То, что удалось выяснить… Разум отказывался принимать. Ровальд сидел в темноте за штурвалом. Подсвеченные голубым кнопки сделали лицо неестественно бледным.

Пробуждать душу корабля не хотелось. Это могло иметь последствия. Тайна, в которую Ровальд проник оказалась эмоционально тяжела. Стала ещё тяжелее, когда все кусочки пазла сошлись: внизу на неизведанной планете бушуют киборги, там же когда-то пропали колонисты. Там же пребывала некая третья цивилизация, застрявшая в средневековье, но, при этом, самостоятельно прилетевшая. Во что превратилось крушение Восьмой Колыбели?

Всё звучало слишком невероятно. Один факт его присутствия здесь невероятен. Кажется, связь с реальностью вот-вот потеряется.

Это ли Ад? Схож с описаниями. Место, где он, скорее всего, пропадет безвозвратно. Исчезнет, как сотни людей до. Безопасность – откуда ей взяться? Все прогнозы за рамками воображения. Вернутся и запросить подмоги? Попадет в тюрьму. Глупо звучит. Какая ему, разрушителю верфи, подмога? Внутри пространственного кармана. Может, упекут в психушку. Полетав среди обломков и трупов Ровальд убедился, что карман имеет границы. Карман так карман. Корабль упирается в невидимую стену. В это не хочется верить. Потеря чувства реальности оказалась близка. Этого не может быть. Он спит – таковы мысли в его голове. Они убаюкивали, успокаивали, но были далеки от того, что происходит перед глазами.

Ровальд не хотел включать древний компьютер эсхльмада. Он боялся услышать, что Эсхель на самом деле не собирается настраивать гипердвигатель. Древний компьютер был способен шантажировать. Мог выкинуть новый фокус. Любой шантаж в этой ситуации – был выше его сил.

Толстый кабель в руке Ровальда дрожал, пришлось приложить волю. Буквально собраться в кулак. Мысль, что он между молотом и наковальней не покидала и лишь слабая, прозрачная надежда. Что когда включит древний компьютер, тот скажет, что всё уже наладил и можно, если что, возвращаться.

Голограмма Левашова ясно дала понять, внизу чертовщина. Плюс прошел не один десяток лет. Наверняка, наварилось что-то ещё.

Дрожь в руке не унималась. Каждая мысль била в живот. Но без Эсхеля-7 не вернуться. Лучше попасть под судебные разбирательства, или что там у археологов? Стоило вспомнить видео с убитой девушкой и страх обуял, к горлу подступил комок тошноты, по спине прошли мурашки, рука предательски выронила кабель. Ровальд дал себе пощёчину.

Взгляд опустился, и увидел, как дрожат собственные ноги.

Нет. Экспедиции в одиночку на заброшенные объекты опасны, не зря караются выговорами. Экспедиции на действующие чужие цивилизации… Никогда не проводились. Существовал особый протокол, который гласил:

Любые контакты запрещены. Бежать что есть возможности. Красная тревога.

Подняв кабель, Ровальд сделал то, что должен был. Экран сменился белым, бледное от волнений лицо Ровальда осветилось. Археолог сглотнул.

-Пастор. – Пробудились древние мужские голоса. – Ты выяснил, что с восьмой Колыбелью?

Ровальд рассказал всё что узнал. Об опасности внизу. О третьей цивилизации. О многолетнем молчании в радиоэфире и орбитальных выстрелах. На что Эсхель ничего не ответил. Он ждал продолжения.

-Настраивай гипердвигатель. – Ровальд скрестил руки. - Целая планета на которой творится черт знает что. Я один человек. Всего лишь человек. Мне не по силам выяснить судьбу Восьмого.

-Пастор. Не всё так просто.

Слова Ровальда застряли в горле. Он онемел.

-То есть?

-Пастор. У нас уговор.

-Я не собираюсь ею рисковать.

Но компьютер не ответил.

-Эсхель. Тебя не заботит жизнь капитана?

-Пастор, ты мне не капитан. Ты просто пастор.

-Что?.. – Ровальд отшатнулся. Машина взбунтовалась и прямо об этом заявила?!

Эсхель молчал. Ровальд продолжил.

-Ты не собирался настраивать гипердвигатель?

Ровальд почувствовал невысказанное согласие.

-Отвечай.

-Ты прав, Пастор. Я не собирался настраивать гипер-двигатель.

Ровальд повернулся к экрану спиной и закрыл глаза. Камера сзади зажужжала, она ему в спину. Глубоко вздохнув, Ровальд повернулся.

-Объяснись.

Это уже начинает раздражать.

-Отвечай! – Удар по панели управления. Штурвал из двух спаренных рычагов чуть качнулся.

-Мы не обязаны отвечать тебе, Пастор. Ты не наш капитан. Ты заблудшая душа, которая ничего не знает и с которой у нас деловые отношения. Ты не выполнил уговор. Мы не выполним свой.

-Ты меня втянул. – Ровальд поднял с пола откуда-то взявшуюся отвертку и кинул её прямо в экран. – А теперь шантаж?!

-Пастор. Мы тебе не враг. Ты сам себя втянул. Ты удовлетворил свое любопытство. Но на карту поставлено слишком многое. Пастор.

-Получается, заманил специально?

-Ты в ловушке. Это правда. Выхода нет. Хочешь вернуться, сделай то, о чем договорились.

Ровальд сглотнул.

-То есть?

На этот раз Эсхель ответил с охотой.

-Спустись на планету. Найди Восьмого. То, что от него осталось. Должен состояться контакт.

-Это все твои условия? Или выдвинешь потом что-то ещё?

-Пастор, пастух овец заблудших. Владелец знаний, и потерявший их. Неспящий. Ты найдешь Восьмого. Мы не обманем тебя.

-Это всё?

-Да, пастор. Это всё.

-Хочешь, чтобы я спустился к чёрту на кулички, да?

-Именно так.

-Хочешь моей смерти? Спущусь! Но ты не просто починишь гипердвигатель. Я тебя больше никогда не включу. Никогда. ТЫ продолжишь гнить на затворках эсхельмада. Ты меня понял, а?!

-Мы нужны, Пастор. Ты знаешь. Ты включишь нас. Как сейчас, так и потом.

Что-то внутри склада шевельнулось и лязгнуло. Ровальд не думать о том, что это. Почти привык.