Райан появился спустя десть минут созерцания живописной природы, которая навевала желание сесть за холст и увековечить этот безмятежный пейзаж краской.

– Хочется верить, что впереди вас ждет много прекрасного, Рей. Мы ведь не знаем, что находится по ту сторону реальности… – тихо, словно могла разговором навредить затаившей дыхание природе, отозвалась я.

Райан встал рядом и положил руки на перила, но в этот раз его пальцы прошли сквозь дерево. Он расстроенно выдохнул и сунул ладони подмышки, а я проглотила обжигающий ком.

Чем дольше друг находился в мире живых, тем слабее становился его дух – вспомнила я поучение Сьюзан.

В таком животрепещущем месте не грех было расчувствоваться, а я так долго гнала от себя скорбь по погибшему парню, что не смогла противостать моменту.

– Ты вдруг поверила в существование рая? – спросил Райан и скупо улыбнулся.

– Я говорю с призраком, сложно оставаться скептиком, Каспер, – хмыкнула я и печально опустила голову, уставившись на трещины в каменном полу. – Зря ты выбрал меня на роль спасителя. Прошли недели, а мы так ничего и не узнали.

– Не вини себя, Лекса. Ты делаешь что можешь. Оказавшись на твоем месте, многие давно бы сбежали из Голдена, сверкая пятками. Я верю, что рано или поздно ты освободишь меня от заточения между мирами.

Машинально закивала, соглашаясь, однако внутри огненным цветком прорастала неуверенность, заставляя сомневаться в собственных силах.

– Ты что-нибудь вспомнил? – с надеждой спросила я и задрожала от покусывающей щеки осенней прохлады. – Поэтому пришел?

Райан отвел взгляд, точно сам ненавидел себя за то, что не мог дать больше подсказок.

– Скорее предупредить. Кристиан. Я знаю, что с ним не все так просто, как и с Алланом. Понимаешь, мои воспоминания из жизни словно разбили, ударив по ним кувалдой, но есть проблески чувств, и они заставляют меня бояться обе эти семьи. Не только из-за серийных убийств и гибели Раи, есть что-то еще. Секрет, который стал нашим смертным приговором.

Только я хотела открыть рот и попросить друга зацепиться за это ощущение, как за ниточку, ведущую к раскрытию тайн Голдена, как балконная дверь вдруг отодвинулась.

– С кем ты разговаривала? – вкрадчивый тембр Кристиана, раздавшийся громом в ночи, напугал меня. Порывисто развернувшись, схватилась за бешено застучавшее в груди сердце.

Кэмбэлл стоял в проходе между балконом и комнатой, подпирая плечом дверной косяк, и наблюдал за мной.

– Ни с кем… В смысле, люблю порассуждать вслух перед сном, – оправдывалась я, мысленно ругая себя, что потеряла бдительность и открыто болтала с призраком.

Так себе из меня конспиратор.

Райан исчез, как делал всегда, когда кто-то оказывался рядом. Таким образом он будто говорил: «Накосячила – выкручивайся», подбрасывая дров в котел моего раздражения.

Предатель!

– У тебя губы от холода синие. Так что советую заканчивать «Late Nigh» и идти спать, пестрянка.

Онемевшие пальцы отозвались покалыванием на предложение Кристиана вернуться в теплый дом, и я не стала перечить. Отбросив волосы назад и покачивая бедрами, я прошла мимо Кэмбэлла. От меня не ускользнуло, как он проводил меня долгим взглядом до кровати с кованой спинкой, на которой я оставила сумочку. На бархатном покрывале лежала аккуратно сложенная черная рубашка. Я провела по хлопковой ткани кончиком указательного пальца, наслаждаясь мягкостью.

Кристиан задвинул двери, прерывая поступление в спальню свежего горного воздуха, и наедине с ним стало нечем дышать.

Кэмбэлл недвижимо застыл в двух метрах от меня, заставляя перевести внимание с одежды на его острые скулы.

Из прозрачных дверей лоджии лился лунный свет, со спины очерчивая его контур серебром. Кэмбэлл был прекрасен, представ передо мной в облике мистического создания, сотканного из рассветного тумана.

Наверное, я чересчур открыто им залюбовалась, потому что Кристиан кашлянул в кулак, как бы говоря: «Хватит пялиться», и я стыдливо отвела взгляд.

– Подумал, что спать в джинсах и блузке тебе будет неудобно. – Кэмбэлл Он указал подбородком на лежавшую на кровати рубашку. – Я всегда храню в машине запасную одежду на случай внезапной бизнес-встречи, можешь переодеться в нее. – Кристиан зачесал рукой упавшую на лоб прядь, а у меня дрогнуло сердце. – Учитывая нашу разницу в росте, рубашка прикроет все необходимое, – уголок его рта приподнялся в ухмылке.

Я прислонила рубашку к себе, примеряя. Кристиан оказался прав, она опускалась сантиметров на десять ниже ягодиц.

Задумавшись о том, как бы Кэмбэлл отреагировал, увидев меня в столь обольстительном образе, я ощутила разлившийся между ног жар. Пришлось незаметно сжать бедра, чтобы унять неуместное возбуждение.

