Николай проснулся, когда за окном было еще темно. На улице по ночам холодно, а днем – жарко. Чугунные батареи наполнились горячей водой, когда в осень ворвалось бабье лето, и от этого в квартире стало душно.

Он вышел на балкон и закурил. Туман опустился на город, окутав многоэтажки дымкой, которая придает загадочности даже самому заурядному строению. В воздухе витал аромат слегка подгнивающих листьев, согретых уходящим солнечным теплом. Сигарета медленно дотлевала в руке. И ему отчаянно захотелось чего-то такого, чего он никогда не делал, но всегда хотел. И от этого на душе стало как-то мотошно. Он посмотрел на часы. Телефон показывал пять тридцать.

Машина завелась, но двигатель захлебывался, заливаясь лаем, как собака, которая всего боится и даже гавкает именно от этого. Когда масло растеклось и звук стал более-менее однообразным, он включил ближний свет, пристегнулся и сдал назад. Старая машина вывернула на разбитую внутридворовую дорожку и не спеша тронулась.

Утренний город без машин, людей и… Только туман, но какой-то особенный, густой и вязкий. Возможно, именно от этого внутри зрело ощущение, словно он попал в какой-то банальный фильм ужасов и из-за угла вот-вот кто-то выпрыгнет и вцепится в горло – тогда-то и станет понятно, что и как делать. Но только вот из-за того, что никто не выпрыгивал, становилось жутче и хотелось завыть, самому превратившись в нечисть.

Он припарковался и набрал Виктора. Сегодня они по многолетней традиции должны были ехать за грибами. И ни непогода, ни что-то иное не могли воспрепятствовать этому.

Виктор подошел к машине почти сразу же после звонка. На нем были оранжевая куртка, черные джинсы и высокие кожаные сапоги, которые в простонародье называют казаками. В левой руке он держал большую плетеную корзинку, а в правой – сигарету.

– Готов? – спросил Николай.

– Давай, поехали уже, а то Лена проснется и звонить будет, – сказал Виктор, затушив недокуренную сигарету и выбросив ее в урну на стоянке.

Машина тронулась.

– Туман не помешает?

– Посмотрим, что получится, – сказал Николай, подмигивая.

– Куда поедем?

– Соломино?

– Там же низина и возле реки?

– Там дубрава, а значит, должно быть что-нибудь интересное.

Они замолчали. Виктор нервно то и дело поглядывал на телефон.

– Как дома? – спросил Николай.

– Дома… как всегда.

– Ревнует?

– Да.

– К грибам?

– Да.

– Отключил звук?

– Да.

– Отключи телефон: там, куда мы едем, все равно связь плохая; скажешь, что сигнала не было.

Виктор выключил телефон. И как только он это сделал, нервное напряжение, которое волнами исходило от него, ушло. Он как-то сразу расслабился, повеселел и начал травить анекдоты.

Когда добрались до места, туман все так же плотно окутывал окружающие предметы. Николай открыл багажник, они взяли корзинки и двинулись в лес.

– Ну и что будем искать? – спросил Виктор у более опытного и знающего Николая.

– Дубовик, синяк, каштановый гриб, моховики, сыроежки.

– А белый гриб?

– Да, может, и его найдем, только вот я на него не рассчитываю.

– Коль, а на что ты рассчитываешь? Мы ж с тобой не первый год друг друга знаем, и я вижу, что это не просто блажь у тебя какая-то. Ты реально что-то ищешь.

– Знаешь, как это бывает?

– Что ты имеешь в виду?

– У каждого грибника своя история. В детстве, когда я маленький был, мне хорошо запомнилось, как мы с отцом поехали в лес на машине. Не помню уже куда – наверное, в Сосновку. Тогда ведь машина редкостью была. Но дело не в этом. Мы с отцом грибы пошли собирать. Корзинки какие-то плетеные у нас, и я рвал все подряд, потому что в грибах совершенно не разбирался. Так что в корзинке моей оказались и поганки с мухоморами. В детстве ведь как – мчишься за количеством, хочешь быть первым. Вот я и насобирал целую корзинку. Вернулся на поляну, за мной отец – тоже с корзинкой, но заполненной лишь на треть. Стал он перебирать мои грибы и рассказывать, где какие. Показал и объяснил про бледную поганку и мухомор. Он и вначале мне объяснял, только я, как все дети, слушал вполуха. Потом очередь дошла и до съедобных. Так вот, из всех съедобных больше половины пришлось выбросить. Много червивых было.

– К чему ты это?

– Да все к тому, что в жизни так же. Пока ты начнешь разбираться, нужно потратить много сил и времени. И не факт, что научишься. К тому же смотришь на гриб – вроде твой, то, что надо, а потом срежешь – и выясняется, что гриб-то весь червивый, и когда он только успел…

Они спустились к реке и шли вдоль берега, то поднимаясь, то опускаясь. Туман загустел еще сильнее – так, что нельзя было увидеть пальцев вытянутой руки. Всматриваться в очертания корней и в сухие пни становилось все сложнее. То ли грибы прятались, то ли туман вступил с ними в некий мистический союз… И от этого весь процесс превращался в какое-то магическое действо, а в голове Николая почему-то звучал небезызвестный марш троллей. Они шли, но даже их голоса словно бы оборачивались туманом и менялись, превращаясь в заклинания, которые должны были вызвать древних духов.

На реке булькнуло.

– Может, русалки? – шутливо предположил Виктор.

– Не хотелось бы, – улыбаясь уголками рта, ответил Николай.

В ветках кто-то захлопал крыльями. На бугорке громко затопали. Лес жил своей жизнью. И грибы были частью этой жизни.

Николай продолжил:

– Так вот. Наверное, именно тогда во мне зародилась эта таинственная тяга к грибам, которые стали предметом моей охотничьей страсти. Я искал их для того, чтобы открывать новые виды, а затем отправлять на сковородку и в итоге наслаждаться неповторимым вкусом. Это трудно объяснить человеку, который никогда не испытывал чего-то подобного. У каждого гриба свой неповторимый аромат и характер. Некоторые ведут себя абсолютно непредсказуемо: иногда они годами прячутся в земле, чтобы потом появиться там, где их совершенно не ждут. Я бы назвал это одержимостью.

Но жизнь очень часто, а порою почти всегда навязывает свои условия и правила. Учеба. Потом работа. Бытовые неурядицы, квартира – ну, сам знаешь, как это бывает. Это мое сокровенное… не знаю… оно как-то вытесни-лось. А когда наконец-то появилось все, к чему стремился, и азарт ушел, и желания поостыли.

– Так что же получается? Мы, оказывается, каждый год не грибы искать ездим, а это ты себя найти пытаешься?

– Получается, что так.

– Коля, ты пойми, что никакой гриб радости тебе не принесет.

– А вот в этом ты заблуждаешься. Посмотри. – И Николай указал куда-то вверх и влево.

Виктор посмотрел – и ахнул. Возле корней старого дерева, уходящего в туманную высь, величаво возвышался белый дождевик. Только подойдя поближе, они смогли в полной мере оценить его размер. Большой баскетбольный мяч, только белый!

– И что теперь?

– Будем резать и складывать в корзины.

– Коль, так что? Мы, получается, наконец-то нашли то, что ты искал?

– Вить, важен ведь не результат, а процесс…