Степи — подводные камни

После полудня степь наполнилась топотом, лязгом и ржанием. Полторы сотни здоровенных агрийских жеребцов, закованных в металлические латы, тяжелой железной рекой растеклись под холмом возле леса и забурлили, устанавливаясь лагерем. Оруженосцы расторопно сняли заиндевелые конские доспехи и укрыли животных теплыми попонами. Снабженцы растянули над ними навесы из плотного войлока и нарубили лапника — чтобы сберечь копыта от холода. Из мелкого ручья натаскали ведрами воды и напоили лошадей. Когда подкатили телеги с фуражом, жеребцам отсыпали овса и пушистого сена. Одновременно в другой стороне уже подняли рыцарские шатры. Задымила походная кухня, а на окраине — передвижная кузница. На возвышенности под прикрытием деревьев поставили большой шатер герцога.

Вигмар наблюдал за происходящим со стороны. Слаженность действий в сочетании с мощью вызывали легкий трепет. Небольшие степные лошади даллов, которые сопровождали конницу до места стоянки, на фоне агрийских казались милыми жеребятами. Несколько раз на глаза ему попались Эстер и Мартин, которые почти все время держались возле герцога. Тамаша и вовсе не было видно.

Вигмар дождался, пока волнение успокоится, и направился на поиски Эстер, чтобы изложить результаты своей ночной вылазки. Но вдруг со стороны степи, там, где стоял лагерем император, раздался звук трубы, и Вигмар увидел процессию из пятерых солдат. Впереди шел явно кто-то из офицеров. Его темно-синий халат отливал на солнце богатой вышивкой, длинные, до щиколотки, полы украшали сложные рисунки. А поверх халата позвякивал пластинами чешуйчатый панцирь, перехваченный кожаным поясом. Большие наплечники украшали две ощеренные морды. Шлем он демонстративно нес под мышкой, а руку держал на поясе. Оружия Вигмар не заметил. За офицером следовали оруженосец с чем-то небольшим в руках и трое рядовых со штандартами.

У границы лагеря процессия остановилась, и один из рядовых снова подал сигнал. Вигмар разглядел вышедшего навстречу караульного. Тот замер перед гонцом, преграждая путь. Сианджиец высокомерно вздернул подбородок и застыл, пожав губы. Вигмар понял, что надо выручать, пока спесивый посланец не развернулся и не сорвал всю его работу.

Он нырнул за шатер, оправил одежду и протер лицо снегом. «Хоть бы не облажаться!» — мелькнула в голове мысль. Напустил на себя важный вид и степенным шагом двинулся к месту политического недопонимания. Сианджийский гонец смотрел куда-то поверх головы караульного, а тот, сурово хмурясь, твердил:

— Кто такие? Чего надо?

Вигмар встал чуть позади, склонив голову в почтительном, хотя и с чувством собственного достоинства, поклоне.

— Достопочтенный посланец Сына Неба, — заговорил он по-сианджийски, — простите за задержку. Герцог ван дер Хайд завершает военный совет, но будет извещен о вашем прибытии незамедлительно.

Герцогский караульный уставился на него, будто увидел призрак. Вигмар повернулся и спокойно, как если бы имел на это полное право, сказал:

— Герцог ждет гостей. Прошу доложить старшему по лагерю.

В этот момент подошли двое гвардейцев в гербовых кирасах. Вигмар припомнил, что видел их с герцогом вчера в лагере даллов. Старший окинул взглядом посланцев, затем караульного и только потом — Вигмара.

— Ты здесь при чем? — спросил он отрывисто.

— Посланники из Страны Закатов прибыли для переговоров, — уверенно ответил Вигмар. — Их уже ждут.

Гвардеец оценивающе посмотрел на штандарты, на отсутствие оружия у гостей, затем махнул рукой.

— Проводите. Его светлости доложим.

Вигмар перевел, и сианджиец снизошел до кивка. Его люди тронулись вслед за гвардейцами, а Вигмар, едва скрывая облегчение, поспешил за ними.

