Ровальд не решался начать читать. При попытке погрузиться в текст, за которым охотятся те, кого лучше не знать, у него было нелегко на сердце. Что-то было не так, и он не знал что. Все-таки, недомолвка о судьбе Томаса вызывала в нем двойственные ощущения. Здесь было замешано что-то важное.
Ровальд вздохнул, спрятал реликвию во внутренний карман куртки, и покинул Сорос, над которым так никто и не начал работать.
Спустившись в город, спросил где староста, и ему сказали что на производстве. Непонятно чего. Но для остальных это секретом не было. Ему кивнули в нужную сторону, и Ровальд пошел в это направлении. Продираясь сквозь толпу занятых людей, вперемешку с подростками, детьми, грузчиками, и всеми, кого можно было бы встретить в перенаселенном городе, который обеспечивал себя во всём сам.
Просунув руки в карманы, он заметил, что один без нейро-браслета. Те люди, что не заняты делами, часто фокусируют взгляд в воздухе, нажимают на что-то, видимое только им одним, и для всех это было нормально. Но стоило бы снять такой браслет, и сказке конец. Обычный человек. Конечно, для космоса такая модель не подойдет. Слишком много излучений, и непредсказуемых факторов. Не говоря уже о спусках в агрессивную среду. Какой простор открывают такие браслеты иронам? Над этим Ровальд пытался не думать. Видимо, какая-то система защиты от иронов было, и значительная. Потому что зараженных не было от слова совсем. Как минимум, проверил это с помощью дополнительного визора, спустившись как-то раз отдельно. Тех самых визоров, которыми раньше пользовался с Гастом в Архиве. Ровальд ностальгически вздохнул.
Так как все и каждый знали старосту, и уж тем более, что подразумевалось под производством, Ровальд постепенно уточнил дорогу, и спустился под город. Казалось ы в канализацию, но нет, на деле, просто в коммуникаторскую часть. Здесь находились трансформаторы, оптоволоконные линии связи, и прочее, прочее. Всё связанное с водой — еще на один, на два уровня ниже.
Бежавшие археологи размещались как могли, но всё было аккуратненько перевязано, вычищено, и эстетично отведено в сторону, чтобы не мешать передвигаться. Здесь уже ходили люди в черных фартуках и перчатках, с грязными лицами. Словно вылезшие из зловония ада, и стремившиеся в другую его часть, чтобы скрыться вновь.
-Где староста?
-Синий ублюдок там, дальше! - Спокойно махнул рукой рабочий. Белки глаз сильно выделялись на закоптившем лице, покрытому то ли смазкой, то ли чем посерьезнее.
Ровальд не дал ему уйти, и полюбопытствовал:
-Почему ублюдок?
-Потому что сказал, что времени у нас в общем-то нет. Надо валить нахрен с этой планеты. И ничего не объясняет. А мы, типа, должны его слушаться. Ублюдок черный. Столько работы и дел перечеркнул. А оставалось совсем чуть-чуть, вот стольконичко, - рабочий показал двумя пальцами что-то маленькое, - чтобы закончить реинновацию второй части города. Представляешь?!
-И как?
-Ты что, совсем дебил? И работаем! Надо, так надо! Куда деваться.
Рабочий вырвал локоть и, ругаясь себе под нос, ушел.
Дядя времени зря не теряет. Уже готовятся к переселению. Видимо, и такой план был. Даже есть куда. Ровальд был удивлен, это ничего не сказать. Все происходило слишком быстро, а ведь совсем недавно дядя был на Соросе.
На поиски ушел час, но вытащить главу археологов все-таки удалось. Главные инженеры его переименовали (наверно, временно), в ублюдка. Но сути это не меняло. Население, обитающее наверху, еще не знало что его ждет, а в самом низу уже готовились.
-Я сказал сделай!
-Да невозможно!
-Сделай мать твою!
-Нет я сказал!!!
Дядя перекрикивался со столь же крепко сложенным немолодым мужчиной, борода которого яростно сотрясалась, а жилистые руки шевелили от бешенства пальцами, будто паучьими лапами. Они хотели кого-то придушить.
Но дядины желваки сжимались не менее яростно.
-Сделай. Думаешь, я бы стал так просто всё с ног на голову переворачиваться?
-Да хрен тебя знает! Однажды уже перевернул.
-И что?
-И вот, здесь. - Как-то успокоился мужчина. - Мать твою. - Вздохнул он. - Ладно. Всё, иди, видеть тебя не хочу.
-Я позвоню через десять часов.
Тот отмахнулся. Мол, звони, делай что хочешь.
-Ровальд? Чего ты здесь?
-Да вот, уважаемый Андрей Витальевич, тебя ищу.
-Опять какая-то беда с дневником?
-Нет, с ним всё в порядке. Но есть кое-что, что я хочу узнать только от тебя. Прежде чем начну его читать.
-И что же это?
-Что случилось с Томасом? На самом деле?
Дядя напрягся снова. Он не хотел это обсуждать.
-Почему тебя это интересует?
-Конечно, я не могу назвать достойную причину. Интуиция, это не повод. Предчувствие, это важно, но тоже не причина. Я скажу так. Почему я не должен им интересоваться?
Дядя вздохнул, поднял свою руку, помассировал глаза двумя пальцами.
-Тоже верно. - Наконец ответил он. - Идем.
-Куда?
-В мой кабинет.
