Три дня спустя…

– На сегодня все свободны, – торжественно заканчивает лекцию по универсальным практикам сна тьютор Абаль.

Я молча поднимаюсь с места и так же молча, ни на кого не глядя, закидываю записи и пишущие принадлежности в сумку. Фоном для моих сборов служит щебет невест Арма, сидящих выше. Не особо меня стесняясь, они обсуждают Ноктиса, принца и остальных участников драконьей делегации. Я же старательно делаю вид, что мне всё равно.

– Вы слышали? В академию прибудет Кайрис Валларс, – наклонившись к столу, произносит, кажется, Велария.

Я так и не удосужилась запомнить имена всех охотниц за Армонианом.

– Это который бывший Тень старого Владыки? – разглядывая себя в маленьком зеркальце, уточняет Наяра.

Уголок моих губ сам собой дёргается в снисходительной улыбке. Тоже мне, аристократка, а второго человека королевства не знает.

– Он самый, – с готовностью кивает Велария и бросает на меня опасливый взгляд. – Как думаете, зачем он сюда едет?

– Ясно зачем, – в разговор вступает Лейра, и мои щёки опаляет полный ненависти взгляд. – Вычищать предательскую шваль из «Пацифаль».

Я даже не вздрагиваю от её слов. Ясно, что Лейра метит в меня, старается выбесить и вызвать вспышку гнева, чтобы был повод обвинить меня в невменяемости. И тем самым освободить себе путь к Вендалу. Лейра как-то поняла, что ей ничего не светит с Армом, и переключилась на нашего принца, от которого я как раз мечтаю избавиться. Хмыкаю, удивляясь иронии судьбы, и, закинув лямку сумки на плечо, направляюсь к выходу из аудитории.

– Эй, Моль! – доносится презрительное мне в спину.

Если несколько дней назад я молча терпела подобные высказывания, то сейчас, когда Арм и Ноктис очертили круг подозреваемых, понимаю, что больше не могу сдерживаться. Моя язвительная натура требует отмщения. Только умыть альву надо так, чтобы самой не запачкаться.

– Эй, ты что, оглохла? – взвизгивает Лейра, когда я, проигнорировав её выпад, продолжаю путь к дверям. – А ну, стой, Моль!

Я упрямо делаю вид, что не понимаю, к кому она обращается. Краем глаза замечаю, что остальные студенты замедляются, кто-то перестаёт собирать вещи, а кто-то и вовсе обрывает разговоры. Отлично, Лейра сама себе яму вырыла.

– Ты чё, не слышишь?

В шаге от двери меня в плечо грубо толкает Варток Расс. Шестеро, я уже успела забыть о его существовании. Как только по «Пацифаль» поползли слухи о нашей с Вендалом скорой свадьбе, как все мои злопыхатели мигом переобулись. И то, что Варток сейчас откровенно задерживает меня, говорит лишь об одном: они с Лейрой заодно и придумали что-то особенно гадкое. Такое, что может опозорить и отвернуть принца от меня. Они же не знают, что Вендал на мне помешан и простит самые гнусные мои поступки.

– Что, драконья подстилка, силу свою почувствовала? – совсем рядом раздаётся мерзкий голосок, и я, смирившись с неизбежным, разворачиваюсь к Лейре.

Её припевалы стоят за спиной альвы, только Наяра, на дне рождения которой я должна выступить, держится чуть в сторонке. То ли достаточно умна, чтобы ей не нравилось происходящее, то ли боится, что я сорву её праздник.

– Прости, у меня врождённый фильтр от надоедливого жужжания, – устало закатив глаза, произношу я. – Не могла бы ты понизить тональность? А то, боюсь, от твоего ультразвука у собак на ближайшей псарне диарея откроется.

– Что? – задыхается Лейра, выпучив глаза.

А я слышу пробегающие по аудитории смешки. Видимо, не мне одной осточертела эта высокомерная зараза.

– Прости, мне надо говорить громче? – повысив голос, я ловко подражаю Лейре. – Говорю, тебе тише надо быть! – визжу я так, что стёкла в окнах начинают позвякивать. – Я, видимо, поэтому твои слова и не воспринимаю. Писк комара – он, знаешь, такой труднопереводимый.

– Хватит! – рявкает Лейра, когда народ вокруг уже не просто хихикает, а откровенно ржёт.

Меня обжигает огнём фиолетовых глаз, а затем альва кивает стоящему за мной Вартоку. В следующее же мгновение меня выталкивают из аудитории, следом выходит и Лейра с группой поддержки.

