Все последующие дни Бертик помогал Агате. Отлынивать от дел он не привык. Свободного времени не хватало, поэтому он ни разу с тех пор не навещал Чурменяку, надеясь, что у той всё благополучно.

А между тем у внучки Домового случились неприятности.

Проснувшись однажды утром, она почувствовала себя «не в своей тарелке».

Внучки Домовых, они такие. Сначала чувствуют, вернее, предчувствуют: сейчас должно что-то случиться. А потом, когда это «что-то» уже произошло, восклицают: «Я так и знала!»

У обычных людей всё наоборот. Сначала что-нибудь происходит, а уж потом люди начинают досадовать или радоваться. Если же вы, дорогие читатели, часто говорите: «Я так и знала!» или «Я так и знал!», разузнайте, не было ли в вашем роду домовых.

Итак, в то утро Чурменяка почувствовала чьё-то присутствие в доме.

– Уж не Графиня ли сошла со своего пьедестала и решила меня навестить? – предположила она, взяла свечу и направилась прямиком в спальню знатной старушки.

То, что она там увидела, заставило её вздрогнуть от неожиданности.

Под балдахином, на драгоценном покрывале, лёжа на боку, храпел какой-то бородач в грязных сапогах и в полосатой тельняшке.

Какое-то время Чурменяка стояла, не зная, что и думать, затем перешла к действию и ткнула бородача в бок стоящей рядом с кроватью деревянной клюкой, когда-то принадлежащей Графине.

Видно, тычок был чувствительный, потому что Бородач вдруг перекатился на спину и открыл глаза. Судя по его блуждающему взгляду, он лихорадочно соображал, где это он находится.

Чурменяка собралась было задать обычный в таких ситуациях вопрос: «Кто Вы?» или «Что вы здесь делаете?», а может, и «Как вы сюда попали?», но слова застряли у неё в горле – физиономия у бородача была крайне несимпатичная.

Через минуту-другую пришелец заметил, наконец, Чурменяку и, оживившись, присел на кровати:

– Во! Это что за фигура?

Вместо ответа Чурменяка, осознав, что церемонии тут ни к чему, указала непрошеному гостю на дверь. Вот так!

– Греби мимо, мамаша! – смерив Чурменяку взглядом, прохрипел в ответ бородач, после чего снова рухнул на кровать и захрапел.

– Вот так номер! – удивилась Чурменяка. – Что за «греби мимо»? Что за «мамаша»? Тут Чурменяке сама собой пришла в голову мысль позвать полицейского.

Желание обратиться за помощью к полицейскому – намерение естественное. Для обычного человека. Только не для домовых. Эти про стражей порядка даже не вспоминают. Хоть бери с них пример в деле избавления от неприятностей без посторонней помощи.

Чурменяка реагировала на происходящее как обычная дама. Что ж. Всё к тому и шло. Этого и следовало ожидать. За последние годы внучка Домового привыкла жить среди людей и всё чаще думала и рассуждала, как люди. Похоже, дедушкина каморка – это последнее, что у неё осталось от всех её предков. Хорошо хоть с памятью у неё всё было в порядке. Спускаясь по лестнице, она вспомнила, как лет эдак триста назад в бухту города зашла шхуна под чёрным флагом. Все тогда очень перепугались, позакрывали двери и носа из дома не выказывали. Чурменяка выказывала. Из любопытства. Она могла себе это позволить – стоило только стать невидимой. Тогда-то юная Чурменяка и насмотрелась на пиратов и разбойников и хорошо изучила эту разудалую публику.

Теперь, воскрешая в памяти прошлое, Чурменяка подумала, что свалившийся ей как снег на голову проходимец, сильно смахивает на эту давно забытую породу людей. Она не ошиблась – бородач и впрямь был из «бывших». Трагедия его жизни состояла в том, что пиратские времена уходили в прошлое. Впереди маячил век пара и электричества. Шхуна, на которой он ходил («ходил», а не «плавал» – говорят настоящие морские волки), превратилась в «старую калошу». До того технически отсталую, что пиратская команда собственноручно, обливаясь слезами, поставила её на прикол. После этого пиратам ничего не оставалось, как золото поделить, пистолеты выбросить и разойтись как в море корабли.

Рыжебородый Дик, так звали бородача, остался не у дел. Идти ему было некуда. О том, как живут люди на суше, он имел смутное представление. Промаявшись какое-то время по побережью, он догадался: без крыши над головой не проживёшь. А после того как ему пришлось, стуча зубами, ночевать в пустой бочке из-под товара прямо на пристани, он испугался: так недолго и в ящик сыграть! После такой ночёвки он готов был безо всяких церемоний подселиться хоть к привидению или вломиться в какую попало дверь.