Хлопнув за Ровальдом дверью, опустив пластиковые шторки в виде плоских параллельных ленточек, что горизонтально нависали друг над другом. Дядя с мрачной тенью на лице обернулся, будто бы маньяк собирающийся убить свою жертву, тяжело выдохнул, закрыл на длительное мгновение глаза. Прошел мимо Ровальда, и поставил две чашки под старинный кофейный аппарат. Множество раз ремонтированный, перевязанный изолентой, мечтами имеющий неподходящие по цвету пластика детали, но исправно работающий. Предложив жестом Ровальду сесть, поставил кружку, поставил рядом блюдце с кусочками сахара и щипчиками, тоже самое сделал для себя. Он поставил локоть на стол и уперся лбом в ладонь, закрыв свои глаза и приподняв волосы.
-Это будет не просто. Как же это будет не просто. Врпочем, если не сейчас, то когда?
Ровальд наблюдал за дядей. Ему тоже было непросто наблюдать за этой картиной. По большому счету, может, и не настоящий родственник, но в сто раз ближе любого человека. Они как-то сразу понравились друг другу. Ровальд ухмыльнулся своим мыслям. Как же ему этого не хватало близких людей.
-Ладно. Посмотрим, как пойдет. Расскажу кое-что.
Ровальд скорректировал дядю о том, что известно, и тот, деловито кивнув, начал:
-Вообще, об этом вспоминать та еще морока. Но ты ведь легких путей не ищешь.
-Дядь, может, тебе даже легче станет, если расскажешь?
-О нет, племяш. - Погрозил он пальцем. - От такого легче не становится, только хуже. Но, раз уж цапнул меня за язык, пеняй на себя.
* * *
Перед тем как отправиться на вылет, среди археологов идет своеобразная... Ну, по крайней мере так было в нашей гильдии Синий Зет. Игра. В камень ножницы бумагу. Иногда простым жребием. Когда-то как. На исследование фотокарт, что делают зонды дальнего плавания. Собственно, являясь законными членами гильдии, и заодно, археологами, мы, будучи среди коллег, так получали координаты для исследований. А там уже каждый летел и делал что знает. Ибо объектов было много, а людей, не смотря на многочисленность, слишком мало. За пять лет мы добились много. Зарекомендовали себя. Обросли семьей, настоящей. Среди других археологов. У нас был опыт, статус, деньги. Карты разыгрывались следуйющим образом: сначала самые перспективные, затем те, что менее перспективные. Но, однажды случилось следующее. Мы прилетели слишком поздно. Все карты разобрали. Но так как успешных фотокарт в этот раз, а такое тоже происходило, было много, то не смотря на то, что все разобрали, нам тоже досталась. То есть с уже подтвержденными данными.
На фотографиях сделанных зондом нам четверым сходу удалось рассмотреть правильные городские черты. Прямой геометрии в природе не бывает, но тут, понемногу, она всё же просматривалась. Это было очень круто, но обидно по отношению к другим. Потому что если нам досталось — очевидное сокровище, то что получили те, кто прибыл до нас? То-то. Обидно. Но мы не унывали. Собравшись в путь, заправив баки, набрав побольше снаряги. Там разной. Чтобы расщелины расширять, подрывные работы, для сверления, сканирования, зондирования, и прочее. В общем, мы взяли фотокарту на отработку. Приняли задание, и отправились.
В других гильдиях было иначе, там фотокарты покупались. У нас, Синий Зет, как я сказал, маленькая семья, и подтвержденные карты были бесплатны.
Ох, какая же длинная череда событий потом началась... Но, не буду морочить голову. Так мы взяли то злополучное задание, и улетели исследовать новую зону. Разумеется, всё найденное, облагалось комиссией. Наверно, поэтому и карты были бесплатными. Впрочем, комиссия была у всех археологов, в любой гильдии.
Подлетая к той точке, к той связке пустынных планет, сожженных пустынь. При этом, расстояние до звезды такое, что прям жизнь должна кипеть, но её не было. К чему, разумеется, все мы давно привыкли. У Надежды был сильный замут с Энро. Всё-таки, у них проклюнулось. Томас ревновал, но так как все мы были очень близки, в конце концов, плюнул на это. Да и неудивительно. Такая дружба как у нас, как показало время, мало где встречается. Умереть друг за друга были готовы! Без преувеличения.
Уже на подлёте, мы услышали истошный вой СиПиСи. Это Система Предупреждения Столкновений. Нечто на огромной скорости летело прямо в нас. При всей совершенности технологий, при всей нашей подготовке... Готовым к такому полностью было нельзя. Скорость превышала наши маневровые возможности. Это нечто пробило бок нашего корабля, который так любил Энро. Свою птичку R-liner.Да и мы, не меньше. Это был наш общий дом. На Земле у нас ничего уже не осталось, всё продано. Лишь личные каюты в гильдии. Но там мы проводили слишком мало времени, так что они не в счет.
* * *
Дядя замолчал, отпил кофе. Кивнул на чашку Ровальда.
-Сливок хочешь?
-А можно?
-Нужно. Совсем забыл.
Вскоре, обе чашки оказались наполненными вновь, но уже обильным добавлением сливок.
