Мы, к приятному удивлению нашли склад армейского оружия. Оно было до того знакомое, и до того чужое одновременно, что мы оба потеряли дар речи. Вот вроде автоматы, но матово-белого цвета. С режимом какого-то усиления? Может быть и нет. Здесь же нашел энерго-ружье, которое могло накапливать заряд. Но стрелять я не решился. Взял себе автомат, ружье (оно было последним), и пистолет. Одев новый комбез, который, очевидно, предназначался для большего, чем для просто разгуливания - для скафандра, например, я ознакомился с системой полного жизнеобеспечения. А затем, споткнувшись и разбив губу, автозаживления ран. Мужской голос появился прямо под правым ухом:

-Аптечка. Обезболивающее. - Это всё, что он сказал. Боль тут же прошла, но к тому моменту как закончился день, всё зажило как на собаке.

Наверняка некоторая пуленепробиваемость была тоже. В общем, мы принарядились древними бронежилетами. Так же нашли белый портфель, и набрали обойм для автоматов (для ружья патронов не нашлось). Оставалось только как следует выспаться.

На следующее утро (ночь провели на голом полу, но костюмы были такие теплые, что даже не заметили) я хотел было подняться обратно на поверхность и продолжить наш полет к спасению, но Томас меня остановил:

-Ты понимаешь для чего наш корабль сначала притянуло сюда?

Вот к чему он это сказал? Звучало как обвинение.

-Ну, когда всё это работало как надо, - ответил я, - наверно, чтобы войти с нами в прямой контакт. Чтоб наверняка. Не смотря на любые наши действия, которые могут быть и агрессивными. Что-то в этом роде.

-Да, так и должно было бы быть. Но я хотел сказать другое. Нас хотели обучить здесь их письменности, и чему-то еще. Но гибернаторы обучения съедены временем.

-Что?.. - Удивился я. Гибернаторы?

-Не важно. В общем, нас собирались адаптировать к жизни по ту сторону. Точнее, тут целых семь шагов адаптации. Семь планет. Эта вот первая. Письменность, и спокойное переживание всех ярких эмоциональных состояний, которые могут привести к внезапной агрессии, или другим необдуманным действиям. Всё здесь построено так, чтобы народ толпами приводить сюда, толпами обучать, и толпами телепортировать домой.

-Брат, ты меня пугаешь. Что за дом, что за портал? Это ты на компе прочел? Или очередное тайное озарение?

-Не издевайся.

-Ну, ты сам начал этот разговор. Я не понимаю чего ты хочешь им добиться. Звучит как предъява конкретно мне. Да я и не против поддержать твою предъяву. Иногда надо разряжаться. Но сейчас не тот случай.

-Ты мне не веришь?

-Слушай, Том, перестань. Я не умею как ты улавливать лептоны неведомого задним мозгом. Верю, не верю, это не важно. Пошли уже. Мы готовы надрать задницу любой твари. И я уверен, ни одна тварь не захочет оказаться под моим прицелом. Вот во что я верю.

-Ладно, скажу проще. В этой планетной системе есть звездные врата. Они уже настроенные. Ведут в параллельный мир более высоких энергий. Болезни, ушибы, всё заживает за мгновения. Но даже если бы врата были повреждены, на одной из семи планет, а тут много обучающих центров, в которых всё это объясняется, как устроено, как построить заново и так далее. Ты понимаешь что нам это дает?

-Власть, деньги. Оно мне не надо, дружище. Я хочу увидеть друзей. Стать папочкой одного, двух, трех нильчиков, как получится, и спокойно дожить свой век, потихоньку изучая мир. На то что ты сказал у меня точно мозгов не хватит. Ты слишком хорошего обо мне мнения. Мы же с тобой неучи. Какие высокие энергии, какие параллельные миры? Очнись. Мы здесь два туземца. Не в одном смысле так в другом. А уж по сравнению с теми, кто строил это, мы не просто туземцы. Мы индейцы, которым дадут пинка под зад при первой же возможности. Всё, хватит. - Я кивнул в сторону выхода. - Идем. Ты задолбал.

Но Томас не унимался.

-Это особые центры, они прямо в мозг загружают информацию, и участвуют в правильном формировании нейронов. Что-то такое. Там даже вторым Эйнштейном стать можно.

-Про Эйнштейна мы давно всё поняли. Простой еврей, который много умничал, и его продвинули вперед лишь потому, что он один из немногих евреев, кто умничал неплохо. У нас любой Васька русский при малейшей эрудиции так может, а если дать стакан водки, там второе дыхание открывается. Рождаются Стивены Хокинги.

