Рассвет на Этере не приносил утешения. Багровое небо светлело до грязно-лилового оттенка, окрашивая руины Тарна в цвета старой крови. Группа двигалась по мертвым улицам, прижимаясь к теням. Воздух звенел неестественной тишиной, нарушаемой лишь далекими раскатами взрывов и свистом ветра в пустых глазницах зданий.

Роман шел в середине колонны, стараясь дышать ровно. Каждый нерв был натянут струной. Он не пытался сканировать все пространство вокруг – этому его научила боль от перегрузки. Вместо этого он выбросил вперед узкий луч внимания, как сонар, выискивая знакомый холодный след Рифтов. Пока – лишь эхо, размазанное по пустующим развалинам.

Алиса двигалась бесшумно, ее взгляд постоянно перемещался, отмечая возможные укрытия и пути отхода. Пальцы то и дело непроизвольно сжимались, будто проверяя готовность нанести удар. Она ловила себя на том, что мысленно повторяет маршрут по коллекторам, представляя каждый поворот, каждое потенциальное препятствие.

Марк и Рея шли впереди, их движения были отлажены и экономичны. Они не обменивались словами, общаясь лишь жестами. Замерли – проверили угол – двинулись дальше. Этот беззвучный танец был страшнее любых слов. Он означал, что они уже в зоне потенциального контакта.

Внезапно Роман замер, схватившись за виски.

– Впереди патруль, – выдохнул он. – Два, нет, три. Пересекают нашу траекторию. Метров триста.

Марк мгновенно среагировал, указывая на полуразрушенный подъезд. Группа бесшумно исчезла в темном провале. Прижавшись к стенам, они затаили дыхание. Через несколько секунд донесся мерный, металлический лязг. Роман почувствовал ледяные иглы их присутствия – ни злобы, ни ненависти, лишь пустое, безразличное исполнения протокола. Рифты прошли в двадцати метрах от их укрытия, даже не замедлив шаг.

Когда звуки затихли, Марк посмотрел на Романа. В его глазах читалось нечто новое – не оценка, а признание.

– Хорошая работа.

Эти простые слова значили для Романа больше, чем любая похвала на полигоне.

Наконец они достигли точки разделения. Завал из обломков скрывал вход в систему коллекторов – ржавую решетку, частично сорванную с петель.

– Дальше – ваш путь, – Марк положил руку на плечо Роману, потом на плечо Алисы. Взгляд его был тяжелым и прямым. – Помните – тишина и скорость. Мы дадим вам пятнадцать минут на подход, затем начнем представление. Как услышите взрыв – это ваш сигнал. У вас будет не больше пяти минут, пока они не опомнятся.

Рея молча вручила Алисе компактные заряды.

– Таймер на десять минут после активации. Этого хватит?

Алиса кивнула, пряча взрывчатку в рюкзак.

– Хватит.

Больше нечего было говорить. Марк и Рея растворились в тусклом свете утра, как призраки. Роман и Алиса остались одни перед черным провалом коллектора. Оттуда тянуло запахом затхлой воды, ржавчины и чего-то еще… острого, чужого. Запахом Рифтов.

Роман глубоко вздохнул, стараясь унять дрожь в руках. Он посмотрел на Алису. Та встретила его взгляд, и в ее глазах горел знакомый огонь – смесь страха и решимости.

– Готова? – тихо спросил он.

Вместо ответа Алиса лишь кивнула, поправила ремень рюкзака и первой шагнула в темноту. Роман последовал за ней, в лицо ему ударил холодный, насыщенный чужим присутствием воздух. Последнее, что он увидел, прежде чем тьма поглотила их, – это багровый отсвет неба в развалинах, словно далекий, равнодушный глаз, наблюдающий за их уходом в чрево зверя.

Темнота в коллекторе была почти абсолютной. Лишь слабый светодиодный фонарь на груди Алисы выхватывал из мрака мокрые, покрытые слизью стены и зияющие провалы технических тоннелей. Воздух был густым и спертым, каждый вдох обжигал легкие смесью химикатов и органической гнили.

Они двигались медленно, стараясь не производить ни звука. Вода хлюпала под ногами, и каждый этот звук казался Роману оглушительно громким. Он шел за Алисой, полностью отдавшись своему дару. Его сознание плыло вперед, как щупальце, ощупывая пространство.

«Слева… тупик. Тоннель обрушен», – мысленно передал он Алисе, и та, не оборачиваясь, тут же свернула направо.

Его внутренний «радар» улавливал не только пустоту. Он чувствовал слабые, фоновые эманации – следы недавнего присутствия Рифтов. Холодные, без эмоциональные отпечатки, словно капли ртути на ткани реальности. Они вели куда-то вглубь.

«Они здесь были. Недавно», – поделился он ощущением.

Алиса лишь кивнула, ее пальцы сжали ремень рюкзака с зарядом чуть сильнее.

Через несколько минут Роман внезапно замер, схватившись за голову.

«Стой!»

Алиса мгновенно прижалась к стене. Роман корчился от боли – прямо перед ними, за поворотом, висел целый рой этих ледяных сигналов. Неподвижных. Охрана.

«Два… нет, три. Стоят. Без движения», – мысленно просипел он.

Обойти было невозможно. Тоннель шел прямо. Алиса сжала губы. Она посмотрела на Роман, потом на низкий потолок тоннеля. Идея созрела в ее глазах мгновенно.

«Дай мне точку. Над ними», – мысленно запросила она.