* * *
Небольшой кусок метеоритного железа на лютейшей скорости пробил корабль, нашу каюту. Он размером с кулак оказался. Такое деформированное железо, но повсюду гладкое. С такими, как бы порами, как на лице человека, знаешь? Вот такое. Пробив обшивку, мы сначала даже не поняли что случилось. Нечто просвистело мимо нас, пробило дверку в дешевую, побилось там по стенам, и упало. Как монетка, долго-долго, как заведенная, крутясь на месте. Томас среагировал быстрее всех, и нажал аварийную кнопку. Открылся модуль ликвидации космических пробоин. Это как аптечка, не очень большая, только для корабля. Пока воздух начал истошно выдуваться и пытался засосать всех и каждого, чудом удалось этим набором заделать пробоину. Покрыть жидким, быстротвердеющим металлом. В несколько слоёв. Покрыть его герметиком от радиации, потом еще один слой жидкого, слой термоизоляции. В общем, вавка была что надо. Уже и забыли про то, что проникло на корабль. Но когда Надежда задалась вопросом, а что там в душевой творится, пробоина вот такая-то, то мы вспомнили, что на корабле гость. Руководствуясь логикой, обличились в скафандры, вооружившись дозиметрами, мы поперли туда. Радиация, конечно, фонила жутко. Но, ничего удивительно. Всё в рамках ожидаемого. Войдя в душевую, обнаружили там всё ещё вертящийся метеоритныйш шарик. От своего вертения уже просверливший небольшую окружность в полу.
У Энро был нюх на подобные вещи. Он сразу чуял что-то интересное. Он предложил нам, а давайте проследим, откуда прилетел этот красавец?
Все эта идея показалась забавной, но не стоящей того, чтобы тратить на неё время, учитывая, что метеоритное железо надо бы спрятать в грузовой отсек, изолировать, и провести обеззараживание нашего летающего дома. Чтобы можно было снять скафандры и не сдохнуть от радиации. Но, твой отец это твой отец. Он настоял, чтобы мы провели хотя бы анализ металлов, из которых состоит метеоритное железо. Может, что интересное и будет? Мда, если мы с Надей знали, к чему это приведет. Выкинули бы этот шарик от греха подальше. И никому не позволили бы его изучать.
Сначала ничего удивительного. Железо, никель, в классическом виде минеральных фаз камасита и теанита. Однако, чутьё Энро не покидало. Находка эта стоила не так уж прям дорого, а скорее, разок посидеть неплохо в кафе нам четверым. Что тоже приятно, но повреждения гораздо дороже. Это внутри мы залатали, а снаружи там работы тоже непочатый край. Даже когда она была в грузовом отсеке, Энро не покидало чутье, что это не просто такой привет из космосе. Его смущало, пожалуй, то, что он прилетел из темной стороны космоса. Самой темной. Вот как эта, на краю которой мы находимся, а дальше сплошная темнота, ни единой звезды, вот так же и там. Ровно оттуда прилетел шарик. Словно некий ребенок в первом классе скатал бумажный шарик и плюнул через пустую ручку. Ну, будто бы, специально. Мол, посмотри сюда. Повернись.
Мы не разделяли его взглядов. Хотя теория у него, конечно, красивая. Романтичная такая. Но что может быть в пустом космосе, где на сотни и тысячи, миллионы парсек — ничего. Ни весточки, а ровным счетом, сплошная темнота? Ну что там может быть? Наверно, поэтому, Энро и был великим археологом. Самым великим из всех нас. Он чуял — что может. Как будто бы знал.
В общем, мы спустились, и пока Томас, я, и Надя, занимались исследованием руин. Уточняли границы, и начинали расчистку местности для изучения, Энро проводил расчеты на корабле. Вместе с этим метеоритом. Мы ему условие выдвинули, хочешь — делай, но мы хотим заработать деньжат, да и руины были поинтереснее, если честно. Это же как круто, новая цивуха! То есть, цивилизация. А мы первые, после первейших фотокарт! Ну не ступала тут нога человека! А Энро погрузился в свое дело, наплевав на то, чем мы жили и от чего получали огромное удовольствие. Впрочем, пока археология шла медленно. В основном, разведовательная, его особое участие не требовалось. Он как тертый перец, занимался самыми сложными вещами. Проникновением внутрь, обнаружением опасных объектов. Был нашим первопроходцем.
Отслеживание сигнала было сложным делом. На это у него ушел не один день, а мы уже откопали витеватые странные руины со странными символами, кривоватыми, будто бы оставленными инопланетными индейцами. Символы явно обозначали что-то неземное, странное, и явно живое. Надя занялась занесением символов в свои конспекты для расшифровки, Томас кайфовал от нанесения города на карту, и уточнения этой карты, а я конкретно раскопками, и обнаружением пустот.
Пока мы копались в этом затвердевшем, относительно податливом песке. Причем, в скафандрах. Атмосфера была. Остаточная, и неподходящая нам. Энро завершил свои рассчеты. Он бежал с кипой бумаг в руке, в своем скафандре, и кричал что было мочи. Мол, это невозможно, это невозможно. Такого не может быть!
Мы все знали, что он скажет. Но всё равно морально не были к этому готовы. Энро нашел самые точные данные, откуда прилетел кусок метеоритного железа. Убрал все просчеты, и ошибки. Такие как орбитальные разгон вокруг звезды, и прочее. Метеорит летел почти по прямой.
* * *
Энро подбежал к Андрею, запыхавшись, а к нему и озадаченная Надя. Томас находился в другом конце «городка», размеры которого росли, по мере раскрытия, с каждым днем, но всё слышал по связи:
-Вы не поверите! Это невозможно!
Андрей вздохнул, и приподняв бровь, ехидно, но по-доброму, ответил:
-Ты всё-таки понял. Ну, это итак было очевидно.