-Да брось, ты понял что я имею в виду.

-Мы просто пытаемся свалить отсюда, чтобы выжить. Остальное не важно. Я задерживаться не собираюсь. Хочешь быть своим умником со знаниями всея всего, будь, я сваливаю.

-Энро, блин, я уверен, здесь что-то важное.

-Что может быть важнее спасение задницы, на которой появились мозоли? Нас друзья заждались. Сколько мы тут, год, два? Я потерял счет времени, пойми. Хватит, нам этих приключений до конца эпохи. Наш мозг еще изучать правнуки будут. Ох как они охренеют. В отличие от тебя, я хотя бы хочу, чтобы у меня были эти внуки.

На лице Томаса дернулся мускул. Видимо, я задел больную тему.

-Брось, я серьезно. Мы должны хотя бы попробовать. Даже если сюда больше не вернемся. Это очень важно. Это архиважно. Это наше спасение!!

-Если серьезно, то меня устраивает мой дом в гильдии, никуда я валить не собираюсь. Наша родная цивилизация, это всё что у меня есть. Всё, что есть у тебя.

Но судя по взгляду Томаса, это больше не так. Его понятия дома разделились. И наша гильдия отныне этим домом не была.

-...Это всё что мы знаем. Очнись от сказочного забытия. Том. Чтобы там тебе не транслировали в мозг, или куда-там тебе транслируют, нет у нас другого места. У нас есть то, что есть. Мы любим только то, что знаем.

А вот с этим, кажется, он согласен.

-...Нет у нас другого дома. Даже если раньше у человечества он был, что нам там делать? Там всё чужое. Нет там нашей родины.

-Но ты даже не попытался понять!

-То-то ты понял?

-Я да. Со мной... Связались. Мне объяснили, и показали. Я почувствовал. Я видел. Эт о как-то связано с моей ДНК. Почему-то, я из особенного рода. Не важно. Там ощущения ярче, а здесь мы как бы, проживаем лишь малую-малую часть того, что можем почувствовать на самом деле. Именно поэтому наш мозг работает всего на 2-5% от своих возможностей. Это не наш мир, мы тут чувствуем лишь сотой долей того, что можем чувствовать, и наш мозг работает худе, наше тело. Там такой же мир как и здесь, никакой разницы, только в сто раз приятнее! Нам там дадут земли, планеты. Мы отстроим всё что хотим, всё что нам дорого. Мы ничего не потеряем, а только приобретем. Нас там очень ждут.

Я отмахнулся от этих бредней. Он точно сошел с ума. Я не собираюсь с этим спорить. Я пошел дальше, но он меня остановил.

-Том, ну что ты прицепился? Мы как леминги путешествуем у самой опасности, норовя быть съеденными, раздавленными, изрезанными, и переваренными. Чего тебе еще надо? Давай вернемся и потом всё обговорим.

-Нет, там будет другое. У нас есть дела тут. Мы хотя бы должны пройти обучение.

-Томас, я тебе сейчас в рожу дам. Ты правда задолбал.

Но он и бровью не повел.

-Мы должны знать. Кроме нас никто не приведет человечество обратно домой. Никто. Мы совершенно одни. Один идиот, и второй. Понимаешь? Если не хочешь осуществить переход, то хотя бы пройди обучение. Ну чего оно тебе стоит? Может оно и не работает вовсе.

-Нет, в бошку себе лезть я не позволю. Давай разграничим. Ты должен узнать, то что там хочешь, а у меня сил нет. Если надо, я тебя подожду пару дней, или сколько там. Нас уже так давно не было, что вообще не важно. Но здесь нужна специальная тайная экспедиция, собраться с ребятами, с кораблями. Прибыть сюда уже подготовленными. Вот ты сейчас полезешь там куда-то, тебе мозги спалят, и что я скажу нашим? Потуплю взгляд и как рыба буду рот открывать, не зная что сказать?

Томас насупился и замолчал. Он хотел что-то сказать, но не мог донести это до меня, и был обижен. Какие тут обиды? Что за детский сад? Или это злость? Давно не видел Томаса злобным, наверно даже никогда. Я улыбнулся, по-дружески хлопнул его по плечу.

-Брось, пошли. Нас ждем дорога домой. Потом разберемся.

-Где наш дом?

Я остановился.

-Ну всё, я тебя предупреждал. - Я замахнулся и ударил его кулаком в скулу, но рука наткнулась на стену, а Томас слишь слегка отклонил голову в сторону. Что за?..