В поисках пристанища Дик потащился куда глаза глядят, и неизвестно, чем бы дело кончилось, если бы ему на пути не попался Полосатый дом.

– Полосатый, как моя тельняшка! – удивился Дик.

Понаблюдав за домом денёк-другой и убедившись, что ни одно из окон не светится ни днём, ни ночью, бывший пират понял – в доме никто не живёт! А замки? Никаких замков! Все двери были нараспашку. Не дом, а подарок для бродяги! Ему оставалось лишь выбрать комнату, принять бутылку рома «на борт» и «причалить» к большой кровати под балдахином.

В одном просчитался бывший пират – дом, который он выбрал, находился под присмотром внучки Домового.

– Я тебе покажу «мамашу»! – Чурменяка была настроена решительно. Накинув на плечи клетчатый платок, она поспешила к пожарному расчёту.

Почему к пожарному расчёту? Почему не к полицейскому участку?

Пару лет назад Самый Главный Начальник полиции упразднил единственный в этом городе полицейский участок, а горожанам сказал: «Если что, обращайтесь к пожарным».

Хотите – верьте, хотите – нет, но здесь до прихода бывшего пирата царила тишь да гладь да божья благодать. В связи с падением преступности до нуля начальству пришлось сокращать личный состав полицейских. Сокращали его, сокращали и досокращали до одного единственного блюстителя порядка.

Этим полицейским оказался некий Бобин. И поскольку смены у него не было, он дежурил круглосуточно. Бобин ещё не успел обзавестись семьёй, и поэтому мог пропадать на работе день и ночь. Жить и служить одновременно, приспосабливаясь к сложившимся обстоятельствам, так сказать.

С самого начала Бобин не растерялся. Он придал комнате временного содержания правонарушителей кое-какие уютные черты: на окно с решёткой повесил миленькие кружевные занавески, пол застелил мягким ковром, на узкую койку набросил стёганое одеяло, в изголовье же положил пушистую подушку. Справедливости ради надо заметить, что весь этот домашний текстиль он приобретал не в рабочее время, а в обеденный перерыв.

Послушайте, ну его можно понять: легко ли находиться день и ночь в казённой обстановке?

Вскоре у него на столе появилась вышитая скатерть и вазочка с цветочками.

Вот с этой-то вазочки всё и началось.

– Какие красивые цветочки! – восхищался Бобин, от нечего делать, поглядывая на букет. – Засушу один на память!

И засушил. А потом ещё один и ещё… Когда букет кончился, он поставил в вазу другой. И так день за днём, день за днём… Затем перешёл на травы. И опять, его можно понять! Попробуйте-ка целыми днями поскучайте без правонарушителей! К тому же в участке, как нарочно, хранилась когда-то кем-то конфискованная книга: «Травы европейской полосы» с картинками, что само по себе толкало его к этому постороннему занятию.

Вскоре Бобин уже составлял настоящий гербарий и осваивал «европейскую полосу» вокруг своего участка, с увлечением выискивая редко и часто упоминаемые в книге растения и похожие на них, уходя по спирали всё дальше и дальше от исходной точки.

Тут самое время задать читателям вопрос: вам никогда не приходилось задумываться, отчего всякие травы и растения носят причудливые названия? Скорее всего, вы не обращали на это ни малейшего внимания. Что о травах-то задумываться? Ну, травы и травы. Благослови их Господь. А задуматься есть о чём. Такие названия как – Петрушка посевная, Колокольчик равнолистный, Волчье лыко или Ослиная колючка – это ещё, куда ни шло. Но ОСТРОЛОДОЧНИК ОТОГНУТЫЙ? Или ШАФРАН КАНДЕЛЯБРСКИЙ? А как вам это: Рябчик обёрточный? Или – Дремлик дюнный?

Нарочно такие названия не придумаешь. Сплошное недоразумение. Вместе с тем, какую фантазию они пробуждают! Только держись!

Взять хотя бы название «Рябчик обёрточный».

Тут можно вообразить такую историю.

Приходит покупатель в магазин, совершает покупку и думает: во что бы это её завернуть? И тут смотрит – О! Рябчик! Да не просто рябчик, а рябчик обёрточный! Вот повезло! Заворачивает покупку в рябчика и уходит довольный домой.

Тема, конечно, увлекательная. Но вернёмся всё же к нашему герою. Его нисколько не смущали вычурные названия трав. Напротив, они его даже вдохновляли. Он стал вносить их – куда бы вы думали? – в журнал дежурного полицейского.