-Нет. Надо было исключить все погрешности наверняка. Изучить пробоину. Промоделировать абсолютно все сценарии. Еще раз промоделировать. Уточнить погрешности. В таком нельзя смневаться. Есть вещи, в которых нужно быть уверенным на сто процентов.
-Он прилетел оттуда?
Энро кивнул.
-С темной стороны космоса.
-С вечной пустоты что ли?! - Подбежала Надя, её глаза широко раскрыты. Кажется, она была единственной, для кого это было не очевидно.
-Именно. - Кивнул Ровальд. - Представляешь?
-Да быть такого не может!
-Да я так же думаю. Вон, одного Андрея это не удивляет.
-Меня тоже это не удивляет. - Ответил Томас. - Где мы были, а где штуковина эта? Тут и анализ не нужен. Просто два плюс два.
-Даже один плюс один. - Сказал Андрей.
-Даже так. - Согласился Томас.
-Эх, ребята. Какие вы зеленые. - Энро обнял за плечи Андрея и Надю, хотя слова его относились только к парням. - Это же прорыв в науке.
-Какой это прорыв? - Не понял Томас.
-Энро имеет в виду, - сказал Андрей, переводя прибор в другой режим, и отрывая его от земли (чем-то похожий на металлоискатель, только для поиска пустот, да и подключается к скафандру). - Что даже в вечной пустоте. Черной, как задница негра.
-Думаешь, в твоей жопе светлее будет? - Надя вставила руки в бока. - Нетоллерантный ты наш.
-Срал я на эту толерантность. Надь, вот чес слов, была бы ты негром, я бы и тебя называл негром. Негр, что в Афрке негр, что... Том, какие наши координаты?
-Giles-b179.32.2.1123...
-Не продолжай. Что, короче, вот здесь.
Энро встряхнул Надю и Андрея за плечи.
-Ребята! Да мы же стоим на вершине научного острия! Мы же передовики будущего!
-Брось, Энро. - Сказал Томас. - Даже если там что-то есть, наша аппаратура это не возьмет, а мы уж тем более даже не долетим.
-У меня другая теория.
-Какая?
-Занавес Лозе.
-Это не применимо к нашей ситуации. Это явление бывает сугубо рядом с черными дырами. Ближе к центру галактики. Там где черных дыр тьма просто. Вот там да, а здесь это невозможно. Ну нет здесь гравитационных аномалий столь большой силы.
-Что такое Занавес Лозе? - Спросила Надя.
-Тоже мне археолог. - Цыкнул языком Андрей. - Мы что ли экзамены за тебя сдавать должны? А лицензия у кого?
Андрею не нравилось, что Надя мутит с Энро, а Томаса держит на расстоянии, как бы и не да, и ни нет. Будто бы не хочет обижать его, но Андрей знал. Здесь чисто женская хренотень. Она не могла отказаться от двоих парней сразу. Некая женская жаба внутри не давала ей отпустить одного. Это его злило. Ибо Надя, ощутив внимание к себе, как женщине, со стороны согильдейцев на станции, несколько изменилась. В этом плане — не в лучшую сторону. Её подруги археологи, что мутят с другими, меняя как перчатки парней, плохой пример подают. Энро на это внимания не обращает, ему, дело понятное. Успешный, сильный, статный. Он везде желанный и ему открыты дороги. Томаса жалко, хотя он особо не страдает. Но так, немножко жалко. А вот Надя вносит разлад в сплоченный коллектив, и вот что бесит на самом деле. Тихонько, вроде незаметно, но по-настоящему.
-Занавес Лозе, - начал объяснять Энро, - это аномалия, что искажает поступающий свет. Это, как бы сказать. Вот знаешь мираж в пустыне? Горячий воздух становится таким плотным, из-за высокой температуры, что начинаешь отражать небо, и начинает казаться, что вдалеке есть вода, а её там нет. Занавес Лозе это нечто наоборот. Он как бы закрывает от нашего взгляда то, что есть на самом деле. То есть вообще всё, что есть, закрывает одной непроглядной черной тканью космоса.
-И ты думаешь, что мы с ним столкнулись? - Усмехнулся Андрей? - Ну Томас же прав. Занавес был обнаружен лишь в центре галактики. Между черными дырами. И всё в таком виде. Тут какие гравитационные аномалии?
-А с чего бы этому шарику так разгоняться по прямой, и прямо оттуда? - Энро поднял метеоритное железо, - овальный шарик, испещренные проплавенными порами. - Как он без гравитации разогнется?
-Ну, может была там звезда однажды. Галактика же расширяется постоянно, то сжимается. Как бы дышит, и постоянно движется. Звезда была далеко. Закончилась её жизнь. Взорвалась. Ближайшие небесные тела разорвало. Спустя много лет вот, долетело. - Сказал Томас по связи. Они с Андреем в этом плане одного мнения.
-Логично. - Ухмыльнулся Энро, а затем поднял указательный палец перед собой. - Но недостаточно.
-Почему? - Не понял Томас. Его вариант идеален. Что еще может быть?
-Потому что это не всё, что я обнаружил. Я провел еще один тест. И он напрочь перекрывает всё, что вы можете предположить.
-Блин, ну удиви меня. Тут такая цивуха офигенная найдена нами, в кои-то веки, копай и не знай себе горя. На месяца, на годы тут работы! Непочатый край, а ты вот этим занимаешься. - Возмутился Томас.