-Нет, Энро. Ты просто не знаешь что такое настоящий дом, поэтому и считаешь домом гильдию, или корабль. Но наш дом не это, наш дом там. - И он указал пальцем в небо. Мы оба поняли что это значит. Он имел в виду этот сраный параллельный мир.

-Том. Даже если я не понимаю всю значимость того, что ты говоришь, мне всё равно. Хочу увидеть Андрея, Надю, извиниться перед ними, затем Гроха, и сделать вид что ничего не было, затем всех и каждого на станции, кто нас любит и не очень, но всегда готов стать спиной к спине.

Томас задумался, а затем потупил взгляд.

-Ты прав, Энро. Если домой, то только всем вместе.

Но, разумеется, он имел в виду не нашу гильдию. Правда, какие тогда планы у него были? Сбежать вдвоем? Или только меня запихнуть? Или я его неправильно понял? Да вообще насрать. У меня есть шанс выжить в пустыне и я им воспользуюсь.

-Вот это другой разговор. - Улыбнулся я. - Всё, не пугай своими озарениями.

И мы пошли.

Добравшись до нашего полудохлого, в сотнях заплаток дельта-плана-самолёта, мы запустили двигатель. Бородатые, едва мытые. В трусах снятых с манекенов магазина, который разрушен до снования. Мы взлетели, и двигатель впервые начал барахлить, напоминая о том, что ничто не вечно. Появилась опасность утонуть.

-Топлива точно хватит? - Озадаченно спросил я.

-Не бойся. Это только на взлете, сейчас выровняемся нормально будет, и даже потом еще немного полетаем.

-Если будет надо. - Я поднял указательный палец.

-Если будет надо. - Согласился Том. Кажется, он принял для себя важное решение.

В общем, мы с трудом долетели до того места с желтой точкой. Ветер то и дело пытался нас сбить, топливо из-за крена плохо попадало в коллектор, и мы чуть не поседели. Зато нас так высоко надуло ветром, что мы заняли поднялись аж до самой верхушки небоскреба. Подключили освящение к аккумуляторам, чтобы от пауков, если есть. Теперь мы в безопасности как от насекомых, так и от всех прочих обитателей внизу. Какими бы они не были.

Я взял бинокль и начал высматривать нашу цель. Судя по данным, объект прямо возле нас. Всего в пятидесяти метрах. И я быстро нашел его. Обвитый корнями, наполовину покрытый толстым мхом, аж позеленевший, и накрененный... Не очень сильно, но заметно. Но проблема не в этом. Наше спасение находилось возле огромного кратера. На самом краю. Даже не кратера, какой-то норы. Опустив взгляд я разглядел кучу огромной паутины. Столь большой, что я даже издалека видел эти белые с замершими капельками чей-то слюны тросы. Может и не слюна, а жидкая часть паутины?

-Том, я знать не хочу кто хозяин.

-О чем ты? Дай гляну. - Я передал бинокль. - Йопт твою мать. Ну, может, за тысячи лет тварь, что вырыла, и поисдохла.

-Поисдохла? То есть у тебя нет уверенности?

-Никакой. Но логически, что твари таких размеров тут делать? Жрать нечего, таких размеров пищи точно нет. Чем оно будет кормиться? Если раньше что-то здесь и обитало, то теперь этого нет.

Пробегавшее мимо стадо оленей приковало наше внимание. Оно стремилось прямо туда.

-Смотри. - Сказал я ему.

И мы смотрели. Пробегая мимо норы, стадо резко уменьшилось в размерах. Буквально в считанные секунды чудовищных размеров паук, величиной немногим меньше корабля, вылетел стрелой, хапнуло пятерых оленей жвалами, и мгновенно скрылся в своих белых зарослях. Наши брови одновременно налезли на лоб. Глаза квадратные.

Первый паук живущий днем. Размеров таких, что наши пукалки вряд ли что сделают. Мы синхронно вздохнули и посмотрели друг на друга. Обоим это не нравилось, и оба понимали, что будет дальше.

-Ну, работать корабль, я уверен, точно работает. Там лишь некоторые проблемы...

-Видел я эти проблемы. И ты видел. И лучшеб мы их не видели. - Я тряхнул от негодования бородой, и почесал щеку. - Ох, мать его. А ведь полезем.

-Как пить дать полезем. - Ему тоже не нравилась эта идея.

-Как дебилы, полезем.

