Кто знал, что в будущем у солнечной системы появится своя таможня, а прибытие будет сопровождаться бюрократией поистине космических масштабов.

Попадая в солнечную систему человек пересекает сразу все границы всех стран, а потому, это не просто выход из самолета через аэропорт (как говорили чиновники). Ведь солнечная система – столица. Центральный нервный узел и ровно такая же головная боль.

Трое суток ушло на ожидание своей очереди. Стоило таможеннику увидеть (случайно) археологическую лицензию Ровальда, как он вопросительно поднял бровь и нахмурился.

-Археологи (далее неразборчиво выругался) идут вне очереди. – Таможенник устало потёр пальцами лоб приводя в порядок мысли. – Вам дипломатический канал. Консульский. Любой, только не общий. – Стёр голографический бланк (наполовину заполненный), создал новый и ещё раз посмотрел на Ровальда и в глазах его читалась глубокая печаль.

Та самая головная боль.

* * *

Ровальд держал путь на карликовую планету Эриду, которую открыли задолго после основания первых колоний на Марсе. Эрида была десятой по счёту (но одиннадцатой, если считать вместе с погибшим Фаэтоном, о котором теперь известно). Рядом плавала станция-спутник Арб-7. Любимое место сброда, нелегалов, тайных коммерческих встреч. Всего, что так не любят таможенники.

Нелегалов здесь не трогают. Они могут жить, нарушая миграционные законы. Правда, на выезде за это их накрывают. Администрации Арб-7 всегда сдает с потрохами (и этим зарабатывает). Но людей это не останавливало. Сюда ломятся в поисках работы и крыши со стороны нанимателей, которые, как раз, улаживали дела с законом. И последнее, к слову, было важнее оплаты.

Десятки парковочных верфей одна над другой. Настоящий небоскрёб в невесомости, а не станция. Принимает по тысяче кораблей в день. Здесь искали людей готовых выполнить неудобную работу. Каждый встречный имел те или иные финансовые затруднения, что выражалось в их взгляде и некоторой сутулости - отдельной отметине обреченности. Но и представителей коммерческих организаций хедхантеров было много.

Среди бесчисленных узеньких переходов, кривых перекрестков и массивных лифтов, перевозящих вперемешку как грузы, так и людей находился бар Добрая Тайна. Сотня столов, половина всегда занята или забронирована. Одно из счастливых мест, куда любили приглашать наниматели.

-Нет, в точке b-17.556, f-14.301 ничего. Квадрат - пустыня. Старый мусор со времён первых спутников. Одна вспышка и всё хлебало как разорвёт по самые ноздри! В жизнь не утрёшься. Туда нельзя.

-А за двадцать тысяч кредитов?

-Туда можно.

-Что? Всего за жалкую тысячу искать контейнер с модифицированными моллюсками? Вы чокнулись? Я это еле выговорил. Послушайте, модифицированными! Так никто не говорит. Давайте проще, М-моллюски. Мда, легче не стало. Как заика произношу. Да и меньше трёх никто не возьмёт. Что я, хуже всех? Четыре? И поделитесь грузом? Шило на мыло… – Легкая пауза. - Хорошо.

-Мой друг! (говорит с арабским акцентом) Твои кривые глаза - зеркало души! Две разъехавшиеся кометы, что чудом не столкнулись. Вы мне нравитесь. Зрите сквозь пальцы, прямо в суть! Что, так говорить не крэсиво? Ладно! Только ради тэбя! Про пальцы больше - ни слова.

Здесь происходило всё и ничего.

Ровальд сидел за одним из этих столиков попивая пойло именуемое местными Ортодокс. Мутное, как и люди вокруг. В него входило кофе, немного заменителя алкоголя и какой-то местный глинтвейн. Пить можно. Но когда зашла она, двери открылись, будто ждали. Истинное воплощение поэтов о красоте. Наверное, все они думали о ней, ни разу, правда, её не встретив при жизни. Настоящая муза. Так думала эта девушка. По ней даже было видно, что она думает о себе именно так. Весь мир должен был замереть. Но мир давным-давно перестал вертеться вокруг женской красоты. Остаток яркого прошлого упал в цене ещё в конце 21го века.

