Мсра-Мелик собрал большой меджлис. Пришли мудрецы, везиры, полководцы, князья – все, от кого Мелик хотел получить совет, как расправиться с Давидом.

Принялись советники спорить да виноватого искать. Одни Холбаши ругали за то, что тот царскую конницу погубил. Другие царя упрекали за то, что доверился хвастуну Холбаши.

– Вы сами виноваты! – рассердился Мелик. – Не вы ль помешали мне убить Давида, когда он во Мсыре рос? Не вы ль говорили, что он ещё ребёнок? А из-за этого «ребёнка» уже семь лет Сасун не платит нам дань!

Был в меджлисе один храбрый пахлеван по имени Козбадин. Поклонился он царю и произнёс:

– Да продлится твой век, повелитель! Коль дашь мне тысячу пахлеванов, убью я Давида и голову его тебе принесу. Разрушу крепость Сасун, дань соберу за семь лет. Возьму сорок рослых жён, чтоб верблюдов грузили, сорок невысоких жён, чтоб жернова крутили, и сорок юных красавиц, чтоб тебе служили. Возьму сорок лучших быков и сорок тучных коров. Возьму серебра сорок тюков и золота сорок тюков. Разорю Сасун, превращу сасунцев в твоих рабов.

Обрадовался Мелик:

– Молодец, Козбадин! Бери тысячу пахлеванов, возьми в Сасуне дань за семь лет. Убей Давида и голову его сюда доставь.

– Какую награду дашь мне за это? – спросил Козбадин.

– Полцарства тебе отделю, – пообещал Мелик. – Только Давида убей!

Стал Козбадин в поход собираться. К нему и другие опытные полководцы присоединились – Бадин, Сюдин и Чархадин. И вскоре выступило тысячное войско из Мсыра.

Многие мсырские женщины их провожали, плакали:

Отвечает им Козбадин:

Проводили женщины глазами уходящее войско, повздыхали. А одна из них покачала головой:

– Так-то оно так, только сасунцы со своим добром легко не расстанутся. Помяните моё слово…