Спустя три года (Третья неделя после того, как Ровальд приземлился на Землю и воспользовался машиной времени)

Ровальд прилетел в харийскую звёздную систему, его встретили военные корабли, под командованием Арлана. В чем Ровальд убедился в первом же сеансе видеосвязи.

Был созван совет старейшин – представителей всех уцелевших харийских планет. Ровальд рассказал о способах уничтожить иронов земной цивилизации, которая была основана силами 39ой Колыбели, 5ой и 3ьей. Земная цивилизация была смесью нескольких колонизаторских арийских кораблей прибывших из другой вселенной. Его слушали с великим интересом, и между тем, Ровальд чувствовал что на самом деле, вокруг него разыграно нечто вроде спектакля, в котором он был единственным зрителем. После всех бесед с Архивом, это ощущалось слишком явно.

Никто не знал, что у Ровальда была включена крохотная камера, записывающая несколько диапазонов данных, включая тот, на котором существовали квантовые паразиты.

Закончив весьма урезанный доклад о своих приключениях, Ровальд под всеобщие аплодисменты поведал о православии, религии древних, что создает высокочастотные вибрации очистки души, более того, воспроизводит частоты первоначального арийского мира. Не стал говорить, что Перун и прочие, это не боги, которым следует поклоняться тысячелетиями, а военачальники предавшие свой народ, и восславляемые иронами. История про ведическое прошлое, правда лишь части, в ней много надуманного. Людей одурачили, дав им потешить самолюбие, а на самом деле, никакого отношения к Богам веды не имели. Конечно, этот момент Ровальд умолчал, и не зря. Потому что старейшины итак слушали его доклад с содроганием. Особенно, когда речь зашла про атмосферное электричество и как оно убивает иронов. Напряжение в воздухе не просто поднялось, волосы стали дыбом даже в ноздрях.

Ровальд выполнил миссию. Под предлогом спасения собственной цивилизации решился на отчаянный шаг. Попал в прошлое, достал сведения, как уничтожить иронов, выбрался, ценою великих потерь. Он выяснил многое, но и потерял дорогих ему людей. Стал свидетелем планетарной катастрофы. Вызнал где находится мать, и оставил у неё Гаста с сыном. Пускай их встреча была короткой, но теплой и запоминающейся.

Но он был обязан проверить последний факт, подтверждающий или опровергающий слова Архива. 12ая Цивилизация поглощена иронами, как и все остальные, или нет?

Сидя в гостиничном номере, он проверил помещение, с удовлетворением отметил, что наномашин в воздухе нет. Голограмма Ровальда дрогнула, но не исчезла. Ровальд замер, из его рёбер, плеч, и ног выехали лепестки усиленного звездного металла – почерневшего. Настоящий Ровальд выбрался из доспеха, посмотрел на собственную голограмму. Он устал притворяться собой. Но это был единственные способ не подхватить наномашины ,если они действительно были. Он пока не уверен, что этот мир заражен, но сохранял осторожность.

Скачав данные с камеры на галлограф, Ровальд лег на кровать, надел визор, и принялся изучать данные. Да, оказывается, визор помогал распознать данные и через видео. С той лишь разницей, что прокачать пришлось и галлограф, обновив его экран на более совершенный. Сколько мороки он пропустил через себя.

С первых же минут Ровальд был шокирован увиденным. Арлан, как и сказал Архив, заражен. Внутри него копошилось целых три программы в видео особо жирных пауков, но не очень много наномашин. Все вокруг Количество наноботов было скорее необходимым для заражения. Говоря про неполноценность землян, что они заражены иронами, харийцы лукавили. Все как один не знали, что сами являются жертвами.

Помимо командора Арлана зараженными оказались каждый второй, но наномашины были во всех. Старейшины, так же, имели по три присосавшиеся программы на спине, а то и четыре, изредка на их плечах восседал сам ирон. Зато теперь видно, как за выступлением Ровальда наблюдали. Следили за каждым словом. Многое раздражало иронов, а программы, услышав метод своего уничтожения, начали елозить. Архив был прав во всем. Наноботы в бутылях воды, что стояла на столах, в фрагментах легкой пищи шведского стола на приёме после заседания, но в воздухе пока их не было. Болезни маргелонов пока нет. Ироны не спешили ассимилировать до конца.

