Леса Орман-Калик — убеждение

Вигмар и Ягори довольно быстро разыскали Берка и договорились о ночлеге. Оказалось, что все орки спали в больших общих шалашах, крытых плотным слоем хвороста и еловых веток. Внутри шалаши были устроены одинаково: толстый слой лапника на земле и каменные чаши очагов по центру — под вытяжным отверстием. Стены обтянуты шкурами.

В шалаше, на который указал Берк, Вигмар кинул вещи и отправился навестить знакомого оружейника. Нужно было посоветоваться насчет амуниции для остатка левой руки. Пожилой орк, который занимался мелким ремонтом прямо на месте, покопался в готовом снаряжении и выбрал несколько щитков. Они примерили их по телу, переговорили по деталям, орк снял мерки и отправил Вигмара восвояси, на ходу уже подбирая ремешки.

А Вигмар решил побродить по лагерю. Сестра болтала с кем-то из знакомых, орки начищали оружие и доспех или упражнялись прямо в проходах. Он заглянул на полевую кухню и раздобыл пару кусков теплого мяса. Находиться в лагере было приятно.

Солдатская суета успокаивала, но в то же время усиливала ощущение собственной неполноценности. Все его умения, которые он оттачивал годами, будто взяли и уполовинили. Больше не было возможности воспользоваться излюбленным оружием — страшным серпом на длинной цепи. Нельзя было вести бой на парных коротких клинках, так хорошо подходивших для потасовок в тесных помещениях. Даже использовать бишоу — небольшой клинок для левой руки в помощь к основному мечу — тоже теперь было невозможно.

И эта ограниченность лишала его уверенности, заставляла чувствовать болезненную ревность при виде ловких, размашистых движений тренированных солдат. Он больше не ощущал себя равным, скорее, младшим братишкой-неумехой, к которому старшие относятся тепло, но снисходительно. Это невероятно злило.

Чтобы отвлечься, он отправился разыскать Догана: если тот не занят, то можно позвать потренироваться, ну или на крайний случай просто языками почесать. В отличие от сдержанного Берка, который при подчиненных становился еще более немногословным, Доган никогда не упускал возможности обсудить последние сплетни и перемыть кому-нибудь кости, а Вигмару как раз того и нужно было, чтобы разогнать неприятные мысли.

Орк сидел в центре шумной компании. Вигмар заметил их издалека: группа воинов расположилась возле большого костра. Кто-то чистил оружие, кто-то отдыхал, слышались обрывки шуток и смех. Он направился в сторону посиделок, но чем ближе подходил, тем неувереннее себя чувствовал, — орки сидели плотным кружком, и чтобы присоединиться, ему пришлось бы буквально втискиваться или согнать кого-то из них со своих мест, а между тем из его знакомых здесь был один только Доган, и взять и выдернуть его тоже казалось неуместным.

Вигмар остановился, не дойдя до костра, и уже почти решил уйти, пока никто его не заметил, но тут, как назло, Доган вскинул голову и встретился с ним глазами, приветливо помахал рукой и недвусмысленно позвал присоединиться. Вигмар сделал пару шагов и в нерешительности оглядел тесный круг.

— Ну-ка, ну-ка. — Доган распихал орков возле себя, и те охотно подвинулись. — Садись, Виг! Молодец, что пришел!

Он похлопал по бревну. Вигмар уселся на нагретое дерево и с удовольствием вытянул ноги, гудевшие после целого дня ходьбы.

— Не бросил еще тренировки? — спросил Доган.

— Нет, — покачал головой Вигмар, — наоборот — усилил.

— Вот это правильно! — одобрил Доган. — Кто тебе помогает?

— Сестра.

— Она у тебя молодец! Мелкая, как далла, и такая же юркая. Отличный партнер.

— Это точно, — усмехнулся Вигмар. — Гоняет до седьмого пота.

— И как успехи?

Вигмар огляделся: орки сидели расслабленно, кто-то занимался своим делом, кто-то с дружелюбным любопытством прислушивался, двое поджаривали над огнем лепешки и пощипывали ароматную горячую корочку. Заметив взгляд Вигмара, один из них протянул прутик и угостил душистым хлебом. Вигмар с благодарностью принял и честно ответил:

— Плохо. Не могу перестроиться. Все время пытаюсь воспользоваться рукой и пропускаю удары.