Учитывая, что наш опыт проживания на этой планете дал о себе знать, а мы вооружены до зубов, решили проверить белые автоматы в действии. Их мощь наверняка была немалая. То, что они наверняка работают, нам сказал компьютер. Сказал что-то про Колыбель, что оружие оттуда. Всё что из Колыбели — вечное. Чтобы это не было.

Мы не стали дожидаться ночи. Оскалившись, скрипя зубами и сердцем, мы к чудовищу. Но вместо того чтобы подойти вплотную, мы остановились в ближайшем здании, поднялись на крышу, где оно нас сразу не достанет (хотя бы сразу). Всего десятый этаж, а паук-то был до третьего. Ну, или глаза от страха велики. В любом случае, отсюда мы паука теперь прекрасно видели. Вот он, затаившийся охотник, обмотал оленей паутиной, одного сожрал, и смаковал своими жалами.

-Давай. - Скомандовал я.

И мы открыли прицельный огонь по пауку. Снаряды полетели один за другим, как боеголовки, увеличиваясь в размерах, пробили в паутине вихревые воронки. Они в несколько раз увеличились. Шесть раз угодили по пауку, отстрелив его ноги. Он умотал глубоко вниз, жалобно поскуливая щипяще-скрипящими звуками.

Оказывается даже пауки могут выть. Подождав немного, мы убедились через тепловизор в биноклях, что оно ушло далеко вглубь, только затем осторожно пошли к кораблю, готовые как обосраться от страха, так и уничтожить любого. Если бы в этот момент шевельнулась травинка, я бы разнес её на пару метров вглубь.

По приближению к краю норы я смог рассмотреть корабль получше. Он был покрыт столь толстым слоем мха, что в любом случае придется отчищать. Пока мы шли по краю, на глубине внутри норы что-то происходило, но, настолько далеко, что мы едва слышали доносящееся эхо. Поэтому, чувствовали некоторую безопасность.

Расчищая мох, на что ушло добрых пол часа, прежде чем нашли терминал ввода данных, куда Томасу нужно приложить пирамидку и ладонь, я десять раз вздрогнул, боясь, что гнида вернется с нечеловеческой скоростью и сожрет нас как оленей. Хоть отстрелили мы ему две лапы из восьми, хоть нет. Но паук не возвращался.

Томас открыл вход. Короткие двери разъединили свою пасть, и внутренности корабля начали включаться, показывая безопасный путь внутрь. Ни тебе мха, ни паутины. Ничего. Но в этот момент я услышал звуки в норе. Земля задрожала. Я собрал волю в кулак, и вместо того чтобы скрыться на корабле, нагнулся к краю пещеры, поднес бинокль к глазам и от испуга тут же он выронил его. Он повис на лямке, болтаясь.

На нас полз владелец пещеры, её истинный хозяин. Мать паучиха истошно работая адскими жвалами, которые были настолько огромны, что их можно их было рассмотреть в деталях, кадую волосинку, каждую неровность, каждую каплю слизи. На её спине сотни пауков, каждый размеров с того, что уполз вниз. Как я это понял? Этот раненный паук был среди них. На её спине. С оторванными лапками.

-Томас! - Крикнул я.

-Иди сюда, что ты стоишь?!!

Страх сковал ноги. Не думал, что могу испугаться настолько. После всего пережитого. Но я вновь собрал волю в кулак, и направил автомат на бежащую на меня мать всех тварей ползучих. Выпустил всю обойму. Снаряды разрывались один за другим. Земля ходила ходуном, ракета качалась, накренившись еще больше. Я потерял равновесие и чуть не упал в пещеру. Земля под ногами обвалилась. Я ухватился на край входа в корабль, и выглянул вниз. Тварь таки не остановилась, половина её детёнышей исчезли, спина стала обугленной, волоски съежились, но она лишь ускорилась.

Получив чудовищные ранения, которые, тем не менее, не пробили её шкуру, не отстрелили ни одну из ног, я увидел, что лишь проделал небольшие дырочки в этих кривых громадных конечностях, острых как скальпель. Громадных как небольшое здание. Я сунулся внутрь корабля, Дверь закрылась, но дрожь земли не прекратилась. Она росла. Паучиха приближалась с бешеной скоростью.

Но как бы там не было, она оказалась не особо умной. Ведь не стала уничтожать ракету, не стала убивать наше спасение, накренять его, долбиться своими чудовищными когтями-ножками.

Вопреки моим опасением, дрожь земли просто увеличилась, а спустя несколько часов, пока мы лазили по кораблю, изучая его, дрожь земли уползла обратно. Что стало понятно по тем же вибрациям.

