Вопреки прогнозам, к своему (моему) неверию, мы смогли выбраться, преодолеть атмосферу, и я уже было обрадовался, что летим домой, но корабль повело не туда, куда я рассчитывал. Вместо этого Томас направил его на ближайший спутник этой же мертвой планеты. Пустая огромная конструкция, наполовину покрытая серой пылью, а внутри, с другой стороны, большая полость, где много чего работает по принципу маятника. Последнее я не видел, а помнил.

На этом спутнике оказалась площадка, и мы приземлились на нее, пока я охреневал от всего. Томас не хочет лететь домой. И он единственный кто может управлять этой посудиной. Я в западне. Ну, может, это ненадолго.

Все наши вещи остались там, на планете, в едва долетевшем планере. Но они и не требовались. На корабле, что работал, оказалось всё что нужно. Томас знал где это, и сам принес мне скафандр, которые оказался небольшим обвесом-дополнением к моему комбезу. Всего лишь накладка на спину, которая при касании, тут же обхватывала всё тело. Металлическая, из составных разделенных частей, но очень легкая. Из неё так же выехал шлем, который внешне кажется совсем непроглядным. Но внутри в нем было видно всё. Это небольшое дополнение позволяло находиться в космосе столь долго, что даже невероятно. Томас подошел ко мне, с уже надетым своим скафандром. Начал набирать какой-то код из рунических кнопок на моей груди, которые ничем не выделялись. Лишь немного подсвечивались когда подносил палец. Если не знать что они есть, никогда их не увидишь.

-Том, мы же договорились. Зачем мы здесь?

-Надо, Энро. Я свои дела сделаю и мы полетим дальше.

-Ладно. Надеюсь, недолго.

-Недолго. - Успокоил он меня.

Лунная база за серыми гермодверями, за барокамерой, где нас заново обдало чистым воздухом, оказалась кладезью. Место, в котором всё цело и работало все. Любая древняя техника древних людей. Даже какой-то ИИ, который руководит всей этой планетарной системой, которую он так же называл Протерра-мид. И, собственно, которая вышла из строя из-за одного дополнительного нежелательного элемента, от которого жутко нахмурился Томас, и который был пофигу мне.

В любом случае, мы с Томасом окрестили древних людей — протерамидами. Неведомых создателей, этих людей, что вылезли, как сказал древний ИИ, из единого гнезда, арийской обители, Эдема. Рай, он существовал, по словам древнего компьютера, и это наш настоящий родной дом. В общем, слова Томаса прозвучали из другого источника. Хотел бы я не придавать этому значения. Но разве в таких условиях, где у космоса есть грань, а оказавшись за гранью, встретил это... Разве в таких условиях можно не поверить? И я поверил.

Да, мы люди, оказывается, не так просты как кажется. Мы не потомки обезьян, а люди, что поддерживают эволюцию, скажем так, очень необычны по арийским меркам. Ведь когда мы рассказали эту теорию ИИ (ну, я так называл этот системно-планетрный компьютер, может он и не ИИ), он назвал людей, что верят этому, слабоумными трусами, игнорирующими факты, чтобы жилось попроще. Он не удивиться, если эти эволюционисты, так и оправдывают свою веру в эту ересь, мол. Те кто верит в Бога, в Рай, и прочее, просто хотят жить более простой жизнью. Они свой же внутренний мир, свои же внутренние причины натягивают на других. Ума то не хватает на веру своим глазам, значит, ума не хватает и на другое. Так что, такие эволюционисты будут свое дерьмо всегда натягивать на более здоровых, при этом, с умным видом, что они какие-то правильные.

Хотя до недавнего мы с Томасом были эволюционистами, доля истины в его словах резанула душу. Потому что во многом мы самозабвенно считали себя кем-то возвышенным над обычным человеком. Такая тупенькая гордыня в нас была. Наверно, как и у создателя этой теории эволюции. С кем поведешься от того и наберешься. ИИ, не прямолинейно, но ясно дал понять. Что верующие в эволюцию, это те же верующие. Ибо бездоказательно верят чужому слову, которое сами проверить, наверняка, даже и не попытаются. Ну, да, так и было. Теперь, когда я послушал ИИ, в его словах чувствовался смысл, а в моем прошлом мышлении жуткий изъян. Но верить в Бога, в верховного создателя вот так, с неба? Просто потому что кто-то невероятный сказал? Да это тоже как-то не просто. Но окружающие условия давили. Томас поверил еще задолго до встречи с этим древним компом на луне, а я вот только начал проникаться. Скептически и со скрипом.

