Около их столика остановился мужчина. На вид он казался чуть старше Се Юньци и при этом почти в полтора раза шире его в плечах. «Брат У» был настоящим силачом: высоким, накачанным настолько, что его темно-красный охотничий халат расходился на груди, демонстрируя курчавые волосы. У него было загорелое лицо, широкий подбородок со щетиной, узкие черные глаза, а волосы завязаны в косички, собранные в пучок на затылке. Он не носил украшений, только на поясе болталась изящная нефритовая подвеска, казавшаяся совсем чужеродной. Он выглядел диким и необузданным, как какой-нибудь варвар. Особенно дополняли образ два изогнутых меча-нювэйдао[127], что перекрещивались за его спиной.

– Брат У? – Се Юньци прищурился, а затем резко поднялся из-за стола. – Так это тот самый брат У, – его губы растянулись в ухмылке, и он сложил перед собой руки. – Мы незнакомы, но я уже наслышан. Меня зовут Се Юньци.

Увидев его, брат У тоже на мгновение застыл, но затем с хлопком обхватил ладонью кулак и сказал:

– У Тао к вашим услугам.

У него был громкий голос, и половина постояльцев «Восьми драгоценностей» услышала его имя.

Се Юньци вдруг хмыкнул.

– Какое интересное имя, господин У, – протянул он. – Необычное.

– Совершенно обычное, господин Се, – проговорил в ответ У Тао и тоже хмыкнул, правда, как будто с еще большей насмешкой. – Можете звать меня просто брат У, как и остальные, я не люблю формальностей.

– Ах, конечно, и вы можете звать меня брат Се, все мы собратья на тропе совершенствования, – тут же согласился Се Юньци.

Он медленно сел обратно и повернулся к даосу, больше не обращая внимания на У Тао:

– Оказывается, даочжан принимает вызовы на поединки. – В его голосе скользнул намек на обиду.

Мо Хэ, до этого изумленно наблюдающий за ними двумя, наконец открыл рот:

– Не принимаю.

– Правда? Что ж, брат У, увы-увы, – Се Юньци махнул У Тао рукой, будто сигнализируя ему уйти.

Тот, однако, подтащил табурет от свободного стола и плюхнулся рядом.

– Брат Мо, так не пойдет, – заявил У Тао, пододвигая к себе одно блюдо и махнув прислужнику. – Нельзя так просто отказаться от вызова.

– «Брат Мо»? – высоко поднял брови Се Юньци.

– «Нельзя»? – еще выше поднял брови Мо Хэ.

– Конечно, нельзя. Это дело чести. Если брат Мо отказывается, тогда я вызываю его еще раз, – просто сказал У Тао, хватая из рук прислужника чистые палочки и принимаясь есть прямо из блюда.

Мо Хэ опешил от такой наглости. Се Юньци по этой же причине покраснел так, что у него чуть пар из ушей не пошел от злости, а глаза опасно блеснули огнем.

– Брат У явно чувствует себя как дома, да? – процедил он. – И откуда вы? Сестрица Вэньвэнь сказала, что вы член ордена Гуйби, это как же так вышло? Я думал, что Великий орден принимает только благородных господ, а не оборванцев из цзянху.

У Тао никак не отреагировал на оскорбление, только усмехнулся. Обглодав кость, он выпрямился, презрительно посмотрел на Се Юньци и сказал:

– А брат Се, должно быть, принадлежит к какому-то более благородному ордену, чем Гуйби?

– Я практически ученик даочжана Сюаньи, конечно, это не идет ни в какое сравнение с Гуйби, – презрительно надул губы Се Юньци.

– Практически – не то же самое, что уже быть членом Великого ордена, – отозвался У Тао, потянувшись за большой бараньей ногой.

Се Юньци злобно бросился наперерез, схватив мясо прямо голой рукой, но У Тао тоже был проворным и молниеносно оторвал мясистый кусок палочками. Се Юньци не отставал и тут же ударил по палочкам прямой ладонью, ломая тонкое дерево пополам.