— Сочувствую, братец, — похлопал его по плечу Доган, — но тут тебе только тренировкой приучаться надо. Кстати! Сходил бы к оружейнику, может, он чего присоветует.

— Уже. Сказал завтра к вечеру на примерку зайти.

— Вот это правильно. Как состязание закончится, приходи, потренирую.

— Спасибо, Доган, — улыбнулся Вигмар. — Ладно, пойду я. Спасибо за угощение!

Он закинул в рот оставшийся кусок лепешки и попрощался. На душе было приятно. Хотелось залечь на пушистую подстилку, завернуться в мохнатое одеяло и выспаться всласть. Но на подходе к своему шалашу в него неожиданно влетела Эстер.

Настроение сразу испортилось. После пощечины, которой завершилась глупая попытка поухаживать, он до сих пор злился на себя за нелепые надежды, и тем сильнее, чем очевиднее становилось, что ему больше не все равно. Это бесило.

— Ой, прости! — охнула она. — Я не заметила.

— Ничего, — буркнул Вигмар, стараясь избегать ее взгляда и продумывая, как бы побыстрее слинять, но так, чтобы это не было похоже на бегство.

— Можно тебя на пару слов? — неожиданно спросила она.

— Я устал и иду спать.

— Это не займет много времени, пожалуйста.

Вигмар нехотя поднял взгляд. Эстер ждала. В отсветах костров ее светлые глаза казались серовато-зелеными, а утонченное лицо будто высеченным из мрамора.

Он тряхнул головой.

— Ладно. Только давай побыстрее.

— Отойдем?

Вигмар страдальчески вздохнул и отошел к ближайшему дереву, куда свет от костров не добивал.

— Так достаточно? — буркнул он недовольно.

— Да. Спасибо. Извини, просто я хочу поговорить, а здесь совершенно негде уединиться.

Вигмар усмехнулся:

— Обычно уединяются для другого.

Эстер больно ткнула его кулаком.

— Может, хватит?

— Хватит что?

— Строить из себя индюка. Почему с другими ты разговариваешь нормально, а мне достается молчание или дурацкие шутки?

— Потому что, когда с тобой пробуешь по-нормальному, прилетает по лицу!

Вигмар даже удивился, насколько обиженно прозвучали его слова.

— Извини, — Эстер отвела взгляд, — я позвала тебя, чтобы попросить прощения. Мне стыдно, и я не знаю, почему так отреагировала тогда.

— Зато я знаю, — горько проговорил Вигмар. — Впредь буду помнить свое место… ваша светлость.

Он посмотрел ей в глаза, и в печенках заскреблась совесть — на точеном лице застыла растерянность и обида.

— Зачем ты так?

— Потому что так оно и есть, — в досаде бросил Вигмар. — Я пошел спать. Извинения приняты.

Он развернулся и зашагал к своему жилищу. Хорошее настроение окончательно растворилось. Было стыдно: зачем опять нагрубил? Почему действительно не может поговорить спокойно? А потом сам себе ответил: потому что, когда она рядом, ему хотелось совсем не говорить, и эта дурацкая слабость становится все более навязчивой. Пусть уж лучше считает его хамом, чем влюбленным простачком.

«Влюбленным…» — Вигмар поморщился. И когда это он стал применять к себе подобные слова?

Ночь прошла беспокойно. Выспаться в набитом орками шалаше не получилось, и едва те начали ворочаться и вытягиваться наружу, Вигмар тоже встал и отправился на поиски Ягори. А когда нашел, оказалось, что и она выглядит помятой и невыспавшейся.

— Как спалось? — спросил он для приличия.

— К этому надо привыкнуть, — вздохнула Ягори.

Вигмар неопределенно хмыкнул и почесал скулы.

— Нам бы с тобой к Седиру заглянуть.

— Да, не стоит откладывать, — согласилась Ягори.

Седир встретил их сдержанно.