Древний компьютер рассказал мне энергетическое устройство человека и жизни, и что крест — в определенной своей пропорции, знак довольно сложный. Он изображает тайное течение высших энергий души, которые и дают силы двигаться телу, жизни рождаться, и так далее.

Он рассказал о многом, что вызвало не только муражки, но и полный сумбур в голове. Он поведал о религии. О Боге, о прошлом ариев, как они сбежали по своей глупости из родного дома, одураченные теми, кого захватили самым хитрым и изощренным образом. Это была длинная и тяжелая историю, которую я предпочел бы никогда не помнить.

Ибо теперь смотреть на мир обычными глазами я не мог. Больше не мог. Это какая-то пытка. С одной стороны невидимый камень с души упал, и я вздохнул полной грудью, с другой стороны всё, что я любил, как-то отдалилось от меня. Эти знания стали какой-то стеной. Эмоциональной стеной. Стеной, на которую я почему-то не мог повлиять. Словно я встал на пару ступеней выше, а люди так и остались там внизу. Они меня никогда не поймут. Я никогда не смогу доказать или объяснить всё, что увидел и услышал. Это путешествие стало двойным проклятием, а Томас, кажется, добился желаемого эффекта. Может это было и правильно, дружище, но как же подло ты поступил. Сам чувствуя разобщенность, решил и меня сделать таким же? Ублюдок, но я уже никогда не могу деться. Чистые знания, к сожалению, обязывают. И прежде всего, держать язык за зубами.

Компьютер не только рассказывал, но и показывал всё графически. Великий Исход кораблей, создание Колыбелей, звездной брони, каких-то бессмертных войск, война между собой, остатки этой войны — стражи. Он показывал, а я почувствовал себя ребенком в первом классе. Впитывал.

Голова тяжелела. В какой-то момент я уснул я увидел красочный сон, будто бы став участником тех действий в том параллельном мире, который аки наша родина.

Мои чувства обострены сильнее, чем в реальности. Эмоции ярче, чем в реальности. Мысли четче и упорядоченнее. Я не просто сплю, я как-то действительно почувствовал этот мир. Когда проснулся, понял, что этот сон стал моей самой большой проблемой до конца жизни. Если знания, которые не могу передать, еще можно как-то откинуть в сторону. Друзья есть друзья, общение-то протекает не знаниями, а эмоционально. То испытав более яркие эмоции, действительно оказавшись по ту сторону мира каким-то чудом, я уже не мог это забыть. Мир поблек для меня. Отныне всё стало наоборот. Реальность — стала ощущаться как сон, а память о том сне, единственной реальностью. И желание вернуться туда, в эти более яркие ощущения, стали моей манией. Я захотел тут же включить портал и свалить к едреней фене. Не смотря ни на что. Ибо делать тут действительно нечего, по сравнению с тем, что можно испытывать там. Очень похоже на наркоманью ломку, если верить медицинскому учебнику. С той лишь разницей, что это была лишь грусть, и желание, а не ломка. Это можно было легко игнорировать. Забыть — никогда, игнорировать - да.

Когда я проснулся в какой-то капсуле, где меня вылечили от каких-то болезней, которые я подхватил на планете и не знал об их существовании. Какого-то грибка на ногах, о котором я не знал. И еще мелочей, которые не обременяли мою жизнь. То увидел, что Томаса нет. Я начал искать его, бродя по белой станции, где меня тут же повели стрелочками (под ногами) в столовую, умываться и завтракать. И завтрак, вопреки ожиданиям, пах нормально, приятно, даже вкусно.

-Преобразователь живых материй для пищевых нужд. ПЖМПН. Снят с Колыбели.

Я уже знал, что такое Колыбель. Я знал всё. Поэтому лишь кивнул, и порадовался. Что спустя сотни тысяч лет, как был создан этот преобразователь, я могу насладиться пищей, которую потребляли наши предки. И по вкусу она мне сильно напоминала тот сон. Слишком сильно. Посещала даже мысль чтобы навеки остаться в этой сломанной системе, наладить её.

Компьютер же. Древний, и как он сам представился, центральный, снятый с Колыбели, имеющий свой центр на 4ой планете, внутри. Имеющий ретрансляторы на всех планетах, и главным образом, через такие планетоподобные спутники. Луны. Он присутствовал так же и на орбите солнца. Но один объект помешал нормальной работе. Регулировка искусственной солнечной системы была нарушена, а звезда стала бесконтрольно расти. Даже сейчас, по сей день, элементы контроля — летают по орбите солнца с бешеной скоростью. К сожалению, наладить их работу не представляется возможным.

