– Сколько ты весишь? Килограммов сорок?

Мэрайя открыла глаза. Голос был Картера, но в ярких лучах солнца на террасе сложно было разглядеть его лицо.

– Не знала, что ты сегодня зайдешь, – сказала она.

– Элен сказала, что ты сегодня будешь тут.

– Элен что, продает информацию о местонахождении звезд?

– Успокойся, я хочу кое‐что с тобой обсудить. – Он оглянулся на дом. Бизи говорил с кем‐то по телефону в гостиной. – Давай пройдемся по пляжу.

– Можем поговорить и здесь.

– Будь по‐твоему. Поговорим здесь. – Он отбросил в сторону ее сандалии и присел рядом. – Я две недели пытался до тебя дозвониться.

– Знаю.

– Без шуток, Мэрайя, я специально приехал сюда, ушел с совещания, со встречи с Карлом Кастнером, просто чтобы…

Она взяла его руку и закрыла ею ему рот. Забавно, но ее тронула подробность про Карла Кастнера: в этом весь Картер.

– Я не хотела тебя видеть, потому что мне было нехорошо. Вот и все. Поговори со мной.

Он достал сигарету, смял пачку, затем разгладил ее и положил сигарету обратно.

– Знаешь, через десять дней я начинаю съемки нового фильма в пустыне, – сказал он наконец. – Ну, ты и так в курсе. – Он не смотрел на нее. – И я, в общем…

– Ну? Что в общем? – спросила она после паузы.

Он посмотрел на нее:

– Поехали со мной.

Она не ответила.

– Давай, у нас получится.

– Зачем нам это?

Картер выглядел неуверенно.

– Так будет лучше.

– Тебе просто кажется, что я не могу о себе позаботиться, ведь так?

– Да. – Картер поднялся. – Мне кажется, что ты не справляешься. Я слышал всякое, и…

– Что ты слышал?

– Ты, блядь, прекрасно знаешь, о чем я!

Он стоял над ней с застывшей в воздухе руке. Он хотел ее ударить.

– Вперед, – сказала она. – Ты не сделаешь мне больно.

– Какой замечательный день! – послышался чей‐то голос, и Картер опустил руку. Девушка с длинными спутанными волосами в короткой ночной сорочке стояла в дверях, зевая и потряхивая головой. – Как думаете, тут есть кофе? – Девушка осмотрела что‐то похожее на укус на своей руке и вышла на солнце. – Все бы отдала за чашечку кофе.

– Не знаю, – сказала Мэрайя.

– Бизи, дорогой, – позвала девушка. – Ты, случайно, не варил кофе?

– Нет, – ответил Бизи из дома. – Кофе нет. У нас вообще нет кофе.

– Ну должен же быть растворимый, милый, – проворчала она. В дверях она улыбнулась Картеру.

– Я Жанель, – сказала она.

– А это кто такая? – спросил Картер через секунду.

Мэрайя сидела, укутавшись в полотенце.

– Видимо, Жанель.

– Как она тут оказалась?

– Откуда мне знать.

Картер посмотрел на нее:

– Прекрати, не плачь, малышка, успокойся. Хватит.

– Я не знаю, что мне делать.

– Ты поедешь со мной в пустыню.

– А ты будешь там трахать Сюзанну Вуд? Спрашиваю чисто из интереса.

Картер поднял ее на ноги и поцеловал. Она стояла неподвижно, и он вскоре отпустил ее.

– В чем дело?

– Да так…

– Ты меня разлюбила, – сказал он. – Раньше любила, а сейчас – нет.

– Неправда, я люблю тебя, – проговорила она словно на автомате.

– Знаешь, чего бы мне хотелось? – спросила девушка в ночной рубашке, когда Мэрайя вошла в дом. – Чтобы сегодня был канун Нового года! Все считают Новый год скучным праздником, а я его обожаю.

Элен лежала на диване и смотрела в потолок.

– Еще бы, – сказала она.

– Элен, Мэрайя едет с нами в пустыню, представляешь? – Бизи улыбнулся Мэрайе. – Ты слышишь? Я говорю, она едет с нами.

– Я слышу.

– А еще я просто обожаю Рождество, – сказала девушка.

– Жанель, – обратился к ней Бизи, – сходи в спальню, там остался кокс и таблетки. Все твое.

– И ты молчал? – воскликнула девушка.

Бизи проводил ее взглядом, а затем повернулся к Элен.

– Выпроводи ее отсюда, – сказал он.

Элен уставилась на него.

– Ты же сам ее привел, – прошептала она.