— Приветствую, вождь, — поздоровался Вигмар.

— И я вас приветствую. Ты, видно, закончил с моим поручением и поэтому решил прийти?

— Ну… — Вигмар почесал затылок. — На самом деле есть идея насчет засранца, и я хотел с тобой поговорить.

— Говори, — разрешил Седир.

— Солдаты в ущелье устали ждать и требуют выдать нас с Ягори, иначе грозят нападением.

— Да, Шахин рассказала мне.

— И что ты по этому поводу думаешь? — скрывая волнение, спросил Вигмар.

— То же самое, что и она: если покажем слабость, столкновения точно не избежать.

Вигмар почувствовал облегчение: теперь можно было предложить свой план.

— Угроза от тварей с востока сейчас в приоритете, — начал он. — Конфликт в тылах нас сильно ослабит и отвлечет от главного.

— Я рад, что ты это понимаешь, — согласился Седир.

— Джанджи… пленник, — поправился он, — знатного рода. Мы хотим склонить его к сотрудничеству и использовать, чтобы потянуть время.

— Ты знаешь, как этого добиться?

— Полагаю, да. Ягори получила от него ценные сведения, мы можем это использовать.

— Разумный подход, — похвалил его Седир. — Можешь ведь, когда захочешь.

— Если честно, — помялся Вигмар, — это идея Ягори.

— Да, я в курсе, Шахин все передала, но мне было интересно услышать твою версию. Теперь я вижу, что ты становишься мужчиной.

— Так что, нужники отменяются? — неуверенно улыбнулся Вигмар.

— Пока отменяются, — проговорил Седир, — на чистку сортиров нет времени. Займешься этим выскочкой, а отработаешь потом.

— Кстати, — вставила Ягори, — если ты согласен с нашим предложением, могу я тоже о чем-то попросить?

Седир вопросительно на нее посмотрел, и Ягори продолжила:

— Выступить переговорщиком он может только добровольно, поэтому я прошу тебя дать нам свободу в методах и, если позволишь, показать ему состязание — это должно произвести впечатление и усилить наши позиции.

— А справитесь? — прищурился Седир.

Ягори посмотрела на брата, и Вигмар утвердительно кивнул.

— Справимся, — уверенно ответила она, — у нас нет выбора.

— Хорошо, — согласился орк, — но отвечаете за него сами. Оплошаете — нужники вам праздником покажутся.

— Благодарю.

Они попрощались и вышли. На улице уже рассвело, и с ветром принесло запах свежей еды. У полевой кухни они набрали лепешек и устроились на поваленном дереве.

— Что будем делать? — спросил Вигмар, запивая хлеб горячим травяным сбором.

— Пойдем обратно, — пожала плечами Ягори, — и приведем его сюда.

— На веревке его, что ли, вести?

— Нет, надо убедить его сотрудничать. Без этого все теряет смысл.

— И как же мы это сделаем?

— Он ведь не знает о твоей способности внушения? — вдруг спросила Ягори.

— Нет, конечно, — возмутился Вигмар.

— Может, попробуем его разговорить, как ту шпионку? Он показался мне уязвимым, когда говорил об отце. Думаю, надо работать в этом направлении.

— Да, это можно. Только надо приноровиться тасовать брусочки одной рукой.

Обратная дорога до селения орков заняла раза в два меньше времени. Без компании идти было приятнее и куда быстрее, поэтому, когда время только перевалило за полдень, они уже входили в свою хижину. Вигмар с наслаждением плюхнулся на топчан и вытянулся.

— А тебе бы не хотелось просто забыть все? — спросил он вдруг. — Уйти подальше и начать сначала, где нас никто не знает?

— Иногда хочется, — после небольшой паузы ответила Ягори, — но нам некуда идти — в Агрии мы слишком чужие, в Сианг-Джи нас рано или поздно найдут, а здесь… — Она огляделась по сторонам. — Здесь у нас есть шанс, и не надо искать крышу над головой.

— Но мы же не можем до конца жизни оставаться в этих хижинах, — возразил Вигмар. — Мы с тобой не орки. Это не наша жизнь.