-Почему? - Спросил я.

-Потому что там помехи.

-Что за помехи?

-Чужого небесного тела.

-Не надо загадок, говори как есть.

-Черное ядро.

И я вздрогнул. Толком не зная что это, я покрылся холодным потом. Я не знал что это, но мое тело, моя кровь — знали прекрасно. Они давали реакцию. Реакцию, игнорировать которую я не мог.

-Расскажи. - Потребовал я.

И он рассказал о дельта-генах. Роботах, что созданы сгнившими ариями, которых взяли под контроль.

Поэтому и в определенной мере дельта-гены совершенны. Это боевые скафандры, что содержат в себе настоящих иронов, или их программы. Заодно, по счастливой случайности, их вечная тюрьмы. Они питаются энергией людей. Энергией реализации их души через тело. Этой вот промежуточной энергией, до которой Земная цивилизация дойдет очень не скоро.

Пока эта энергия есть, дельта-гены могут её улавливать и множить. Очень сильно множить, а затем двигаться. Пока не убьют всех до единого. Они ненавидят ариев. Арии почему-то их кровные враги. Так считают ироны, этот искусственный квантовый черный разум. Этот живой радиосигнал, бесконечно голодный, злобный, и расчетливый.

Черное ядро попало сюда задолго после того, как протерамиды покинули свою систему. Воспользовавшись порталом, который может как работать, так и не работать. Он находится возле черного ядра, которое притаилось, и ждет, когда он включится, чтобы воспользоваться. Но пока ЦК существует, этому не бывать.

-Нет, давай по порядку. Ушли ведь не все протерамиды? Мы видели множество скелетов там, внизу.

Компьютер помолчал, и добавил.

-Да, действительно, были те, кто не пожелал уходить, а решил наоборот остаться, чтобы следить за работоспособностью всей системы, а заодно, встречать гостей. Они были в анабиозе, и просыпались каждые несколько тысяч лет ради диагностики. Но когда прибыло черное ядро, всему настал конец. Все оставшиеся протерамиды выслежены, и уничтожены. Войска дельта-генов присутствуют везде, где есть человек.

-Но как их фабрика-база проникла сюда?

Как я понял, черное ядро было своеобразной мануфактурой по координации действий, и по воспроизводству дельта-генов, а так же обслуживающих их технический бессмертный персонал.

-Так как они созданы гениальным арийским умом, то имели на борту спящих ариев, которые и стали их ключом. Подключившись к их мозгу они общаются с ними через сны, и до сих пор отдают указания.

-То есть настоящие первобытные живые арии есть до сих пор, и они находятся вот здесь? В этом черном ядре?

-Да. Так должно быть. Но они не те арии. Это предатели, навеки испортившие душу. Рабы иронов.

-Или их сподвижники?

-Никто не знает чем они ведомы. Нарушив все мыслимые и немыслимые законы морали. Называй как хочешь. Для нас, ариев, их потомков, и квантовиков, это всё непонятно. Ибо не существует ни одной причины, чтобы сотворить то, что сотворили они. Черное ядро — изделие их черной кузни. Черных кузнецов, ковавших орудия убийства ариев из материи черных дыр. Сжатой, невероятно плотной, и тяжелой. Поэтому устройство дельта-генов очень непростое. Это не просто роботы. Они невероятно тяжелые, и уничтожить их в определенном смысле невозможно. Лишь обесточить, лишив ирона контакта со скафандром, или уничтожить с помощью стража.

-Стража?

-Скоро ты его увидишь.

И я увидел. Когда пришел Томас, он был обличен в невероятную черную вороновую броню. Первый страж, главенствующий над всеми остальными. Ему подчиняются ЦК всех Колыбелей, как первой, так и последующих, прибывающих после. Всё это рассказывал компьютер пока я смотрел на это чудо техники. Лепестки его раздвинулись, и оттуда вылез довольный Томас. Оказывается, он летал за ним. Не только за ним, но и за бессмертным кораблем-помощником, что никогда не предаст. Эсхельмад. Как выяснилось позже, спустя часы изучения, вопросов, и взаимной радости от находки, на которой мы точно покинем это место без всяких проблем, Томас собирался уничтожить черное ядро. Единолично.