Девушка подошла к столику Ровальда, очаровательно подмигнула, затем властно отбросила длинные волосы и уселась. Дала знак бармену (единственному мужчине, что не смог оторвать от неё глаз, и она это заметила, о да, женщины это замечают, хотим мы того или нет) и вскоре ей с удовольствием принесли тот же самый Ортодокс. Бармен ушел, не переставая оглядываться.

Красотка. И плевал Ровальд на красоту бывшей однокурсницы.

–Давно не спишь? – Она посмотрела прямо в глаза. Внутри неё кипит женский интерес, страсть, может, что-то ещё. Приятная мелочь, которая туманит мысли.

-Наверно, давно. – Ровальд ухмыльнулся и подмигнул в ответ. - Как дела, Орин?

-Мой дорогой Ровальд, если бы они были хороши, я бы не пришла. – Она наклонилась чтобы отпить из трубочки ортодокс, который уже каким-то образом принесли.

Лёгкое высокомерие её визитная карточка. Можно сказать, поздоровалась. Помнится, в военной академии было время, когда она намекала на отношения. Ровальд прекрасно помнил, после чего эти намеки появились. Стоило показать себя с хорошей стороны на тренировках, как многие девочки стали поглядывать. Одной из них была Орин. Чуть более красивая, чем другие, чуть более настойчивая. Так и не срослось. Но дружба закрепилась.

Уже и непонятно, как он ей отказал и почему. Орин, так же, как и он, отказалась от дальнейшей службы, пошла своей дорогой.

-Ну что, начнём? - Причмокнул Ровальд, облизывая пенку вокруг рта. Из кружки вылезли длинные лапки, пустой сосуд начал уходить, но Ровальд вцепился, и кружка покорно присела обратно. Если попросить налить молока, можно будет с чистой совестью заявить, что оно убежало. Ровальд положил на стол прозрачный журнал. Орин опустила взгляд и с сомнением скривилась.

Ровальд скривился в ответ, но от удивления. Мол, что? С чувством собственного достоинства он подвинул находку поближе к Орин.

Девушка вопросительно посмотрела на него? Затем открыла. Сначала, не понимая, потом, увидев проявляющуюся материю с текстом из непонятных символов тут же закрыла. Сжала губы трубочкой. Глаза широко раскрыты от удивления. Ещё раз открыла.

-Ты больной ублюдок в которого я была влюблена всю свою чёртову молодость, - она ткнула указательным пальцем в Ровальда. - Это шутка? Дешёвая. Мог бы просто сказать, что хочешь увидится.

-Нет, это не шутка. – Взгляд его был серьезен. – Всё очень даже серьезно.

-То есть, ты не поболтать?

-Нашёл на старом, очень старом корабле. Скажем даже, допотопном, до начала времён. - Махнул рукой. - Всех времён. – Показал двумя пальцами что-то очень маленькое. – Даже не корабль. Его кусочек. Кроха. Остаток. Можно только гадать, каким он был раньше. Представляешь, сколько можно найти?

-Попахивает деловым предложением. – Про себя вздохнула, подумав, что не предложением свадьбы.

Ровальд наклонился поближе, намекая приблизиться.

-Ты мне нужна.

Орин вопросительно подняла бровь, её щеки слегка покраснели:

-Там опасно?

Он многозначительно посмотрел в глаза девушке. Это был взгляд человека, который видел собственную смерть. Её предвестие.

-Там опасно. – Выдохнула Орин.

-Информация деликатная. – Ровальд замер, обдумывая собственные слова. – Если пронюхают чем мы занимаемся, лишат всех лицензий. Как бонусом, всё что ты знала перестанет иметь значение. – Ровальд приблизился ещё ближе и зловеще прошептал. – Ого-го.

Орин выглядела взбудоражено. Она покраснела, начала часто дышать. Всё это возбуждало её интерес.

Ровальд вернулся на своё место, обвёл взглядом окружающих. Лицо каждого с порезами, гнилым и унывающим выражением, или наоборот, безумно весёлым, такое бывает, когда человек сошёл с ума.

