Она сидела в шезлонге в жарких октябрьских сумерках и смотрела, как Бизи выбрасывает один за другим в бассейн кубики льда из бокала. Они уже обсудили, как Элен провела неделю в Ла-Косте, обсудили актрису, которую доставили с изрезанными запястьями в психоневрологический диспансер Калифорнийского университета (в газетах писали, что у нее переутомление, но Бизи кое‐что смыслил в этом, он разбирался в людях, поэтому она его и позвала), и вот настал тот час, когда во всех домах в округе красотки душатся любимым парфюмом, надевают украшения и целуют перед сном своих хорошеньких детей, час фальшивой благодати и обещанной музыки, и даже в саду Мэрайи воздух пах жасмином, а вода в бассейне была прогрета до 85 градусов. Она всегда была такой температуры, это входило в стоимость аренды.

Независимо от того, мог ли Картер позволить себе аренду, был ли месяц прибыльным, как этот, или настолько убыточным, что адвокаты говорили о банкротстве, дважды в неделю приходил паренек и чистил бассейн, четырежды в неделю приходил садовник, чтобы подстричь кусты роз, а вода в бассейне всегда была одной температуры. Иногда Мэрайя думала, что хорошенькие дети и вечерние украшения тоже входят в стоимость аренды, но ей не нравилась эта мысль.

– Расскажи, с кем виделся, – попросила она. Ей было не очень‐то интересно, просто не хотелось, чтобы он уходил. Он еще ни слова не сказал о Картере. Бизи был продюсером фильма, он приехал со съемок пару дней назад и завтра собирался обратно, но так ни разу и не упомянул Картера. – Расскажи о вечеринке у Уиллардов.

– Цветомузыка в Пасадене. – Бизи встал. – На таких вечеринках хочется убить себя за то, что ты нееврей.

– Не уходи.

– Я опаздываю на встречу.

– И кто же это? – спросила Мэрайя, не глядя на него.

– Никто, я встречаюсь с Томми Лоу, ты его знаешь, он приехал из Нью-Йорка.

– Я не про тебя. – Она на секунду задумалась об ориентации Томми Лоу. – Ты же знаешь, о ком я спрашиваю.

– Не понимаю, о чем ты. – Бизи поставил стакан на стол и пристально посмотрел на Мэрайю. – Дай ему спокойно доснять фильм.

– Кто она? – Мэрайя сама не знала, зачем упорствует.

– Послушай, не знаю, в курсе ли ты, но он искренне хотел, чтобы ты снималась. Он чуть было не сорвал сделку и не угробил весь проект, лишь бы только взять на роль тебя.

– Знаю.

– Тогда прекрати думать, что Картер спит и видит, как тебе насолить. Хватит мыслить, как Карлотта.

– Ты понятия не имеешь о том, как я мыслю.

Карлотта, мать Бизи, имела состояние в тридцать пять миллионов долларов и постоянно судилась с вторым бывшим мужем. Мэрайя присела на край бассейна и опустила ноги в прозрачную воду.

– Слышишь музыку у Куликов? У них вечеринка.

– Ты пойдешь?

– Нет, конечно. Он же бандит.

– Я просто спросил, пойдешь ли ты к ним на вечеринку, обвинительного заключения суда присяжных не нужно. – Бизи сделал паузу. – И вообще, он не бандит. Он адвокат.

– Адвокат бандитов.

Бизи пожал плечами:

– Я отношусь к нему скорее как к философу на троне. Он как‐то сказал мне, что он понял, в чем смысл жизни, когда чуть не умер на операционном столе в “Сидере”.

– Ларри Кулик умрет не в “Сидере”. Ларри Кулику перережут горло в парикмахерском кресле.

– Рассмешить тебя – непосильный труд, Мэрайя. Вообще‐то Ларри Кулик твой давний поклонник. Знаешь, что он сказал Картеру? “Больше всего в твоей жене мне нравится то, что она не дрянь”.

Мэрайя ничего не ответила.

– Это же очень забавно, Мэрайя, ты что, совсем потеряла чувство юмора?

– Я уже слышала это. Дай сюда свой бокал.

– Я же говорю: Томми Лоу. Я спешу.

– Кто она? – Мэрайя повторила.

– Он уже на две недели отстает от графика, оставь его, пусть закончит фильм. – Бизи встал и аккуратно провел пальцами по голой спине Мэрайи.

– Что‐нибудь слышно о Лесе Гудвине? – спросил он.

Мэрайя смотрела на плавающий в воде листок и старалась не вздрогнуть от прикосновения пальцев Бизи.

– Лес и Фелиция в Нью-Йорке, – осторожно ответила она и потянулась за полотенцем. – Ты разве не опаздываешь к Томми Лоу?

Через пару дней в журнале она увидела фото Бизи и Томми на вечеринке у Кулика, с ними была молоденькая актриса, имени которой Мэрайя не знала. По непонятной причине это вывело ее из себя. Ей оставалось только гадать: поехали Томми Лоу и старлетка к Бизи после вечеринки или нет, кто из них троих занимался сексом, а кто наблюдал, и вернулась ли Элен из Ла-Косты.