Мо Хэ проглотил слова о том, что Се Юньци никакой ему не ученик и даже не «практически», ошеломленно наблюдая за развернувшейся за столом битвой. Чем-то это напоминало… петушиные бои. Гу Вэньвэнь вообще не понимала, почему всегда добродушный Се Юньци так реагирует на брата У, словно встретил злейшего врага. Некоторое время она наблюдала за дракой палочками, а затем повернулась к Мо Хэ.

– После обеда отправимся к руднику? – спросила она.

Этот тихий вопрос заставил двух петухов умерить свой пыл. Се Юньци брезгливо посмотрел на жирную ладонь и вытер ее о полотенце. У Тао же как ни в чем не бывало продолжил набивать рот.

– Лучше идти ближе к ночи, – вклинился он. – А то не увидите злых духов.

– Разумно, – кивнул Мо Хэ. – Отправимся, когда зайдет солнце.

– Я тоже пойду, – тут же вызвался Се Юньци.

– И я, конечно, тоже, мы же договорились вместе провести расследование, – немедленно добавил У Тао.

Мо Хэ смерил обоих внимательным взглядом.

– Боюсь, такое количество людей может взбудоражить мертвых, – после долгой паузы сказал он. – Так что я отправлюсь только с Вэньвэнь.

– Но… – воспротивился Се Юньци, однако затем бросил взгляд на недовольного У Тао и сообразил, что так даже проще. В конце концов, уничтожение лигуев не входило в его планы, да и расследование не представляло никакой ценности. Зато вот некий даос… Тревога вдруг охватила Се Юньци. – Да, отличная мысль, а мы с братом У пока разузнаем что-нибудь в городе, верно, брат У? – Он так ослепительно улыбнулся У Тао, что тот скривился.

– Я собирался… – У Тао открыл рот, но Се Юньци с силой пнул его под столом. У Тао поджал губы. – Я хотел с братом Мо…

Он не успел договорить, что именно он хотел, потому что Се Юньци с такой силой пнул его сапогом снова, что стол затрясся и блюдо с бараниной чуть не шлепнулось на колени У Тао. Только быстрая реакция спасла его одежду от жирного пятна, но часть подливы оказалась на столе.

– Ай-я, какой я неуклюжий! – воскликнул Се Юньци и наклонился с полотенцем к У Тао, будто собирался вытереть со стола, но вместо этого стряхнул весь жир на молодого человека. – Ай-я! – запричитал он еще больше, елозя грязным полотенцем по коленям У Тао, пока не втер все в его штаны. Только затем он с удовлетворением щелкнул языком и вздохнул: – Какая жалость, брат У, в таком виде на улицу не выйти. Я одолжу тебе что-нибудь из своего в знак извинений, если ты… сможешь влезть, ведь ты такой большой мальчик. – Он снисходительно похлопал У Тао по плечу. Тот помрачнел.

Гу Вэньвэнь на другом конце стола хрюкнула от смеха и тут же прикрыла рот рукавом, делая вид, что подавилась. Мо Хэ с трудом сдержал желание закатить глаза. Он повернулся к ученице, не дожидаясь продолжения этого петушиного боя.

– Выходим в час Свиньи[128], – сказал Мо Хэ, а после поднялся из-за стола и ушел в комнату.

Се Юньци с облегчением выдохнул, но затем увидел, что Гу Вэньвэнь с любопытством смотрит на него. Выражение лица У Тао можно было даже назвать жутким, но брат Се совсем не казался испуганным. При этом она видела его посредственные способности и полагала, что он вряд ли хороший воин, так что в сражении точно не сможет противостоять такому верзиле, как брат У. Однако же…

– Сестрица Вэньвэнь, хочешь скушать что-нибудь еще? – ласково спросил ее Се Юньци и улыбнулся, не обращая внимания на мрачную тучу рядом.