-Преувеличиваешь. – Ответила она. – Максимум пару штрафов. – Но её лицо говорило об обратном.

–Как скажешь.

* * *

Ровальд пригласил Орин к себе в гости. Это был первый раз, когда он вообще кого-либо приглашал. Настроение на подъёме. Желание покорить древний корабль лилось через край. Тем более, найденный по записям самого Энро, одного из величайших археологов современности! По приятному совместительству, его отца. Он знал, что за такую информацию заплатят большие деньги в любой области освоенного космоса. Наверно, даже больше, чем сам сможет потратить. И может, стоило подумать о деньгах. Но… Нет. Как кто-то наверху решает, что широкой массе дозволено знать, а что нет, так теперь решал он. И это был его выбор.

За спиной Орин шлюз автоматически завинтился на множество скрытых механизмов, чем вызвал у девушки легкий испуг.

-Ров. Знала, что твой железный друг не из новых, но чтобы настолько?

Ровальд махнул рукой, приглашая присесть.

В полумраке на экране мелькала повторяющаяся видеозапись кружащихся обломков от которых тянулся кусок древнего корабля. На вид - не тронутый временем. Но так лишь кажется. Поверхность корабля испещрена мелкими шрамами. Он знает точно.

Орин прилипла к экрану.

-Что за… - Ахнула девушка. Её глаза широко раскрылись, в зрачках отражается вся картинка.

Ровальд включил освещение.

-Корабль протославян. Остаток. Название может шокировать.

-Название? Уже?! – Протославян она прослушала.

Ровальд улыбнулся, и вытянул руку, протягивая что-то.

-С тебя подпись.

Орин, глянула и отшатнулась.

–Нет. Только не эту подпись! – Взмолилась девушка. Но капитан Архимеда был непреклонен. Он, хитро прищурившись приближался как скала.

-Станешь сучкой больного ублюдка и будешь подчиняться приказам. Как тебе? Разве не тайная мечта всех девушек?

В закромах корабля Ровальд нашёл машинку электроклятвы. Отцовская. Её он тоже отнёс в список наследуемых подарков себе. Учитывая, что имущества у Ровальда итак почти не было. Зачем она, было понятно. Доверять некому. Но осталось всего несколько зарядов. Что говорило о том, что отец любил ею пользоваться. И часто.

Машинка электроклятвы представляла собой тонкую коробочку в два раза меньше ладони, в центре выемка для пальца, на дне которой маленькая дырочка для иглы и индикатор.

Но электро-клятва устанавливает код прямо в нервы. Код, который не нарушить. Психологическое программирование за один укол. Старое, действенное, запрещённое. Даже на чёрном рынке не найти. За обладание таким девайсом можно сесть в тюрьму. Альянс Земных Колоний (АЗК), даже доплатит. Ровальд об этом знал. Они оба об этом знали, потому что ходили на один и тот же предмет, где и познакомились. Очень иронично, что там, в том числе, обсуждалось как раз это устройство.

-Ров, может, по-дружески, обойдемся без этого? На честном слове?

Ровальд саркастически поднял бровь.

-Ты уже давала клятвы. На тебе лучшее оборудование, у тебя самые дорогие устройства и Ви-сигналы для самоопределения в космосе. – Ровальд фыркнул и закатил глаза. – Дорогая моя. Те люди, которыми мы когда-то были, теперь не являемся. Точно уж не ты. Эти месяцы после окончания академии уже фатально повлияли. Чего уж мне признавать не хочется. Но это так.

-Ой, всё. – Она скрестила перед собой руки. – Назвал столько регалий, не знаю в каком месте начать краснеть.

Ровальд засмеялся, она шлёпнула его по плечу, как закостенелый братан, и они оба заржали как кони.

-Ну, Ров…

-Надо.

Она вздохнула и положила палец в выемку. На её лице читалась скорее радость. Прибор зажужжал, Орин отдёрнула обожжённый палец. На коробочке замигала надпись:

Клятва установлена

Ровальд спокойно выдохнул. Он не хотел этого. И слава Богу, что она согласилась. Теперь пришло львиное облегчение.