-Сейчас ты изменишь свое мнение. Я провел множество анализов, но никто из вас не мог предположить, что я сделаю это. - Он выдержал паузу. - Я попробовал считать данные с него.
-Ты что?
-Ну, как с карты памяти. Банка данных.
-В куске железа искать нечто осмысленное? Нет, ну не лишено логики. Это романтично, и звучит правильно. Но за всю историю человечества в таких камнях не было обнаружено что-либо существенное. Лишь обрывки кода чужих. Их предсмертные сообщения, полные помех. Только не говори что...
-Лучше. Там координаты. Наш шарик не простой. А бутылочка со свёртком внутри, что выплыл на берег.
-Едва не убив. - Кивнул Андрей. - Но живы, чего уж. Стой, что ты сказал?
Сказанное Энро дошло не сразу.
Томас едва выдохнул.
-Да ты гонишь? Может, ошибка?
-Вы думаете, что я так же не подумал? Вот сидел, перепроверял. Как идиот. Чтобы вы, идиоты, меня за идиота не посчитали.
В эфире провзучали помехи, и выяснилось, что Томас находился всего в тридцати метров за стеной развалившегося дома. Проваливаясь в пески, он подошел к Энро.
-Не верю. Гонишь.
-Идем.
И всё мы пошли за Энро на корабль. Никто не верил. Точнее, верили все, но очень хотелось увидеть самостоятельно.
К сожалению, это оказалось правдой. Кусок метеоритного железа содержал координаты. Очень странные, непонятные координаты. Но мало того, он содержал и множество других координат. Как бы, один координаты отдельно, а другие прям скопом, и очень близкие друг к другу по значению.
-О Боже. - Выдохнула Надя.
-М? - Повернулся Томас, изучая экран, пока Энро сидел отдельно ото всех, и наслаждался моментом.
-Я знаю что это. Так делают специально, чтобы можно было определить участок космоса, и сориентирваться по коордианатам правильно. Тут указаны дургие важные небесные тела. В теории, если проведем минимальный анализ.
-То есть просто вобьем все данные в компьютер? - Спросил Андрей.
-Да. - Кивнула Надя. - То сможем узнать. Если, конечно, в навигационную базу вбито достаточно звезд. Какого звездного сектора это касается.
-И если повезет, то совсем рядом с нами? - Шепотом спросил Томас?
-Именно так. - Сказала Надя.
-Это попахивает. - Сказал Андрей. - Чем-то что принесет кучу проблем.
-Но, если это не какая-то ошибка или чья-то шутка (все понимали, что никакой шутки в такой космической — заднице быть не может, да и координаты, даже читаются нашей аппаратурой), то мы действительно. На острие науки.
-Передовики. - Подчеркнул Энро. - Мы передовики!!
Наступило долгожданное молчание. Томас повернулся к Энро.
-Мы все уже знаем, что ты это сделал. Ведь так?
Энро неуверенно пожал плечами.
-То есть? Что это вот твоё, - Томас так же пожал плечами, - значит?
-Ну, я вбил. И бортовик работает. Просчитывает, соотносит.
Андрей сглотнул:
-Сколько осталось до конца?
-15% где-то.
-От всей навигационной базы? - Спросила Надя?
Энро скрестил на груди руки и отвел взгляд в сторону.
-Да, от всей нашей базы.
-Но это же ничего не значит. Даже если совпадения не будут найдены. Ты же вбил с учетом расширения-сжатия галактики?
-Да, я сделал как надо.
-Но в чем тогда дело? - Не понял Томас.
-В том, что наша база, самая полная и подробная. Последняя. Её гильдмастер купил недавно. Если нет в ней. То точно, эти координаты либо странные, либо касаются совсем других мест. Останется просто находка, которую можно будет сдать в музей архи-космонавтики (то есть археологической).
Все тут же приуныли.
-Ладно, время еще есть. - Сказал Адрей. - Чего ты тогда такой довольный был?
-Ну, мы получили «привет» из другого мира. Тоже неплохо. В этом плане, мы действительно на острие археологии всей.
-Ну, так-то да. - Кивнул Андрей. - Да не, новость офигенная. Ты классную работу проделал. Не каждый бы додумался.
-Я бы просто продал, например. - Поддержал Томас.
-Я тоже. А что с ним еще делать? Это же просто кусок чистого железа и никеля. Разве что, без примесей. - Кивнула Надя, как вдруг все вздрогнули.
-Анализ завершен. Найдено одно совпадение. - Прозвучал железный голос бортового компьютера. Он итак говорил не часто, а в этот раз так вообще напугал.
Энро кинулся к панели управления кораблем, раскрыл анализ, и глаза его засверкали:
-Мы находимся недалеко от указанной в метеорите точки. Ну как, недалеко. Меньше парсека.
-В какой сторону? - Серьезно спросил Андрей.
Энро повернулся и таинственно ухмыльнулся:
-В сторону вечной пустоты.
-Сукин ты сын! - Восхитился Томас! - Ну какой занавес лозе в этом месте? Ну кто мог быть уверен, что ты окажешься прав?!
Парня схватили друг друга за плечи и стали истошно трясти друг друга и прыгать, вопя от удовольствия. Разумеется, к ним присоединилась Надя, да и я, что, лишний что ли?
Догадка Энро была верно. Этот был тот самый лотерейный билет из миллиарда выпущенных — выигрышный.