— Да, но сейчас именно здесь происходят большие события. А в мутной воде, сам знаешь, умелым ловцам достаются самые крупные рыбки. Уж что-что, а это мы с тобой умеем.

— С тобой сложно спорить, — улыбнулся Вигмар. — И, кажется, к нам уже попала одна жирная рыбешка. Осталось только его подцепить.

— А это уже твоя работа. — Ягори пригласительным жестом указала на дверь.

Тропинка до землянки была хорошо натоптана — видно, пленника не забывали кормить. Вигмар приоткрыл дверь. Внутри горел факел, но было промозгло. Джанджи сидел, закутавшись в шкуры. Лысый череп уже покрылся коротким черным ежиком волос, и это делало его вид комичным и в некоторой степени беззащитным. Однако едва он заметил, кто вошел, немедленно выпрямился и нацепил гримасу презрительного равнодушия.

— О, пожаловали! — скривился он. — Я больше не приму ваши зелья!

Вигмар молча опустился на корточки, доставая из рукава брусочки головоломки.

— Мы пришли поговорить.

— Нет, спасибо, — Джанджи плюнул ему под ноги. — От ваших «разговоров» у меня портится здоровье.

Ягори усмехнулась:

— Зато теперь знаешь, как пахнет настоящая жизнь, а не только надушенные будуары.

Джанджи фыркнул и вздернул подбородок.

— Иногда можно просто поговорить. — Голос Вигмара вязким сиропом наполнил помещение.

Брусочки заплясали между пальцами. Джанджи удивленно опустил взгляд.

— Что это за шту… — начал он и замер на полуслове.

Взгляд стал отстраненным, лицо обмякло, в выражении появилась непривычная мягкость. Вигмар тихонько запел, и комната будто растворилась, оставив его, Джанджи и обволакивающий голос.

— У твоего отца достаточно власти, для чего рисковать наследником? — вплел Вигмар первый вопрос в мелодию.

— Хочет больше власти.

— Больше только у самого императора.

Джанджи поджал губы и промолчал. Вигмар с Ягори переглянусь.

— Что ты знаешь?

— Секрет отца.

— Какой секрет?

Джанджи подался вперед, по виску скатилась капля пота. Вигмар продолжил:

— Твой отец что-то скрывает от императора?

— Да.

— Что?

— Отец… хочет сам… императором…

— Как это возможно?

По лицу Джанджи пробежала судорога. Вигмар запел чуть громче.

— Мать… она одной крови с…

— Яснее.

— Двоюродная сестра… Его Величества… — Джанджи судорожно вздохнул.

Вигмар наклонился ближе:

— Что еще?

Внезапно Джанджи рванулся вперед:

— Нет! Не смей…

Ягори удержала его и снова усадила к стене. Вигмар ускорил темп.

— Отвечай.

Джанджи обмяк.

— Отец хочет использовать ее родство, чтобы получить трон.

— Каким образом?

— Император болен и бездетен… — Голос стал бесцветным. — Предложил меня… наследником… других родных по крови нет.

Ягори и Вигмар снова переглянулись.

— Если ты погибнешь в походе, это не имеет смысла.

— Моя смерть — способ получить власть.

— Поясни.

— Смерть в походе — повод начать волнения.

— В чем смысл?

— Объявит меня мучеником, а императора недостойным: за нарушение заветов и презрение священных границ.

— А второй вариант?

— Удача в походе — повод объявить меня наследником.

— При чем здесь смерть?

— Наследника ждет смерть после прихода к власти.

— Это как?

— Император болен. После его смерти власть перейдет наследнику. Мой отец — кровный родственник наследника. После моей смерти власть перейдет к нему.

— Откуда ты знаешь?

— Я услышал… тайная беседа… случайно…

Вдруг факел щелкнул и плюнул искрами. Джанджи очнулся. Лицо стало мертвенно-бледным, глаза расширились от ужаса.

— Вы… Что вы наделали⁈ Как вы посмели!

Вигмар остановил брусочки и задумчиво проговорил уже обычным голосом:

— Да… наследничек… у тебя положение похуже нашего.