Почему его просто не скрутили и не ассимилировали насильно? Зачем всё это? Мелькнула догадка, что он сам должен принять в себя первую частицу наноботов, чтобы ассимиляция стала возможна. До этого момента, его опасливо избегают, и подводят к нужному действию. Но лишь до тех пор, пока они считают, что Ровальд о них не знает. В нужный момент всё они проделают насильно, нарушив правила ритуала.

С содроганием сердца пришлось принять тот факт, что люди ассимилированы везде, независимо от посева.

* * *

Ровальд опасался обнаружения. Больше всего, что выдаст себя сам - своими реакциями на тот ужас, который увит, что человечество порабощено воичию. Высшие люди с высшими технологиями, утверждающие, что знают правду, быть такого не может, но порабощены. Это так. Теперь, когда Ровальд знает правду, носить визор морально готов.

Ровальд ходит по улицам города, видит как ироны и программы, зачастую по нескольку штук в одном человеку живут. Общаются между собой. Общаются с другими иронами, и дают указания программами. Обмениваются телами людей, перелезая из одного человека в другого. Словно водитель сменил машину.

Ироны делали это просто. Указывают пальцем, люди, как собаки по команде, встречаются. Рукопожатие, улыбки, начинается общение. Они думают, что их интерес друг к другу естественный. Ироны же общаются по-своему и перелезают, меняются местами, а люди расходятся. Чем выше социальный статус, тем иронов и программ внутри человека больше. Это связано не со способностями человека, а исключительно с его полезностью.

Стоило вновь увидеть Арлана, Ровальд вздрогнул и невольно остановился. Тот шел на встречу. Улыбался, как те самые люди, ведомый программами. Ровальд пересилил собственное омерзение, и направился к нему, словно ничего не увидел. Состоялось рукопожатие. Ровальд краем глаза косился на изучающие его программы, которые хотели перелезть и не могли. Они шипели друг на друга, взметнулись внутри Арлана так, что он почесал голову, поморщился, словно что-то заболело, лицо его непроизвольно дёрнулось, неестественно скривившись. Но сам Арлан этого не заметил. Зато Ровальд опешил, и одно спасло его, то факт что он находился внутри поднятого из пепла стража, защищенный высококлассной голограммой, которую от реальности не могут отличить сами ироны.

-Тебе надо пройти иммунизацию. Как-никак, вылез из враждебного мира. Мало ли что ты там мог подхватить. – Добавил Арлан в конце, и хлопнул по плечу. Затем, держась за голову, поплёлся по своим делам. Программы переползли. Ноги переплелись как у пьяного, он чуть не упал. Но удержал равновесие.

Программы не прознали. Из чистого любопытства Ровальд пошёл к зданию иммунизации. Над головой толстые трубы-кабеля, внутри которых поместится и человек. По ним что-то ползало, и переодически за стены труб что-то проваливалось насквозь. Это был кусочек иронов, то локоть, то пятка. Архив был прав, под предлогом спасения людей от иронов, повышения иммунитета, харийцы только и делали, что освобождали место от одних иронов для других. Убивали иммунитет, вселяли в себя наномашины. Люди ничего не подозревали, а любое сомнение в том, чем они занимаются, вызывало бурный спор. Что на Земле, что здесь, сущий ад.

В здание стояла живая очередь из людей, внутри которых не было иронов,. Изредка поврежденные программы, располовиненные, внутри них что-то искрило, они едва шевелились. Требовалась замена программ, а для этого новый вброс наномашин.

Выходили из здания люди уже иные, расслабленно потягивались. Внутри свежие наномашины, на плечах деловито восседал ирон, и куда он посмотрит, туда человек идет. Как машинка на радиоуправлении. Здание называлось – мед-дом. Восстановление и усиление иммунитета. Ровальд сглотнул. Перед его глазами творился ужас больший, чем он видел на заседании старейшин.

-Как хорошо! – Сказал вышедший человек. – Наконец могу расслабиться.

-Это только первая порция. Предстоит ещё ревакцинация, и вообще будет хорошо. – Поправил человек в очереди.

-Ты прав. Ещё две ревакцинации.

