Попрощался Мгер с Ованом-Горланом и поскакал назад, к жене своей Гоар-хатун.

Ещё и полпути не проехал, как повстречались ему сорок пахлеванов. Не на конях они навстречу Мгеру двигались, а на верблюдах. И вид у пахлеванов был не боевой, а понурый.

Остановился Мгер, поздоровался. И пахлеваны, увидев воина-богатыря, остановились. Каждый из них низко поклонился Мгеру.

– Нас ровно сорок, – сказали они. – Пусть не сорок будет, а сорок один! Побратайся с нами, храбрый богатырь!

– Что ж, я не против, – ответил Мгер. – Но скажите, кто вы, откуда едете, почему невеселы?

– Мы из Алепа родом, – вздохнули пахлеваны. – Едем куда глаза глядят…

Удивился Мгер:

– Алеп я знаю. Богатый город! Издавна он хлеб в Сасун продавал. Отчего же вы покинули родной ваш Алеп?

Отвечают пахлеваны:

– Сестра нас прогнала. Захватила власть, села на отцовский трон и творит что хочет!

– Ни за что не поверю, – сказал Мгер, – чтобы одна женщина могла сорок таких, как вы, молодцов из родного дома выгнать! А ну-ка, пошли обратно! Хочу взглянуть, что за сестра такая у вас.

– Лучше не связывайся с ней, Мгер! – принялись отговаривать его пахлеваны. – Ведь наша сестра – людоедка, такой она родилась. Она и отца, и мать сожрала! И жителей города тоже! Нас бы тоже не пожалела, если бы мы не ушли…

Но Мгера, если он что задумал, уже невозможно было отговорить.

Направил он коня в Алеп и через какое-то время уже въезжал в богатый некогда город.

Но оказался Алеп мрачным и безлюдным. Там, где шумел раньше весёлый базар, теперь лишь ветер пыль метёт.

Вдруг увидел Мгер страшную старуху, которая со злобной усмешкой к нему шла.

– Добро пожаловать в Алеп, чужеземец! – прогнусавила она противным голосом.

– Кто ты? – спросил Мгер.

– Я царица алепская! А ты мой гость. Если приехал сюда, забудь про свой дом, ибо не увидишь его больше.

Догадался Мгер, что это и есть сестра-людоедка, которая братьев-пахлеванов из города прогнала. Рассердился он. Мало того что из-за старухи Алеп обезлюдел, она ещё и ему смертью грозит!

Свесился Мгер с седла и щёлкнул старуху-людоедку пальцем по лбу. Так и покатилась её голова с плеч.

Вернулся Мгер к сорока пахлеванам, которые его за городом ждали.

– Возвращайтесь домой, живите мирно и счастливо. Нет больше на свете вашей сестры-людоедки.

Обрадовались пахлеваны. Стали уговаривать Мгера, чтобы остался он в Алепе, царствовал в нём.

– Нет, – сказал Мгер. – Я Давида Сасунского сын и быть царём Алепа не хочу. Да и на что мне царские почести, если бездетен я! И к чему мне властвовать над людьми, если бессмертен я!

Настала пора вернуться в Сасун.