– Да ладно тебе, – ухмыляюсь я. – Классное же представление получилось. Не всё же тебе развлекаться за мой счёт. Если я моль, то ты комар. Всё ж логично.

Улыбаюсь в пылающее гневом лицо и чувствую, как внутри растекается удовлетворение. Прекрасная Лейра больше не милая заинька. Альва явила свою внутреннюю суть, и мне от этого хорошо. Больше не надо играть.

– Чего смеёшься? – вкрадчиво интересуется Лейра, кивая Веларии. – Думаешь, победила? Сейчас ты мне ноги целовать будешь!

Недоброе предчувствие касается сердца, когда Велария выходит вперёд и подаёт мне небольшую табличку с нанесённым на ней световым рисунком. Такие делают альвы Света, и изображение проявляется только под определённым углом.

– Что это? – непонимающе спрашиваю я.

– Мой билет в безбедную жизнь, – пропевает Лейра и делает шаг ко мне.

Альва дёргает табличку на себя, направляя свет от магических фонарей на зачарованную поверхность. Передо мной вспыхивает объёмная картинка. Я и Ноктис. Ночь, оранжерея и наш поцелуй.

– Вот думаю, когда подарить эту красоту Вендалу. До свадьбы или потом? Я слышала, принц скор на расправу. Интересно, кого из вас двоих он убьёт первым?

С трудом оторвав взгляд от картинки, к слову, очень красивой и профессионально выполненной, я смотрю на Лейру с неверием. Испуг во мне тоже есть, но я его умело прячу. Перед этими тварями нельзя показывать страха. Нельзя вручать им это оружие.

– Красивый рисунок, – не дрогнув голосом, произношу я. Прикладываю все усилия, чтобы не выдать своего состояния. – Чья-то эротическая фантазия?

Веду взглядом по стоящим за Лейрой альвам. По глазам вижу, что мой вопрос вызывает у них растерянность.

– Не прикидывайся дурочкой, – шипит гадина. – Илина видела тебя с этим драконом. Вот и нарисовала.

– И? – Приподнимаю брови, предлагая Лейре продолжить.

– Что и, кобыла ты сивая? – взвивается альва. – Отвали от Вендала, а то я сделаю так, что вас с этим драконом в порошок сотрут.

Запрокидываю голову и протяжно выдыхаю, разглядывая растительный узор на потолке. Шестеро, я честно пыталась быть хорошей девочкой.

– Пойдём. – Хватаю Лейру за руку и тащу её за собой.

Остальные не сразу бросаются за нами. Впрочем, как и альва – первые шаги делаются через усилие. Но я дёргаю ещё сильнее, чуть не сбивая тварь с ног.

– К-куда? – несколько испуганно интересуется Лейра.

– Как куда? – в наигранном изумлении переспрашиваю я. – Показывать ваше фан-творчество принцу. Думаю, он будет в восторге от того, какие картинки распространяют о его невесте.

Последнее высказываю с такой долей сарказма, что самой на языке остро.

– Стой! – взвизгивает Лейра, пытаясь вырывать ладонь из моей хватки. – Ты точно сумасшедшая! Его высочество тебя же прибьёт!

– Да? – хмыкаю я, но всё же останавливаюсь, так и не дойдя до коридорного поворота. – А с чего ты решила, что он поверит чьим-то россказням, а не словам любимой женщины? М?

– Потому что у нас есть доказательства! – истерично выплёвывает Лейра. – Рисунок не сделать без отражённого от объекта света!

– С чего ты так решила? – улыбаюсь я, хотя всё внутри неслабо так вздрагивает.

Я не знаю нюансов дара альв Света, но насколько помню, Миррали спокойно рисовала по памяти. Но, возможно, дело в том, что принцесса, как и все представители королевского рода, является одной из сильнейших альв Света.

– Илина рассказала! – Лейра оглядывается, выискивая подружку. – Ли, подтверди!

Невысокая, пухленькая альва, чьи волосы цвета шоколада уложены в сложную конструкцию из кос, нервно икает, когда мой взгляд останавливается на ней. С трудом сдерживаюсь, чтобы злорадно не рассмеяться. Горе-интриганки роют друг другу ямы!

– Ну же, Ли, – ласково пропеваю я и, оставив Лейру в покое, направляюсь к резко побледневшей альве. – Расскажи нам, как на самом деле создаются световые рисунки.