Роман, превозмогая боль от близости Рифтов, закрыл глаза и «ощупал» пространство над головами механических стражей. Узкая, запыленная техническая ниша в своде тоннеля.

«Есть. Но там тесно».

Ответом был лишь короткий кивок. Алиса на секунду сосредоточилась и исчезла. Не было ни звука, ни вспышки. Одна лишь тихая перемена давления воздуха. Роман, все еще чувствуя ее присутствие как теплую точку в ментальной паутине, затаил дыхание. Он ощущал, как Рифты внизу продолжали свой бесстрастный дозор, даже не подозревая, что прямо над их головами замерла смерть. Всплеск пространства, и три рифта испарились.

Через минуту Алиса так же бесшумно материализовалась рядом с ним, ее сапоги чуть слышно шлепнули по мокрому полу.

«Чисто», – ее мысленный голос прозвучал напряженно, но уверенно.

Они двинулись дальше, не оставляя за собой даже намека на былое присутствие стражей, которые теперь были всего лишь пустотой в безмолвной темноте.

Тоннель начал расширяться, переходя в огромное подземное помещение – машинный зал старой теплостанции. И здесь, в самом его центре, стоял Он.

Энергетический Конвертор.

Это была не машина в человеческом понимании. Это был живой, пульсирующий кошмар из металла и света. Техно-органическая структура, похожая на гигантское стальное сердце, пронизанное оранжевыми жилами энергии. От него отходили щупальца-проводники, вгрызавшиеся в кристаллические фундаменты зала, высасывая из Тарна последние соки. Гул устройства был низким, вибрационным, он пронизывал все тело, вызывая тошноту.

И он был охраняем. Не просто патрулем. Частоколом из лучевых барьеров и двумя тяжелыми боевыми Рифтами, стоявшими по обе стороны от пульсирующего ядра. Их красно-оранжевые «глаза» медленно сканировали пространство.

Спрятавшись за массивным трубопроводом, Алиса и Роман застыли. Заряд в рюкзаке Алисы вдруг показался смехотворно маленьким против этого монстра.

«Роман…» – мысленный зов Алисы был полон отчаяния. «Я не могу подойти. Эти барьеры… они чувствуют любую аномалию. Телепортацию тем более».

Роман, прижавшись лбом к холодной трубе, пытался дышать. Его дар, его «радар», столкнулся с мощью Конвертора и отскакивал, как горох от стены. Это была не просто машина. Это была точка концентрации воли хозяев Рифтов. И он чувствовал ее – древнюю, безжалостную, голодную.

И вдруг… откуда-то сверху, сквозь толщи бетона и металла, донесся приглушенный, но яростный рокот.

Взрыв. Диверсия началась.

Эффект был мгновенным. Оба тяжелых Рифта у входа развернулись, их «взгляды» устремились к источнику шума. Оранжевые барьеры на секунду дрогнули, их свечение стало нестабильным. Система была атакована, и ее внимание переключилось на внешнюю угрозу.

«Сейчас!» – мысленно крикнул Роман, хватая Алису за руку. «Барьеры нестабильны! Там, у основания, слева – мертвая зона! Я чувствую!»

Он не просто видел ее глазами. Он показал ей. Слился с ее сознанием, как тогда на тренировке. И Алиса, не раздумывая, повиновалась.

Она не стала телепортироваться прямо к цели. Это было бы самоубийством. Она сделала серию коротких, почти мгновенных прыжков. От трубы – к обломку генератора. От обломка – к пьедесталу древнего агрегата. Каждое движение было выверено до миллиметра, каждое появление – в слепой зоне сканирования. Она была тенью, призраком, порождением самого хаоса.

Роман, оставшись в укрытии, чувствовал каждый ее шаг, каждое напряжение мышц. Он был ее нервами, ее вестибулярным аппаратом. Он вел ее сквозь лабиринт энергии и стали.

И вот она – у основания Конвертора. Гигантская пульсирующая структура возвышалась над ней, как темный бог. Дрожащими от напряжения руками она сорвала с плеч рюкзак, прилепила заряд к металлической поверхности, выставила таймер. Десять минут.

И в этот самый момент один из тяжелых Рифтов, стоявший у входа, резко развернулся. Его оранжевый сенсор скользнул по залу… и остановился на ней.

Раздался резкий, механический звук – щелчок приведения оружия в боевую готовность.

Время остановилось.

«НАЗАД!» – ментальный крик Романа прорвался в сознание Алисы в тот самый миг, когда мир замедлился до кадров.

Она не думала. Не смотрела на таймер. Не видела, как оружие Рифта начинает светиться зловещим багровым заревом. Ее пальцы в последний раз нажали на кнопку активации, и она исчезла.

Плазменный заряд с оглушительным ревом прошел сквозь то место, где она только что стояла, выжигая в металле пола раскаленную борозду. Воздух затрещал от статики.

Алиса материализовалась рядом с Романом, едва не падая. Ее сердце колотилось так, что казалось, вырвется из груди. Сквозь звон в ушах она услышала его сдавленный стон. Роман стоял, прислонившись к трубе, его лицо было искажено гримасой боли. Ведя ее сквозь барьеры и ощущая каждое ее движение, он принял на себя часть энергии выстрела – не физического, а ментального. Это был шок от внезапной, смертельной угрозы, умноженный на их связь.

– Таймер… – выдохнула Алиса, хватая его за руку. – Десять минут!

Это встряхнуло его. Он кивнул, с трудом выпрямляясь. Боль отступала, оставляя после себя ледяную ясность. Они сделали свое дело. Теперь нужно было бежать.