После того как машина Экхарта заворачивает за угол, мы с Амандой направляемся в гараж. Между нами повисла напряженная тишина. У меня внутри все сжимается от страха. Я не могу вспомнить, когда в жизни так сильно боялся. Мне нельзя в тюрьму. Я даже подумать не могу о том, что буду делать, если меня начнут подозревать. Я потеряю все, ради чего работал.

А этого, черт возьми, не должно произойти. Любой ценой.

Мы оба заходим в гараж, и я быстро закрываю ворота. Когда они опускаются, дневной свет меркнет, и мы погружаемся в желтоватый свет, исходящий от потолочных ламп. Я собираюсь открыть дверь в прачечную и пройти внутрь, где в гостиной Тристан обычно слишком громко смотрит мультики, но Аманда преграждает мне путь. Она бледна, ее губы сжаты в тонкую линию, а глаза широко раскрыты.

– О чем ты, черт возьми, думал? – она почти кричит, уперев руки в бока. – Тебе не следовало этого говорить!

Я хмурюсь. Меня бесит, что эта женщина заставляет меня чувствовать себя каким-то тупым ублюдком.

– Ты про что вообще?

– Видео с парковки! – она замолкает на мгновение, тяжело дыша. – Рано было об этом думать.

Я усмехаюсь, чертовски расстроенный.

– Но все знают, что копы просматривают записи с камер наблюдения. Да это показывают в каждом криминальном сериале!

– Да, но ты предложил это слишком быстро. Очевидно, думал об этом. Так сделал бы виновный.

Я чувствую, как от лица отхлынула кровь. Меня охватывает слабость, поднимая за собой волну страха, и мне приходится прислониться к капоту «субару», чтобы сохранить равновесие.

Взгляд падает на поврежденный «кадиллак», припаркованный в третьем гараже. Я заставляю себя дышать и мыслить здраво. Мне не о чем беспокоиться: взятая напрокат машина идентична моей, вплоть до мельчайших деталей. Стекла, конечно, немного темнее, но кто может сказать наверняка, правда? Вот почему я поменял шины и все остальное. Когда этот персонаж, Экхарт, посмотрит видео (пусть даже ему покажется, что я слишком поспешно предложил это сделать), он увидит, что это та же самая чертова машина, и вычеркнет мое имя из списка. Конец истории.

Со мной все будет в порядке.

– И что? – отвечаю я, стараясь говорить как можно небрежнее. – Что в этом такого? Они увидят…

Аманда страдальчески вздыхает, как делает всегда, когда Тристан косячит или разочаровывает ее.

– Парковочную наклейку – вот что такого, Пол.

Я примерзаю к месту.

– Черт… Я и забыл об этом.

Жена качает головой и направляется внутрь. Когда она открывает дверь, из телевизора доносится мультяшное хихиканье – издевательское, если учесть, что происходит у меня в жизни.

– Думаешь, они заметят? – тихо спрашиваю я, хотя Тристан уже ушел в школу.

Она пожимает плечами и бросает на меня жалостливый взгляд.

– Не знаю, Пол. Но я думаю, ты все еще можешь поступить правильно и спасти себя – спасти нас – от этого кошмара. Когда они заметят, будет слишком поздно.

Ярость переполняет мою грудь, душит меня. Я бью кулаком по дверному косяку. Я в ловушке, загнан в угол, и у меня нет выхода.

– Хорошо, – в конце концов говорю я. – Я найму нам адвоката.

Она смотрит на меня с обжигающим презрением.

– Сегодня, Пол. Сегодня же найми адвоката.