Герцог принял послов уважительно, но без заискивания. В шкатулке оказалось письмо с приглашением на деловой ужин и красивый шелковый веер с тончайшей росписью. В ответ герцог — по совету Вигмара — передал небольшое серебряное зеркальце. Он хоть и был удивлен скромностью выбора, но все же прислушался. А сианджийский посланец, получив подарок, на мгновение даже утратил надменное спокойствие: глаза расширились, пальцы зависли над полированным стеклом, но так и не решились коснуться. Вигмар уловил в его глазах тот самый блеск — смесь жадности и восхищения. «Попал в точку», — с удовлетворением подумал он. А герцог после их ухода расспросил, что именно так восхитило сианджийцев в простом зеркальце? На что Вигмар пояснил, что в Сианг-Джи агрийские зеркала из стекла ценятся по весу золота, поскольку стеклодувных промыслов там нет, а медные и серебряные изделия местного производства используют для защиты от зла и как символ мудрости смотрящего: чем чище поверхность, тем выше священные свойства зеркала.

— Я впечатлен. — Герцог с любопытством развернул веер, подаренный императором. На тончайшем шелке были изображены журавли над горами — символ долголетия и дальновидности. — И скоростью, с которой вам удалось организовать встречу, и точным выбором подарка.

Вигмар поклонился, скрывая улыбку. Уж он-то знал, что нужно дарить тому, с кем хочешь иметь дело.

— Рад, что смог быть полезен, — сдержанно ответил он.

— Я попрошу вас сопровождать меня сегодня, — обернулся к нему герцог. — Мне нужен опытный советник, который понимает обе стороны. Я знаю, что ваше прошлое содержит некоторые… тени, — пристальный взгляд, от которого по спине прокатились мурашки, — но сегодня вы доказали, что ваши навыки важнее старых ошибок…

Вигмар боялся пошевелиться, чтобы ненароком не спугнуть внезапную удачу.

— Поэтому я официально нанимаю вас на должность советника по торговым делам.

Вигмар почувствовал, как внутри все затрепетало от радости. А герцог протянул ему узорчатую пряжку с цветком вереска со своего плаща.

— Вот. Это ваш пропуск к моим покоям. Будете докладывать мне лично.

— Спасибо за доверие. — Вигмар принял подарок и поклонился. — Это честь для меня.

— Обратитесь в снабжение, вам выдадут новую одежду и гербовые принадлежности. Вы должны выглядеть соответственно, раз представляете мои интересы. И… если вы снова столкнетесь со своим прошлым, — его взгляд стал холодным, — не забывайте, что теперь эти тени падают и на меня.

— Благодарю, ваша светлость.

Вигмар поклонился и в сопровождении все тех же двоих гвардейцев направился к повозкам снабженцев. Только теперь они шли не позади, а по бокам — как положено при сопровождении чиновника. Ощущения были непривычные, но однозначно приятные.

Выйдя из шатра распорядителя в новеньком обмундировании, он решил прогуляться до офицерской кухни — раз уж судьба подкинула шанс, надо пользоваться, но по пути внезапно встретил Эстер. Она удивленно оглядела форменную одежду, коснулась гербовой пряжки и одобрительно произнесла:

— Вот это да! Не ожидала.

— Честно говоря, я тоже, — улыбнулся Вигмар.

— И кто же ты теперь?

— Советник по торговым делам.

— Да, — усмехнулась Эстер, — уж что-что, а это ты умеешь.

Вдруг разговор прервал один из гвардейцев:

— Его светлость желает вас видеть.

Эстер улыбнулась и коротко пожелала удачи.

В шатре уже ждали герцог с Мартином. И едва Вигмар переступил порог, как герцог объявил о том, что лошади готовы и они выступают немедленно.

Вигмару, как и остальным, выделили красивого жеребца в нарядной попоне. Герцог по-военному ловко запрыгнул в седло, и делегация направилась к сианджийскому лагерю.

У границы они спешились, оставили лошадей на попечении гвардейцев и в сопровождении оруженосцев со штандартами двинулись к центру. Конвой сианджийцев окружил их, сверкая алыми императорскими штандартами, и Вигмар погладил пряжку с вереском. «Что, если меня узнают…» — мелькнула мысль, но он тут же прогнал ее. Теперь он не беглый контрабандист. Он — лицо герцога.