-Сколько, десять лет?

-Держи губу шире. – Ровальд скрестил руки. - Пожизненно. Место находится за границами освоенных территорий. – Он потупил взгляд, предаваясь тяжелым воспоминаниям. - Придётся выключать аварйиные маяки.

-К черту мои дорогие ви-сигналы? Понятно. Ты точно больной ублюдок.

Ровальд пожал плечами.

-Зато ты моя сучка. Кажется, когда-то ты об этом мечтала.

-Ошибка юности. Что там у нас?

-Какая требовательная. Это, вероятно, раса основателей земной цивилизации. Причем, именно протославян. Бортовой.

Из динамиков донёсся теплый мужской голос:

-Судя по расшифрованному тексту, журналу более 600 тысяч лет. В нём детально описано перемещение корабля, а также участие в формировании солнечной системы.

-К этому я была не готова. Подожди. Ты сказал, или я ослышалась?

-Что именно?

-Протославян.

-Да.

-Что да?

-Сказал.

-Ох. Никому не нравятся такие заявления. Научному сообществу это не понравится. Правительству это не понравится. Нас обосрут журналисты. Отберут лицензию свободного плавания в космосе. Ты же знаешь, что происходило с теми, кто пытался переписать историю?

-К сожалению, это знаем мы оба. – Он выставил перед ней ладонь. – Мы не будем переписывать историю. Боюсь, никто не может. Этот карточный домик не разрушить. Единственное что можем сделать, копнуть глубже и, может, заработать. А знания придётся хранить глубоко внутри себя. Возможно, до конца жизни. Передавая их из уст в уста своим детям, которые, вряд ли будут этому верить, глядя на то, что говорят другие люди.

-Хорошо, что не будем. Сразу легчает. Но как ты его нашел? – Орин прищурила глаза. – Что-то осталось от него?

Ровальд не хотел об этом говорить.

-Ты что-то накопал. Он что-то оставил!

-Ну, ладно. Ты права, осталось от отца.

-Вот куда ты пропал. – Она ткнула в него пальцем. – Вот куда ты, мать твою, пропал!

-Не заставляй меня оправдываться. Ты не лучше. – Ровальд сделал шаг назад и отвёл взгляд.

Орин пожала плечами.

-У всех нас рыльце в пушку.

-У тебя не только рыльце. – Парировал Ровальд и саркастически ухмыльнулся.

Орин прижалась к нему, томно провела пальцем по груди так, что он опешил, а затем невинно посмотрела в глаза.

-Ты меня отверг. Жить как-то надо. Крутиться, там… Не серчай. – И тут же отпрянула к экрану. - Хочешь сказать, колонизаторы Земли? Попахивает ересью. – Голос Орин дрогнул. – Да ладно? Ересь же. На что я клятву давала?

-Лучше, чем это, ни ты, ни я, скорей всего, уже никогда не найдем. Находка единственная в своём роде. Если зарабатывать, то только так. Данные в журнале, что я показывал, весьма обрывисты. Кроме дополнительных комментариев капитана - ничего внятного.

-Дашь посмотреть? – Орин взяла прозрачный журнал и развернулась чтобы уйти, но в самый последний момент Ровальд схватил девушку за локоть.

-Ори.

-Знаю. И не собиралась. Я действительно хочу просто изучить. Ушами слышать приятно, но глазами увидеть... М-м. Согласен?

-Не всё так просто.

-То есть?

-Вот флешка. Там видео с моего скафандра.

-О чем ты? – Девушка взяла карту памяти, и снова развернулась уходить, но Ровальд не отпускал. – Ров?

-Не всё так просто.

Орин вздохнула.

-Вот теперь чувствую себя твоей сучкой.

Ровальд отпустил её и, ухмыляясь, стал медленно кивать головой.

* * *

На её корабле, который был крупнее и куда комфортабельнее Архимеда, Ровальд уселся в необычайно мягкое (что аж чуть не уснул) кресло и стал наблюдать за действиями девушки.