-Ты что??? - Опешил я, хлопая глазами. - Что ты сказал?

-Я уберу падаль.

-ЦК сказал, что его невозможно уничтожить. Оно всё соткано из черной материи, из черных дыр.

-Ты невнимательно слушал. Только страж и эсхельмад могут очистить от этой заразы. Последние боевые единицы от древней междоусобной арийской войны, что была до исхода в кристаллизованный мир.

-Дружище. Мы зарвались. Хотя я теперь разделяю твои взгляды. Но так рисковать не позволю. Оно еще оживет, и уничтожит эти невероятные остатки наших предков. Уничтожит и портал, и спутники. Кто его знает, во что обернется твоя вылазка на самом деле для нас всех, и уж для наших сородичей. Если эта падаль вылетит отсюда и пойдет стрекотать по колониям, что от нас останется?

-А, так ты знаешь?

Я закатил глаза, и упер руки в бока. Ну что я ещё могу не знать после всего? И он мне показал. Мы сели в Эсхельмад, и он меня отвел на спутник 7ой планеты. Луна полностью со всех сторон покрытая серой пылью. Столь же одинокая база на поверхности. Символ руки с молнией всюду, где только можно. Теперь он уже не скрывался. Арийский символ.

-Не волнуйся, отныне я бессмертен.

И я знал, что он прав. Но не знал, что с этими словами, когда я войду в станцию, он покинет меня. Эсхельмад улетел, оставив меня наедине с тем, что так хотел показать Томас. Я кричал этому полудурку, и разумеется, единственный человек, что делил со мной хлеб и соль, все тяготы и невзгоды, полетел. Возомнил себя героем. Вот же долбоящер. Я бессильно ударил кулаком по стене станции, а ЦК заговорил со мной:

-Вам открыт доступ к карте времени.

-Что за карта времени? - Спроси я тихим голосом, понимая, что Томаса могу больше не увидеть. Единственный друг, напарник, и товарищ, и на тебе. После всего. Так вот что чувствовал Андрей с Надей? Как же мерзко на душе. От этого понимания стало только ещё хуже. Я стиснул зубы. Как же подло мы поступили оставив их там.

К сожалению, именно здесь и началось то, что лучше бы я никогда не знал. Ведь именно отсюда, с этой карты времени, мне открылись все дороги. Всего кристаллизованного мира. Нашей галактики.

Это был плоский круглый стол над которым поднялась голограмма. Карта времени — это карта галактики, со всеми застрявшими Колыбелями, успешными и не очень посевами. Захваченными иронами цивилизациями. Всё. От и до. Вся галактика с живущими на ней нашими сородичами. Не сразу поняв что я видел, я так же понял, что могу приближать и отдалять карту щипками пальцев по голограмме. Что я и сделал. Каждая цивилизация имела номер. Вот наша. Захвачена на 70% иронами 5го и 39го посева. Что???

В самой заднице, на другом краю галактики 40ые. Захвачены иронами, с тем же номером, что из посев, 40й. И так далее.

3ья Колыбель — в жуткой астероидной аномалии. Мертва. Но есть спящий квантовик, и множество других уцелевших вещей. Я смотерл эти цветные точки с цифрами на моем языке, которые ЦК воспроизвел исходя из моей памяти, которую счет, видимо, пока я лежал в капсуле. Я просто охреневал. Вся галактика. Всё самое дорогое и ценное для археологии, было передо мной. Карта сокровищ. На мгновение я забыл, что Томас улетел воевать с древним врагом, ни разу не умею обращаться со стражем. Или умел? Я спросил ЦК, и он ответил, что действительно, центр по обучению пилотов стражей имеется. Хотя его состояние желает лучшего, он кое-что еще может.

Всё понятно. Томас полетел не на головой уверенности. Он опять знал то, чего не знал я. И невольно, я спросил про лидерскую кровь Томаса, о которой обмолвился раз. ЦК рассказал. Что в Томасе редкое сочетание 5ой и 39го посева лидеров, причем больше 39го. И есть даже капля на киселе, каким-то чудом затесавшейся 3ьего.

-Что это значит?

-Он особенный.

-А я?

-А ты просто умный, храбрый человек. В тебе нет ни капли лидерской крови.

Я ухмыльнулся. Ну, в общем, я и не сомневался. Чего уж удивляться? Прожил так всю жизнь, стоит хотя бы порадоваться за друга. Ему открыты неведомые двери, которые и оценить может не всякий. А точнее, кроме меня, никто не может это оценить по достоинству.