Для лучшего погружения в атмосферу момента автор рекомендуете прослушать (In Love with Madness Deborah Williams)

В поведении Кристиана что-то изменилось, точно он знал о моем томлении. Кэмбэлл вмиг стал опасным хищником, подкрадывающимся к добыче. Он сделал пару бесшумных шагов к кровати и выпустил воздух сквозь зубы. Шипящий звук усилил покалывающий импульс внизу живота, пришлось поджать губы, чтобы сдержать стон.

– Переодевайся! – скомандовал Кристиан и подошел вплотную. Мое дыхание стало поверхностным.

О боги!

Окажись вместо Кристиана любой другой мужчина, я бы не раздумывая швырнула чертову рубашку ему в лицо, отказываясь беспрекословно подчиняться приказам. Но с Кэмбэллом хотелось проявлять характер иначе. Заигрывать, провоцировать, забываясь в нарастающем наслаждении от игры в «кошки-мышки».

С вызовом глядя ему в глаза, принялась расстегивать плащ. Когда с последней пуговицей было покончено, а верхняя одежда лежала у моих ног, взялась за блузку. Быстро справишь с ней, я гордо выставила на показ полупрозрачный бюстгальтере из ажурного кружева. Кожа груди покрылась мурашками, стоило Кристиану опустить голову, чтобы изучить мои выпирающие от возбуждения соски.

Я буквально ощущала, как он гладит их и страстно расцеловывает взглядом, пока направляла руки к молнии джинсов.

Между ног стало мокро. Мне нечего было стесняться, моя фигура всегда отличалась стройностью и изяществом, но то, с каким голодом Кэмбэлл пожирал каждый сантиметр тела, заставило самооценку воспарить.

Кристиан резко выдохнул, когда я расстегнула молнию на джинсах и пошевелила бедрами, стягивая их. Несколько напряженных мгновений, и я предстала перед ним в одном нижнем белье, скинув одежду на кровать. Кристиан сжал кулаки, точно боролся с рвением коснуться меня.

Пришлось развернуться, чтобы взять с покрывала отложенную на момент раздевания рубашку, но успела только накинуть ее на плечи, когда Кэмбэлл выругался и ринулся ко мне.

– Мать твою! Как же тебя это возбуждает… – Констатация факта не окрасила щеки румянцем. Глупо было стыдиться правды. Моя рука сама потянулась к плоскому животу, желая поднырнуть под резинку стрингов и погладить пульсирующий комок нервов.

Все мы были грешниками, погрязшими в темных желаниях непокорных сердец.

– Тебя тоже, – надменно вздернула бровь я, намекнув на впечатляющую выпуклость в районе его ширинки. – И что мы будем с этим делать? – Я дразняще провела рукой по животу и содрогнулась.

Чтобы быть съеденной львом, стань глупой косулей.

Кристиан мучительно застонал, точно я разрушила его внутренний барьер, и внезапно накрыл мою покоившуюся возле пупка ладонь своей.

Весь мир отступил на второй план. Мысли разлетелись испуганными птицами, и только страх за заходившееся рядом с Кэмбэллом сердце не давал окончательно потерять голову.

Чтобы не растерять запал, я сосредоточилась на том, как Кристиан потянул мою ладонь к границе трусиков, порождая все больше мурашек на спине. Дойдя до резинки, он остановился и принялся слегка надавливать на лобок, массируя чувствительные участки.

– Черт… – прошептала я от нахлынувшего удовольствия. Моя голова запрокинулась к потолку, и Кристиан не упустил шанса прильнуть к нежной коже шеи поцелуем, вырывая из меня протяжный стон. Он освободился из телесных глубин, отразившись от давящих со всех сторон стен.

Мягкие мужские уста коснулись зоны за ухом, и я затрепетала. А Кэмбэлл, усиливая истому, протолкнул мою ладонь под стринги.

– Нужно было сломать ему еще и руки.

Я сначала не поняла, о чем с тяжелым придыханием говорил Кристиан. Однако, когда он скользнул губами ниже, ласково поцеловав два саднящих участка чуть выше ключиц, все стало ясно. Брэд держал меня за горло именно в этих местах, и я была уверена, что сегодняшний рассвет принесет мне подарок в виде ожерелья из синяков.

Точно уловив пробуждающееся во мне раздражение при упоминании придурка-бывшего, Кэмбэлл направил наши руки к налитому клитору.

– Ах! – выкрикнула я, ощутив мокрый жар собственной плоти под пальцами.

Кристиан управлял мной, как марионеткой, бережно поглаживая кругами пульсирующую точку женского наслаждения.

– Ты такая влажная, Лекса, – томно произнес он, и меня пронзил разряд, усиливая возбуждение до потемнения в глазах.

