Кринолин и корсет на лентах сковывали движения, поэтому, неуклюже оттопырив задницу, я практически прижалась щекой к ворсистому ковру, стараясь разглядеть хоть что-то в спальне. На полу беспорядочно валялись вещи и туфли. Распознав в скомканной черной кофте, зеленом парике и юбке-карандаше ведьмовской наряд Сьюзан, я сдавленно выкрикнула через фольгу:

– Би-н-хо!

– Пестрянка, позволь уточнить, что заставило тебя принять столь соблазнительную позу посреди коридора?

Внутренности будто разом покрылись инеем. После разделенной близости с секс-символом Голдена, я представляла нашу встречу по-разному, но такое даже в кошмарах не приснилось бы!

Стремительно повернулась, чтобы удостовериться, что ко мне совершенно бесшумно подкрался Кристиан Кэмбэлл, и не прогадала. От резких движений меня пошатнуло. Не удержав равновесие, впечаталась лицом в ковер и позорно растянулась на полу, а задранное платье обнажило мои ноги в чулках до колен.

Боже, какое унижение!

Кристиан, в идеально сидящем черном пальто нараспашку и классическом темно-синем костюме без единого намека на хэллоуинскую атрибутику, оттолкнулся от стены у лестницы и лениво двинулся ко мне.

Пока конфуз не достиг апогея, мне удалось приподняться, развернуться и неуклюже сесть, приглаживая топорщившееся платье.

Кэмбэлл опустился рядом на корточки, задумчиво склонив голову. Фиолет его глаз играл такими темными переливами, что казался черным, а ходившие желваки выдавали злобу. Однако, когда Кристиан взглянул в мое залитое краской лицо, то внезапно расхохотался, наполняя коридор гаммой красивых звуков.

Я смутилась сильнее, впервые услышав его лишенный надменности и притворства смех. Но долго наслаждаться пробившимся через толщу льда масок Кристианом не удалось.

Дверь справа от нас распахнулась в тот самый момент, когда я разжала губы, выплюнув в ладонь презерватив.

Глава 21

Аллекса

Надежда

Бен испуганно застыл, уперев одну руку в дверной косяк. Идя на шум, он вряд ли ожидал столкнуться с неописуемой картиной: я сижу на полу в коридоре, а надо мной, пряча усмешку за тыльной стороной ладони, нависает сам Кристиан Кэмбэлл.

Увидев изумленного парня в одних клетчатых боксерах, Кристиан резко встал и протянул мне руку. Но я, обиженная его исчезновением, с силой отбила раскрытую в призыве ладонь.

Поначалу забавная ситуация выходила из-под контроля. Кристиан ощетинился, когда я, проигнорировав его помощь, сама встала на колени и на миг оказалась прямо перед напряженным пахом Бена. Тот смущенно шагнул обратно в комнату, а я, пошатываясь, все-таки поднялась на ноги.

Мельком взглянув на кровать, где под одеялом с головой пряталась Сьюзан, я гордо вручила ему презерватив, сказав:

– Не благодари.

Пока дуг ошалело смотрел на квадратик фольги в своей ладони, я потянулась к двери и громко ее захлопнула. В коридоре звякнули люстры, или у это меня зазвенело в черепе от выпитого пунша?

Отряхнув руки с видом «дело сделано», по-детски вздернула нос и зашагала к лестнице. Но Кристиан поймал меня за локоть и рывком развернул к себе.

–Ты пьяна, – констатировал он, заключив меня в крепкие объятия, словно не желал отпускать.

– А ты раздражающе красив. Будем и дальше обмениваться фактами?

Дав секундную слабину, я уткнулась в твердую грудь носом, но, вспомнив бессонные ночи из-за безразличия Кэмбэлла, тут же толкнула его двумя руками, высвобождаясь.

Кристиан не двинулся, но позволил отступить, убрав руки с моей талии. Он со странной смесью мрачного восторга и тоски оглядывал мой наряд, а когда заметил на платье брызги алой краски, помрачнел, словно ему было неприятно представлять меня в крови.

Тяжелыми шагами утрамбовывая в пол свое раздражение, я дошла до лестницы, повернула голову и задала интересующий вопрос:

– Какого черта тебя вообще сюда принесло, Кэмбэлл?

Соглашусь, прозвучало не очень, а если учесть, что Кристиан не совсем человек, то и смертельно опасно, но забравший бразды правления пунш смело говорил за меня.

Кристиан приблизился и снова вальяжно прислонился плечом к стене. Доносившаяся с первого этажа песня Evanescence придавала происходящему драматизма.

– Меня позвали на вечеринку.

Я закатила глаза от откровенной лжи.

– Ага. Поэтому ты пришел в деловом костюме, сбежав с переговоров, и сразу поспешил на второй этаж, отведенный для желающих уединиться. Где же твоя избранница, а?

Демонстративно обвела руками пустой коридор. Алкоголь хоть и туманил разум, но одновременно со смелостью позволял подмечать детали, которые в обычные дни казались незначительными.

– Хотел удостовериться, что я не кувыркаюсь с другими парнями?