– Я-а-а, – пищит Илина, отшагивая от меня и ища помощи у подружек и Вартока.

Но те лишь настороженно наблюдают за происходящим и благоразумно не вмешиваются.

– Только не вздумай врать. Иначе я влезу в твои сны и вытащу оттуда правду. Ну и напомню, что принцесса Миррали – моя подруга, и я часто видела, как она рисует.

– К чему ты это всё? – слышу недовольный бубнёж Лейры. – Не увиливай от разговора.

– Шестеро, Лейра, – вздыхаю я, через плечо косясь на гадину. – Я сейчас мечусь между тем, чтобы поступить благородно или позволить тебе и дальше себя закапывать.

– О чём ты?

Альва в тот же миг оказывается рядом и, сдвинув брови, недовольно посматривает то на меня, то на свою так называемую подружку.

– Ну как тебе сказать. – Я с наигранным драматизмом вздыхаю и, проведя пальцем по подбородку, всё же решаю поступить благородно. Всё равно оба варианта играют мне на руку, а первый ещё и хорошее послевкусие оставит. – Илина тебя подставить планировала. Не знаю, где она увидела эту картинку, – киваю на рисунок в руках Лейры, – во сне или в горячечном бреду, но нарисовала она его из головы. Альвам Света не нужны натурщики. На то они и альвы Света, что свет полностью им послушен.

– Не поняла. – Лейра ещё больше хмурится. – Зачем тогда это?

Она встряхивает рисунком перед лицом Илины, хотя спрашивает почему-то меня.

– Лейра, я… – начинает альва.

Но я перебиваю её, чтобы раскрытие получилось максимально драматичным.

– Илина, видимо, метит на твоё место. Вот и решила подкинуть тебе рисунок, выдав его за реальное доказательство. Вендал тебе бы не поверил и обвинил бы в клевете. И, как ты понимаешь, песенка твоя была бы спета.

В коридоре повисает тишина. Все присутствующие смотрят то на Лейру, то на неудачливую подставщицу.

– Это правда? – спрашивает альва, и в голосе её я не слышу ничего хорошего.

– Лейра, я ничего такого… – лепечет Илина, выставляя вперёд ладони. – Не слушай ты её, она же, очевидно, хочет нас рассорить!

– Рот закрой! – рявкает на неё подружка, да так громко, что у меня уши закладывает. – Не смей врать! Знаешь же, что я всё равно правду вытяну!

Илина, и без того бледная, белеет ещё больше и, кажется, даже магию свою применяет, чтобы стать невидимой.

– Если ничего такого ты не думала, чего юлишь тогда? – угрожающе тянет Лейра, наступая на подругу.

Та пятится до тех пор, пока не упирается в подоконник высокого окна. Илина бросает на бывших подружек затравленный взгляд, а затем и вовсе меняется в лице. Маска бедняжки слетает, обнажая хищное и высокомерное выражение глаз.

– Ой, сама заткнись, Лейра, – презрительно выплёвывает Илина. – Возомнила себя королевой академии, а сама ничего из себя не представляешь. Только и можешь, что кошмарами пугать. Не нужна ты никому, и вся твоя популярность дутая.

– Извинись, – шипит Лейра, а я ощущаю, как вокруг неё закручивается вихрь такой родной для каждой альвы Ночи силы.

– Да пошла ты, – снисходительно произносит Илина и делает шаг в сторону, собираясь уходить. – Девочки, пойдёмте. Зачем вам эта неудачница? Мой папа и тот больше связей имеет, чем её жалкое семейство.

– Извини-и-и-ись, – требует Лейра, и в тот же миг коридор заполняют лиловые сумерки.

Они накрывают нас густым пологом, лишая зрения и вынося в какую-то другую реальность. Как бы мне ни была неприятна Лейра, но не отметить мощи её дара я просто не могу. Она очень сильная, пожалуй, ровня мне – в те времена, когда моя магия была в зените.

Не успеваю я среагировать, как пространство вокруг разрезает панический вопль, от которого кровь замедляет бег в жилах. Вместе с тем раздаётся грохот разбившегося стекла, какая-то непонятная возня и жуткие чавкающие звуки.

– Лейра, уймись! – кричу я вслепую.

Зрение по-прежнему не вернулось, я вижу лишь тьму. Выставляю руки вперёд и на ощупь иду прочь. Не моё это дело – разборки между бывшими подружками. Нужно найти тьюторов, чтобы они привели взбесившуюся Лейру в чувство.

