– Все свободны, – отпускает нас тьютор по медитативным практикам. – Лери, пожалуйста, обрати внимание на своё душевное равновесие. Ты сегодня так и не отрешилась.

Молча киваю в ответ и выхожу из аудитории одной из первых. Меня никто не окликает, но я спиной чувствую многочисленные взгляды. Кто-то смотрит с осуждением, кто-то – с любопытством. К слухам о том, что я как-то причастна к побегу Миррали, прибавились выдумки о моей связи с Вендалом.

Но общественное обсуждение – последнее, что беспокоит меня. Пробежав коридорами академии, я оказываюсь в просторном холле, резную крышу которого удерживают сплетённые из стволов деревьев подпорки. Торможу на мгновение, пытаясь успокоиться. Не хочется появляться в оранжерее запыхавшейся, а то Ноктис решит, что я места себе не находила, как хотела снова с ним увидеться.

После разговора с драконом я всё ещё пребываю во взбудораженном состоянии. Идея Ноктиса, что я смогу вернуть дар, не даёт мне покоя. Хочется верить в это чудо и в то же время дико страшно, что я снова обманываюсь в ожиданиях. Только Шестеро знают, насколько сильно я устала разочаровываться. И главное, разочаровывать.

Встряхиваюсь, отгоняя меланхолию. В самом деле, сколько можно заниматься самокопанием? Впервые в жизни моё будущее окрасилось в светлые тона, всего лишь надо выполнить задание и получить свободу.

А что дальше?

Запинаюсь на месте, потрясённая этим вопросом. Раньше я никогда не задумывалась о том, чём займусь после академии. Я училась развивать дар, а после, как и все альвы Ночи, должна была вернуться в общину. Служить народу, представители которого меня презирают. И… Ведь мысли даже не было, что это не моя стезя. Мне было всё равно. Я и к Каре с Миррой не обращалась с вопросом, как мы будем дружить в будущем.

Просто потому, что я не видела этого будущего. Вывод настолько ошарашивающий, что я, пошатнувшись, хватаюсь за одну из резных подпорок. Шестеро, а ведь моя судьба теперь действительно в моих руках. Я могу не возвращаться в Сумрачный лес, могу… Да хотя бы тем же пением заняться!

Постепенное осознание того, что я на самом деле уже свободна в своих решениях, наполняет сердце радостью и уверенностью в собственных силах.

Всё получится, надо только…

– Лери, луна моя, вот ты где! – Мягкий голос дядюшки заставляет меня вздрогнуть.

Резко оборачиваюсь и жду, пока Сайрус приблизится. Одетый в серебристые балахонистые одеяния, он сейчас очень походит на проповедника Ночи из старых сказок. Сказок тех времён, когда альвы Ночи слушались только своих лордов-отцов и считали их ставленниками Луноликой.

– Дядюшка? Ты искал меня? – спрашиваю я, стараясь не выдавать нетерпения.

Бросив косой взгляд в окно, я замечаю догорающий закат. До встречи с драконами всего ничего. Не хочу, чтобы они пошли меня искать.

– Да, деточка, – ласково произносит Сайрус, останавливаясь рядом и подставляя локоть. – Уделишь немного внимания старику?

– Ну скажете тоже, старик. – Я улыбаюсь, берясь за его руку. – Вы нашим принцам фору дадите.

– Спасибо, луна моя. – На губах Сайруса появляется мягкая улыбка. – Прогуляемся немного? Я не отниму у тебя много времени.

Решив, что пара минут погоды не сделает, я киваю. В конце концов, у меня тоже есть вопросы к дядюшке. Может, получится их разъяснить и тем самым обеспечить Сайрусу алиби.

Мы выходим из академии, пропуская внутрь несколько припозднившихся студентов. Через арочную анфиладу Сайрус выводит меня в небольшой сад, окружённый статуями Шестерых. В центре бьёт маленький фонтан, а по периметру стоят изящные лавочки.

– Ну вот, прекрасное место для разговора по душам, да? – с хитрой улыбкой спрашивает Сайрус, присаживаясь и приглашая меня.

– О да, вчера же нам не хватило. – Подмигиваю дядюшке.

– Судя по тому, что ты продолжаешь общаться с драконами, не хватило, – недовольно поджав губы, отвечает Сайрус. – Луна моя, я ведь добра тебе хочу…

– Дядя, раз добра хочешь, то что это было? Я про принцессу рода. Что за ахинея?

Выпаливаю вопросы, а затем резко замолкаю, потому что вижу, как темнеют глаза дядюшки. Ему не нравится ни моя резкость, ни то, что я, очевидно, лезу не в своё дело.

