Из конца в конец по Руси бродят калики и «поют славу Оликсею, Оликсею – Божьему человеку.
Искони хвалит его и Двина, и Вага, и Поморье.
Тихая, святая слава Алексея Человека Божия на Руси напоминает нежное поэтическое представление о св. Франциске Ассизском на Западе.
Певала про Алексея Человека Божьяго и Наталья Петровна. Одно споет, другое, расскажет.
… … … … … … … … … … …
Он и был у Христа, свет, избраной.
Он и был всем крещеным богоданой.
Он и первый у Господа печальник
И за всю свято-русскую землю.
Он и пешим, убогим заступник,
Он и старым, малым кормилец.
Поют славу Оликсею,
Оликсею Божьему Человеку,
По всему крещеному миру.
Во веки его славы не избыти.
Дивное ожерелье Севера многими перлами блистало. Еще много этих перлов осталось. Многие, наверно, слыхали былину-новеллу про Домну Фалалеевну. Говорят, не так давно редкая женщина в Архангельске не знала про «Домнушку».
Тоненьким голосочком пела ее Наталья Петровна. Иной раз и сплакнет.
Близка эта старинка сердцу северной женщины:
– Пошел «свататься» на Домне Фалалеевне нелюбой Дмитрий-князь. А Домна выскочила на крыльцо и стала насмехаться над ним. Вернулся Дмитрий домой и послал слуг звать Домну в гости. Два раза приходили слуги, приглашая:
Приходи-ко ты, Домнушка,
Приходи, Фалилеевна,
Ты ко князю ко Митрею,
Посидеть с красными девушками,
С дорогима подруженьками.
Не стала Домна с ними и разговаривать, а говорила отцу:
Не пойду я к Митрею,
Не йду я к Михайловичу.
Он не в гости, не в пир зовет,
Он возьмет меня насильне…
… … … … … … … … …
В третий раз пришли слуги и принесли отцу Домны богатые подарки. Стал Домну посылать к Митрию-князю и отец.
Покорилась Домна Фалилеевна. Пришла к Митрию. Он ее встречает, поит вином и ведет «во покои во особые».
– Ты постой, постой, Митрий-князь,
Ты постой, Михайлович!
Я сбегаю ко батюшку
Во высокую горницу.
… … … … … … … … …
Как родима-та мамушка
Мне сошила два платьица.
Перво платье обручальное,
Друго платье венчальное.
Обручально-то платьицо
да я на полу стопчу,
Венчально-то платьице
Да иша я в лоскуты прирву.
… … … … … … … … …
Ты пусти меня, Митрий-князь,
Ты пусти меня, Михайлович!
да я сбегаю ко мамушки
На высоку могилоцьку,
Попрошу прошеньица…
Отпустил ее Митрий-князь. Побежала Домна. Растерзала в отчаяньи свои обручальные и подвенечные наряды. Потом
Брала, брала Домнушка
да свечу воскоярову,
Иша булатной ножичек.
Побежала Домнушка,
Побежала Фалилеевна
Ко родиной матушки
На высоко могилище.
Она брала в леву рученку
Да свечу воскоярову.
Да брала в праву рученку
Да булатный ножичек.
Да наставила ножичек
Против белаго горлышка.
… … … … … … … …
Давно умолкла Наталья Петровна, а точно сейчас слышу:
Схоронили Домнушку,
Схоронили Фалалеевну
На высоком угорышке
Под кудряву вербушку…