Как видите, благодаря нашей «машине времени» про все крестовые походы нам рассказал едва ли не один из их участников. Но может быть, с ее помощью мы познакомимся также и с теми трудностями, которые приходилось преодолевать всем тем, кто в это время отправлялся в Палестину. Попробуем воспользоваться ею еще раз… Нажимаем несколько кнопок, смотрим на мигающие огоньки на пульте управления и… вот мы уже совсем в другом времени.
Рыцарские одеяния
1 – рыцарь в одних брэ, 2 – рыцарь в шоссах и чепце, 3 – оруженосец держит в руках кольчугу, 4 – рыцарь в гамбезоне и кольчужных пуленах
Почему-то это не палуба корабля и даже не его каюта, а какая-то слишком большая комната, освещенная пламенем горящего камина и несколькими свечами на столе. На нем еда, кувшины с вином. Вокруг несколько человек, пьют, едят, а один из них читает какую-то бумагу. Давайте послушаем, о чем она, раз уж мы оказались в этом месте, явно не имеющем ничего общего с морем и кораблями.
«Довожу до тебя, друг мой Зигфрид, что по прибытии в Венецию оказались мы в сущем столпотворении вавилонском. Кто-то у самого мола на причале расположился со своим скарбом – и как будто бы так и надо; другие и вовсе ждут своих кораблей на тюфяках и одеялах, брошенных прямо на землю, а иные просто восседают на бочках и блаженно ничего не делают. Тут же кудахчут куры, ржут лошади, привязанные к колышкам, вбитым в землю, прямо под ногами носятся и визжат поросята. Грязь и нечистота вопиющие! Словно это табор цыган, а не христолюбивые пилигримы, идущие к святым местам, хотя, возможно, все люди одинаковы…»
Датский рыцарь-пилигрим с топором
– Ну уж нет! – сказал один из сидевших за столом. – Как можно равнять цыган с пилигримами?!
– А что? – не согласился с ним другой. – Подмечено удачно! В портах всегда так. Кто может требовать себе особой чести, коль все оплатили свои места и готовятся вступить на корабль? Кто как может, тот так и ждет.
– Читаю дальше, – перебил их чтец, судя по всему хозяин дома, – судить и спорить будете после. Раз все мы еще только готовимся отплыть за море, то нам следует точно знать, о чем пишет мне мой старый друг – рыцарь Конрад. Он уже побывал там и с божьей помощью вернулся, а мы пока еще только говорим, а решиться все никак не можем. Итак, я читаю!
Раковина святого Якова Кампостельского
«…Купи кровать, четыре полотняные простыни, матрас, две наволочки, две подушки, набитые перьями, одну кожаную подушку, ковер и большой сундук, ложись в постель чистым, и не будут вши да блохи чересчур докучать тебе. Запасись вином и питьевой водой и не забудь заготовить сухари двойной или тройной закалки. Они не портятся.
Турецкий всадник конца XII века – один из главных противников крестоносцев на Востоке
Закажи в Венеции большую клетку с насестами: в ней ты будешь держать птицу. Затем купи свиные окорока, копченые языки да вяленых щук. На корабле кормят лишь два раза в день. Этим ты не насытишься. Вместо хлеба там дают большей частью старые сухари, жесткие как камень, с личинками, пауками и красными червями. И вино там весьма своеобразно на вкус. Не забудь о полотенцах для лица. На корабле они всегда липкие, вонючие и сырые. Затем позаботься о добром благовонном средстве, ибо там стоит такой безмерно злой смрад, что невозможно описать его словами».
– Ха! – воскликнул один из гостей, обгрызая румяное куриное бедрышко. – Вот уж не думал, что на море, где все время веет свежий ветерок, может так ужасно пахнуть. Что там у них, хлев, что ли?
Хозяин дома поднес пергамент ближе к глазам:
– Вот тут, не к столу будет сказано, Конрад объясняет, откуда такое бывает на корабле, овеваемом всеми ветрами. Букет сих мерзких запахов проистекает и от конского навоза, поскольку лошади путешественников плывут вместе с ними, и от испражнений многих больных, без которых не обходится ни одно плавание и которые слишком слабы, чтобы облегчиться за борт, особенно в шторм. Многих путешественников мучает и морская болезнь со всеми ее наипечальнейшими последствиями для человека. Ради всего этого пол на судне покрывают слоем песка, но выгребают его только по прибытии в порт, отсюда и происходит этот смрад, который ни ветры, ни даже крепчайшая дамская мускусная[4] парфюмерия забить не в состоянии…
Заметив, что гости совсем приуныли, хозяин нашел в письме место с более приятным содержанием.
– Зато на корабле можно знатно почревоугодничать и пображничать, в особенности, если запасы твои велики, – сказал он. – Мой друг сошелся в путешествии с богатым венецианским купцом, капитаном этого корабля, и вот что он о нем пишет…
«Сей знатный человек даже и на корабле не изменил приличествовавшего его положению стиля жизни. Во время принятия пищи, которую ему подавали в серебряной посуде, для него играли четыре трубача. В личном услужении состояли два мальчика-пажа из благородных семейств, мажордом, дворецкий и камердинер».
– А вот что он пишет об экипаже корабля: «Старший на нем называется комитом. Ему полагается серебряный свисток, издающий пронзительные звуки. Парусами ведает сам патрон. Штурман, прокладывающий курс, именуется пилотом. Ему помогают рулевые, поскольку рулевых весла два. Самыми низшими на корабле являются галиоты (гребцы), но работать веслами им приходится редко, поскольку большую часть пути судно движется под парусами…» Далее он пишет о парусах: «Самый большой парус применяют, когда дует легкий ветерок. Если ветер усиливается, то парус следует уменьшить, для чего нижний край его подвязывают, причем на языке моряков это почему-то называется "брать рифы"». Потом он дает названия и описания других парусов, но мы не матросы, чтобы занимать свою память всякой чепухой. Тут уж старина Конрад явно перестарался.
– А что он пишет о сроках плавания?
– О сроках тут вот что: «Плавание от Венеции до Яффы длилось десять недель. Для разнообразия мы приставали к острову Корфу, где охотились на коз. Высаживались мы и на другие острова поразмять ноги. Вот только на подходе к острову Родос произошла неприятная встреча с пиратами, которые отпустили наш корабль, забрав денежный выкуп. А восемь человек во время плавания умерли…»
– Вот и подумаешь, – заметил один из гостей, – стоит ли отправляться в такое плавание. А вдруг налетит буря или пиратам покажется мало денежного выкупа?
– Конрад ведь не устрашился. Почему же всего этого должны бояться мы? – заметил хозяин. – Я думаю, что, разузнав все это, мы сможем с большей безопасностью для себя и пользой для души и тела отправиться морем в Палестину, чтобы там коснуться священных плит, по которым ступала нога самого Христа!
– Верно! Правильно! – закричали собравшиеся, поднимая кубки с вином. – Плывем же скорее за море!
Но что было дальше, мы, к сожалению, так и не узнаем, поскольку «машина времени» уже вернула нас обратно.
Скорее всего, друзья рыцаря Конрада Грюнемберга, родом из Констанцы, что на Боденском озере, все-таки отправились поклониться Гробу Господню и избавиться от накопившихся грехов. Что же касается его заметок о своем путешествии, то они существуют на самом деле и подробно рассказывают о его плавании вместе с другими крестоносцами в Палестину в 1186 году.