Недолго думая, мы бросили на планете свои вещи, забрались на корабль, и поднялись в воздух. Топлива оставалось еще на два взлета с поверхности, но это не важно. У нас в глазах горел ажиотаж. То, что космос мертвый и нам никто в нем не может угрожать мы знали прекрасно, а если что будет опасное — вернемся. Да и всё равно, мы решили просто подлететь к координатам. Лишь одним глазком посмотреть, что же там. Такое бывает раз в жизни, и далеко не в каждой.
Взлетев, мы направились в вечную черноту, в которой ничто не горело. Светила остались позади корабля. Мы, одинокие путники, летели вперед невероятному. Бесстрашные и тупые, как мотыльки на свет.
Подлетев к координатам, мы так ничего и не увидели. Ну где же конец этой занавесы Лозе? Но когда мы долетели до координат, произошло страшное. Мы не были готовы столкнуться с подобным. Ни один из нас. Каждый решил, что ему показалось, что это не по-настоящему. Что это кажется.
* * *
Тут дядя сделал паузу, переводя дыхание. Достал из ящичка глазные капли, и закапал их себе в красные глаза. Тяжело выдохнул, посмотрел на Ровальда: будешь мне должен. Разлил еще по кофе. У Ровальда недопито, но дяде было всё равно. Он нервничал, и хотел как-то успокоиться. Долив его кружку до краев, уселся на свое место.
-Ух, дернул ты за старые раны.
-Дядь, не таи, что там?! - Ровальд привстал, оперся руками на стол и наклонился вперед. Его глаза сверкали ровно как у Энро в тот самый злополучный час.
Дядя вздохнул, и продолжил:
* * *
Край галактики. Невидимая стена, которую невозможно преодолеть. R-Linerуперся носом в невидимую стену, в которую сначала не то чтобы мягко, но мягче чем об голую скалу, а потом оно как бы оттолкнуло назад, слегка выплюнув нас. Мы оказались ровно на точке координат. Ровно там, где указано. Перепроверено. Это точно то самое место, ровно те самые координаты. И координаты настоящие, это не подделка, не шутка, и не ложь, не моя выдумка. Клянусь всем, что видел в жизни. Не выдумываю.
Староста аж перекрестился. Он не хотел верить в то, что довелось увдиеть. Это слишком сильно сломало представления о мире. У их мира была край, и он не пускал никого, никуда. Стенка кокона.
* * *
Когда успокоились, мы с Энро решили вдоль этого края проехаться. Но куда бы мы не летели. Был тяжелый скрип, царапание борта, а стена не кончалась. Она продолжилась и через километр, и через 10, и через 1000 километров, и через парсек, и через 10 парсек. Дальше проверять не стали. Для всех вывод был очевидный. Вся наша галактика какое-то искуственное место, которое ограничено огромной невидимой стеной. Даже не занавес Лозе. Просто стена. Не гравитационная аномалия, а именно стена, об которую можно расшибиться. Хорошо, чтобы на полной скорости не влетели. Передвигались осторожно, чтобы не пропустить координаты. В общем, мы вернулись в ту самую точку. Нам всем было очень страшно. Законы физики, наше представление о мире, наша жизнь. Всё это пыталось сломаться, и не могло. Хотел, должно, и не могло.
Когда они прибыли обратно на точку, в грузовом отсеке что-то завибрировало так сильно, что вибрация передалась. Весь пол задрожал. Энро, Андрей, Томас, Надя. Все чувствовали эту вибрацию, и все знали откуда она исходит. Будучи напуганными еще больше, повернулись друг к другу, и без слов, одели скафандры. Томас с Энро принесли в больших щипцах метеорит. Щипцы дрожали, камень дрожал, удержать его было сложно. Почему они это делали, не взирая на страх? Они и сами не знали. Их будто бы что-то вело. Когда шар упал на металлический пол, покрытый кучей зазубрин для лучшего передвижения, а так же магнитами, шар начал развинчиваться. Первый слой, будто луковый, распался на две половинки. Снова механизмы вывенчиваются, новый слой отпал. Снова жужжание, метеорит истошно двигается вокруг себя. Так, слой за слоем, половинки опадали, пока внутри не оказалась маленькая пирамидка. Она медленно загоралась желтым огоньком, и плавно гасла. Как некий сигнальный маячок. Загаралась, ярко освещая мостик, и плавно гасла. Ребята смотрели на неё, не отрывая взгляда. Никто не решался подходить, и уж тем более прикасаться. Только Томас. Он что-то почувствовал.
Энро, видя как друг начал снимать перчатку скафандра, крикнул нет. Но Томас оттолкнул его неведомо откуда взявшейся силой. Причем, одной рукой. Энро впечатало в стену, и он остолбенел. На него летел Андрея, Надя же оказалась отброшена помягче. Взвизгнув, он крикнула последний раз:
-Томас! НЕТ!
-ДЕБИЛ, ЭТО ОПАСНО!!! - Взревел Андрей и кинулся снова. Но было слишком поздно. Пирамидка оказалась на голой ладони Томаса. Маленькие желтые прожилки потекли по его коже куда-то по руке выше.
Андрей попытался выбить пирамидку, но неведомая сила отбросила его в сторону. Он пролетел через весь мостик, ударил затылком о шкафчик, и упал без сознания. Впрочем, лишь на мгновение. Вскоре он тут же открыл глаза, и понял. Что неведомая сила вокруг Томаса не пускает его ближе. Ни его, ни Энро, пытавшегося вырваться и спасти друга. Ни Надю, которая была слабее всех. Никого.