Конвой повел их к шатру на холме.

Вигмар оглядывался по сторонам: не верилось, что только сегодня ночью он тайком пробирался здесь, чтобы организовать именно эту встречу. А еще внутри цепко держало ощущение нереальности: он, Вигмар, мелкий контрабандист без рода и племени, которого недавно разыскивала половина сианджийской полиции и половина байчонгской мафии, теперь ведет агрийского дворянина на переговоры к самому императору. Ноги шагали, но земли под ними не ощущалось. Как будто он попал в сон.

Впереди у шатра стоял сам император. Вигмар глубоко вздохнул. Внутри все заледенело. Рядом он разглядел Джанджи — в дорогой одежде и с аккуратно уложенными волосами. А за его плечом скромно стояла Ягори — в простой черной одежде. При виде сестры сердце екнуло. Было странно оказаться с ней по разные стороны.

Когда они подошли ближе, Ягори оглядела его наряд и не удержалась, незаметно жестами показала: «Растешь, братец, хвалю». Вигмар сдержал улыбку и ничего не ответил, чувствуя на себе пристальный взгляд императора.

Когда герцог остановился в трех шагах, император кивнул.

— Сын Неба приветствует того, кто пришел сквозь снега и ветра. Ваша стойкость достойна песни.

Вигмар быстро перевел, добавив шепотом:

— В приветствии надо побольше лести.

Герцог склонил голову ровно настолько, насколько позволяло достоинство.

— Отблески солнца на ваших штандартах осветили нам путь.

Император развернул рукава, словно крылья, и мягко указал внутрь.

— Пусть наш разговор будет сладок, как весенний мед. Прошу.

В шатре уже был накрыт низкий стол. Гостям предложили располагаться на мягких подушках, император водрузился на резном походном троне, а герцогу слуга пододвинул стул попроще. Вигмар с Ягори застыли за спинами своих нанимателей.

Император витиевато начал приветствия. Вигмар старательно переводил, а между репликами добавлял комментарии и пояснения от себя. Герцог отвечал учтиво и развернуто, но в основном по делу, без кружев и по сианджийским меркам недостаточно высокопарно. Императору же переводила Ягори, и Вигмар с каменным лицом слушал, как она приукрашивает и добавляет подходящих условностей в сдержанные слова герцога.

Когда обмен приветственными любезностями закончился, император с мельчайшими подробностями и явным преувеличением принялся расписывать достижения Сианг-Джи. Герцог с впечатляющей выдержкой слушал долгие объяснения, ни единым мускулом не выдав нетерпения. Вигмар от себя, когда удавалось вставить слово, подсказывал и подбадривал, заверяя, что это только часть игры. Когда же пришло время расписывать агрийские богатства, посоветовал не стесняться и приукрасить как минимум вдвое, чтобы соответствовать той планке, что установил император, иначе о торговле на равных можно забыть.

Ну и наконец, когда все эти бесконечные сотрясания воздуха были окончены, и каждый убедился в реальной практической выгоде от торгового союза, император заключил:

— Много столетий наши товары не покидали границ Сианг-Джи… — На этих словах Вигмар незаметно сглотнул. — Однако пришло время менять старые традиции. Мне известно о том, что в вашей стране ценится роскошь, поэтому Сианг-Джи с радостью поставит свои шелка и фарфор ценителям утонченных изделий.

— Благодарю ваше величество за столь щедрое предложение, — ответил герцог. — Я от лица королевства Агрия рад предложить драгоценные меха из наших лесов и несравненную продукцию наших аграриев, выращенную в обласканных солнцем равнинах.

— Да будет так, — постановил император. — Но солнце клонится к западу, а мудрость требует времени для обдумывания. Пусть сегодняшние слова осядут и прорастут как весенние всходы. А я перекладываю торговые хлопоты на моего племянника. — Он указал на Джанджи. — Когда пыль от тревожных событий в этой степи уляжется, он будет рад принять гонцов из королевства для обсуждения подробностей.

— Да будет так, — откликнулся герцог. — Ваши слова мудры. Мой добрый друг и доверенный представитель граф Айсенбер, — он указал на Мартина, — будет рад посетить вашу прекрасную страну. А также позвольте упомянуть моего советника в торговых делах, — он указал на Вигмара, и тому показалось, что глаза императора недобро сощурились, — который уполномочен вести дела от моего имени.