Она дала отсканировать журнал компьютеру, тот выдал что следовало ожидать:

-Данные отсутствуют. Положите в печку глубокого сканирования. – Сказал приятный женский голос.

Что? Печка? Ровальд не ослышался. Он часто заморгал и вопросительно отвёл челюсть. Мда.

Орин аккуратно положила журнал в углубление, защёлкнула держатели, и «печка» тут же закрылась.

-Данные отсутствуют. Если объект всё ещё внутри, то могу попробовать воспроизвести на молекулярном уровне.

Орин посмотрела на Ровальда, тот (ещё больше удивившись) кивнул.

-Да.

Для молекулярного воспроизведения требовался особый принтер 4D-печати. В академии его в шутку называли субатомным. Раньше он был только в лабораториях, а теперь у неё? Это легально? Вряд ли.

-Воспроизведение невозможно. Объект отсутствует.

Теперь удивлена была девушка.

-Дела... Даже нелегальный принтер (он знал!) не работает. – Достала журнал и протянула Ровальду. – Ничего себе. Ты знал, что так будет. Я не могу это объяснить. Признавать что-то про протославян тоже не хочется. Это как-то за рамками моих представлений.

-Брось. Мы, археологи, и существуем, чтобы выходить за рамки человеческих представлений. Посмотри на журнал через камеру.

-Какую камеру?

-Любую.

Включился центральный экран (из трёх). Камера включена. Вот Ровальд и Орин. Вот она держит в руке журнал. Увеличила изображение. Ещё раз. Ещё раз. На максимум. Посмотрела на собственную руку. Затем на камеру. Подняла журнал. Вновь смотрит на камеру. Помахала им из стороны в сторону. Но на камере - она просто машет рукой в которой ничего нет.

Она от удивления подняла обе брови и обессиленно рухнула в кресло.

-РОВ! Что ЗА ХРЕНЬ?!

Ровальд засмеялся и от удовольствия шлёпнул себя по ноге.

-Главная причина по которой я здесь! Теперь, понимаешь? Увидеть твоё лицо бесценно.

-ЧТО ЗА ХРЕНЬ?!

Он протянул флешку.

-На. Переписал текст вручную и перевёл.

-Нет. Ты не понял. ЧТО ЗА ХРЕНЬ?!

Он прикрыл ладонью глаза, и задрожал от смеха.

-КАК ТАКОЕ ВОЗМОЖНО?! Это не возможно. Нет, я в это не верю. – Орин посмотрела на журнал с других камер. Тот же результат. Сфотографировала на своём галлографе последней модели. Красивом, с изящными закругленными элементами наручном компьютере. Но и он выдал тот же результат. Ни одна камера не фиксирует журнал. Для всего мира его не существует. Орин присела, прикрыла ладонью глаза точно так же как Ровальд. И, в такт его хихиканью сказала в последний раз:

-Что за хрень…

Прозвучало даже глубокомысленно.

* * *

-Ничего подобного не встречала.

Ровальд распростёр руки в стороны:

-Теперь ты меня понимаешь?

-Я в ауте. Шоке. Прострации, прокрастинации, и глубокой кастрации. Ты меня уделал.

Ровальд понимающе кивнул. Именно этого он и ожидал.

-Теперь возьми уже эту флешку.

Орин посмотрела на проявляющуюся материю внутри страниц журнала, не отрывая взгляда, схватила флешку.

-Хм, это то что я думаю?

-Переписанный вручную иероглифический текст журнала.

-Сын гения, чего уж.

Ровальд нахмурил брови и дрожащим от негодования пальцем указал на неё:

-Звучит как сарказм.

-Это сарказм.

-Сука.

Ожил голос бортового компьютера Орин:

-Текст просканирован. Это бортовой журнал посещений. С нелогичной датировкой. Числа не соотносимы с историческими датами. Единственное, расположение звёзд совпадает с тем, что было сотни тысяч лет назад. Точнее, в диапазоне от 604 770 до 604 900. Корабль указан как «Колыбель Человечества III». Язык – руническое письмо. Прародитель древнерусского языка. Основы современного русского.