Делаю буквально пару шагов и впечатываюсь в чьё-то внушительное тело. Пальцы нащупывают множество металлических вставок на шершавом кителе. Сердце, испуганно ёкнувшее, замирает в надежде, что это Ноктис. Лишь он один во всей академии носит подобную одежду. Хотя, если бы это был дракон, я бы давно узнала его по запаху. От незнакомца же ничем не пахнет. Будто его вообще тут нет.

– Что происходит? – по коридору прокатывается низкий голос, от которого сначала затихает возня, а затем и сумерки отступают.

Поднимаю голову, натыкаясь на пристальный взгляд серых, с фиалковыми вкраплениями глаз. Белые, как у большинства альв Ночи, волосы заплетены в длинную косу, тёмно-серый китель с теми самыми нашивками, жемчужная рубашка и чёрные брюки – Кайрис Валларс, бывшый Тень старого Владыки, выглядит ровно так же, каким я его запомнила. К его поясу приторочен внушительных размеров меч, наводящий на мысль, что Кайрис снова на службе.

– Повторюсь, что тут происходит? – спрашивает мужчина, сурово сдвинув тёмные брови.

– Девочки из-за мальчиков передрались. – Я пожимаю плечами и отступаю от него на шаг.

Безусловно, я его рада видеть. Но всё же хотелось бы, чтобы сейчас здесь оказался Ноктис. У дракона удивительная способность приносить с собой спокойствие.

– Ситуация настолько серьёзная, что пришлось применить «Вещий Кошмар»? – явно сдерживая гнев, уточняет Кайрис и безошибочно находит зачинщицу разборок. – Лейра Вальт, если я не ошибаюсь?

Оборачиваюсь, чтобы насладиться изумлением на лице альвы и оценить масштабы драки. А зрелище, на самом деле, пугающее. Илина, судя по тому, что её за ворот держит Варток, пыталась выпрыгнуть из окна. Остальные охотницы за женихами выглядят пришибленными и со странными потёками слюны на лицах. Присмотревшись, я понимаю, что эти дурочки, попав под воздействие Лейры, кусали друг друга!

– Д-да, – хрипло отзывается альва, глядя то на меня, то на Кайриса.

– Немедленно к рехтару. Скажите, что по распоряжению Кайриса Валларса вас отчисляют.

– Что-о-о-о? – взвывает Лейра. – Не имеете права! Вы здесь никто! Да вы даже не Тень больше!

– Уверена? – переспрашивает мужчина, и от него в сторону идиотки ползут тёмно-лиловые щупальцы силы.

Вся банда в едином порыве пятится, стараясь избежать соприкосновения с жуткими проявлениями магии Кайриса. Я лишь уважительно поджимаю губу, наблюдая за мастерством мужчины. Мне самой подобные трюки ещё не подвластны.

– Я отведу её к рехтару! – заверяет нас Варток и надёжно прихватывает Лейру за локоть.

– Что?! – в гневе шипит альва.

Пытается вырваться, но её бывший союзник и не думает уступать.

– Премного благодарен, – с холодностью произносит Кайрис, убирая щупальца. – А теперь прошу, оставьте нас.

Дважды просить не приходится. Девушки, Варток с Лейрой – они исчезают так быстро, будто их потоком воздуха унесло. Вот это я понимаю, репутация у Валларса – сдувает гадов, как песчинки.

– Скажи мне, Лери. – Бывший Тень разворачивается ко мне. Его голос звучит ровно, но я всё же улавливаю лёгкие нотки недовольства. – Почему, когда что-нибудь происходит, я всегда обнаруживаю тебя? Раньше я думал, что Кара – причина всех ваших приключений, но её здесь нет, а ты продолжаешь находить неприятности.

– Клянусь Луноликой, это они меня находят, – с жаром заверяю я, старательно строя невинные глазки. – Шестеро знают, как я хочу жить спокойной жизнью!

– Ага, – хмыкает Валларс и внезапно подставляет мне локоть. Тут же хватаюсь за предложенную опору, и дальше мы двигаемся вместе. – Спокойная жизнь и вы трое – Кара, ты и Миррали – совершенно несовместимы.

– У Кары проблемы? – встрепенувшись, спрашиваю я.

Про Миррали и так понятно. Новостей от принцессы, кроме тех писем с рисунками, до сих пор нет.

– Нет, – качает головой Кайрис. – Знамя самой приключаемой подруги перешло к тебе.