— Да пребудут наши народы под одним небом, но каждый — на своей земле, — закончил император и поднялся из-за стола.

Гости поднялись вслед за ним. Распорядитель откинул полы шатра, и герцог с Мартином вышли первыми. Вигмар направился к выходу последним, но слуга неловко уронил веер, и он на мгновение замялся. И этого мгновения хватило, чтобы распорядитель недвусмысленно перекрыл проход, а полы внезапно опустились, отрезая ему путь к спасению.

Вигмар резко обернулся и встретился взглядом со злыми глазами императора. Он потупил взгляд.

— Ты изворотлив, как червь на сковороде, — холодно процедил император. — И если бы не защита твоего нового покровителя, уже к вечеру оказался бы на плахе.

Вигмар молчал. Внутри все слегка потряхивало. Император не просто так его задержал. Но для чего? Что ему может быть нужно?

— Мне выгоден этот торговый союз, но я не позволю чужакам диктовать мне, что покупать, а что нет. Поэтому предлагаю тебе отплатить казне за все неудобства, которые причинил ей своими действиями.

— Что я должен сделать? — осторожно спросил Вигмар.

— Ты получишь официальный статус уполномоченного по закупкам и железную табличку с печатью. Она позволит тебе покупать шелк напрямую у мануфактур… минуя агрийских чиновников, но в ответ я жду, что ты будешь поставлять мне не только товары, одобренные герцогом.

Император провел пальцами по своему вееру. А Вигмар подумал, что отказаться от этого щедрого предложения у него вряд ли получится.

— Да, и вот еще… — добавил император. — Доходы с твоих продаж в Сианг-Джи будут изыматься в пользу казны, пока не закроешь долг.

Он назвал цифру, и Вигмар от удивления даже забыл, что нужно смотреть в пол. Император взирал на него с холодной улыбкой.

— Ты думал, игры с империей обходятся дешево?

Вигмар лихорадочно считал. Цифра долга ударила в виски. Придется брать больше у агрийских купцов… Но как? Герцог заподозрит…

— Долг вполне можно закрыть за пять лет, — проговорил император.

Вигмар поклонился, а про себя подумал: «Это если платить по вашим правилам…»

— Получишь дальнейшие указания, когда приедешь с чужаками на заключение торгового соглашения, — сказал император и жестом показал, что пора уходить.

Вигмар поспешил убраться.

На улице герцог обеспокоенно спросил:

— Какие-то проблемы?

— Прошу прощения, — ответил Вигмар, — перемолвился с сестрой. Она переводчик его величества.

Герцог изучающе посмотрел на него, но кивнул:

— Впредь предупреждай заранее.

— Простите, ваша светлость. — Вигмар коснулся гербовой пряжки на груди.

— Уходим, — скомандовал герцог и направился к оставленным коням.

Почетный караул снова окружил их плотным кольцом. Вигмар плелся позади. Вот же угораздило. Мало того что оказался должен и служить будет сразу двум господам… Так и контрабанду теперь возить по заказу самого императора. А отказаться невозможно, пока Ягори там в заложниках.

* * *

Тамаш прибыл к агрийскому лагерю вместе со снабжением и, воспользовавшись суматохой, улизнул к оркам, которые расположились чуть дальше в лесу. Найти их новое поселение не составило труда — в текущих условиях скрытность уже не была приоритетом, поэтому их прекрасно было слышно и видно издалека. Потолкавшись среди воинов, он оказался на окраине, где возле большой хижины суетилась Лаура.

В печенках кольнула совесть — последние события так закрутили его, что он совершенно забыл о гитанке. А она, тихонько напевая, пересекла тропинку и уже собралась зайти в хижину, как вдруг заметила Тамаша. Притормозила и, подбоченясь, дерзко заявила:

— Ну надо же. Вот кого не ожидала увидеть.

— Прошу прощения, — виновато пробормотал Тамаш. — Я… столько всего произошло.