Орин закрыла лицо руками.

-Ров, ну ты даешь. Когда ты сказал, «прилетай, есть кое-что важное», представить не могла, насколько.

-Ты не забывай. – Ровальд встал, одновременно представляя, что дает интервью. - Журнал реагирует только на попытки чтения людьми. Как будто мы излучаем какие-то волны, - широко взмахнул рукой, - и вот он только на них реагирует. Это первая странность. Как такое вообще возможно? Мы всегда думали, что такое невозможно. Но что важнее. Для чего создавать такое? Камеры, объективы, анализаторы, любые излучатели. Ничто не видит этот материальный объект. Ты понимаешь? На кой такое вообще?

-Может, из религиозных соображений? С чего ты уверен, что это вообще люди? Ну, ладно, язык походит. Или… - Орин прищурилась. – Ты был внутри?

-Ори, ну разумеется я был внутри. Я не проста говорил тебе посмотри данные со скафандра. Ты отказалась, решив начать с журнала.

Орин всплеснула руками:

-Не я же потомок основателя Синей Птицы! О великий, поделись с ничтожной знаниями.

-Да, я был внутри и видел двух скелетов в комбезах лично. Обычные черепа. Человеческие. Обычные люди. Как мы с тобой.

Ровальд нажал на галлографе пару клавиш. От руки отделилась голограмма. В воздухе стало проигрываться видео глазами Ровальда. Нечто пробило брешь в герметичных дверях, и заглянуло внутрь. Это был длинный орудийный ствол, в центре треноги сидел паукообразный робот. Всё выглядело очень древним и не от мира сего. Во всём этом чувствовалась невообразимо чужое нечто. Это нельзя объяснить, можно только почувствовать. Камера дёрнулась, и мельком показались два скелета в обмякших комбезах со сцепленными руками.

Орин съёжилась, Ровальд продолжил.

-Я вот так же подумал. Что может быть, война с машинами? Хотя мы не знаем всех нюансов.

-Как ты не испугался лететь один… Черти куда?

Ровальд наклонил голову набок и скривил губы.

-Ладно, вернемся к журналу. Такие технологии за пределами реальности, этого не должно существовать. Невидимый журнал. Странный робот от которого мурашки по коже. – Ровальд поёжился, вспоминая пережитое. – Жесть.

-Вероятнее всего, раз журнал не видит техника, а только люди. Значит это связано как-то со шпионажем, где противник не сможет увидеть этот документ. Причем, противник отличим от человека. Иначе, не думаю, что пришлось бы настолько всё усложнять. Ведь даже через камеру будет видно, что человек что-то держит в руках и читает.

-Ты зациклилась на прошлом. Пойми, всё что известно нам, как раз-таки, не факт. В это надо углубляться с головой. Быть может вообще всё, что угодно. Вероятно, такой объект за всю свою жизнь мы больше не встретим. Единоразовая акция.

-Короче. Я в деле.

-Комрад. – Ровальд одобрительно кивнул. - Ты в деле.

-Я так понимаю, нам нужна команда. Пирог слишком хорош, делиться не хочется. Но, думаю, десять человек придётся взять.

-Нужна команда, - согласился Роваль, - но из людей, которые согласятся на клятву.

-Сколько осталось зарядов?

-Трое максимум. Желательно, чтобы имели опыт в боевых действиях. Но мне кажется, заряда осталось два. Не могу понять.

-ТРИ ЗАРЯДА?! И то, не уверен? – Орин ударила кулаками по панели, по экрану прошла рябь. Она с тоской уставилась на Ровальда. - Ты издеваешься?

-Блин, ну я же один справился.

-Еле ноги унёс Божьим чудом и провидением!

Ровальд расслабленно откинулся на кресло и заложил руки за затылок.

-Зато унёс. Всего одна боевая единица. Вдобавок, мне кажется, корабль намного больше. Хотя я и не открыл десятки найденных дверей. Я вообще попал лишь в какой-то изолированный туннель с несколькими ветвями. Всё законсервировано. Местами корабль даже работает. Стоит немножко дать току, и происходят чудеса. Будто бы я попал в страну Оз.