– Ты в стрессе, поэтому я прощу тебе твою резкость, – мягко произносит Сайрус, но я не обманываюсь.

Сталь-то в его взгляде никуда не девается.

– Я не в стрессе, – качаю головой. – Просто хочу получить ответы на вопросы. Твоё поведение в аудитории и слова были очень странными. Дядя, чего ты добиваешься?

Мы смотрим друг другу в глаза, и я буквально кричу у себя в голове в надежде, что Сайрус не предатель. Что он не тот, кого мы ищем. Дядюшка – последний из моей семьи, кому я ещё доверяю. И я не хочу терять эту последнюю родственную нить.

– Ох, Лери, луна моя, – вздыхает Сайрус, и взгляд его теплеет.

Он разводит руки, приглашая в объятия, и я подаюсь вперёд. Как в детстве, когда в ответ на мои слёзы мама лишь отворачивалась, и дядя был единственным, кто утешал меня.

Утыкаюсь носом в грудь дяди и вдыхаю запах свежести, который воскрешает фантомные чувства спокойствия и безопасности. Всё как всегда.

– Пойми одно, дитя, – произносит Сайрус, поглаживая меня по спине. – Я хочу тебе лишь добра.

– И поэтому объявил меня принцессой рода? – тихо уточняю я.

– Ты сама понимаешь, что тебе будет очень сложно создать семью. С той историей, что тянется за твоей фамилией, мало кто решится взять тебя в жёны. С титулом принцессы ты сама будешь выбирать.

Он замолкает, продолжая гладить меня, а я сижу тихо, как мышь под полом. Просто потому, что слова дяди выбивают меня из колеи. Он прав, но это не значит, что мне не больно.

– А если я не хочу замуж? – Приподняв голову, смотрю в глаза Сайруса.

– Как это не хочешь? – Он изумлённо выгибает бровь.

– Может, я хочу карьеру построить? Петь, например. Выступать у нас и в других странах.

– Глупости, – фыркает дядюшка. – Я не спорю, голос у тебя прекрасный, и твои концерты определённо будут собирать много слушателей. Но это же пока ты молода. А надёжный тыл нужно обеспечить уже сейчас.

– И в его качестве ты видишь моего мужа? – Отстранившись, я усаживаюсь прямо и, чтобы не выдать нарастающего раздражения, смотрю перед собой. – И кого, разреши узнать?

– Да того же принца Вендала. С твоим новым титулом это реально.

– Вендала?!

От шока я даже с места подскакиваю. Гляжу на дядю так, будто первый раз вижу этого человека. Сайрус не мог такого предложить!

– Вендала?! – повторяю я.

– А что такого? – Дядя пожимает плечами.

– Он неуравновешенный психопат! Ты сам мне говорил, что я не хотела к нему ходить! Мне не нравилось. И сейчас подталкиваешь к нему?

– Лери. – Сайрус устало качает головой. – На любого психа найдётся поводок. И раз Вендал настолько зациклен на тебе, этот поводок уже в твоих руках. Уверен, будучи в браке, ты найдёшь способ, как обеспечить свою безопасность и контроль над принцем. А значит, и безбедную жизнь для себя.

– И вас? – холодно уточняю я.

– Что? – вполне искренне недоумевает Сайрус.

– Я говорю, что стану и вашим гарантом безбедной жизни, так, дядя?

Всматриваюсь в лицо дяди, пытаясь отыскать хоть какие-то проявления двуличия. Но вижу лишь тревогу и лёгкую обиду, будто мои слова очень сильно задели Сайруса. Неужели я ошиблась? Дядя просто переживает за моё будущее и пытается устроить его так, как сам считает лучше?

– Лери, луна моя, когда дело касается тебя, о своей выгоде я думаю в последнюю очередь. Ты ведь мне как дочь, а каждый родитель хочет для своего ребёнка только хорошего.

– Тогда… – произношу я и замолкаю, собираясь с мыслями. – Тогда прошу, не мешайте мне. Хорошо? Я сама знаю, как мне будет лучше. И мужа я сама себе выберу из тех, кому плевать на мою историю.

– Например, дракона? – Глаза дядюшки опасно сужаются.

– Да хотя бы его! – с вызовом отвечаю я.

– Лери, ты не понимаешь, о чём говоришь. Они по-прежнему опасны для нас. И весь этот союз с Валестией может быть уловкой. В совете Владыки много тех, кто против драконов, против этого договора. Я боюсь, что может начаться гражданская война. И всё из-за этих чешуекрылов.