Джанджи бросился вперед, но он толчком отпихнул его обратно к стене.

— Ты… — злобно выплюнул Джанджи. — Что ты со мной сделал?

— Я просто немного помог, — пожал плечами Вигмар.

— Как ее зелья? — Джанджи кивнул на Ягори. — Тогда почему я могу шевелиться?

— Потому что зелья выжигают волю, а я всего лишь приоткрыл дверь. Ты сам говоришь о том, что тебя гложет.

— Вранье! Это ты меня заставил! Я никогда бы такого не сказал!

— Конечно, — криво усмехнулся Вигмар, — наш заносчивый Джанджи никогда бы не признался, что он разменная монета.

— Отец тебя достанет, мелкий мошенник… — процедил Джанджи.

— Не факт, — хмыкнул Вигмар, — а вот тебя он точно не выпустит.

— Ты перекручиваешь, чтобы манипулировать! Как будто я тебя не знаю!

— Я, конечно, мошенник… Но даже я вижу, что твое дело дрянь. Раскрой глаза!

— Даже если это так, вам нечего мне предложить!

— Вообще-то, есть…

Ягори вдруг вышла вперед и мягко проговорила:

— Ты сам можешь стать полезным императору и выйти из тени отца.

Джанджи резко вскинул голову.

— Сын не должен идти против отца!

— А тебе и не надо, — заметила Ягори. — Мы знаем, как помочь.

— Серьезно⁈ Вы прячетесь за кучкой дикарей!

— Может, и дикарей, но их сила и ловкость превосходит имперские войска, — пояснила она. — Принеси императору военный союз, и твой отец больше не сможет тебя использовать.

— Для чего императору союз? — презрительно фыркнул Джанджи. — Мы не ведем дел с чужестранцами.

— Это скоро изменится, — ответил Вигмар.

— Почему я должен вам верить?

— Ну… пока это твой единственный способ выжить.

— Вы предлагаете мне выбрать между петлей отца и удавкой варваров⁈

— Мы предлагаем тебе выход.

— Вы оба лгуны и однажды подавитесь своими языками. — Джанджи смерил обоих высокомерным взглядом. — Но я хочу посмеяться над вашими сказками. Давайте, развлеките меня, попрошайки!

— С удовольствием, ваша светлость, — осклабился Вигмар. — С чего начать?

— Чем ваш союз может быть интересен императору?

— О, ты скоро сам все увидишь, — загадочно проговорил Вигмар.

— Когда увижу, тогда мы с тобой продолжим этот разговор. — Джанджи презрительно скривил губы. — Но, если окажется, что это пустышка, я предпочту вернуться в свои покои и исполнить волю отца, чем остаться с таким сбродом, как вы.

— Может, и сброд, но мы предлагаем тебе выбор, — деликатно напомнила Ягори.

— Выбор? Между тем, чей кинжал первым окажется у моего горла⁈ — Он резко вскочил, но Вигмар оказался быстрее. Они замерли, почти касаясь друг друга и сверля взглядами.

— Между смертью пешки… — Вигмар приблизил лицо вплотную. — … И жизнью игрока.

— Это мы еще посмотрим, — фыркнул Джанджи, отстраняясь.

— Вот и славно. — Вигмар отступил и развернулся к выходу. — Тогда предлагаю тебе отправиться в соседний лагерь и вместе с нами насладиться состязанием воинов, чтобы ты мог представить их в лучшем свете Его Величеству.

— Насладиться дикарскими забавами? — хмыкнул Джанджи. — Очень в этом сомневаюсь, но раз ничего более изысканного, чем мордобой, не предвидится, то пошли.

Он первый шагнул к двери, и Вигмар с Ягори незаметно переглянулись.

— Грубая работа, — тихо шепнула Ягори по-орочьи. — Может, не стоило так давить?