Ровлаьд пошатнулся, голова закружилась. Тьма кишела вокруг него. Мир не просто полон иронами и их программами, что по одну сторону галактики, что по эту. Люди здоровые – считались больными, люди больные определяли, кому получать свежую порцию наномашин для заражения, кому нет. Внутри сидел ирон, который выбирал, кому добавить программу, у кого подзабрать. Люди не подозревали что происходит на втором уровне реальности. У них просто не было средств видеть то, что видел Ровальд. Не было сил хотя бы предположить, что здесь что-то не так. Их внимание тут же уводилось в сторону. А если люди, вопреки всему, всё же приближались к правде. Ровальд с содроганием вспомнил, как у самого текла кровь из носа, тело не слушалось, а сам чуть не умер.

Ровальд покинул очередь, в поисках места, где можно уединиться от этого ужаса. Тут же его схватили за локоть. Ирон над плечами мужчины бритого на лысо, у которого обожжено пол лица, смотрит на Ровальда. Обожённый мужчина смотрит на него.

-Очередь же ещё не закончилась. Я уступлю. Не уходи.

-В туалет. Длительный перелёт. Летел из другой галактики.

Локоть отпустили.

Ближайший человек, который только что улыбался и шел мимо, теперь не шёл мимо. Он стоял и наблюдал.

-Тебе в другую сторону.

Ровальд направился туда. Оглянувшись, увидел, как человек с новым ироном за плечами всё ещё смотрит за ним. Даже скрывшись в том здании, найдя кабинки с туалетами, Ровальда не покидало чувство, что его стерегут. Он уселся как смог, доспех был велик, хотя и невидим. Туалет под его весом мог развалится, но выдержал. Ровальд тяжело дышал, сердце колотилось, не мог поверить своим глазам. Все люди не только заражены другими иронами, они наблюдают за ним. Возможно, за всеми незараженными. Это тайная вторая жизнь, которая ведется в тайне ото всех, и она потихоньку выталкивает здоровых, пихая их под нож.

То, что в нем никого нет - бросается в глаза. Даже грамотно притворяясь, что не видит иронов или программ, что не знает о заражении людей наномашинами, он под наблюдением на вивисекцию.

Ровальд просидел в туалете несколько часов, и слышал разговоры людей, которые заходили и выходили. Это были деловые люди, которые обсуждали торговлю. Одновременно с ними, неслышимо для самих людей – разговаривали ироны, их настоящие владельцы. Они шипели и покашливали, будто бы плевались друг на друга. С одной стороны это выглядело забавно. Но если переключить визор на работу дешифратора, который мог донести часть, что ироны обсуждают, становилось действительно страшно.

-Земляне теснят. Скоро договор будет завершен, мы перейдем в наступление. Мы следующие будем нападать.

-Они будут обороняться, и пустят нас поближе. Пара планет с людьми отойдем нам.

-Наконец будет энергоинформационный обмен.

Ровальд сглотнул. Для иронов война сродни сексу.

-Жаль, что торговля не удалась.

-Они ещё не знают, что он вернулся к нам. Пока удалась. Если не узнают и дальше, всё будет хорошо.

-Надо его оставить, чтобы он не засветился.

-Выскочка, возомнил, будто он один против всех нас что-то может. Какой-то человек с каплями древней лидерской крови, среди которых половина - предатели рода людского.

-Надо будет воссоздать ему условия, пускай занимается своей археологией. Полно развалин от прошлых жителей.

-Да, терять его нельзя. Хорошая валюта.

Архив был прав. Они обменяли его на что-то со стороны земных иронов. В туалет заходили новые люди, и каждый разговор сопровождался одновременным шипением с потрескиванием, покашливанием, а порой откровенно напоминал радиопомехи. Люди думали, что общаются. На самом деле общались ироны, а общение между людьми – лишь остаточное явление. Театр кукол, игра марионеток, пока настоящие кукловоды обменивались новостями.

В дверь кабинки постучались.

-Твоя очередь подошла. Ты скоро?

-Ещё чуть-чуть.

Человек ушел.

Архив был прав во всем. Чистых нет. Те, что чисты, сами с большим воодушевлением стоят в очередь на вживление наномашин.

Иронам и программам требуются какие-то условия, чтобы стать частью человеческого организма. Технология была отточена, имела название – иммунизация, и относилась к здравоохранению. Была закреплена на законодательном уровне, и если всмотреться в рекламу, которой тоже был полон мир, вроде бы как более продвинутых потомков ариев, тем не менее, всё тот же мир рекламы, то здесь говорилось тоже самое – войди в медкапсулу, подумай о других людях, подумай о близких. В ход шли любые слова и лозунги, лишь бы человек подчинился.