-Звучит так, будто я никто, и лучше бы меня не было.

-Не говори так, Энро. Ты важная часть арийского наследия. Ты один из двух человек знающий правду. Во всём кристаллизованном мире кроме вас двоих нет никого настолько информированных. Особенно, после того, как ты увидел эту карту.

-Не против, если я перепишу координаты?

ЦК был не против. Он верил мне. Доверял. Был благосклонен, и всячески хотел помочь во всем, чтобы я не попросил.

Добродушный компьютер распечатал красивый бумажный блокнот, благодаря остаткам картриджей со строительными атомами. Распечатал мне привычную ручку. Он во многом теперь опирался на мою собственную память, чтобы сделать мою жизнь удобнее. Томаса не было день, и второй. Я его ждал. И спрашивал ЦК, как у него дела? Тот отвечал, что сигнал от Стража и Эсхельмада стабильный, волноваться не стоит.

Я ждал Томаса и четвертые, и пятые сутки. Я знал что черное ядро — враг, и очень непростая космическая база. Но дни тянулись слишком долго, и от скуки, и любопытства, я всё же воспользовался центром обучения, и стал постигать азы того, чтобы мне было интересно. Арийская планетная инженерия. Межзвездные путешествия. Теория врат и кристаллизованного мира.

Обучение было не трансляцией прямо в мозг, как могло показаться. И всё, ты по щелчку пальцев уже знаешь. Нет, такое бывает только в фильмах. Обучение шло во сне, в альфа-фазе сна. Где время для меня текло в десятки раз медленнее. Уже там, в виртуальном классе, с виртуальными учителями. В самых тепличных условиях. С самыми лучшими учебниками и примерами, уже настроенными на мое скорейшее понимание, я постигал невероятные азы арийской науки. Тех её элементов, что я избрал. Как сказал ЦК: Хороший выбор. Эти знания пригодятся в любом случае. Особенно моей цивилизации.

Он знал всё про каждую цивилизацию, про каждый посев. Про каждую иронью гниль. Каким-то чудом, именно здесь, за рамками отведенного нам космоса, ЦК мог видеть и отслеживать в режиме реального времени всех людей, всех иронов. Все программы.

Мы же, сами того не замечая, пройдя через туннель сюда, сожгли свои программы, которые жили внутри нас. Слабые и простейшие. Но они были стёрты. Об этом я узнал только сейчас. С черным ядром была другая история. Оно было сверхзащищено, сверх-хитро. И обладало всеми немыслимыми противодействиями на систему защиты, потому что опиралось на мышление ариев, что содержались в их теплицах.

Только теперь, на 7ой день, я стал понимать, в насколько невероятную авантюру ввязался Томас. Он спешил, чтобы не беспокоить меня, и поскорее закончить. Он тоже хотел домой. Он обладал невероятной верой в себя.

Я же стал обладателем невероятных знаний о параллельных мирах, терраформации, и некоторых мелочах инженерии, что позволят мне в будущем копаться в страже. Это были тяжелые знания. Обширные. С большим количеством формул, в существование которых обычный человеческий ум не способен поверить, только подготовленный, как мой. Прошедший специальное обучение.

На восьмой день черное ядро не взорвалось. Спутники ЦК вокруг солнца вдруг заработали. Планетная система обрела свой контроль, и всё начало работать как надо. Упорядочилось. Больше никаких бешеных мельканий на невероятной скорости. Само же ядро поплыло медленно к вратам, которые я теперь мог увидеть, благодаря тем же спутникам. ЦК заботливо подвел один из них поближе к действую, дал увеличение, и я наблюдал. Черное ядро попало в портал. Древние врата заработали. Всего две техногенные половинки висящие в воздухе — и были порталом. Ядро разделилось на две половинки. Так, потихоньку резделяясь, оно становилось меньше. Как сказал ЦК, портал настроен на отправку черного ядра в самую мертвую часть космоса, где нет ничего. Полная пустота, Вечность. Незаселенный параллельный мир.

Черное ядро постепенно съелось и последний кусочек был отправлен. Но что-то пошло не так. Теперь же, когда помех не было совсем, ЦК сказал, что сигнал от стража странный. Слишком странный. Не смотря на то, что Томас справился, с ним что-то случилось. Понять что именно не мог даже ЦК, страж и эсхельмад включили блоки. Не отвечали на контакт.