-А я твоя Алиса которая повесится ещё на входе. Хрен с ней с клятвой. Команда нужна посерьезнее. То, что ты выжил в одиночку круто конечно. В такие места в одиночку не ходят. Ров! – Орин умоляюще посмотрела. – Пожалуйста.

-Дорогая моя Ори. Осталось всего три заряда этой штуки, понимаешь? Больше трёх клятв не потянем. А сохранить секрет важнее. Как ты сказала, нас съедят с потрохами. И это действительно то, что с нами произойдёт. Что лучше, умереть никому неизвестной смертью, или умереть от публичной клеветы и позора? Нас наверняка окрестят больными, всё изымут, и запихнут в психушку. Обколят какими-нибудь отупляющими транквилизаторами. Так, чтобы можно было вызвать журналистов и показать, мол, смотрите какие идиоты. О да, идиоты, скажут журналисты, и сделают по одному фото. Ну не знаю, не знаю.

Орин вздохнула, мирясь с положением вещей.

- Кстати, как узнал, что клятву давала?

Ровальд прищурился, осмотрел её с ног до головы и кивнул:

-Вздувшаяся вена на шее, вот здесь. – Ровальд показал на себе. - Она не видна, но, когда удивляешься, кровь приливает к голове и немного проступает. Та самая вена, которая почему-то всплывает у тех, кто клятву уже приносил. Её ещё называют ахилесовой. Не пятка вроде, но ахилесова.

-Смешно, да? – Съязвила девушка.

* * *

Спустя несколько дней.

–Нашла двоих. Больше... Они согласны даже на электроклятву. Но… - Она набралась сил. – Стоило людям узнать, что в операции есть ты, сразу давали заднюю. Согласились только эти. Выбора никакого. Я не совсем понимаю, почему люди так реагируют на твоё наличие. Не верится и не понимается. Но, видимо, это так. – Она сжала губы в бессилии.

-Что? Боятся что я мутант, предатель, и мутный человек? Это мне известно. Я такой. –Ровальд гордо вскинул подбородок.

-Вокруг тебя много гадких слухов. – Орин наконец посмотрела Ровальду в глаза. Даже не верится, что такая прекрасная девушка и полумошенница, зарабатывает проворачивая полулегальные сделки. Балансирует на грани, но на своём месте. – Если бы только слухи, было бы куда проще.

-Что там? – С интересом спросил Ровальд.

Девушка снова отвела взгляд.

Ровальд доверительно положил руку ей на плечо.

-Не тяни.

-Мне почему-то сразу дали понять, что с тобой дел иметь нельзя. Так что, работаем вместе первый и, к сожалению, в последний раз. Даже при том, что ты мне нравишься, Ров. Правда нравишься. Но жить хочется больше.

Орин показала распечатанное письмо. На настоящей бумаге. Дорогое удовольствие.

Археолог класса -С- Орин Р.П. Ваша лицензия приостановлена на три месяца. Это первое предупреждение. Археолог Ровальд Б. Энро числится в жёлтом списке до тех пор, пока не сдаст корабль. Любое взаимодействие с ним карается штрафом, приостановлением лицензии, и, в случаях совместной археологии, тюремным заключением.

Отдел Государственной Археологической Инспекции №34

Старший инспектор Герасимов Д. В.

-Ты как проклятый, Ров. – Виновато улыбнулась Орин.

-И когда-нибудь это проклятие надо будет снять.

* * *

Ровальд смотрел в лицо очень, очень крепко сложенной женщины, с такими же мощными скулами, как и её атлетические плечи. При более близком рассмотрении даже женщиной не назовешь. Прожжённый мужик со шрамами. Она сверлила Ровальда безразличным взглядом. Можно ли сверлить безразличным взглядом? У неё получалось.

-Килия де Гарсия?

-Да.

-В двух словах.

-Пятнадцать лет службы в космофлоте. Подавление мятежей в колониях. Ныне являюсь субподрядчиком в условиях нехватки боевой мощи для археологических групп класса В и ниже.