– Ой, нет, что ты. – Ослепительная улыбка заставила ее покраснеть и тут же отпрянуть от стола. Гу Вэньвэнь поспешно попрощалась с ними и сбежала, гадая, не подерутся ли эти двое, когда она уйдет.

За столиком воцарилась тишина. Однако продолжалась она недолго, потому что У Тао с грохотом ударил кулаком по столу, и тот жалобно затрещал. Блюда зазвенели, и Се Юньци отпрыгнул, когда в него полетела пиала. Он молниеносно оказался в чжане от У Тао, а тот опять замахнулся кулаком. Остальные посетители ахнули, и кто-то даже вскрикнул от страха.

– Господа, господа! – К ним уже спешил хозяин таверны, пухлый мужичок. – Прошу вас, умоляю, не устраивайте здесь драку! – его узкие глаза выпучились от страха, сделавшись почти круглыми. – Прошу, господа, решайте все на улице! – Се Юньци повернулся к нему, и хозяин задрожал, увидев его пугающий взгляд. Но мужичок моргнул, и Се Юньци тут же извиняюще улыбнулся.

– Простите-простите, мы немедленно уйдем. – Он всунул ему в руку серебряный слиток и похлопал по плечу. Затем он еще раз увернулся от кулака У Тао и выскочил на улицу, уводя его за собой, как кузнечика на веревочке. Се Юньци быстро перешел на цингун, но разъяренный У Тао не отставал, и в мгновение ока оба они скрылись из виду.

Хозяин таверны почесал голову, посмотрел на вмятину на деревянном столе и поежился, подзывая прислужников, чтобы те прибрались.

– Вечно эти заклинатели устраивают беспорядки… – пробормотал он себе под нос и, качая головой, побрел обратно.

Конечно, Се Юньци специально вывел брата У из себя – тот всегда был вспыльчивым и терпел насмешки к себе только одну пиалу чая, а затем взрывался от гнева. Зная эту его особенность, Се Юньци успешно увел тигра с горы[129] и остановился лишь тогда, когда оказался в безлюдном переулке, далеко от «Восьми драгоценностей». И тут же пригнулся, уклоняясь от тяжелого кулака, который ударил в каменную кладку стены чьего-то двора и пробил в ней дыру. Се Юньци обернулся, заглянул в проем и увидел роскошный зеленый сад и пруд. Не обнаружив там ничего интересного, он хмыкнул и посмотрел на У Тао – как раз вовремя, чтобы увидеть, что к его лицу снова несется кулак. Но за мгновение до того, как тот встретился с его щекой, рука Се Юньци перехватила запястье силача и сжала, останавливая удар.

Сила импульса была настолько огромной, что Се Юньци прижало спиной к каменной стене, но улыбка на его лице даже не дрогнула.

– Давно не виделись, Второй брат, – сказал он.

У Тао легко вырвал кулак из его хватки, выпрямился, окинул его мрачным, суровым взглядом, а затем вдруг хмыкнул:

– Засранец, мне пришлось попотеть, чтобы тебя найти.

Се Юньци в ответ хохотнул, глядя, как разглаживается лицо молодого человека.

– «Брат У», – насмешливо повторил Се Юньци, и тот закатил глаза. – Не мог придумать что-то посложнее?

– А сам-то – Се Юньци? – с такой же насмешкой ответил ему тот. – Не вижу смысла заморачиваться ради такой мелочи. – Он махнул рукой.

– Как я мог забыть, насколько прямолинейным и простым является Второй брат? – притворно вздохнул Се Юньци.

– А как я мог забыть, насколько изворотлив и хитер Третий брат? – покосился на него У Тао. – Ученик даоса? Победить его в бою не смог и решил втереться в доверие? И как, возьмет ли даочжан Сюаньи в ученики демона?

Се Юньци вдруг оскалился, обнажая маленькие острые клыки. Второй брат, хоть и казался туповатым, но всегда мог разглядеть суть. Напротив, его простодушный вид был насквозь фальшивым – и под этим смуглым лицом скрывалась черная душа. Такая же, как у него.