— Он не ребенок, — так же тихо ответил Вигмар. — К тому же сила — единственный язык, который он понимает. И посмотри, как быстро поскакал к выходу…

По пути они заглянули на кухню. Ханим сердечно поприветствовала их с Ягори. Выловила из булькающего чана три птичьих ноги, завернула в лепешки и выдала каждому в руки, получив взамен горячие благодарности и восхищения своей стряпней. Даже Джанджи, не отрывавший потрясенного взгляда от внушительной фигуры оркины, неуверенно кивнул в знак благодарности, но есть на ходу отказался. Он церемонно уселся за ближайший стол и, изящно придерживая кончиками пальцев истекающую соком косточку, принялся вкушать с таким видом, будто находился на приеме у самого императора.

Вигмар с Ягори оставили его на кухне, а сами, жуя прямо на ходу, заглянули к Шахин, чтобы передать распоряжения Седира и попрощаться, после чего забрали закончившего свою трапезу Джанджи и направились в сторону опушки.

Дорогой он пытался язвить и комментировать, но быстро устал и большую часть пути топал молча, подволакивая слишком большие сапоги, выданные ему орками. Один раз попытался диктовать, что пора сделать привал, но Вигмар на это не отреагировал. Тогда он сел в снег и заявил, что идти дальше не может. На это Вигмар с Ягори пожали плечами и сообщили, что они планируют добраться в лагерь до наступления ночи, чтобы не встречаться с дикими животными, но если Джанджи хочет отдохнуть, то мешать не станут, развернулись и пошли дальше. Джанджи что-то покричал из своего сугроба, а минут через десять догнал и поплелся позади.

Но как они ни спешили, ранние зимние сумерки застали их далеко от лагеря, и по мере того, как темнота густела, Джанджи придвигался все ближе и возмущался все меньше. Отголоски суеты ночных животных и далекий волчий вой заставляли его вздрагивать; на воплях двух рысей он вцепился Вигмару в одежду, чем жутко того разозлил, а когда из ночной тьмы вынырнул орочий патруль, то и вовсе заорал в голос, на что получил порцию дружного гогота, и потом еще долго обиженно пыхтел и бормотал ругательства.

А по приходу в лагерь размякший и непривыкший к физическим нагрузкам Джанджи настолько вымотался, что без возмущений дал Вигмару завести себя в один из шалашей и как подкошенный рухнул на лапник. Его не смогли разбудить ни разноголосый храп орков, ни их шумное пробуждение с рассветом. И Вигмар, сам вставший вместе с орками, оставил его отсыпаться и отправился на поиски сестры.

Ягори обнаружилась у полевой кухни. Она задумчиво жевала лепешку и, завидев брата, приветственно помахала рукой.

— Как там наш страдалец? — спросила она, когда Вигмар подошел.

— Отсыпается.

— Хорошо. Нам с тобой надо доложиться Седиру.

Вигмар быстро перекусил, и они пошли вслед за орками, которые тянулись в одном направлении. Оказалось, что перед соревнованием вождь объявил общий сбор.

Сам он степенно ожидал на широкой поляне и, когда орки заполнили все свободное пространство и ближайший лес, лично отобрал двадцать четыре лучших воина. Вигмар был рад увидеть среди них Берка и Догана.

Когда воины выстроились перед вождем, тот заговорил звучным властным голосом:

— Сегодня даллы будут смотреть на вас глазами не только союзников, но и давних соперников. Я отобрал лучших, но мы идем не убивать. Ваша задача не поразить соперника в кратчайший срок, а показать красоту и мощь ваших умений! — Седир вздернул кулак и крикнул: — Покажите им все, что знаете, и пусть они в страхе молятся своим богам, чтобы это мастерство не обратилось против них!

Поляна взорвалась дружным ревом. Орки забили топорами в тяжелые щиты и затопали. Вигмар почувствовал, как земля под ногами задрожала. От воинственного клича нескольких сотен глоток завибрировал хребет, а в груди внезапно зародилась кипучая лихость. Неудержимый восторг рванул по коже горячей волной и выплеснулся в яростном крике. Он вскинул руку, подражая Седиру, и слился с ликующей толпой. Так же восторженно его поддержала Ягори.

Когда крики и топот затихли, орки, возбужденно переговариваясь, потянулись обратно к лагерю. А Вигмар поспешил перехватить Седира, пока тот не углубился в ежедневные дела.