ЦК по целеуказателям отвел меня в какую-то комнату, и открыл стены. Это был арсенал. Он сказал какое оружие брать, какую броню одевать. Что включать и как делать. Эсхельмад по стражем летел сюда, и это ЦК очень не нравилось. Я не разделял его опасений. Впрочем, место было странным. Лучше перестраховаться. Хотя я думал, что это ошибка. Может, эсхельмад захватили? Страж в заложниках?

-Исключено. - Отвечал ЦК. - Эсхельмад и страж без воздействия иронов. У меня есть скан. Хотя они не отвечают. Иронов на борту нет. Там нечто другое.

Я передернул затвор белого автомата, который был несколько более навороченным, чем тот, что был у меня. И патроны к нему полагались совсем другие. Шарики с фиолетовым индикатором. Как сказал ЦК: самые невостребованные патроны. Их запасы, именно поэтому, очень ограниечны. Созданы ариями на черный день.

-Для чего?

-Если пилот стража пойдет против своих.

-Да ну. - Отмахнулся я. На моем лице веселая улыбка. - Ты просто неверно оценил ситуацию.

-Боюсь, дорогой Энро. Корабль что я вызвал к тебе, на котором ты благополучно покинешь систему, и сможешь самостоятельно построить врата для возвращения домой, летит медленннее, чем эсхельмад.

Я только усмехнулся.

Но когда Эсхельмад приземлился я почувствовал. С ним действительно что-то не так. Приземлился слишком резко. Моя интуиция начинает вопить: беги, беги!!!

В жизни такого не испытывал. Это не укладывалось в голове. Я не собирался убегать. От друга, с которым пережил огонь и воду? Такого быть не может.

Черный страж вышел по трапу в космос, прошел к дверям. Его движения странные, и я не мог понять в чем именно. Но его приближение еще больше взбунтовало мою нервную систему, которая теперь, я понял, немного перенастроена на то, чтобы обеспечить мое наилучшее выживание. Как это работает я не знаю. Но ЦК что-то говорил про пробуждение ДНК. Наверно, я через это прошел.

ЦК не хотел впускать Томаса. На любые запросы, попытки контакта он не отвечал. Лишь странные хрип от дыхания раздавался в динамиках, когда ЦК пытался наладить с ним связь. Беспокоясь о единственном человеке, что может спасти человечество, и которым теперь оказался я, по мнению ЦК. Он был озабочен моим выживанием, моей защитой. Закрыл базу бронированным плитами наглухо. База накрылась сверху еще одним бронированным панцирем, упаковавшись и погрузившись внутрь искусственной луны 7ой планеты. Томас остался стоять на поверхности совсем один. Он не двигался. Лишь наклонил голову на бок, как собака.

С камер я видел поведение стража. Вот он стоял перед гермодверями и хрипел. Я хотел ему помочь, но мои же руки и ноги отказывались это делать. Разум хотел его впустить, а душа моя вопила, что этого делать нельзя. Странное ощущение.

-Энро. Мне удалось провести сканирование.

-И?

-Томас мертв.

-Быть такого... - Хотел я сказать. Но он уничтожил черное ядро. В каком-то древнем доспехе.

-Проблема не в том, что он мертв. В страже имеется система сохранения души. Тело можно воссоздать заново, перенести душу. И он снова будет обычным человеком.

Я не находился что сказать и ответить. Но мое молчание ЦК расценил как необходимость продолжить объяснение:

-Проблема в том, что его душа не успела сохраниться правильно. Она сохранилась фрагментарно. Черное ядро опасно не только само по себе. Помехи, что оно вызывает — самого разного рода. Один из видом помех — нарушил это сохранение. Его душа сохранилась кусками, которые были системой доспеха сшиты. И сшиты неправильно.

Моя нижняя губы непроизвольно задрожала. Пальцы сжались в кулак:

-...Что ты хочешь сказать?

-Томас сошел с ума. Эсхельмад тоже получил ряд ошибок, и не может правильно оценить неадекватное состояние своего пилота. Он во всем его слушается.

-То есть?

-Томас жаждет тебя убить. Он постоянно это нашептывает. Ты отнял у него Надю. Отнял у него всю жизнь. Будущую семью. Детей. Его счастье и надежду.

