Начавшийся в 1887 г. еще один бунт нефтяных регионов против Рокфеллера привел к появлению и продолжительному существованию первого настоящего конкурента «Стандарт ойл» – компании «Чистая нефть».
Между 1877 и 1887 гг. цена сырой нефти упала с 4 долларов за баррель до 60 центов. Объемы добычи были так велики, что более 31 млн баррелей отвозили на хранение за год производства. С этого переходящего запаса «Стандарт ойл» как владелец нефтепроводов на нефтяных месторождениях собирала огромную плату за хранение и таким образом в глазах производителей пировала за счет их несчастий. Они также обвиняли Рокфеллера в установлении низкой цены на сырую нефть. Потом у них появился навязчивый страх того, что сырая нефть из нового месторождения Лимы вскоре подорвет позиции пенсильванской сырой нефти на рынке.
В 1887 г. производители протолкнули законопроект в законодательном органе штата Пенсильвания – билль Биллингслея, который сократил тарифы на хранение нефти и другие услуги, предоставляемые Национальной транзитной компанией в составе «Стандарт ойл». Карательный характер этого предложенного законопроекта был открыто заявлен в его преамбуле: «Закон для наказания корпораций и т. д.», занятых перевозкой и хранением нефти. Поборы должны были быть сокращены в некоторых случаях до значений ниже стоимости, и Ида Тарбелл при обсуждении этого законопроекта признала, что «он был так плох, что хуже некуда». В обстановке истерического воодушевления законопроект пропихнули через палату представителей, но, к разочарованию регионов, он был отклонен в сенате. Для получения такого результата – и это признают даже апологеты «Стандарт ойл» – многие ладони были щедро смазаны в честном и достойном деле.
Придя в ярость от отклонения законопроекта, производители в июне 1887 г. создали новую ассоциацию, которую возглавил Льюис Эмери-младший – закоренелый враг Рокфеллера, который, будучи членом сената штата, стал известным врагом монополии. Более двух тысяч человек объединились, чтобы доставлять свою нефть от скважины до потребителя – проект, который наверняка не понравился бы господину Рокфеллеру. Первым решением, принятым производителями, было избавиться от огромных переходящих запасов путем сокращения добычи нефти. Но если бы производители сделали это, цена пошла бы вверх, и Рокфеллер стал бы главным бенефициаром этого, потому что был собственником 10 млн баррелей нефти на хранении.
Рокфеллер, как обычно, был готов сделать примирительный жест в сторону производителей. Если они сократят добычу до 17 500 баррелей в день, то он будет продавать производителям, то есть перевозить для них, 5 млн баррелей по цене 62 цента за баррель. Если цена пойдет вверх, производители поделят прибыли пропорционально сокращению добычи нефти каждым производителем.
Остановка производства, начавшаяся в ноябре 1887 г., изначально была успешной, но отказы присоединиться некоторых производителей, надеявшихся прокатиться за чужой счет, и последующие отступничества от договоренности превратили это все в затянувшийся проект. Остановка производства длилась до 1889 г., когда переходящий запас сократился до 9 млн баррелей. В июне Рокфеллер купил большое количество нефти по цене 92 цента за баррель, которая стоила Ассоциации 62 цента, тем самым принеся производителям значительную прибыль. Рокфеллер сделал поистине дружеский жест, по признанию президента Ассоциации нефтепроизводителей Томаса Филлипса, который сказал, что, по его мнению, «Стандарт ойл» была так же разочарована скромной прибылью, как и производители. По правде говоря, интерес Рокфеллера по сути своей не был несовместим с высокими ценами на сырую нефть, так как он боялся, что низкие цены в конечном счете задушат стимул к нефтеразведке.
Теперь Ассоциация обратилась к своему изначальному проекту – кооперативной транспортировке и торговле нефтью. Г.Л. Тейлор, который, как мы уже видели, несколько лет назад вместе с Джоном Саттерфилдом пытался захватить Tidewater путем ловкого маневра (предположительно в интересах «Стандарт ойл»), теперь был назначен председателем комитета для изучения проблем. Затем случилось потрясение, еще раз напомнившее о препятствиях, с которыми приходится сталкиваться в борьбе с богатствами «Стандарт ойл». Рокфеллер выкупил нефтяную компанию Тейлора и компании трех других производителей нефти. Мгновенно Рокфеллер стал крупным производителем. Тейлор и его партнеры братья Маккинни после этого были изгнаны из Ассоциации нефтепроизводителей. Другой удар последовал, когда стало известно, что сам президент Ассоциации Том Филлипс продал компании «Стандарт ойл» 7500 акров нефтеносных земель за 75 тысяч долларов. Рокфеллер всегда умел «прорыть ход изнутри».