— Конечно, — фыркнула Лаура, — что вам мешало взять меня с собой? Но нет, вместо этого я сплю в шалаше, а единственный, с кем можно поговорить, — это старый пень, который только и горазд, что тумана наводить.

— Я виноват. Прости меня, пожалуйста. Что я могу для тебя сделать?

— Ничего мне не нужно, — бросила Лаура. — Иди, куда шел, сама справлюсь.

— Лаура… прошу.

— Не надо меня просить. — Она вскинула подбородок. — Я просто хочу вернуться в Агрию и начать все сначала.

— Ты можешь начать сначала прямо здесь.

— Где? В шалаше? Нет, спасибо.

— Не в шалаше. Пожалуйста.

— Ладно, говори. — Она нетерпеливо дернула плечом.

— Здесь совсем рядом лагерь герцога ван дер Хайда. Очень скоро, не знаю, может, через несколько дней он будет участвовать в общем сражении…

— Ты не поверишь, но я даже об этом ничего не знаю.

— Я все объясню. Просто дослушай.

Она жестом разрешила продолжить.

— Так вот, скоро наверняка будет много раненых. У герцога есть свои лекари, но ты многое умеешь, и твоя помощь нам нужна.

— Ты такой же, как все мужчины, — фыркнула Лаура. — Вспоминаешь, только когда что-нибудь нужно.

Тамаш счел за лучшее промолчать.

— Ладно, я пойду, — согласилась она, — но не потому что хочу тебе помочь, а только из-за того, что при лагере герцога у меня больше шансов устроиться.

— Спасибо, Лаура.

— Не за что. — Она скривила губы и резко откинула с лица длинную каштановую прядь.

— Я зайду чуть позже.

— Да уж, потрудись.

Лаура оскорбленно развернулась и скрылась в хижине.

Тамаш вздохнул: вышло и правда некрасиво.

Он постоял в раздумьях, прикидывая, где можно найти старого шамана, но тот сам появился на прогалине. Тамаш перехватил его по пути.

— Приветствую. Можно отвлеку ненадолго?

— Приветствую, — остановился Кузгун. — Давно тебя видно не было. Женщина вся истосковалась.

— Виноват, — согласился Тамаш. — Я уже попросил прощения.

— Что попросил — это молодец. Только теперь его заслужить надо.

— Надеюсь, она даст мне шанс.

— Придется постараться, — ответил Кузгун, — но ты ей по сердцу.

— Она мне тоже, — признался Тамаш.

— Ну вот и отлично, — отмахнулся Кузгун. — Ладно, ты что хотел?

— Ты ведь сохранил обломок клинка Аваима?

— Сохранил. А тебе на что?

— Я… в моих видениях Аваим сказал, что нужно его восстановить.

— А он не сказал, как это сделать без обоих камней?

— Сказал. И, кажется, я знаю, где найти белый.

— Ну как найдешь, приходи.

— У нас нет на это времени. Он все равно бесполезен в том виде, как есть сейчас. Ты можешь его дать? Хотя бы на время. Если не получится, я верну.

Кузгун окинул его оценивающим взглядом. Погладил длинные седые косы, а потом сунул руку за пазуху и протянул Тамашу миниатюрный эфес с маленьким черным осколком на месте лезвия. С крестовины сиротливо смотрело пустое гнездо.

— Возьми, — пожал плечами Кузгун, — он и правда бесполезен.

Тамаш бережно взял вещицу и убрал во внутренний карман. В этот момент снова вышла Лаура. Оглядела обоих скептическим взглядом и решительно направилась куда-то вглубь леса. Тамаш кивком поблагодарил шамана и поспешил за ней.

А Лаура будто намеренно шла так быстро, что ему никак не удавалось догнать ее. Сначала он догонял шагом, но гордо выпрямленная спина никак не желала приближаться. Он все ускорялся и ускорялся, пытаясь сохранить лицо, но в итоге вынужден был перейти на бег, и, когда, запыхавшись, наконец с ней поравнялся, она кинула насмешливый взгляд и снисходительно заметила:

— Что? Непривычно бегать за женщиной?

— Лаура… прошу. Я правда очень плохо играю в эти игры.

Она остановилась, жалостливо на него посмотрела и покачала головой.

— Ладно. Пошли уже.