Прежде, раз в сутки, сдавая участок самому себе и у себя самого его же принимая, он делал записи, которые выглядели так:

8.00 Участок принял. Бобин

8.00 Происшествий нет. Участок сдал. Бобин

На другие сутки снова:

8.00 Участок принял. Бобин

8.00 Происшествий нет. Участок сдал. Бобин

И так – одно и то же изо дня в день, из месяца в месяц. Сто толстых журналов были исписаны этими ровными скучными колонками.

Теперь в журналах завелись совсем другие записи. Такие, например:

8.00 У забора нашёл Дрок красильный. Бобин

Или:14.00 Рядом со свалкой обнаружил кое-что, похожее на Кошачью лапку двудомную. Бобин

И так далее, и так далее…

Так продолжалось до тех пор, пока в один прекрасный день начальство не нагрянуло с проверкой.

– Какой ещё ЗЮЗНИК? – грохнув кулаком по столу, вскричал Начальник, когда прочитал запись, что в 17.30 найден Зюзник европейский – Кто ПРОДЫРЯВЛЕННЫЙ? ЗВЕРОБОЙ ПРОДЫРЯВЛЕННЫЙ?

Надеюсь, вы поняли, что Зюзник и Зверобой продырявленный – это всё травы европейской полосы.

Тут цвет лица у Начальника принял багровый оттенок, и все, кто его сопровождал, догадались, что его кровяное давление подскочило. Пришлось уложить беднягу в койку для правонарушителей. Одеяло и подушка пришлись тут как нельзя кстати.

Неудивительно, что после такой проверки последний полицейский участок в городе закрыли. Жителям сказали: «Если что, обращайтесь к пожарным». Пожарным приказали служить на два фронта. Теперь в их шкафчиках висели две формы: одна – полицейского, другая – пожарного, дабы они переодевались в зависимости от ситуации. При этом табличку «ПОЖАРНЫЙ РАСЧЁТ» забыли поменять на другую: «ПОЖАРНЫЙ РАСЧЁТ и ПОЛИЦИЯ».

Вот почему Чурменяка отправилась к пожарному расчёту в поисках полицейского.

Едва не заблудившись, Чурменяка пришла наконец к этому гибридному учреждению. Здесь её ждало полное разочарование. Ничто, даже отдалённо напоминающее улыбку, не озаряло ни одну из физиономий присутствующих в ту минуту на службе пожарных-полицейских. Дар речи у Чурменяки моментально и некстати пропал. Пришлось оставить полицейских-пожарных в недоумении и молча удалиться.

Слава богу, пожарные-полицейские поняли, что дело не связано с огнём, и посоветовали ей обстоятельно изложить всё на бумаге и тогда уж явиться снова.

По дороге домой Чурменяке в голову полезли совсем другие мысли. Она начала сомневаться.

– Проще простого выбросить человека на улицу. Возможно, этому гражданину некуда идти. Возможно, он будет сидеть в спальне тихо, вести себя прилично и ничего плохого не натворит.

В итоге она решила не горячиться, немного подождать и посмотреть, что будет дальше.

А дальше было вот что.

Придя в свою каморку, усталая, она присела на диванчик отдохнуть, как вдруг до её ушей долетел страшный грохот. Стены дома затряслись и задрожали, да так, что даже Рождественский Божок завертелся в своём углу.

Чурменяка бросилась в спальню Графини и увидела такую картину.

Хорошо отдохнувший бородач веселился. Он плясал под бряцание серебряных ножей, вилок и ложек, которыми были набиты его необъятные карманы, напевая при этом пиратскую песенку.

Спальня, в которой веселье шло коромыслом, на глазах теряла свой музейный вид. По стенам расползались трещины. С потолка сыпалась штукатурка, а люстра, будто пустившись в пляс вместе с незваным гостем, звеня хрустальными подвесками, раскачивалась из стороны в сторону. Под ногами тоже было полное безобразие. Разбросанные повсюду объедки бородач втаптывал в ковёр тысячелетней давности своими огромными сапожищами.

Перед тем как снова повалиться на кровать, он плюнул в серебряную чашу, ту, что стояла на столике, и это явилось последней каплей, переполнившей чашу терпения Чурменяки.

«Всё ясно! – Нахмурилась Чурменяка. – Если позволить этому дикарю здесь жить и оставить всё как есть, дом просто развалится».

Она уже села за стол писать заявление в пожарную полицию или в полицейскую пожарную, когда вдруг заговорил висящий на стене портрет дедушки:

«Гордо неси звание внучки Домового и решай все свои проблемы сама!»