В январе 1891 г. решением общего собрания в Уоррене была создана Producers Oil Company. Она начала свою работу основательно, купив пятьдесят вагонов-цистерн и получив доступ к нефтяному терминалу в Бейонне у независимого переработчика нефти Columbia Refining Company. В нефтеносных регионах Эмери подыскал еще независимые нефтеперерабатывающие заводы, которые сильно пострадали от недавнего повышения железнодорожных тарифов на отправку нефти в бочках, а теперь могли использовать вагоны-цистерны. Несмотря на успехи, в нефтеносных регионах было немало скептицизма и умышленных проволочек, так как производители были разочарованы случившейся ранее капитуляцией Tidewater и многочисленными предательствами. По утверждению The Oil, Paint and Drug Reporter, «производители больше не хлопают в ладоши, не проливают слезы сочувствия и не делают переводов на банковские счета, чтобы помочь схемам продажи в руки «Стандарт ойл». Их слишком часто предавали».
Так как региональные нефтеперерабатывающие заводы могли коллективно использовать только небольшое количество сырой нефти, было необходимо добраться до независимых заводов на побережье. Эмери решил построить два нефтепровода – один для сырой нефти, а другой для переработанной, которая до этого времени не транспортировалась по нефтепроводу. Эмери начал переговоры с Редингской железной дорогой в надежде на транспортировку нефти по трубопроводу из Брэдфорда до Уильямспорта, но железная дорога отказалась: «Если мы дадим вам этот контракт, это расстроит наши отношения со „Стандарт ойл“. Мы не можем пойти на это».
Тогда Эмери и его недавно созданная United States Pipe Line Company решили добраться до города Хэнкока, штат Нью-Йорк, по железной дороге Нью-Йорк, Западная и Онтарио, которая приветствовала новый трафик и могла подвозить нефть к реке Гудзон. «Стандарт ойл» снова приступила к действиям. «И снова на брешь, дорогие друзья». Компания купила землю, чтобы перекрыть дорогу, и закладные, чтобы надавить на фермеров не продавать разрешение. Она призвала железные дороги защитить ее интересы, как она всегда это делала.
Когда трубопровод приблизился к Хэнкоку, группа из семидесяти пяти человек, посланных железной дорогой Эри, помешала протянуть трубу дальше через свою железную дорогу. Люди от железной дороги и люди Эмери сердито поедали друг на друга глазами три недели. Тем временем Эмери совершил обходной маневр от места трубопровода, расположенного в ста милях ранее, и обеспечил путь на Уилкс-Барре, где он соединился с центральной станцией Джерси.
Строительство трубопровода было завершено.
Показательного открытия ждали с нетерпением в Уилкс-Барре. Можно ли благополучно качать по трубам переработанную нефть? Ответ оказался положительным – и более того, перемешивание нефти в трубах, по-видимому, повысило температуру воспламенения, так что использовать ее стало безопаснее. С презрением Эмери давал показания перед Промышленной комиссией: «Они [«Стандарт ойл»] сказали, что этого нельзя сделать, хотя они бесконечно большая величина и благодетели мира».
В борьбе с новым конкурентом Рокфеллер теперь обратился к цене как оружию. Между январем и декабрем 1893 г. цена на сырую нефть поднялась с 53 центов за баррель до 78, но движение цены переработанной нефти происходило в противоположном направлении: с 5,33 цента за галлон до 5,15 цента. В 1894 г. цена на сырую нефть колебалась между 80 и 91 центом, а цена на переработанную – остановилась на 5,2 цента. «Стандарт ойл» утверждала, что она не прикладывала руку к удивительному феномену расхождения цен на сырую и переработанную нефть, перекладывая вину на всемирную депрессию и конкуренцию с российской нефтью. Но в торговых кругах было широко распространено мнение, что понижение цены переработанной нефти было делом рук «Стандарт ойл». Нью-йоркская World писала, что действия «Стандарт ойл» были «одними из самых дерзких и беспринципных в истории американской торговли».
