Пистоя, 27 марта 1557

Герцог знает, что моя преданность ему безгранична, и этим излишне пользуется. Во Флоренции я все же был бы полезнее, чем в погоне за заблудшей принцессой, пусть даже она его дочь. Я живописец и архитектор, но не нянька и не наставница. Тем не менее надеюсь вскорости вернуться, ибо сомневаюсь, что барышня и ее сердечный друг успеют далеко уйти. На двух молодых людей, пустившихся в путь без сопровождения, предоставленных самим себе, рано или поздно обратят внимание, а то и затребуют за них выкуп. Мальчишке повезет, если его труп не останется где-нибудь в канаве. Девице же, насколько я понимаю, цветок невинности беречь уже не приходится, что в некотором смысле лишает ее персону веса и делает менее ценной. Блаженны те, на кого пал дамоклов меч, особенно когда они сами перерубили нить.