-С мощными непонятными гадами дело имела?

-Подавление экспериментальных образцов из нелегальных лабораторий.

-Сойдет. – Но любопытство пересилило. – А где?

-Подписалась о неразглашении. То, что это было в лабораториях я не говорила.

-Не говорила. Что думаешь о нашей операции?

-Редкий объект класса S+. Уверена, это первый и последний раз в жизни, когда вижу такое, а побывать там - уже стану частью мировой истории. Пускай об этом никто и не узнает.

-Когда примешь электроклятву, не сможешь рассказать кому-либо до конца жизни.

Килия медленно кивнула.

-Следующий, кто наш боец?

-В борщец. – Хихикнул старческий голос.

-Кто сказал? – Ровальд оглянулся.

-И сниться нам не рокот космодрома, а зелёная, зелёная, страна. – На распев протянул кто-то. – Внизу она, мать твою, была.

Ровальд опустил взгляд и увидел седого гнома. Тот еле доставал до пупка. Широкий, жилистый, мощный. Мускулы столь мощные, что с легкостью поднимет любого из присутствующих. Седьмое поколение колонизировавших планету с высокой гравитацией. Единственной освоенной в своём роде. И размеры её поистине ужасающие. Больше Юпитера. Ископаемым нет конца. Сплошные карьерные разработки и кратеры. Но даже так, изъедаемая людьми словно червями, планета обрела свою культуру и меньше не становилась.

-О… - Только и смог выдавить Ровальд. – Неужели?..

Гному это «о» не понравилось, он хотел ляпнуть что-то дерзкое, но, взглянув, на Орин, успокоился. Видимо, их что-то связывало.

-Техник. С планеты Уроборос. Зилс Тол Лидорн. К вашим услугам, господа и, наверно, дамы. – Ещё раз посмотрел из подлобья на Орин, резко глянул на Килию, и остановился на Ровальде.

-Это с той, на которой притяжение вчетверо выше обычного? – Спросила Килия.

Гном чуть улыбнулся:

-Моя всмятина.

-Техник? – Ровальд озадаченно посмотрел на Орин.

-Использует экзоскелеты высокой резистентности. Работает, обычно, в высоких температурах. Проще говоря, в условиях лавы, близкого нахождения к ядру планет. На подряде у корпоратов. В углу один из его рабочих образцов.

Ровальд увидел мощный литой корпус. Если не вдаваться в детали, то может показаться, что это старинный музейный экспонат, робот, что ожил с детских рисунков. Простой, с одним большим окуляром-фотокамерой вместо лица.

-Силовой доспех собственной сборки. – Продолжила Орин. – Сделал для себя. После него, правда, действительно остаётся один борщец… Вместо артефактов. – Орин посмотрела на гнома с укором. – Благодаря репутации неряшивлости и комедианта, с ним работают тоже, такие себя личности.

-Вроде нас. – Подвёл итог Ровальд.

-Вроде нас. – Кивнула Орин, подразумевая прежде всего себя.

-А ты сам кто? Сомнительный. – Гномоподобный человек начал атаковать Ровальда вопросами. - Такой весь из себя, жвалы неразвиты! Волос мало. Морда нахальная. Слухи... Срал я на слухи! – Отмахнулся гном. - Меня волнует только, что вижу. За что тебя уважать? – Встрепенулся гном. В его глаза бушевала ярость. Ярость Уробороса. Свойственное состояние психики всех рождённых там.

Ровальд молча достал машинку для клятв и протянул гному. Жест, что говорил громче любых споров.

Повисла мёртвая выжидательная тишина. Гном недовольно буркнул:

-Пошёл я в жопу, да?

-Хочешь знать за что меня уважать? Плати.

Гном от нахальства широко раскрыл глаза.

-Вызов принят.

Толл с силой нажал на клятвенную выемку, чуть не раздавив устройство. Ровальд удовлетворённо кивнул, про себя отмечая, что больше с такими типами работать не будет. Все электроклятвы испортят.

Гном протянул широкую, как лопата, ладонь.

-Будем знакомы. – Он по-дружески подмигнул.