Дедушкины слова Чурменяку как громом поразили.

Она скомкала бумагу и задумалась.

В самом деле, почему бы не попробовать другие средства? «Дедушкины» способы? Правда, придётся сильно напрячься, чтоб вспомнить хоть один. Кроме превращения перед каморкой и после, она давно не практиковалась.

Хорошенько подумав, она выбрала-таки один способ, с помощью которого можно избавить дом от проходимца. Она придумала, как избавиться от непрошеного гостя так, чтобы ему не взбрело в голову искать пристанище где-нибудь ещё. При этом учтите: Чурменяка не была способна и мухи прихлопнуть.

К слову сказать, в городе, где о таких ужасных вещах, как всякие скверные поступки и преступления, и думать забыли, никто двери не закрывал. Уж если полный всякого добра Полосатый дом обходился без замков, что говорить о других домах? Случайный хулиган, явись он в город, мог легко проникнуть в чужое жилище с недобрыми намерениями. Возможно, сильные и смелые граждане не растерялись бы и дали бы отпор наглецу. Но ведь были и другие. Те, кто слабее. Старики, например.

Особенно Чурменяка беспокоилась по поводу одной старушки с соседней улицы. Предупреждай её, не предупреждай, она всё равно оставляла дверь открытой. Когда в прошлом году из зоопарка сбежал большой крокодил, и всех на этот счёт предупредили, её дверь, несмотря ни на что, была гостеприимно распахнута. Хорошо, что крокодил прополз мимо, и ему не взбрело в голову заглянуть к старушке «на огонёк». А то бы беды не миновать.

Посоветовавшись со своим дедушкой – Домовой был большой хитрец и проказник – и получив его одобрение, Чурменяка приступила к делу. Так что бородач Джо и охнуть не успел, как оказался в каморке домовых.

Неизвестно, как это волшебство свершилось. Как превращение, собственно, произошло, какие манипуляции проделала Чурменяка. Заманила? Обманула? Одурманила? Применила старый «дедушкин рецепт» и околдовала? Было ли это связано с её усачом-соседом или просто – абракадабра и – готово? Какая, в общем-то, разница? Главное – для всех в городе бородач исчез.

Если бы горожане относились к Чурменяке менее настороженно, чуточку добрее, все газеты в городе сейчас же запестрели бы заголовками:

ЧУРМЕНЯКА УМЕНЬШИЛА НАГЛЕЦА И УДЕРЖИВАЕТ ЕГО В СВОЕЙ КАМОРКЕ!

Или: ВОЛШЕБНОЕ ИЗБАВЛЕНИЕ ОТ ВЕДУЩЕГО СЕБЯ ПО-СВИНСКИ!

К сожалению, ни один гражданин или гражданка ни о чём таком даже не подозревали. Не успев заметить появление бородача, они не заметили и его исчезновения. Кроме, разве, одного единственного случая. Тогда некий житель города, проходя мимо Полосатого дома, бросил взгляд на одно из окон и увидел тень. Это случилось как раз, когда бородач Дик выбирал, в какой из комнат ему «бросить якорь» и расхаживал по дому со свечой и кружкой кваса. На минуту он остановился в задумчивости, и его тень, отброшенная пламенем свечи, упала на занавеску. Тут-то случайный прохожий и увидел то, что принял за призрак Графини.

На другой день он рассказывал своим соседям последние новости «с того света»:

– Графиня в Царствии небесном ужасно располнела!

– Не может быть! Графиня всегда была худая, как осина, – засомневалась его соседка.

– Я вам больше скажу, – с видом знатока привидений, не обращая внимания на сомнения собеседницы, продолжал этот случайный прохожий. – У неё появилась борода.

– Ну, это уж дудки! Насчёт того, что растолстела, ещё можно поверить, но всё остальное…

– Как хотите, а борода у неё всё-таки была! – оставил за собой последнее слово случайный прохожий.

За исключением этого эпизода, никто ничего не заметил и, слава богу, не пострадал. Всё благодаря Чурменяке. Она отвела опасность от жителей города. Да что там мелочиться – от всего государства! И ведь никто не сказал ей «спасибо!» И даже не улыбнулся!

Ну и пусть! Внучка Домового привыкла к неблагодарности. Об этом она даже не думала. После того как бродяга Джо оказался в её каморке, ей вообще было не до этого. Первым делом она решила хорошенько отмыть бродягу. Разумеется, дав ему перед этим время осознать случившееся и смириться со своей участью.

Сказать, что этот этап проходил ужасно, ничего не сказать!