Мир 12ой Колыбели перестал быть совершенным. Здесь тоже нет спасения. Правды не знает никто. Даже здесь.

По разговорам и визору Ровальд понял, что люди в которых иронов не было, а были маленькие программы – обладали самим низким статусом, самой плохой работой, и жили в самых плохих условиях. Государство не было полицейским, но каждый человек краем глаза незримо наблюдал за всеми остальными. Он сам был живой видеокамерой и доносчиком. Сознательно или нет.

Весь мир следил за Ровальдом, как за какой-то заразой, которую надо сторониться и не пускать в мир. Поэтому, пришлось воспользоваться восстановленной технологией и сбежать.

В режиме машинной невидимости Ровальд шел вдоль улиц, периодически проезжал военный транспорт, или плавно пролетал автобус с пассажирами.

Даже знакомые, которых он имел с Иксодуса, заражены. Можно было не проверять.

Одновременно с этим, когда люди обсуждали заражение Землян, это вызывало откровенный смех. Люди всерьез обсуждали заражение в другом мире, считая, что ироны есть только там. Никто не знал, что сам был частью мира с которым сражается.

У Ровальда была карточка контактов с Анастасией, девушкой, обладавшей крупицами лидерской крови. Представительницей 8ого колонизаторского корабля, создавшей планету Иксодус. С трудом разбираясь в рунах, Ровальд кое-как сообразил, где это. Оказалось, не очень далеко, хотя и на другом конце городка, в котором он оказался.

Наступила ночь. Его объявили в розыск. Проносились патрули на мощных машинах с группами захвата. Каждый раз, как они проезжали – с ними уносился звук сирен сине-жёлтых проблесковых маячков. Но Ровальд был невидим. Машинная невидимость действовала против иронов. Никто не мог его увидеть.

Добравшись до здания голубого многоквартирного комплекса, чем-то напоминающего те, что были в тухнущих городах Неронов. Ровальд, будучи невидимым, хмуро вошел одновременно с одним из людей. Его раздражало, что он был таким наивным глупцом, легко купившегося на ложь окружающих.

Насколько мог тихо прошел по мраморному полу, сложенный чёрно-бежевыми плитками на тип шахматной доски. Взглянул ещё раз на карточку, где была улыбчивая Анастасия. Она держала вверх два пальца латинской буквой V.

Когда две лифта закрылись, в последний момент он увидел проехавшую полицейскую машину. Двери плотно закрылись, связь с агрессией внешнего мира исчезла.

Лифт будто взлетел с космодрома. Ровальд краем глаза косился на человека рядом, тот не обратил внимания. Для него этот прыжок вверх был повседневной нормой.

-109 этаж. – Сказал ласковый женский голос. Человек вышел.

-112 этаж.

Ровальд оглянулся. На этаже никого. Осторожно, тихонько лязгая, прошел до нужной квартиры. Ещё раз взглянул на карточку. То самое место, если её там нет, то в этом мире больше делать нечего. Тут опасно, он голоден, просто свалит и всё. К тому же, никого не знает, кто бы мог привести к тесионцам. Людям, которых он знал, и которых мог спасти так же, как попробует спасти её.

Громкий стук. Ровальд стиснул зубы. Как он смеет так громко себя выдавать? Постучал тише.

-Есть звонок! Зачем стучите! Кто там?! – Донесся обеспокоенный женский голос.

С ней всё в порядке. Ровальд улыбнулся, от сердца отлегло.

-Старый друг. Если ты меня таким считаешь.

Дверь открыла Анастасия. Волосы взъерошены, лицо наполовину в косметической маске для лица.

-Э? Кто здесь? – Она посмотрела сквозь Ровальда. Попробовала выглянуть в коридор, но раздался звон. Она схватилась за лоб и стала его часто тереть. – Что за?

-Та-дам. С новосельем.

Ровальд появился.

Анастасия присматривалась и не могла понять, что происходит.

-Ров? Ты?! – Глаза её расширились. Великий независимый, гроза всея неронов, ходячая легенда во языцех. Всё это она смутно понимала, потому что встречалась только один раз, и то, как во сне. Она отшатнулась, положила руку на сердце. Поверить своим глазам не могла, но это случилось. К ней пришли. Не абы кто, а сам человек, с которым свести может только судьба. Анастасия огляделась, не наблюдает за ними ли кто-нибудь.

