Наступило утро. От Рустама не было никаких вестей. Мы с Симоной Тимуровной вызываем такси, чтобы проехаться по тем местам, где он может быть.

Сказать, что я волнуюсь – ничего не сказать! Эти двое могут, как и помириться, так и поубивать друг друга! Абсолютно непредсказуемо.

Ждем такси на улице, и вдруг я слышу цокот копыт.

Лощадь… в городе?

Приглядываюсь к всаднику, и сердце заходится в тахикардии.

Да не может быть!

Рустам скачет на лошади по тротуару, под мышкой у него зажат огромный букет роз. Хорошо, что утро раннее, и вокруг мало людей.

– Мама Мона, – дергаю свекровь, которая прилипла к экрану телефона, за рукав куртки. – Смотрите скорее!

Она поднимает голову, видит сына и восклицает обрадованно:

– Рустамчик! Живой!

Вдруг Максудова настигает второй всадник. Да что вообще происходит?!

– Рустам, берегись! – кричу, но Артур, а это именно он, проносится мимо Рустама.

Он бросает мне в руки одну розу и кричит:

– Лови, сестра!

А потом пришпоривает коня и исчезает в дымке утреннего тумана…

У меня отвисает челюсть. Он сказал, сестра?! Что сейчас такое было?

– Опять опередил меня, шакал, – смеется беззлобно Рустам.

– Рустамчик, где ты был всю ночь? – Симона Тимуровна явно шокирована не меньше меня. – Почему Артур назвал Амину сестрой? И где вы взяли коней?

Рустам спрыгивает с коня и вручает мне букет роз, благоухающий на всю улицу. Его бровь украшает свежая ссадина, а щеку царапина. Значит, подрались, а потом помирились!

Нервы мои не выдерживают, и я, развернувшись на пятках, иду в дом.

Мы значит, не спим всю ночь, переживаем, а они…

Рустам выпутывается из объятий матери и идет следом за мной:

– Ами, ты куда? Ами, стой! – во дворе хватает меня за руку и разворачивает к себе.

Притягивает к себе властно, но я выставляю между нами букет роз. Пусть даже не думает, что я прощу его без объяснений.

– Объяснись, Рустам, – стараюсь, чтобы голос звучал как можно строже. Но сердце предает, колотится как бешеное.

Живой, и это главное.

Рустам вздыхает, запускает руку в волосы, взъерошивая их.

Вид у него виноватый и даже немного жалкий.

Кстати, никогда не думала, что увидеть его верхом на коне будет так… обычно. Будто он каждое утро так делает. Но ему идет быть наездником, выглядит как герой любовного романа.

– Понимаешь, Ами… В общем, мы с Артуром… давно знакомы. Очень давно…

– Это я знаю. Ты заставил переживать собственную мать. Мы этой ночью не спали ни минуты, если хочешь знать! Симона Тимуровна уже похороны тебе заказывать собиралась! – перегибаю палку. Ничего такого она не собиралась, конечно. Но может усовестится хоть?

– Я виноват. Пойдем в дом? Там поговорим.

Свекрови не видно, но я знаю, что она где-то поблизости, подслушивает наш разговор. Ей любопытно, скажет мне Рустам три раза о разводе или нет. Я и сама со страхом этого жду.

– Говори, Рустам. Если есть, что сказать.

– Я люблю тебя.

– Давай пройдемся по пунктам? – делаю вид, что не услышала.

– Каким еще пунктам?

– Первый. Ты женился на мне ради наследника?

– Что за чушь? Ах, ну да… послушанный разговор. Если бы ты тогда… – качает головой. – Если бы ты тогда дала мне понять, что все знаешь, я бы тебе все сразу объяснил. Но ты скрыла.

– Так да или нет?

– Конечно, нет. Я женился на тебе, потому что ты пленила мое сердце.

– Пункт второй. Я – красивая?

– Ты самая красивая. Для меня.

– Ты через силу ложился со мной в постель?

– О, да, особенно в больнице, через силу с тобой лег, – криво усмехается. – О чем ты, зайка? Неужели ты не чувствовала мое к тебе отношение?

Воспоминания о жарком сексе в больничной палате заставляют меня покраснеть помимо воли.

– Ты думал о ней, когда был со мной? – продолжаю допрос.

– Ты единственный человек, с кем я забываю о существовании всех людей на этой планете. Еще вопросы будут? – пытается схватить за талию, но я делаю шаг назад.

– Ты собираешься со мной развестись?

– Нет, ни за что. Ты моя жена и останешься ею всегда. Я люблю тебя, малышка. Прости меня, идиота. Прости за всё, Ами!

– Докажи, – шепчу, не отрывая взгляда от его темных, как ночь, глаз.

Рустам берет мое лицо в ладони и нежно целует в губы. Просто целует, без страсти и напора, лишь с нежностью и любовью.

Этот поцелуй как будто говорит: "Я твой, и всегда буду рядом".

После этого он отстраняется и смотрит в мои глаза.

– Как я могу доказать? Что ты хочешь? Я готов на все, чтобы ты больше не сомневалась во мне, Амина.

– Я хочу помогать тебе в ювелирном бизнесе.

– Хорошо. Ты уже доказала, что тебе можно доверять – ты вернула золото.

– Почему Артур не в тюрьме?

– Я подкупил полицию. Когда ты попала в аварию, я сделал так, чтобы сумка с драгоценностями не фигурировала ни в каких протоколах. Ограбление салона так и повиснет глухарем. А по поводу конюшни я и вовсе не заявлял. Трех коней уже поймали и вернули в стойло.

– Почему ты его простил?

– Потому что сам виноват перед ним. Ну и идти с саблей на пистолет – это по меньшей мере, глупо, – криво усмехается муж.

– Ты мог погибнуть!

– Да, брось. Артуру не нужна моя смерть, он хотел меня попугать, да показать свою крутость. А мне не надо, чтобы он гнил за решеткой. Пусть живет. Эта ночь была долгой, мы все выяснили и больше не держим друг на друга зла.

– Если он говорил про меня плохие вещи…

– Если бы он тронул тебя, я клянусь…

– Не клянись, Рустам! Клятвы – это всегда страшно, особенно когда они произносятся в порыве чувств. Вот ты дал клятву под влиянием эмоций, и что? Чуть семью не разрушил!

– Хорошо, не буду, – соглашается он, немного потупив взгляд. – Просто знай, что ты для меня – самое дорогое, что есть.

Молчу, впитывая каждое его слово. Верю ли я ему? Хочу верить.

Устала от подозрений, от постоянного анализа каждого его взгляда и жеста. Хочу просто любить и быть любимой. И больше никогда не слышать о белой курице!

– Тогда пообещай, что никогда ничего не скроешь от меня, – прошу, глядя ему прямо в глаза. – Ничего, Рустам. Даже то, что тебе кажется незначительным.

– Обещаю, Ами, – подносит мою руку к своим губам. – Возвращайся домой, жена. Мне так плохо без тебя. Ты мне нужна…