– Еще нет, но обязательно возьмет, – легкомысленно отозвался Се Юньци, не желая раскрывать свои планы. – Думаешь, ты сможешь победить его в бою? Ты даже мне не соперник. К тому же он точно не согласится.

– Кто сказал, что я тебе не соперник? – помрачнел Второй брат. – Да и если не согласится, я просто нападу на него.

– Тао У, мы и затеяли все это потому, что ни один из нас не может одолеть другого, – напомнил Се Юньци, становясь серьезным.

– Возможно, мне просто жаль тебя убивать, – хмыкнул Тао У, но больше ничего не добавил. Он почесал нос и посмотрел наверх, на низкие темные облака, висевшие над городом. После долгой паузы он сказал: – Я не мешаю тебе, а ты – мне. Будем играть честно.

– Идет, – тут же кивнул Се Юньци с самым невинным видом, хотя оба они знали, что соглашение – заведомая ложь. У демонов нет понятия чести. – Эти лигуи… не твоих рук дело? – неожиданно спросил он, проследив за взглядом брата.

На лице Тао У мелькнуло удивление:

– Я думал, что твоих.

Настала очередь Се Юньци удивляться. С одной стороны, его Второй брат никогда не был искусен в плетении интриг. С другой… ничего нельзя знать наверняка, как говорится, когда рисуешь тигра, легко рисовать его шкуру, но трудно – кости[130]. Поэтому он не поверил Тао У.

– Видел Первого и Четвертого братьев после той встречи? – как бы невзначай спросил он.

Тао У покачал головой:

– Те-эр не вылезает из своего логова, а Первый брат… ну, ты его знаешь. – Он неопределенно махнул рукой, и Се Юньци нахмурился.

Тишина со стороны Первого дворца не означала ничего хорошего. Да и Те-эр, их Четвертый брат… Се Юньци вдруг ощутил растущую тревогу и желание немедленно вернуться к «добыче» – чем ближе он к даосу, тем спокойнее себя чувствовал. Ему хотелось прилипнуть к тому, как клейкий рис, пока он не измотает даоса и не заберет золотое ядро, только тогда тревога пройдет. Он смерил взглядом Тао У и ухмыльнулся. Все-таки есть плюс в том, что до даоса прежде всех добрался его Второй брат, – он хоть и был самым рослым, но при этом самым тупым. С Первым братом ему пришлось бы попотеть.

– Не забудь, братец, играем честно, – Се Юньци хлопнул его по плечу и молниеносно запрыгнул на гребень стены чьего-то дома. – Больше не попадайся мне на глаза.

Не успел Тао У и слова сказать, как Се Юньци уже исчез. Тао У немного постоял, потом повел плечом, которое заболело от безжалостного удара «братца», хмыкнул и пошел обратно к постоялому двору.

Се Юньци, однако, не последовал за ним. Проникнув в чей-то дом, он уселся в беседке за каменный стол и рассеянно забарабанил по нему, обдумывая свои дальнейшие действия. Всего неделя потребовалась Тао У на то, чтобы нагнать его в Сянъяне, как бы он ни заметал следы. Если даже этой черепахе удалось так быстро найти его, то Первый брат однозначно давно следит за даосом. Но почему не нападает? Чего выжидает?

Волнение заставляло его пальцы стучать по столу все быстрее.

Долгое время трон Владыки демонов оставался пустым, но хрупкое равновесие должно было рано или поздно нарушиться, потому что слишком уж сильны стали четыре наместника царства демонов. Но поскольку эти названые братья были почти одинаковы по силе, победить в бою одному из них невозможно, а для союза нужно доверие, которого в целом не существует в демоническом мире.

