он превозносит до небес заблуждения, предрассудки, иллюзии, но, вместе с тем, утверждает, что истины превыше всего. Задавшись вопросом, что же такое, в конце концов, человеческая истина?», отвечает: «Это – неопровержимые человеческие заблуждения»66. Нелепость и безапелляционный характер некоторых высказываний Ницше можно объяснить, видимо, только с учетом постоянно терзающих его хворей67. Действительно, как понять, например, такое его высказывание: «Все предрассудки происходят от кишечника»68. Это изречение становится еще более непонятным, если учесть, что философ высоко оценивает познавательное значение предрассудков.

Стремление Ницше создать основы новой морали «сверхчеловека» взамен христианской, нельзя считать продуктивным. Тем не менее, его воззрения имеют своих почитателей и оказали большое влияние на многие направления неклассической философии XX века, прежде всего, феноменологии, экзистенциализма, неопозитивизма и нашли свое завершение в философии французского постмодернизма. Успеху Ницше во многом способствовала изящная литературная форма его произведений в виде броских афоризмов, парадоксальных высказываний и притч. Как и Шопенгауэр, Ницше был прекрасным стилистом. В двадцатилетнем возрасте он стал профессором классической филологии престижного Базельского университета, где проработал около десяти лет и ушел в связи с начавшейся долгой болезнью.