Вскоре всё исчезло. Свет погас, пирамидка на руке стала белой, как мел, и совершенно мутной. Прожилки у Томаса исчезли, он упал без сознания. В наших динамиках раздался чужой голос, не принадлежащий нашему бортовому компьютеру. Хуже всего то, что голос даже не числился в базе голосов. Это нельзя свалить на неисправность. Это был мужской протяжный голос из другого мира. Он сказал:
-Проход одобрен.
* * *
Дядя вздохнул:
-В следующее мгновение перед нам открылись квадратные огромные врата. За ними мы видели очень длинный туннель. Вроде бы состоящий из чего-то, а вроде и нет. Будто бы из сжатого воздуха. Что-то материальное, и при этом нет.
Энро схватился за штурвал R-Liner'aи как дал деру обратно. Все мы летели обратно. Полные страха. Лютого ужаса. И вообще не хотели разговаривать. Уложили Томаса нормально. Проверили дозиметром. Радиация была только на внешних слоях метеоритной луковицы. Дальше была странная норма. Впрочем, это было наименее странным, из того что случилось.
Метеоритное железо прибыло оттуда. И ежу понятно. У нашей галактики есть край, а это место, её преодоление. Причем Томас... Повел себя очень странно. Страшно. Всё, от и до.
Сам факт края и невидимой стены, заставляет остановиться и перестать думать. Не хочется даже дышать, существовать.
Мы прилетели, не солоно хлебавши, оставив все свои пожитки на планетке. Томас очнулся и ничего не помнил. С ним было всё нормально, и его нечеловеческая сила пропала.
Возвращаясь, мы, с опасением глядя на Томаса, отметили наше выживание в баре. От метили появление новой тайны, которую хочется забыть, но и разгадать.
Наверно, мы говорили слишком громко. Там многие шумели, но именно к нам подошёл однорукий и одноногий старик. Он сказал нам, чтобы мы не рассказывали никому. За это не нобелевку дают, как нам хочется. Он отвинтил протез и показал обрубок руки, к которому были привинчены крепления для соединения нервов с протезом.
-Вот что за это дают. - Затем ухмыльнулся. - Это, если смогли сбежать. Я смог. Поменял лицо, паспорта, подделываю свою ДНК уже двадцать лет. И всё равно, я до сих пор у них на прицеле. При этом, оружие у них странное. Стоит им порезать, что-то отрезать, ранить, и как обычно уже не заживает. Невозможно. Даже с помощью нароста тканей, биокамеры и прочие приблуды. - Всгрустнул старик. - Ничто не помогает. Только отрезать и забыть.
Это оружие уже было знакомо. Слишком хорошо. Немного поговорив со стариком, выяснили, что тем, кто заявляет, что у галактики есть край — их всех до единого сажают. Они прост исчезают в психушке, пока не становятся дебилами, которых лишают всяких лицензий, и за которыми следят до конца жизни.
* * *
-Но как выжили?
-...Вот так мне тоже хотелось Второй космической Нобелевки. Думал, делаю человечеству огромное одолжение. Ага. Наивная душа. Как я выжил? Повезло. Меня схватили, но как археолог, при мне было кое что. Одна находка. Скажем так. Тут вроде не прослушивают? Бар синих, вроде не должны. Только не тут... В общем. Она меня спасла. Не спрашивайте что это. Я ещё жить хочу. Может быть, спасёт ещё раз.
Старик рыгнул. Заказал ещё пива и отсел подальше.
Энро не придал этому слишком большое значение. Лишь вооружился этим советом, и на всякий, решил пойти к тому, кому доверял больше всех. К гильдмастеру, мистеру Грох Шнаузеру. Не вдаваясь в подробности про метеорит, Энро начал издалека. Рассказал про то, как решили прокатиться в темный космос, на спор, и натолкнулись на стену. Мол, оттуда точно не может прилететь метеорит.
Но даже этот маленький рассказ вызвал неоднозначную реакцию сильного человека, главы частной гильдии Синий Зет.
-Никому не говори то, что видел. Хотя мне и самому трудно в это поверить. Но тебе я скажу так. Только один раз. У всех нас, гильдмастеров есть указание сдавать таких археологов. - Он сделал значительную паузу. - В психушку. Если мы этого не сделаем, гильдия будет закрыта. То что я говорю тебе, и то, знать никто не должен. Меня и за это уже самого могут под военный трибунал отдать. Не гражданский. Энро. Никогда ни с кем не говори об этом, не ищи край света. Никогда. Ты понял меня? Фотокарту сдай, объект я забираю, и засекречиваю. Тебе дадут другую. За снаряжением не возвращайся, за счет гильдии получишь аналогичное. На это всё. Больше по этому вопросу не приходи. Я итак слишком многое для тебя сделал.
И это было правдой.
Энро округлил глаза и не мог поверить в то, что услышал. Какая нобелевка? Он хотел нобелевку? Острие науки всей?
Гильдмастер сказал еще что-то, но Энро, копаясь в своих мыслях, уже не расслышал и переспросил:
-Что?
-Говорю, солнечная погода сегодня особенно неплоха. Согласен?
Энро медленно кивнул. Покинув гильдмастера, он был крайне озадачен.
Встал непростой выбор. Надо было и зарабатывать деньги новой профессией, и до жути хотелось узнать что дальше, за стеной. Откуда этот объект прилетел? Что это? С Томасом всё в порядке, значит, вреда это точно не принесет. По крайней мере, так кажется.