Я вздрогнул. Вспомнил как дернулся мускул на лице Томаса, когда была затронута семейная тема, и я рассказывал о желании заиметь детей. Томас всегда избегал этой темы. Он был спокойным, рассудительным, и мог держаться. Смириться. Принять неудобную реальность. Но всё что сказал ЦК, слишком сильно увязывалось с Томасом. С теми его чувствами, что он всегда держал при себе. Картина душевного устройства Томаса раскрывалсь для меня с новой стороны. Я обомлел. Заодно, принял жуткую реальность. Всё что говорит ЦК про Томаса — правда. В этом можно... Не сомневаться.

-Энро... Энро... Я убью тебя. - Услышал я из динамиков электронный хрип, так похожий на голос Томаса, и между тем, это был не он.

ЦК сказал, что Томаса можно спасти, если насильно восстановить его тело. Но он в неадекватном состоянии. А время на восстановления тела после его потери всего два года. Капсула для подобных операций в порядке, исправна, и готова принять Томаса в любую секунду. Но... Это невозможно. Теперь, когда я слышал хрип. Как Томас взломал систему спутника, и из всех динамиков, на равне с обеспокоенным голосом ЦК, я слушал проклятия в свой адрес. Жуткий хрип. Страх, горечь и непонимание что творится сковали мое сердце. Руки вспотели и похолодели.

-Он идет. - Сказал ЦК. - Он пробивает броню и движется сюда, чтобы убить тебя, Энро. Неизвестно, что он собирается делать. Но это больше не Томас.

-Энро... Убью тебя. Энро... ЭНРО!!!

Элекронный голос издал помехи, и изводящие разум звуки прекратились.

-Мне удалось перекрыть взлом системы. - Сказал ЦК. - Но защитить тебя я не могу. Корабль уже подлетает. Заодно и второй, с десантными андроидами.

-Андроидами?

-Да, последним остатком, который так и не удалось активировать вовремя, потому что был нарушен сигнал.

Я скрипя зубами почувствовал, как вибрации усиливались. Нечто пробивалось сверху сюда ко мне. Я знал кто это. До последнего оставалась надежда, что увидев меня, всё изменится. Мне удастся его успокоить. Пожмем друг другу руки, извинимся. Ну, может немного набьем друг другу рожи. Как это бывает со старыми обидами? Но, удар стража я бы не выдержал. И вряд ли все закончится настолько невинно. Это знали все. Мой друг обезумел. А я просто не хотел в это верить, потому что очень любил его. Как лучшего друга, что когда-либо у меня был. С которым я, спина к спине, плечом к плечу, делил не просто тяготы и невзгоды, я тяжелейшие моральные дилеммы. Месяц за месяцем. Подбадривая друг друга. Один просел морально, второй поддержит. Второй просел, первый тут как тут. Это было тяжело, но мы справлялись. А теперь, вот так? Вот так просто? Взял сошел с ума?

Я глотнул. Нечто пробивалось сюда.

-Десантный корабль на подлете. Две минуты. Направься к запасному выходу. Ты еще успеешь избежать встречи с ним. Садись на любой корабль, и я тебя вывезу отсюда.

Я и обежал, куда указывал ЦК. Стрелочки появлялись перед моими ногами. Я бежал по закругленному коридору. Мои шаги отбивали глухое жестяное эхо. В руках тяжелый автомат.

Задыхаясь, я добрался до лифта, который вел на поверхность к второй посадочной площадке. Лифт приехал, и я почувствовал, как появился сквозняк, который резко усилился. Нечто вломилось на станцию пробив все бронеплиты. Я взвел автомат. Лифт только спускался, а нечто уже бежало мне. Сквозняк дул жуткий. Мой комбез заметил нехватку кислорода, шлем автоматически сформировался вокруг моей головы. Дышать стало легче.

-Энро!!!! Ты забрал у меня всё!!!!

Если бы я знал, что он так сильно любит Надю. Если бы я знал, что он сам хочет семью и детей. То что? Чтобы я? Вот он черный доспех бежит на меня. Я взвел автомат чуть выше, и нажал курок. Фиолетовая энерго волна полная бунтующих фиолтовых молний пролетела мимо Томаса, лишь слегка лизнув его. Что лишь замедлило, но не остановило. Еще выстрел, еще.

Томас остановился. Лепестки стража раздвинулись. Он скривил руки и захохотал тряся всем корпусом, как чудовище-растение. Нечто вывалилось из его внутренней, и я увидел полурасплавленного Томаса. То, что от него осталось. Оно упало на пол. Лепестки захлопнулись, вернув меня в реальность. Страж вновь бежал на меня. Без содержимого...