На экспортном рынке «Стандарт ойл» продавала свою нефть по таким низким ценам, что на протяжении двадцати месяцев группа Эмери теряла на каждой проданной бочке. Фактически один баррель переработанной нефти на экспорт иногда продавался ниже цены за баррель сырой. Тем не менее рынок экспортной нефти поддерживали новые независимые производители, так как почти 50% нефти было низкосортной, пригодной только на экспорт.
Столкнувшись с такими потерями, дезертирства стали обычным делом. В регионах три нефтеперерабатывающих завода среднего размера признали себя побежденными. Рокфеллер забрал их нефтяные запасы и демонтировал заводы. За пределами нефтеносных регионов завод Elizabethport Refining продал крупный пакет акций компании «Стандарт ойл» и вскоре после этого занял свое место в ее империи.
Делегаты от новой компании пришли в офис «Стандарт ойл» и задали вопрос: «Есть ли надежда на лучший рынок? Есть ли у нас шанс?» Никакого, таков был ответ, если не продаться компании «Стандарт ойл». Многие, возможно, большинство в новой группе хотели сдаться. Но на собрании один из руководителей Дж. У. Ли обратился со страстной мольбой сплотить в боевые порядки все силы, подчеркнув, что, в конечном итоге, более высокая цена на сырую нефть подтянет цену на переработанную, какие бы усилия ни прилагала монополия, сопротивляясь экономическому закону. Продажа по заниженным ценам уже остановлена правительством Германии. Он взывал к нефтепереработчикам: «Не уступайте! Мы пойдем к производителям, изложим им наше положение дел и добудем деньги, чтобы продолжить борьбу за независимость».
В январе 1895 г. состоялось собрание в городе Батлере, до которого курсировали специальные поезда. Была принята резолюция о создании компании Pure Oil («Чистая нефть»). На собрании была объявлена сумма 75 тысяч долларов, а через несколько дней она была уже 200 тысяч. Ввиду хорошо известной склонности «Стандарт ойл» к инфильтрации в проспекте эмиссии был один интересный пункт. Право голоса в размере половины акционерного капитала должно было быть передано в руки «пятерых защитников этого права на независимость», которые будут обязаны «голосовать только за таких людей и такие меры, которые навсегда сделают эту компанию независимой…».
Кстати, название «Чистая нефть» было выбрано потому, что оно могло иметь конкурентную ценность. «Чистая» нефть могла быть более привлекательной для потребителей, чем «стандартная». Предыдущие компании выбирали названия вроде «Антимонопольная нефть» и «Независимая нефть» (агенты «Стандарт ойл» шутили с покупателями, что на самом деле нет компании более «независимой», чем «Стандарт ойл»).
Потом наступил 1895 г. и один из величайших бумов в истории нефтяной промышленности. Цена на сырую нефть взлетела с 95 центов за баррель в январе до более 200 долларов за неделю от 6 апреля. К этому времени «Стандарт ойл» была уже крупным производителем, и повышение цены до 70 центов на сырую нефть из Лимы прибавило миллионы в казну «Стандарт ойл». Переработанная нефть, в конце концов, поднялась в апреле в цене до 9,12 цента за галлон.
«Чистая нефть» должна была продолжать борьбу, чтобы выживать. Ее агент в Германии герр Пот по необъяснимой причине дезертировал из нее, и компания заявила, что «Стандарт ойл» «скормила» ему ложную информацию, что «Чистая нефть» продана. Эмери поспешил в Европу, и ему пришлось начинать в Центральной Европе с нуля, восстанавливая маркетинговую систему со складами и перевалочными пунктами.
Были предприняты знакомые уже попытки подрывной деятельности. Полковник Джон Дж. Картер владел 300 акциями компании Producers Oil (производственной частью нового объединения). Он был избран в члены – требование, которое в соответствии с законодательством штата Пенсильвания регулировало товарищества с ограниченной ответственностью, что таким образом давало ему право принимать решения. Прежде всего, он попытался получить контроль над компанией, распоряжаясь не только своими 300 акциями, но и 13 013 акциями, которые были одолжены ему компанией «Стандарт ойл», но он не получил большинства голосов. Негодование достигло наивысшего предела, когда выяснилось, что 60% акций компании Carter Oil находятся во владении «Стандарт ойл». В 1896 г. Картер купил по бросовой цене у «Стандарт ойл» 29 764 акции, или более чем достаточно, чтобы взять компанию под контроль. Но когда Картер попытался зарегистрировать передачу акций в бухгалтерских книгах, он получил решительный отказ, и в судебном разбирательстве решение руководства было поддержано. По законодательству штата Пенсильвания партнер с ограниченной ответственностью мог распоряжаться только теми акциями, на которые он был избран; в случае Картера – только 300 акциями. «Странный закон», с сочувствием сказал Арчболд, стоя на свидетельском месте перед Промышленной комиссией.
