Зимой царь в сенате заседает. Лошадь с кучером у подъезда ждет. Раз, к вечеру, кучер и видит: молодец стоит нарядный и глаза на него выкатил…
– Ты что?
– Любуюсь. Очень у вас на облучке местоположение величественное. Мне хоть бы минутку так покрасоваться. За столь сладкое мгновение трешны бы не пожалел.
– А пятишну?
– Держи!
– Ладно. Лезь на мое место. Я покаместь сбрую оправлю.
Только кучер из сангей, Шиш за вожжи да как гикнет!
Стоит кучер на карачках середи дороги. А лошадка далеко полощет.
Царица сидела дома. От скуки песню пела свою любимую:
Кофеишку грешного
С месяц не пила.
Немножко сварила.
И тот пролила.
Вдруг кто-то под окном коня на всем маху постановил.
Взглянула – конь свой, царский. Послала узнать, в чем дело.
Фрейлины Агашка, Машка и Дашка выскочили на крыльцо:
– Под кого лошадка?
– Амператор послали под свою супругу, чтоб сию секунду к им в сенат. Жёнские вопросы разбирать.
Царица прокатиться без памяти рада.
Машки, Дашки на нее шелков, бархатов накрутили. В сани посадили…
Пошел!
А Шиш царицу не к сенату, а из города, да в свой домок.
Царь вернулся пешком.
Ничего понять не может.
– Царица у себя?
– Как вы за ей конька и саночки послать изволили, оне к вам в сенат и отбыли…
– Я??! Конька?! О-о, беда, беда! Он это! Шиш… О-о, разнесчастной я детинушка родился! Под кем лед трещит, а под нами ломится…
Вельможи царя утешают:
– Ваше Величие, лучше бы вам не слезить своего белого лица, а сыпануть в погоню.
– Неужели у меня, сироты, еще хоть одна коняшка осталась?
– Что вы?! Хватит!
К Шишову подворью на тройке полетели. Царь всю дорогу стоя ременкой намахивал.
У Шиша в окнах свет. Не заперто. Царь в горницу…
В углу самовар пышет. За самоваром царица и Шиш.
– Маремьяна – ты?
– Я.
– Давно ты тут?
– Не как давно. Всего ише восемнадцату чашку допиваю. Тебе, с дороги, не налить ли стаканчик?
Царя и горе берет, и смех дóлит:
– В землю бы я лег да укрылся, а не чаи распивать!.. На-
лей!
После второго самовара царь с царицей песню заревели:
Эх-ы, ветры дули,
Шапку сдули;
Кафтан сняли,
Рукавицы сами спали!
Шиш гостям три самовара выпоил. Тогда спросил:
– Я опять насчет призов. Когда выдача?
Царю старый долг платить обидно:
– Погоди, не торопись. Я тебе должность придумал. Останешься при мне в виде шута. Завтра первостатейного военного генерала за победы чествовать будем. Он с рожи болван, да ему во всем таган. Дак ты гостей утешать придешь!
Шиш зубами соскрипел:
– Я вам нашучу!