Независимо от опасностей, психушки, и того, что за ним могут следить, Энро решил вновь долететь до той стены. Пирамидка, которую Энро еще тогда взял из рук Томаса, не вела себя странно. Возможно, она сработает и без Томаса.
Он договорился с друзьями, что они посидят здесь пока немного, а самом втихую решил улететь туда. Чтобы никто из них не рисковал. Но Томас его не отпустил.
-Я должен знать что там. Я чувствую, там что-то важное.
-Ты же ничего не помнишь.
-Мне и не надо помнить. Я знаю, там что-то важное.
-Ты же сказал чувствуешь? - Съехидничал Энро, пытаясь избавиться от Томаса. Но его схватили за локоть с силой, которой Томас ранее не обладал, и вот теперь она вновь в его руке.
-Нет, ты возьмешь меня с собой во чтобы то ни стало. Я знаю, наши друзья не должны пострадать, поэтому их не привлекаешь. Да, ты говорил, что гильдмастер запретил возвращаться и все компенсирует. Но мы друзья не спроста. Мы думаем одинаково. Я знал что ты придешь. И я тоже чувствую, что мы должны узнать что там. Ты меня понял?
Энро отвел взгляд в сторону. С каких пор Томас стал таким настойчивым и сверхуверенным? Раньше он был другим, а теперь будто бы сам стал лидером, а Энро лишь на подхвате. Впившись в Томаса взглядом Энро ответил:
-Хорошо. Летим вдвоем.
* * *
-Так Томас и Энро оставили нас. Бросили нас с Надей. Я видел их со стороны. В ту ночь, я слышал их разговор. Они меня так и не заметили. Такое недоверие. Было очень неприятно. Оно-то и понятно, что из желания обезопасить нас. Но доверие? Куда подевалось наше старое доброе доверие?! - Дядя вздохнул, и рукой вытер пот со лба. - В общем. В тот день они оба исчезли. Ненадолго, буквально на три дня. Разумеется, мы не стали ничего говорить гильдмастеру и искать новую группу археологов, новый корабль, свой новый дом. Обидно было до жути. И мне, и ей. Но... Когда Энро вернулся, Томаса с ним больше не было. Сам же он стал другим человеком. Старше лет на 10. Это был уже не подросток, вылупившиеся из яйца, не успешный новичок в расцвете молодости, а глубокий мужчина за 30.
Голос увереннее, походка другая. Взгляд на мир у него сильно изменился.
Это был все тот же Энро. Только...
* * *
-Что с тобой случилось? - Озадаченно спросил Андрей, когда Энро вышел из душа только что поприбвшись. Это их первая встерча за три дня. - Ты стал... Старше? Ты какой то другой.
-Да? - Энро осмотрел себя. Посмотрел в зеркало. - Вроде тот же. Может, несколько устал.
-Да ты лет на 10 постарел, а не устал! Это шутка какая-то?! - Вспалил Андрей. - Где Томас?
Энро с грустью повернулся к Андрею. Их взгляды встретились, и Андрей прочел в глазах друга глубочайшую русть и тоску.
-Прости.
Это всё, что сказал человек, который отсутствовал три дня. Этим прости стало ясно абсолютно всё. Но Андрей не собирался успокаиваться.
-Что значит прости?! Ну нет, ты мне расскажешь всё как было!
Но Энро не обращал внимания на вощмущения Андрея, и совершенно беспрадонно начал наносить грим на лицо, чтобы выглядеть моложе. От чего Андрей опешил. Схватил Энро за грудки и припер к стене:
-Мне плевать что вы там затеяли, мы все горазды, но ты обязан сказать где наш друг!!! Мы все вышли из клоаки! Нас никто нигде не ждет! Мы есть только у друг друга, у нас больше ничего нет! ГДЕ ТОМАС?!!
Энро, без тени реакция на лице, кивнул в сторону. Но Андрей всё понял.
-То есть как это? Остался там.
-Как есть. - Выдохнул Энро, и продолжил наносить грим. - Ты прости. Мне нелегко пришлось. Давай, как-нибудь в другой раз расскажу? Я только вернулся. У меня нет сил.
* * *
-Но ни в этот день, ни в следующий. Ни в другой, Энро ничего не рассказал. Он так и остался таким, постарше, навсегда. И на Надю, как на свою девушку больше не смотрел. Он отдалился от всех. Та самая невидимая стена будто бы появилась не там, на краю галактики, а встала у нами. С течением времени, стена становилась тоньше, тоньше. Еще тоньше. Но так и не исчезла. Просто стала очень прозрачной.
Для Нади же, Энро стал мужчиной повидавший жизнь, а она, просто девочка, которая заглядывает ему в рот. Это стало слишком очевидно, странно. Но мы как были друзьями, так и остались, только, теперь без Томаса.
Дядя закончил свой рассказ и отвернулся. Достал из ящика трубку и закурил. Не травами, и настоящим табаком. Андрей Витальевич закурил очень сильно, в кабинете стало так дымно, что дышать, и уж задавать вопросы стало невмоготу. Когда Ровальд уходил, дядя крикнул в спину:
-Твоя очередь. Жду новостей от тебя. И, может быть, расскажу.
Ровальд замер.
-Расскажешь что? - Он сунул голову в дымовую завесу.
-Что стало с Томасом.
-Ты знаешь?!
Дядя медлил с ответом. Спустя длинную паузу, он сказал очень тихо:
-Знаю.