– Дядя, а ты сам на чьей стороне? – спрашиваю я, затаивая дыхание.

Сайрус замолкает, но затем отвечает предельно холодно и спокойно:

– Я на стороне Владыки. Да, мне не нравятся драконы, и я этого не скрываю. Но раз Серандил считает, что союз с Валестией нам необходим, – так тому и быть. Одно прошу: ты с драконами свою судьбу не связывай. В твоей жизни было достаточно боли и разочарований, чтобы ещё какой-то чешуекрыл использовал тебя, как личную подпитку.

Нервно сглатываю, переваривая всё, что сказал дядя. Придраться не к чему. Да, драконов не любит, но против воли Владыки не пойдёт. Но почему в глубине души свербит подозрение, что меня пытаются обмануть?

– Дядя, поверь мне, я себя в обиду не дам. Ни дракону, ни кому-либо ещё, – заверяю Сайруса, разворачиваясь к выходу из сада. – А теперь прошу меня простить, у меня много заданий на завтра.

– Лери, – огорчённо окликает меня дядя.

– Всё в порядке, – взмахнув рукой на прощание, останавливаю его я. – Провожать не надо.

Полыхая от негодования, я возвращаюсь к входу в академию и направляюсь к оранжерее. Надеюсь, парни ждут меня, а не пошли на поиски. Солнце село, и окружающий мир погрузился в лиловые сумерки. Время альв Ночи, моё время. Но вместо умиротворения я чувствую отголоски злости на дядю и тревогу. Странную, зудящую на подкорке тревогу. Будто что-то должно произойти, и чуйка пытается предупредить меня.

Ближайший путь до оранжереи пролегает у старого храма Неведомого, выстроенного из чёрного мрамора. Место даже днём наводит жути, а сейчас и подавно. Но мне нужно успеть на встречу с драконами, поэтому, откинув всякие сомнения, я вхожу в погружённый во мрак арочный коридор, опоясывающий храм. Прохожу буквально несколько шагов, как ощущаю: здесь кто-то есть. Кто-то следующий за мной по пятам.

Даже развернуться не успеваю, как сильные мужские руки вжимают меня в коридорную нишу. Хочу закричать, но Вендал зажимает длинными пальцами мой рот. Принц нависает надо мной, а в его бесцветных глазах разгорается янтарное пламя. Силой подняв моё лицо к себе навстречу, он прищуривается так, что у меня душа обмирает от страха.

– Моя куколка решила поиграться? А разрешение не спросила? – низкий, пробирающий до мурашек голос заполняет нишу.

– Не понимаю, – выдавливаю из себя вполне искренне.

– Всё ты понимаешь, бабочка моя.

Мои губы обжигает тёплым дыханием, вызывая ещё большую оторопь. Вендал мимолётно касается губами моей скулы, отчего под кожей пробегает разряд молний. Перед глазами в судорожном припадке мелькает вереница смазанных картинок. Спальня, развороченная постель, сбитое дыхание, прикосновение и ласки. Я почти наяву ощущаю эти касания на коже. Там, где их никогда не должно было быть! И тут же меня накрывает фантомным удовольствием. Шестеро, я что, всё-таки спала с принцем?!

В шоке распахиваю глаза ещё больше. Вендал отстраняется от меня с довольной ухмылкой на красивом лице.

– Вижу, вспомнила, – утверждает он с откровенным самодовольством.

– Ничего не было, – сглотнув вязкую слюну, отрицаю я.

Не было! Не могло! Я бы запомнила. Такое не забывается!

– Было, куколка моя, – продолжает настаивать на своём Вендал. Его хриплый голос отзывается странным трепетом где-то в глубине души. – Было и будет, раз я тут. Мне понравилось проводить с тобой каникулы, бабочка. Трепетная и нежная. Кто бы мог подумать, что за столь грубым фасадом скрывается такая ранимость, да, Лери?

Губы Вендала изгибаются в насмешке, а мне хочется от души врезать ему. Но понимаю, что нельзя. У меня больше нет защиты.

– Нет, – всё же упрямлюсь я. – Ничего не было и не будет. Оставьте ваши фантазии при себе, ваше высочество.

– Твои фантазии, сладкая, – поправляет он меня. – То, что ты вспомнила, – это в первую очередь твои мечты, куколка. Которые я великодушно исполнил.

– Нет! – выкрикиваю я, отчаянно упираясь в грудь принца и вырываясь из его стальной хватки. – Нет, сказала!