Кристиан резко вжался в меня. В живот уперлось его твердое возбуждение, взрывая разноцветным салютом сознание. Глаза закрылись. Соски приятно терлись о свитер Кэмбэлла, а он сам, наклонив голову, путешествовал губами по моему горлу, пока не поднялся обратно к уху, осторожно прикусив мочку. Укус был легким, но его зубы ощущались чересчур острыми. Сожми он челюсть чуть сильнее и прокусил бы кожу, однако Кристиан этого не сделал.

Я захныкала от жара внизу живота, грозившего излиться в умопомрачительный оргазм. В голове проскользнула мимолетная мысль, что Кристиан походил на вампира, но в подобный абсурд тяжело верилось. А буквально через мгновение под умелыми ласками Кэмбэлла эти странные домыслы и вовсе испарились, вытесненные влечением.

Кристиан сузил диаметр поглаживаний на клиторе, лишая меня последнего контроля. Пальцы левой руки вцепились в его плечо для придания опоры. Кристиан дернулся, точно хотел повалить меня на кровать, но вместо этого потянул наши сплетенные руки к лону. Импульсы в животе превратились во вспышки молний, а ноги стали ватными.

Кэмбэлл издал низкий звук, похожий на сдавленное рычание, и неожиданно грубо сжал между большим и указательным пальцем мои щеки. Я дернулась, выражая недовольство, но вместо того, чтобы ослабить хватку на моем лице, Кристиан ускорил движения внизу, отвлекая, а затем вожделенно накрыл мои губы своими.

Наш откровенный поцелуй с каждой секундой все больше напоминал цунами, превращая спокойное море в эпицентр кошмара. Однако Кристиан сдерживался, не позволяя проникать в его рот языком. Казалось, именно для этого он и сдавливал мои щеки, чтобы контролировать глубину поцелуя.

– Я погублю тебя, Лекса. Мы оба уничтожим друг друга… – В перерывах между посасыванием моих губ шептал Кристиан, но не отстранялся. А я лишь крепче впивалась пальцами в его плечо, окончательно убеждаясь, что нас связывает нечто большее, чем просто влечение.

– Плевать! – на эмоциях выпалила я. Что бы между нами ни происходило, сомневаюсь, что это могло заставить меня отказаться от Кэмбэлла.

Собственные выводы ужаснули, я боялась влюбиться в опасного парня, над которым витала тень призрака из прошлого, но внутренний голос подсказывал, что я очень близка к этой непростительной ошибке.

Следовало бы оттолкнуть Кристиана, прогнать, а не позволять Кэмбэллу согнуть мой палец и погрузить его во внутрь, стимулируя стенки влагалища.

Сладострастное чувство подступающей разрядки завладело телом, вытравливая опасения. Мы прервали поцелуй, задыхаясь от невероятного возбуждения. Я принялась двигать пальцем внутри, чтобы скорее сбросить напряжение, а Кристиан убрал руку от моего лица и задрожал всем телом, будто сам ощущал приближение пика удовольствия.

– Дьявол, Лекса! – выругался Кэмбэлл, когда я ускорила темп. Нутро ошпарило наслаждение, Кристиан поглаживал меня внизу, старясь помочь достичь разрядки, а я во всех красках заменяла в воображении свои пальцы на его.

– Давай же, кончи для меня!

– Кристиан! – выкрикнула я, ощущая подступающую взрывную силу оргазма, охватившую каждую клетку, но тут на кровати за моей спиной завибрировал телефон. Кэмбэлл взглянул поверх моей головы и неожиданно горько рассмеялся. Захлестнувшее меня блаженство в мгновение ока сменилось растерянностью, и я прекратила стимуляцию.

Кристиан убрал ладонь от моего лона и, на секунду прижавшись своим лбом к моему, рывком отстранился. Его прекрасные черты исказились под натиском безысходности, мельком проступившей в опущенных уголках губ и сдвинутых бровях.

Что он, мать твою, там увидел?

Пока я оборачивалась к кровати, Кэмбэлл пересек комнату, задержавшись у порога, чтобы безразлично пожелать мне спокойной ночи. Хлопок двери стал прекрасным аккомпанементом к моим разбившимся надеждам на страстную ночь с желанным мужчиной.

Экран телефона горел слишком ярко в темноте, и мне не пришлось брать его в руки, чтобы прочесть всплывшее на дисплее сообщение.

Аллан:

Мне звонил бизнес-помощник Кэмбэллов, сказал, что завтра утром ты поедешь на стажировку в их компанию, поэтому пропустишь первые занятия.

Лекса, у тебя все хорошо? Все это странно. Ты ни разу не упоминала ни о какой стажировке.

Перезвони мне, как сможешь, я очень волнуюсь…

Отвечать Харисону я не стала. Думая об одном мужчине, неправильно любезничать с другим. А в этот момент все мои мысли крутились вокруг тела Кристиана, минуту назад прижимавшегося к моему, и неудовлетворенной пульсации между ног.

***

Всю ночь я проворочалась в огромной постели, ожидая пробуждения от кошмара со сжигающим меня заживо пожаром. Но сегодня мир грез заставил меня бежать по лесу, в тени высоких деревьев которого кто-то наблюдал за мной. Мужские очертания, красивый смех – образы то и дело менялись.