— Я видел, что вы ликовали вместе с моими воинами, — поприветствовал вождь, — это греет мне сердце.

— Это было искренне, — ответил Вигмар. — Я рад, что ты позволил нам стать часть этой семьи.

— Ну что же, — Седир погладил седоватые косы, спускавшиеся на плечи, — мне приятно, что ты наконец воспринимаешь это родство серьезно. Вы что-то хотели обсудить?

— Да. Нам удалось склонить пленного к сотрудничеству.

— Это радует. Как мы можем его использовать?

— Я предлагаю написать ответное письмо солдатам императора с приказом отложить наступление. Если его составит и завизирует Джанджи, военачальники не смогут это игнорировать.

— Хороший план. А твой Джанджи согласится?

— Мы планируем сегодня этим заняться.

— Ладно, но к вечеру должен быть ответ.

— Будет, — уверенно ответил Вигмар. — А вы сохранили трупы тех тварей?

— Сохранили и сложили здесь, неподалеку, чтобы воины могли лучше изучить слабые места. Но тебе зачем?

— Хочу добавить мотивации нашему переговорщику, — улыбнулся Вигмар.

— Молодец. — Седир похлопал его по плечу. — Уверен, он оценит. Да, и проследи, чтобы он в полной мере смог оценить наших воинов сегодня.

Вигмар кивнул и, коротко попрощавшись, ушел. Ягори уже отправилась на поиски Эстер и остальных, чтобы передать им, где состоится состязание, а Вигмар поспешил обратно к шалашу, пока Джанджи не проснулся. На подходе он вдруг заметил в толпе светлые волосы — Эстер тоже направлялась к лагерю вместе со всеми. Вигмар чуть ускорился и выловил ее из толпы. Он легонько тронул ее за локоть и кивком позвал в сторону:

— Можно тебя на минуту?

Эстер смерила его взглядом и холодно произнесла:

— Ты еще не договорил?

Он виновато опустил взгляд.

— Наоборот: сказал лишнего.

— Да, есть такое.

— Отойдем?

— Уединиться? — ядовито поинтересовалась Эстер.

— Поговорить. — Он поднял глаза и неуверенно снова тронул ее за локоть.

— Ладно, — Эстер решительно вывернулась из плотного потока спешащих орков и отошла под раскидистый старый дуб, — слушаю.

— Я был неправ.

Эстер молчала. Холодный взгляд льдисто-голубых глаз пробирал морозом, и Вигмар внезапно передумал извиняться. Навалилась усталость от нелепых недомолвок и попыток выдать себя за кого-то другого.

— А знаешь что? — вдруг спросил он. — Ты сказала, что я неправильно веду себя с тобой. А сама ты разве не так же поступаешь?

— В каком смысле?

— В прямом. Ты унизила меня за невинное проявление симпатии, но охотно принимаешь дружеские жесты от всех остальных.

— Это не так! — возмутилась Эстер.

— Именно так, — покачал головой Вигмар, — давай уже называть вещи своими именами. Ты умна, образована, мне приятно твое общество, это очевидно, но я не хочу быть невежей и деревенщиной, до которого ты снизошла.

— Но это не так! — Теперь в ее голосе не было уверенности, скорее вопрос.

— Так.

Он коснулся ее ладони, и Эстер непроизвольно отдернула руку,

— Вот видишь, — горько усмехнулся Вигмар, — будь на моем месте Мартин или Тамаш, ты бы так не сделала.

Эстер в растерянности прижала руку к груди.

— Вигмар…

— Не стоит, — перебил он ее, — давай просто не будем притворяться: я не хочу больше изображать, что мне все равно. Меня задевает твое поведение — как мужчину и как друга, которым я зачем-то хочу стать. А ты перестань уже изображать, что тебе есть до меня дело. Так всем будет проще.

Эстер застыла. Взгляд стал растерянным и неуверенным.

— Послушай…

— Вот вы где! — прервал ее голос Ягори. — Вигмар, пошли!

Она настойчиво потянула его к лагерю и уже через плечо бросила Эстер:

— Возвращайся, лекарь ищет тебя! Они скоро уходят.