Я стрелял как озабоченный. Лишь когда оно подбежало в упор, протянуло раскрытую ладонь, а я почувствовал, как за мой шлем и грудь комбеза ухватилась какая-то сила, которая начала тянуть к себе, выпустил еще один выстрел, который вышвырнул Томаса так далеко, что он улетел туда, откуда прибежал, скрывшись с поля зрения. Патронов в автомате больше нет. Запасных обойм нет. Лифт приехал. В нем были дроиды. Вооруженные такими же автоматами. Белыми, с фиолетовым индикатором. Они расступились. Двое остались со мной, остальные шестеро, выставив перед собойавтоматы пошли вслед за Томасом.

-Ты убьешь его? - Спросил я ЦК, когда двери лифта закрылись.

-Его убить невозможно. Лишь задержать.

-Что?

-Беги, Энро. Кроме тебя нет никого. Ты последний человек, обладающий знаниями. Ты последний, кто может...

Речь ЦК прервалась. Что-то взорвалось на спутнике. Лифт покачнулся, но продолжил ехать. Мы оказались наверху.

Я увидел два корабля. Один такой же, на котором мы улетели с планеты. Нырнул в него. На корабле был установлен автопилот, но это не важно. Я уже умел читать, и управлять им. Я умел всё, что нужно. НО ЦК установил автопилот с координатами, так что, мне оставалось лишь нажать одну кнопку.

В центре луны загрохотало так, что даже на корабле было слышно. Спутник раскалывался. Я нажал кнопку автопилота. Пролетая над 6ой планетой, голос ЦК вновь появился в динамиках.

Он сказал, чтобы я никогда не возвращался сюда. Он запрет это место на веки вечные. Чтобы Томас никогда не выбрался и не натворил делов.

3 планета, 2ая, промелькнула злополучная 1ая, чуть не ставшая вечным домом. Спутники, солнце. Тоннель. Скорость росла и росла. Вскоре я покинул это место. Последнее живое наследие ариев, что предназначалось потомком для спасения. Теперь этим спасением невольно стал я сам. Друг погиб. Сошел с ума. Оказался заперт и в консервной банке, и в этой мертвой системе. Негласные слезы текли по моим щекам. Бессилие и злость. Пожалуй, это единственные чувства, что сопровождали мой вылет.

И разумеется, на этом злоключение не закончилось. Я не мог вернуться на этом корабле. Пережитое испытание слишком сильно сказалось на мне. Я невольно несколько постарел. Приземлившись на планете, что была близка к популярным маршрутам, я получил от ЦК еще два подарка. Целых два подарка.

Два дроида были со мной. Один протянул мне шприц, и голосом ЦК сказал:

-Здесь искусственная маркировка генов, которая обманет все Колыбели, все ЦК, все арийские компьютеры, способные сканировать ДНК на глубоком уровне, и открывать доступ к своим возможностям. Как только вколешь, отныне и вовек, они станут воспринимать тебя как потомка лидерской крови 5ой и 39ой цивилизации.

-Как у Томаса?

-Да. Это его маркировочная метка. Я её скопировал. Отныне, когда Томас навечно заперт, пока остатки его души не растворятся в страже окончательно, никто не вскроет обмана. Я не должен этого делать. Но другого выхода нет.

Тяжело вздохнув, я принял этот шприц.

-Что ещё?

Второй аднроид протянул мне ту самую белую пирамидку.

-После того как вколешь, ключом сможешь пользоваться и ты.

Я принял второй подарок.

Отправляя SOS - сигналы через галлограф, я покинул корабль. Андроиды взорвали его, не оставив и следа от своего существования.

Последствие напутствие, которое дал мне ЦК через дроидов:

-Отныне никто не должен знать правды. Иронами заражены все и вся, в той или иной мере. Хранение секретов, отныне, твоё спасение.

В ближайшие сутки на мой сигнал откликнулись, и меня спасли. Даже привезли в гильдию к Гроху. Всего три дня прошло. Он не стал спрашивать где Том. Он все понял по моему отсутствующему взгляду. По моему виду. Он понял всё.

Андрей, Надя... Я ничего не мог им объяснить. Ничего. Ничего и никому.

Ключ я спрятал по координатам: 8.788.44YQ...

Там же инструкция по воссозданию звездных врат. Ключ так же является настройкой-допуском в арийский мир. Он откроет многие двери. Как правильные, так и неправильные.

Кто бы ты не был, читающий эти строки. Я надеюсь, ты, всё же, мой сын. Сейчас еще не рожденный. Но в будущем ты обязательно появишься. Однажды.