Облазив весь корабль нам не удалось его включить. Точнее удалось, но он слишком сильно был зажат корнями, а многие растения проникли в топливную систему, прямо в сопла, и еще глубже. Так что, запуск был равносилен самоубийству. Мы бы взорвались. Или накренились до конца и упали бы в нору, откуда точно бы не смогли выбраться.

К счастью, Томас запомнил координаты и другого корабля. Более того, он ориентировался на этой планете. Правда, у нас было мало топлива. Поэтому, мы нашли один из топливных баков не затронутых растениями. Проверили состав, и решили немного смешать с нашим.

Поглядев через одну-единственную камеру на входе, убедились, что пауков нет. Хотя изображение было мутным из-за налёта. Мать паухчиа побесилась, да ушла куда поспокойнее.

Мы же осторожно выбрались наружу, прошли по краю воронки-норы, и ушли к себе на небоскреб. Но что-то было не так. Каждый раз когда мы поднимались, на нас кидались пауки, чего раньше никогда не было. Может, они какие-то дневные? Но тогда почему не кидались, когда мы спустились? Это ведь тоже по лестнице было.

Осторожно отстреливаясь, мы разрушали здание, поэтому забраться на верх было трудно. На свой страх и риск, под покачивание небоскреба на ветру, мы забрались, и немного заправили наш дельтаплан. Вопрки моим опасениям нам удалось взлететь. Но отныне и с этих самых пор нас, происходило невероятное. Нас преследовали пауки, малые и большие. Стоило нам появиться, а ветру подуть, они улавливали какие-то феромоны, видимо, матери-паучихи, и начинали нас преследовать. Шли по пескам со своей скоростью. Днем и ночью. Мы летели к другому кораблю, а эти гады нас догоняли. Спустя сутки их собралась такая толпа, что можно назвать легионом. С каждым пролетевшим под нами городом, их становилось ещё больше. Легион рос. Гады ждали пока мы сядем, и скорость их передвижения, кажется, росла. Спустя двое суток они уже успевали за тенью. Но нет, как сказал Томас, просто топливо кончается. Поэтому летим медленнее. Нет вариантов, что хватит.

Каждую ночь и каждую посадку мы рассчитывали чтобы повыше, для этого брали скорость посильнее. Прятались в самые облака, путая пуков. Топливо кончалось. Ночью гады как-то находили нас, поднимались на место нашего ночлега, как бы мы высоко мы не располагались. Спасало только то, что мы вовремя просыпались, ибо пауки уже начинали ползти по зданию, и орава эта была столь бесчисленно, что кажется, мы собрали их со всей планеты, и ни в одном городе больше нет ни одного членистоногого. Армия с жующими жвалами, кривыми острыми ножками, и яростью, которой не должно быть у беспозвоночных. Паучиха точно пометила нас какими-то феромонами.

Мы с трудом добрались до следующего корабля. Топлива едва хватило. Под конец наш планер то и дело проваливался в воздушные ямы. Но мы справились. Очередная белая площадка, покрытая грязью и камнями. Посреди разрушенного до руин города, где все небоскребы лежали на боку.

Бегом нашли вход. Он был завален грязью, крыши нет. Пришлось откапывать, и мы остервенело, царапая руки, откапывали дорогу к спасению. С трудом активировав двери, которые так и не смогли открыться до конца, лишь небольшая щелочка, в которую мы пролезли, мы провалились внутрь, и еще долго кувыркаясь по ступенькам, катились, пока не удалось остановиться. Гермодвери закрылись у самого носа паучьей оравы.

-Если и этот не работает, нам хана. - Тяжело дыша сказал я. Вся голова в шишках, Томас немногим лучше.

Корабль был точно таким же, как и тот, что на краю норы. Оказывается, все они располагались в таких шахтах, а там, где был желтый — его подняла, видимо, паучиха, выкапывая своё логово.

Томас знал куда жать, и что делать. Он единолично активировал корабль, проверил все системы, и оказался удовлетворенным, о чем сообщил мне. Эта белая пирамидка была его бессмертным ключом. Изредка требовалось приложить ладонь. Я был лишь сторонним наблюдателем.

Шахта начала открываться. Твари посыпались на корпус корабля как булыжники. Били по нему цокая лапками, прижимались жвалами, отстукивая аки киркой, старались прокусить, были попытки обвить паутиной. Но всё тщетно. В этом мертвом мире разрушено всё, не работало всё. Кроме космической техники, оружия, и некоторых компьтеризированных систем. И к счастью, наш корабль был чем-то из таких. По крайней мере, я в это верил.