Бросаю косой взгляд на мужчину и успеваю заметить тень улыбки на его губах. Каким бы строгим он ни был, но ко мне всегда относился с теплотой. Из всего окружения Миррали только Кайрис стал для меня с девочками настоящей опорой и защитой. Вот и сейчас я ощущаю странную благодарность к этому высокому и внешне отчуждённому мужчине. Возможно, подспудно я ищу в нём фигуру отца или брата. Это неправильно, но если помогает моему душевному спокойствию – почему бы и нет?

– О чём задумалась? – будто уловив мои мысли, спрашивает Кайрис.

Я не замечаю, как мы выходим на широкую галерею, опоясывающую церемониальный зал академии. Здесь пройдёт наш с Вендалом свадебный ритуал, а потому помещение звенит от голосов. Многочисленные служки снуют тут и там, расставляя декорации и кадки с растениями. Незнакомые мне альвы в богатых одеждах, несколько тьюторов и принц с моей матерью – все они заняты разговором. Судя по сосредоточенности на их лицах, обсуждают что-то очень важное. Скольжу взглядом по холёному лицу матери и внезапно для самой себя осознаю, что в душе ничего не откликается. Ни страха, ни обиды, ни тоски. Я будто на чужого человека смотрю.

– Зачем ты приехал? – спрашиваю я и подхожу ближе к изящным перилам.

Галерея утопает в лёгких сумерках, а потому можно не бояться, что нас здесь заметят.

– Поддержать ваше мероприятие, – ровно отвечает Кайрис, занимая место рядом. – Армониан сбежал, что, в принципе, было ожидаемо. Всё-таки драконий наследник ещё слишком юн и безалаберен, чтобы возглавлять столь ответственные миссии.

– Арм не сбежал. – Я хмурюсь и награждаю Валларса недовольным взглядом. – Он переживает за Миррали и пытается найти способы связаться с ней.

– Похвально, – сухо оценивает Кайрис. – Но не изменяет сути. Его высочество импульсивен и пока не способен отделять чувства от дела. Впрочем, это нам на руку. С Ноктисом контролировать ситуацию будет проще. У него холодный разум, а дар достаточно мощный, чтобы вычислить главного кукловода.

Улыбка сама собой расцветает на моём лице. Мне приятно, что бывший Тень так высоко оценивает дракона. А ещё его слова наводят меня на одну мысль.

– Кстати, об аметистовом даре. – Чуть прокашлявшись, я складываю локти на широкой поверхности перил и делаю вид, будто наблюдаю за снующими внизу работниками. – Ты, случайно, не знаешь, есть ли возможность вернуть утерянного дракона?

Задаю вопрос и замираю в трепетном ожидании. Кайрис, как приближённый к Владыке, может обладать такими знаниями. И сердце сбивается с ритма, когда пауза неприлично затягивается.

– Хочешь пробудить дракона Ноктиса? – спокойно интересуется Валларс.

Резко повернув к нему голову, я натыкаюсь на полный понимания взгляд. Что? Он знает о тайне дракона? Или знает, как вернуть зверя?

– А это возможно? – чуть осипшим от волнения голосом спрашиваю я.

Уставший вздох служит мне ответом и вместе с тем обрывает все ростки надежды. Кайрис ещё не ответил, но я уже понимаю, что моё желание невыполнимо.

– Лери… – начинает мужчина, но я качаю головой.

– Не надо, я поняла.

– Вряд ли. – В словах Кайриса слышится усмешка. Он подходит ближе, занимая место рядом, и так же, как и я, принимается разглядывать мельтешащие внизу фигурки. – Твой вопрос очень сложный. В нём много нюансов, которые могут привести к сотне конфликтов.

Успокоившееся было сердце вновь разгоняется, когда до меня доходит смысл сказанного.

– Так это возможно? – Не удержавшись, я разворачиваюсь к Тени и сверлю его нетерпеливым взглядом.

– Скажем так, это невероятно сложно, опасно для жизни обоих участников ритуала, но да. В наших силах как отобрать зверя у драконов, так его и вернуть.

На губах Кайриса появляется улыбка, но я не могу понять, какая она. То ли грустная, то ли снисходительная.

– Лери, ты знаешь, кого драконы уничтожали в первую очередь во время нашей с ними войны? – спрашивает Валларс бесцветным голосом.

– А что, были какие-то приоритеты? – нахмурившись, уточняю я. – Нам не особо об этом рассказывали. Только обозначили общие потери да основные моменты войны.

