В 1382 году к Москве подошли огромные полчища под предводительством татаро-монгольского хана Тохтамыша. Тохтамыш осадил город под предлогом мести князю Дмитрию Донскому, войска которого двумя годами раньше разгромили на Куликовом поле армию хана Мамая. На самом деле татары хотели возобновить получение большой дани с московского князя, которую тот перестал выплачивать после победы.

На беду, самого Дмитрия Донского не было в городе. Узнав о приближении татарской конницы, князь поехал по окрестным городам собирать большое войско, чтобы дать отпор врагу. Однако Тохтамыш пришел раньше, чем князь успел вернуться, и Москва оказалась беззащитной. Встречать татар пришлось простым горожанам.

Жители Москвы сделали все, что можно было. Сами сожгли Посад – поселение торговцев и ремесленников перед стенами Кремля. Запаслись водой, подготовили пушки. Надеялись, что белокаменные стены Кремля выдержат вражеский натиск.

23 августа (по старому стилю) 1382 года возле города показались татарские отряды. Всадники объехали вокруг Кремля, осмотрели стены, бойницы и рвы. «Есть ли в городе князь Дмитрий?» – спрашивали у спрятавшихся за стенами москвичей. Несмотря на отрицательный ответ, стали готовиться к штурму.

Однако Кремль оказался сильнее татарской конницы. На стены крепости поднялись все взрослые жители города, в том числе и женщины. Татары осыпали их тысячами стрел, а горожане лили сверху на врагов кипяток, кидали камни и горящие головни. В течение трех дней войска Тохтамыша не смогли взять Москву приступом, и тогда хан пошел на хитрость.

26 августа к городу подъехали татарские послы и с ними два русских князя, которые помогали татарам, так как сами враждовали с Москвой. Послы поклялись, что не будут грабить город и уйдут с миром, если жители откроют ворота и вынесут им богатые дары. Это подтвердили и русские князья.

Горожане поверили. Ворота были открыты, и люди во главе со священниками вышли с иконами и дарами. Татарские всадники ворвались в город и стали жестоко расправляться с горожанами и грабить дома. Через несколько часов город превратился в руины и пепелище, усеянное горами трупов. Татары не жалели никого – ни стариков, ни женщин, ни детей. Захватив богатую добычу, они ушли в свою Орду.

А. П. Васнецов. Оборона Москвы от Тохтамыша

Когда князь Дмитрий Донской вернулся в Москву и увидел, что стало с городом, он горько заплакал и велел похоронить всех погибших, обещая выплатить по 50 копеек за каждых 40 погребенных человек. Всего из казны на похороны было выделено 300 рублей. Это значит, что в городе и ближайших окрестностях тогда погибло не меньше 24 тысяч человек.

В 1610 году Московский Кремль был занят польскими войсками. Тогда страна переживала очень тяжелый период, известный как Смутное время. После смерти царя Федора Иоанновича, не оставившего наследника, шла борьба за российский престол. В стране не было единой власти, порядок жизни был нарушен. Три года подряд, с 1601 по 1603, летом были заморозки, а в сентябре выпадал снег. Это привело к трем неурожаям, из-за чего в стране случился страшный голод, который унес жизни 500 тысяч человек. Крестьяне бежали из усадеб и становились разбойниками. С запада Москве угрожали литовско-польские войска, с юга – крымские татары.

Военные доспехи XVII века:

1 – шлем;

2 – наколенники;

3 – кольчуга

В 1606 году часть московских бояр избрала царем дальнего родственника Ивана Грозного – Василия Шуйского, однако далеко не вся русская знать признала его власть. Другие бояре вступили в сговор с польским королем Сигизмундом. Тот хотел посадить на русский престол своего сына Владислава и таким образом подчинить Русское царство Польше.

17 (26) июля 1610 года в Москве вспыхнуло восстание, в результате которого Василий Шуйский был свергнут с престола. Московские бояре присягнули на верность королевичу Владиславу. В сентябре польские войска беспрепятственно вступили в Москву и заняли Кремль.

Однако сам королевич Владислав в город так и не прибыл. Поляки вместе с подчиненными им боярами стали править Москвой и страной как завоеватели. Размещенные в Кремле войска разбирали деревянные постройки и топили ими свои жилища. Повсюду в городе чернели обгоревшие дома. Купцы закрывали лавки, чтобы иностранные солдаты не разграбили их. Жизнь в городе стала очень тяжелой.