– Декана университета не пустят на студенческую вечеринку, а другим ты не по зубам, Лекса, так что не тешь свое самолюбие.

Я хмыкнула.

– Во-первых, мы с Алланом Харисоном не пара, а во-вторых, признайся, что ты здесь из-за меня! И твой способ разорвать наше влечение, отдалившись, – полное дерьмо!

Кристиан промолчал, как делал всегда, когда что-то утаивал.

– Ладно…

Кэмбэлл покачал головой, точно забавлялся моей вспыльчивостью, а мне захотелось спровоцировать его во всем признаться. Хоть Кристиан и говорил, что ревновал меня, когда увез в «Эверет», я решила воочию доказать, насколько остро мы реагируем друг на друга.

Хитро подмигнув, ринулась к лестнице, ведущей обратно в гостиную. Спустившись буквально на три ступеньки, перевесилась через резные перила, чтобы игриво помахать парням-оборотням, толпившимся возле украшенного тыквами стола с напитками.

Выбор жертвы пал на высокого брюнета с серьгой в носу, которого я поманила пальцем. Парень встрепенулся, заметив мой кокетливый настрой, и, что-то буркнув приятелям, двинулся в мою сторону. Но тут же врос в землю. Его широкая белозубая улыбка внезапно погасла, а лицо вытянулось от страха. Парень заложил руку за голову, потрепав волосы на затылке, и сделал вид, что внезапно увлекся настенным декором.

Кристиан дышал мне в спину. Я остро ощущала его заполняющее пространство присутствие, спугнувшее мою жертву. Хотелось уколоть Кэмбэлла язвительным замечанием, но внезапно мои ноги оторвались от ступенек.

Кристиан подхватил меня на руки так легко, словно я весила не больше пушинки, и поспешил вниз. Толпа расступилась, пропуская нас к стеклянным дверям на задний двор. Кэмбэлл отодвинул их ногой и аккуратно, чтобы не задеть мной проем, развернулся боком и вышел. Прохлада улицы защипала разгоряченную алкоголем кожу.

Я не сопротивлялась похищению, ведь Кристиан держал так бережно и одновременно крепко, будто вместо меня в его сильных руках находилось самое ценное сокровище.

Как только стеклянная дверь встала на место, отрезая нас от шума вечеринки, Кэмбэлл опустил меня на припорошенную снегом кирпичную дорожку. Она огибала зону барбекю и петляла к темной глади бассейна, который не успели слить перед тусовкой.

Я принялась поправлять растрепавшуюся прическу, чтобы занять руки и не нервничать, а Кэмбэлл обводил взглядом округу, любуясь тихо падающими снежинками.

– Легче? – вдруг поинтересовался Кристиан.

Ночная прохлада действительно разогнала поволоку алкоголя в голове, но храбрость и подстегнутая им дерзость никуда не делись, поэтому я выпалила:

– А тебе? Каково это, наступать себе на горло, избегая меня по неизвестным причинам, когда мы оба знаем, что ты хочешь меня, Кристиан?

Кэмбэлл никак не отреагировал на громкое заявление, а мне до зуда во всем теле захотелось убедить в своей правоте.

Нас разделяли жалкие шаги, а казалось, что между нами пролегли непреодолимые километры. Наплевав на собственные убеждения никогда не виснуть на парнях первой, я перекинула через бездну шаткий мост.

Сократив расстояние, приподнялась на носочки и с упоением поцеловала Кристиана. Он вздрогнул от неожиданности, но не оттолкнул меня, а наоборот, намертво прижал к своему напряженному телу, зажмурившись. Руки Кристиана сжали мои бока, он будто удерживал меня на месте, не позволяя вспыхнувшей между нами искре стать заревом пожара, но я была непреклонна в стремлении утереть Кэмбэллу нос. Оттянув его нижнюю губу, легонько ее прикусила, и Кристиан хрипло застонал.

– Ты желаешь меня, – сквозь поцелуй утвердила я. – Так что же тебя останавливает?

– Не хочу испортить тебе жизнь, – с придыханием вымолвил Кристиан и углубил поцелуй, словно пил с моих уст эликсир жизни. – Рядом со мной опасно…

– А если ты уже ее портишь? – Моя грудь быстро вздымалась и опадала, соприкасаясь с торсом Кэмбэлла. Он обхватил мою шею сзади, поглаживая чувствительный участок под затылком. – Что, если я жажду тебя не меньше, и твой отказ ранит больнее возможного риска?

Кристиан вдруг распахнул глаза, и в них отразилось мое грустное лицо. Придя к выводу, что я зря разоткровенничалась, решила вернуться к игре в дерзкую особу.

– А может, я хочу закрыть гештальт, Кэмбэлл. – Вновь втянула его губу, а после провела по ней языком, наблюдая, как от удовольствия трепещут длинные темные ресницы Кристиана, в которых запутались блестящие снежинки. – Что, если мне поперек горла наше общее томление? Переспим, и дело с концом…

Договорить я не успела. Кэмбэлл разорвал поцелуй и, развернув меня, толкнул в наполненный ледяной водой бассейн.

Сукин сын!