– Да! – рявкает он, сжимая мои щёки и впиваясь в губы жадным поцелуем.

Меня парализует всего на долю секунды. Но когда руки принца ложатся на мои ягодицы и вжимают в твёрдое тело, внутри меня что-то щёлкает. Кусаю наглый язык и под громкий вскрик отталкиваю от себя придурка.

– Ах ты… – шипит Вендал.

Уже в следующее мгновение он снова хватает меня, разворачивает к себе спиной и вталкивает в эту проклятую нишу. Принц скручивает меня так, что я и пошевелиться не могу. Остаётся только нервно отдёргивать голову, когда Вендал склоняется к моему уху.

– Ты забываешься, Лери, – цедит принц. – Я столько для тебя сделал – и вот твоя благодарность? Учти, куколка, Миррали с нами больше нет, некому тебя защитить, некому наябедничать папочке, что злой Вендал вас обижает. Теперь я возьму своё сполна. И поверь, тебе понравится.

– Ты не… – начинаю я, но не успеваю договорить.

Принца сметает в сторону, а затем я слышу страшное: звуки драки и ударов. В панике разворачиваюсь и выпрыгиваю из ниши. Вид Ноктиса, сидящего на Вендале и наносящего ему один удар за другим, намертво впечатывается в память.

– Стой! – вскрикиваю я и бросаюсь к дракону. – Ноктис, нет!

Хватаю моего внезапного спасителя за занесённую для удара руку. Ноктис замирает на мгновение, а потом переводит на меня полный ярости взгляд. В его глазах разливается аметистовый огонь, а я понимаю, что мы в шаге от провала.

– Ноктис, я в порядке! – Холодными от волнения ладошками я прикасаюсь к лицу дракона и прижимаюсь лбом к его лбу. – Он ничего не успел. Ноктис, пожалуйста, приди в себя. Ради меня.

Продолжаю шептать и одновременно молю всех шестерых богов, чтобы магия внутри дракона успокоилась. Чтобы Вендал не получил повода обвинить нас в нападении. Иначе у меня не будет шанса спастись. Иначе мне уже завтра конец.

– Лери… – хрипло выдыхает Ноктис, внезапно расслабляясь.

Мотнув головой, дракон поднимается с поверженного врага. И тут случается то, что заставляет меня в недоумении раскрыть рот. Вендал начинает смеяться. Булькая и выплёвывая кровь, но смеяться. Принц приподнимается и смотрит на нас с Ноктисом по-настоящему безумным, с нотками удовлетворения взглядом. Инстинктивно жмусь к дракону, а тот в свою очередь приобнимает меня, пряча от взгляда психопата.

– Лорд Митраль, они тут! – доносится до меня голос Лейры.

С усилием прикрываю глаза, понимая, что всё пропало. Ситуация настолько катастрофична, насколько вообще возможно. Я даже придумать ничего не могу, не знаю, как вывернуться так, чтобы Ноктису не предъявили обвинений в нападении.

– Лорд Митраль, его высочество и Лери… Они там…

Слышу торжество в голосе Лейры, и мне от души хочется ей врезать.

Подняв голову, смотрю в глаза Ноктиса и вижу в них сожаление и вину. А ещё впервые – растерянность. Дракон тоже не понимает, как выворачиваться из ситуации.

– Ого. – В коридоре появляется дядюшка в сопровождении моей сокурсницы.

За её спиной шушукаются присланные лордами невесты, и это означает лишь одно: некрасивую картину со мной и последующей дракой видели слишком многие. Лейра же, любопытно поблёскивая глазками, выглядывает из-за спины Сайруса и даже не думает скрывать своего триумфа.

– Я видела, как принц целовал Лери и, ну… это самое, – продолжает щебетать Лейра.

– Того самого не было, – сглотнув ком в горле, спешу опровергнуть слова гадюки. – Ноктис спас меня от изнасилования.

Бросаю осторожный взгляд на дракона, но тот лишь хмуро следит за дядюшкой. Вендал продолжает сидеть на полу и с улыбкой наблюдать за нами.

– Ваше высочество, это правда? – интересуется у него Сайрус.

– Не совсем так, – расхлябанно отвечает ему принц. – Мы миловались с Лери, а этот чешуекрыл напал на меня.

– Что значит миловались? – вспыхивает дядя. – Ты принуждал принцессу рода к непотребствам? Ты понимаешь, что я вынужден сделать?!

– Конечно, – кивает Вендал. – И я готов при свидетелях заверить вас, что теперь просто обязан взять Лери в жёны. И сделаю это с удовольствием.