В январе 1611 года московский патриарх (глава Русской Православной Церкви) Гермоген послал в разные города грамоту, в которой говорилось: «Гибнет Москва, а Москва есть основание России; не забудьте, что пока крепок корень, то и дерево крепко…» Грамота достигла Нижнего Новгорода, Рязани и других мест. В Нижнем Новгороде, Ярославле и других городах стали формироваться отряды ополчения. К середине 1612 года это было уже значительное войско, состоявшее из русских горожан, крестьян, казаков, а также из представителей разных народов Поволжья. Руководили отрядами ополчения князь Дмитрий Пожарский и сын солевара Кузьма Минин.

Когда войско Минина и Пожарского подошло к Москве, его численность составляла примерно 8 тысяч человек. Биться предстояло с пятнадцатитысячной армией польского гетмана Ходкевича, которая охраняла подступы к городу, и гарнизоном, стоявшим в самом Кремле.

24 августа 1612 года состоялось решающее сражение между отрядами ополчения и войсками гетмана. Русские дрались за свою столицу не щадя жизни и одержали победу. Войска гетмана Ходкевича отступили.

Памятник Минину и Пожарскому. Скульптор И. П. Мартос

Оставшийся без поддержки польский гарнизон Кремля теперь был обречен на поражение, но сдаваться не спешил. Русские два месяца держали крепость в осаде, и у поляков начался страшный голод. Князь Пожарский предлагал им сдаться, но польские дворяне не хотели расставаться с захваченными в Кремле ценностями и отказывались до тех пор, пока их солдаты не начали из-за еды убивать друг друга. 27 октября (по старому стилю) 1612 года поляки сдались и покинули Кремль. В память о победе народного ополчения в 1818 году на Красной площади был установлен памятник Минину и Пожарскому, сделанный на добровольные пожертвования граждан России.

М. И. Скотти. Минин и Пожарский

В сентябре 1812 года в Москву вошли французские войска императора Наполеона Бонапарта. Русская армия понесла тяжелые потери в Бородинской битве, и фельдмаршал Михаил Илларионович Кутузов принял решение не давать врагу боя на подступах к городу. В результате такого боя русская армия могла бы просто перестать существовать, а так у нее оставалась возможность сохранить силы для последующего сопротивления французам. Как оказалось впоследствии, это было очень мудрое решение, но для города оно означало настоящую катастрофу.

Наградная медаль за взятие Парижа. 1814 год

А. Ф. Смирнов. Пожар в Москве. 1812 год

Когда Наполеон только еще въезжал в Москву, Китай-город уже пылал. Затем пожары вспыхнули и в других районах. Вся Москва была охвачена огнем. Город подожгли сами русские, чтобы врагу не досталось ни продовольствие, ни другие ценности. Наполеон устроил публичную казнь возможных поджигателей, но было уже поздно. За несколько дней в огне погибло 70 % жилых зданий, множество церквей, лавок и складов. Город стал практически непригоден для размещения в нем вражеской армии. Обозленный Наполеон приказал впрягать русских мужчин и женщин в телеги, чтобы доставлять в Москву продукты, но это не помогло. Французская армия стала голодать. В 1812 году зима наступила очень рано, в начале октября подморозило. В сожженном городе солдатам не хватало отапливаемого жилья. 19 октября Наполеон принял решение вывести армию из Москвы, оставив в городе лишь небольшой гарнизон под командованием маршала Мортье, которому было приказано взорвать Кремль.

В. В. Верещагин. Наполеон. 1812 год

В течение трех суток французы рыли под фундаментами зданий подкопы и закладывали в них бомбы с порохом. 21 октября 1812 года их начали взрывать. Затряслась земля, полетели камни. Но, к счастью, пошел сильный дождь и хорошо промочил землю. Намокли фитили бомб, и большая их часть не взорвалась. Маршал Мортье, которому было приказано покинуть город как можно скорее, в спешке не стал закладывать новую взрывчатку, и Кремль, в общем, уцелел. Был взорван Арсенал, обгорела Грановитая палата, упала часть крепостной стены, но древние соборы, колокольня Ивана Великого и Кремлевские башни хоть и были повреждены, но не обрушились полностью.