Я завизжала и ударилась об толщу воды. Моментально намокшее платье потянуло меня вниз, пришлось задержать дыхание, раздув щеки, чтобы не наглотаться хлорированной воды. За считаные секунды ноги коснулись дна, и я оттолкнулась, выныривая на поверхность. Вода доходила мне до подбородка. Тело пронзили иголочки, зубы застучали, а вымокшие и выбившиеся из пучка волосы противно прилипли к лицу. Я отбросила их трясущейся рукой, расправила вздувшуюся пузырем юбку и, громко ругаясь, неуклюже поплыла к бортику.

Кристиан сидел на корточках возле края бассейна с невозмутимым видом и дожидался, пока я зацеплюсь за пластиковый борт.

– Не-на-ви-жу те-бя! – по слогам выдавила я, трясясь от пробирающего холода.

– На большее я и не рассчитывал, спасибо, – едко отозвался он и протянул мне руку, чтобы помочь выбраться из бассейна. – Остыла?

От злости ударила ладонью по воде, направляя шквал брызг в нахала. Капли воды полетели в лицо Кристиана, но он даже не отвернулся, позволяя им окропить бледную кожу и пальто.

– Видимо, нет. Может, дать тебе пару минут поплавать, прежде чем ты подхватишь воспаление легких? – усмехнулся Кэмбэлл, однако руку не убрал, ожидая, что я за нее зацеплюсь.

Строить из себя обиженную недотрогу в данной ситуации было глупо, ведь с каждой секундой, проведенной в воде, пальцы ног немели все сильнее, поэтому я ухватилась за его ладонь. Несмотря на то, что платье вымокло до нитки, прибавив мне килограммов двадцать, Кэмбэлл рывком вытащил меня из воды без особого труда.

Оказавшись на суше, я задрожала сильнее. Кристиан выпрямился и развернул меня спиной. На миг подумалось, что он снова вытворит какой-нибудь фокус, но он лишь принялся быстро расшнуровывать ленты на корсете. Минута, и подарок Лиззи упал к моим ногам. Я обхватила себя руками, согреваясь, и перешагнула через растекшийся лужей наряд, оставшись в одном белье и чулках на морозе.

Кристиан быстро стянул с себя шерстяное пальто, укутав меня в сухую одежду с головой. Пока я отбивала зубами чечетку, нежно приобнял за плечи и подтолкнул к воротам особняка.

– Шевелись, Лекса, мы уходим.

Упрямство, видимо, было неотъемлемой частью моего характера, ведь даже снег, кружащийся в стылом воздухе, не остановил меня от попытки возразить. Однако один взгляд Кристиана, полный гневных искорок, которые едва не прожгли в моем лбу дырку, резко заставил передумать и повиноваться.

– Я не попрощалась с друзьями, – недовольно выдала я, проходя парадный двор.

– Переживут, – грубо отчеканил Кэмбэлл, выводя меня к забитой парковке. Машина Кристиана стояла в первом ряду, так что далеко идти не пришлось. – Садись. – Он нажал на извлеченный из кармана брюк брелок, и двери ярко-голубого спорткара взлетели вверх. – А я заберу твою куртку и сумочку.

Мой сожалеющий взгляд упал на пассажирское сиденье, которое вот-вот пропитается стекающей с меня градом водой, однако я последовала совету Кристиана, из вредности желая испортить дорогую обивку вонью хлорки.

Дверь за мной опустилась. В машине включился обогрев, и волны тепла проникли в озябшие клетки. Я взглянула в окно, пытаясь рассмотреть в темноте ночи удаляющийся силуэт Кэмбэлла, но ничего не увидела.

Кристиан вернулся довольно быстро. Опустившись за руль, он вручил мне сумочку и накрыл курткой мои колени.

Машина предвкушающее заревела, стоило Кэмбэллу нажать на кнопку «start», мы лихо вырулили с парковки.

– Как я объясню Стоунам это? – я указала пальцем на размазавшуюся тушь и поплывшие на щеках «кровоподтеки», а после оттянула прядь вымокших волос. – Я вся мокрая из-за тебя.

– Спасибо, это льстит. И к Стоунам мы не поедем, не сегодня.

О! Жар обдавшего меня раздражения был так же силен, что и в котле Сатаны, когда я поняла саркастический намек Кэмбэлла.

– Придурок! – огрызнулась сквозь сжатые зубы и демонстративно отвернулась к окну, за которым мелькали небольшие домики и темные аллеи.

Кристиан промолчал, настраивая радио, пока не нашел бодрящий джаз, а я не сумела перебороть любопытство:

– Опять увезешь меня на «Эверет»?

– Нет. Отдохнешь и приведешь себя в порядок в особняке. Утром Альберт доставит тебе сухую одежду, тогда и вернешься к Барбаре и Генри.

– Ты говорил, что Владлен не любит сюрпризы, – напомнила причину, почему после стычки с Брэдом мы ночевали на горном курорте.

Воспоминания о проведенном вместе времени, когда Кристиан впервые перешел черту, взбудоражило, заставляя лицо покрыться румянцем.

– Мой брат и племянница на пару дней покинули Голден, так что можешь за это не волноваться.