Потому неделю назад прошла секретная встреча хозяев четырех дворцов. Се Юньци и те, кого он звал братьями, собрались в Огненной пустыне, у межевого камня, где когда-то была проведена граница с царством демонов. Это место считалось нейтральной территорией, не принадлежащей ни одному из наместников. И вчетвером они придумали самый захватывающий спор столетия: кто победит сильнейшего заклинателя эпохи и поглотит его золотое ядро, тот и станет новым Владыкой демонов. Это казалось честным спором (по демоническим меркам), и Се Юньци был уверен, что победит, ведь он придумал эту идею. Какой-то там даочжан Сюаньи, по слухам победивший прежнего Владыку демонов, был ничто в настоящее время, когда на небо взошли новые звезды. Прошло слишком много лет, чтобы эта дряхлая развалина до сих пор представляла угрозу. А Се Юньци мог бы одновременно поквитаться с праведными заклинателями, уничтожив один из их столпов.

Однако… даос оказался совсем не таким, каким Се Юньци его представлял. Легендарный заклинатель на стадии Бессмертной души был сильнее всех, кого он когда-либо видел. Но проигрывать не в природе демонов. Тем более что его братья тоже не собирались отступать.

Он называл их братьями, но между ними не было ни кровных уз, ни родственных чувств, они лишь выросли вместе и принадлежали одному поколению. Они были смертельными врагами и соперниками за трон Владыки, нынешними повелителями царства демонов. Хитрые, коварные и, что самое неприятное, сильные ублюдки – вот какими он их считал. Се Юньци будет более чем счастлив, когда после победы над даосом испепелит этих «братьев».

Предвкушение заставило его клыки зачесаться от жажды крови. Он достал из рукава белый духовный кристалл, и тот засиял от его ци. Некоторое время он просто мерцал в его руке, пока наконец на той стороне не ответили. На гладкой поверхности камня появилось голубоватое изображение – лицо Сяо Шэ.

– Да, господин? – отозвался он.

– Как успехи? – спросил Се Юньци, откидываясь на спинку каменной скамьи.

– Имя того человека из ямэня, за которым вы приказали проследить, – Лянь Гуй, он молодой господин из торгового клана Лянь, которому отец купил чиновничью должность. – Как и ожидалось, Сяо Шэ всегда работал быстро и эффективно. Клану Сяо не было равных в поиске информации. Се Юньци повезло, что когда-то Сяо поклялись в верности его роду.

– Так я и думал, – хмыкнул Се Юньци, глядя на большого карпа в пруду, который подплыл к беседке. Глупая рыба смотрела на него выпуклыми пустыми глазами. – И где поместье Лянь?

– На востоке Сянъяна, близ старого дворца. Самое богатое в городе.

Се Юньци вскинул голову, глядя на нависающие карнизы высокого императорского дворца, который находился как раз неподалеку. Затем он с подозрением огляделся: это поместье выглядело неплохо – но не шло ни в какое сравнение с его дворцом. Однако для увядающего города оно казалось излишне вычурным.

– Как удачно, – губы Се Юньци изогнулись в опасной усмешке. – Кажется, мне даже не придется далеко идти, чтобы нанести визит новому другу. Приходите.

Сяо Шэ ничего не успел ответить, а Се Юньци уже убрал кристалл обратно в рукав. Он выпрямился и почесал подбородок.

«Этому достопочтенному пора взять дело в свои руки», – подумал он. Обвести Тао У вокруг пальца он может с легкостью, но пытаться заставить его отступить – все равно что играть на цине перед свиньей. Этот кабан шел напролом и пока придумал единственный способ победить даоса – вызвать его на бой. Вряд ли Тао У сражался бы честно, ведь все же был демоном, а потому коварство у него в крови. Нельзя недооценивать его.

А еще лигуи. Если все это не случайность и дело рук Тао У, то Се Юньци бы поаплодировал ему: блестящий способ заманить даоса в город.

Но если это не Тао У… Тогда Се Юньци придется переиграть заговорщика, кем бы он ни был, и первым завлечь даоса в свою ловушку. Это его добыча, и план был почти готов. А начнет он с одного самодовольного молодого господина, который слишком любит свой веер.

«Посмотрим на радушие местного хозяина», – хмыкнул про себя Се Юньци и встал.