– В первую очередь выкашивали альв Света как тех, кто мог ослеплять и делать целые отряды невидимыми. А вот вторыми на уничтожение шли альвы Ночи, Лери. Наш народ ненавидят за возможность не только оживлять кошмары, но и разрывать связь между зверем и человеческой ипостасью драконов.

– Мы что, настолько сильны? – в шоке спрашиваю я.

– Не стоит об этом распространяться, – с лёгкой ухмылкой отвечает Кайрис. – Чем меньше окружающие знают истинный потенциал нашего дара, тем легче нам живётся. Но да, столь ужасающее оружие в руках именно альв Ночи. И так же, как мы в первую очередь уничтожали аметистовых драконов, так и чешуекрылы били по нашим с тобой братьям и сёстрам.

Я не застала войны, она закончилась до моего рождения. Но сейчас, когда слушаю Кайриса, меня захватывает странное ощущение сопричастности и глухой тоски по тем, кто ушёл. Тем, кто отстоял моё право на свободную жизнь. Ни я, ни Валларс, никто из всего королевства никогда не забудет эту жертву.

На несколько минут между нами повисает тишина, которая кажется особенно торжественной. Наша небольшая дань памяти ушедшим героям.

Только когда внизу один из служек с грохотом роняет несколько стульев, я решаюсь вернуться к теме разговора.

– Значит, я могу попробовать пробудить дракона Ноктиса? – сглотнув ком в горле, спрашиваю я.

– Я должен тебя отговорить, – отвечает Кайрис, а затем бросает на меня косой взгляд, в котором я читаю понимающую улыбку. – Но ты ведь меня всё равно не послушаешь, так?

– Так, – с вызовом произношу я.

– Тогда просто предупрежу. Чтобы вернуть дракона, тебе потребуется вся твоя мощь. Если не сможешь управиться с даром, он сожрёт тебя саму. Ты навеки останешься в собственных снах, и помоги тебе Шестеро, если ими станут твои личные кошмары. Многие из нас, кто в бою шёл на этот шаг, погибали, засыпая навеки.

– Если я решусь, что мне нужно будет делать?

Слова Кайриса, безусловно, пугают. Я осознаю весь риск, но и отступиться, не попробовав, не могу. Главное, чтобы Ноктис об этом не узнал, иначе откажется. Я почему-то уверена, что мою жизнь он ставит выше своей.

– Отбирать дракона проще, – хмыкнув, отвечает Валларс. Снова возвращается к наблюдению за подготовкой к свадьбе и продолжает так, будто мы погоду обсуждаем: – Устанавливаешь первую привязку с драконом и усыпляешь его звериную ипостась. А затем и вовсе обрываешь связь между человеком и зверем.

– Но дракона уже нет, как установить привязку? – с лёгкой ноткой отчаяния интересуюсь я.

– А вот это самое сложное, Лери. Будь у вас привязка, ты бы шла по установленной связи, как по путеводной нити. В вашем же случае тебе самой придётся вплетаться в ауру Ноктиса. Самой искать путь к его потерянному дракону. Он там есть, без зверя ни один чешуекрыл не сможет жить. А раз Ноктис не только жив, но ещё и чудовищно силен, значит, и зверь его где-то там. Как любил поговаривать мой старый тьютор – в чертогах разума. Вот туда тебе и предстоит найти путь. Готова к такому путешествию?

Кайрис разворачивается спиной к перилам и, склонив голову набок, выжидающе смотрит на меня. А меня впервые за время нашего разговора охватывают настоящие сомнения. Нет, за жизнь не страшно, я переживаю, что мне банально не хватит силы. Я дар-то свой ещё толком не восстановила. А просить Кайриса провести этот ритуал… Не-е-ет, я не имею никакого права подвергать его риску.

– Прежде чем ты утонешь в самобичевании, скажу сразу: я не смогу вернуть дракона Ноктису, даже если захочу. Оборвать связи можно в любой момент, ведь привязка устанавливается сама собой. А вот пробудить зверя сможет лишь тот, кому сам дракон полностью доверяет. Из альв это сможешь сделать только ты.

– Почему? – вскидываюсь я, мигом позабыв обо всех тревогах.

– Потому что я вижу, как этот дракон смотрит на тебя, девочка, – улыбается Валларс. – Ты ему дорога, а значит, и шанс у тебя есть. Надо лишь решиться.

Мы секунду смотрим друг на друга. А затем я киваю, ощущая внутри железную решимость вернуть Ноктису дракона. Чего бы мне это ни стоило.