Более успешным было проникновение в United States Pipe Line Company. В августе 1895 г. Дж. К. Макдауэлл не был допущен на заседание компании на том основании, что он являлся шпионом «Стандарт ойл». Суды отменили это решение, и, к недовольству независимых производителей, представитель «Стандарт ойл» был допущен на заседания. Арчболд откровенно сказал во время дачи показаний: «Это дало возможность „Стандарт ойл“ знать, что происходит».
Затем нефтепровод был продлен из Уилкса-Барре до Бейонна. И снова возник конфликт с железными дорогами, которые якобы всегда были готовы исполнить просьбу «Стандарт ойл» или, по крайней мере, доказать свою лояльность. Так как трубопровод пересекал железнодорожные пути Делавэрской, Лакаваннской и Западной железной дороги в Вашингтоне, штат Нью-Джерси, он оказывался разорванным железной дорогой. Эмери ночью привел бригаду из 50 человек к водопропускной трубе, которую нужно было пересечь; они проложили трубы, заглубив их на 4 фута под землю, и навалили на них камней, закрепили их цепями, а потом разбили лагерь, готовые к войне. Он ее получил. Железнодорожники, вооруженные кирками и ломами, ворвались в лагерь, а на следующий день две машины техпомощи с 250 мужчинами были разгромлены войсками Эмери. Было принято решение обратиться в суд. Эмери описал то, что произошло потом, Промышленной комиссии: «Так что мы захватили их людей, а они – наших людей, и они захотели знать, пойдем ли мы в суд. Мы ушли в гостиницу, и туда спешно прискакал человек на коне и сказал: „Они там дерутся на переезде“. Я запрыгнул в первый же подвернувшийся экипаж и поехал туда так быстро, как было возможно. Я обнаружил предателей, которые раньше обещали мне, что доведут это дело до суда; и там уже стояли два локомотива на железнодорожных путях, которые запускали горячую воду и горячий пар в эту яму на моих людей. И они пошли к топке [здесь Эмери не выдержал и зарыдал] и сбросили на них раскаленные угли. Я приказал всем людям выбираться из ямы. Мы забаррикадировались, и от GAR мы получили 48 мушкетов, а я послал гонца в Нью-Йорк и получил 18 винтовок Спрингфилда… и мы оставались там семь месяцев, удерживая свои владения до тех пор, пока суд не решил, что мы имеем право оставаться там».
Законопроект о бесплатном трубопроводе был внесен в законодательный орган штата Нью-Джерси. Фермерам были розданы листовки, якобы проплаченные компанией «Стандарт ойл». В одной из них говорилось: «Эти люди пытаются протащить закон, который уничтожит источники на ваших фермах, взорвет ваши дома, опустошит ваши поля; когда лопнет труба, погибнет вся трава». Ходили слухи, что деньги «Стандарт ойл» работают, и, когда законопроект был передан на голосование, сенатор, который ранее внес его, уехал куда-то на запад. Строительство нефтепровода тогда было передвинуто так, чтобы он пролегал через Пенсильванию, в которой был уже принят закон о бесплатном трубопроводе. Наконец, в 1901 г. после одиннадцати лет борьбы строительство нефтепровода было завершено; он дотянулся до терминала в Маркус-Хук на реке Делавэр.
В 1900 г. капитализация компании «Чистая нефть» увеличилась до 10 млн долларов после того, как она вступила во владение Producers Oil Company и United States Pipe Line. К 1904 г. компания была уже связана с четырнадцатью нефтеперерабатывающими заводами и выдавала ежедневно 8000 баррелей сырой нефти; а помимо другой собственности, у нее был пароход-танкер Pennoil.
В антимонопольном иске «Стандарт ойл» с гордостью указала на существование своего конкурента, доказав, что монополия не так уж и жестока или деспотична, в конце концов.