-Будем считать, ты не против.

Ровальд зашёл в комнату девушки, внутри которой полно неоновых огней, прозрачный компьютерный блок с рыбками, несколько полукруглых широких мониторов на стене над компьютерным столом, и самое главное – громадная голограмма над кроватью в видео диснеевской русалочки. Кажется, наша девушка любительница водного мира?

Кровать аккуратно застелена, за компьютерным столом пустующее кресло. Неоновый ночник в виде осьминога на тумбочке у кровати. Точно поклонница.

Ровальд смотрел на мир без визора. Он боялся увидеть то, что увидеть придется.

-Присаживайся! Я позвоню, чтобы тебя не искали. Скажу, что ты здесь.

-Кто не искал? – Спросил Ровальд.

Она взяла прозрачную плоскую трубку телефона, и он жестом показал, что телефон надо убрать.

-Ров? – Анастасия взглянула из под лба с подозрением, и опустила трубку.

-Не надо никому звонить.

Она спалит всю контору, ради которой он часами мучился.

-Не совсем понимаю, почему. Тебя ищет весь город. Люди думают, тебя похитил враг, так как ты носитель древних знаний. Ты почти признанный герой. Все волнуются за тебя.

Он знал, кто за него волнуется и по какому именно поводу. Далеко не за его здоровье или душевное состояние.

-Боюсь, у меня только одна жизнь, и рисковать ею не могу. Полиции не надо. Если интересно почему, то у нас очень долгий, страшный, но интересный разговор. О, ты его запомнишь надолго. Ведь ты мой единственный лучик связь с тесионцами, больше контактов у меня нет.

Это было правдой.

Так же, как не мог и показать истинный облик своего доработанного доспеха. Опустошенного, но вернувшегося в строй. Защита на нуле. Его может убить любой хорошо рассчитанный удар настоящего стража. Единственный его союзник – системы превентивного нападения, весь упор которых делался на неожиданность, и на то, что противник не знает об их существовании.

Он опустился на компьютерное кресло, которое с жутким скрипом накренилось, а затем сломалось. Вес доспеха превышал любые нормы. Разумеется, кресло не выдержало. Ровальд поднялся из обломков, стряхнул с себя что-то, и уселся, скрестив ноги.

-Ты тяжелее, чем кажешься. Ничего, не переживай. Оно было почти не новым.

-Только вчера купила? – Пошутил Ровальд.

Анастасия кивнула. Ну, что поделать? Бывает.

-Жаль. Я должен тебе кое-что сказать. Что-то, что тебе не понравится, и во что ты поверить не сможешь. Может быть, случится непоправимое. Но это спасет твою жизнь.

-Ров, ты меня пугаешь.

О, как он сам себя пугал? Последние годы с ним происходит один ужас за другим.

-Будь готова к чудесам. Или меры, которые я применю, могут быть жесткими. Но не конкретно к тебе. Нам врут. – Ровальд включил визор. Узкая голубая полоска загорелась и расширилась, покрыв голубым тонированием весь зрительный экран стража. Впрочем, этого никто не видит.

Как он и подозревал, внутри Анастасии программа, средний паук, , который внимательно слушал Ровальда. Маленькие лапки поджаты. Кукловод отпустил ниточки, жаждал развития событий. Он ещё не знает, что с ним случится непоправимое.

Наблюдая за этой тварью, Ровальд продолжил:

-Я буду осторожно подбирать слова. Будь внимательна к своим реакциями. Это важно. Всё окружающее благополучие – не правда.

Настя дёрнулась одновременно с пауком, который чуть зашевелился. Перелез на другое плечо и грозно уставился на Ровальда, потирая лапки, как потирает их муха.

-Мир, в котором вы были, Иксодус, лучше, чем то, что вы получили.

Анастасия рассмеялась.

-Ров! Там были войны и сплошное разрушение. Здесь этого нет. Ты думаешь, что тот мир был лучше?

-В определенном смысле, намного лучше. Всё плохое там было наяву, а здесь оно сокрыто за десятью печатями. Я поздно понял, но все мы совершили большую ошибку. Надо было оставаться.

-Ров, ты не знаешь. Но там, на спасательном корабле. После уничтожения нашего дома… Все друг с другом дружат, общаются, обмениваются радостью что спаслись, и что не надо служить чернобогу. Это было похоже не сказку. Очень здорово. Жалко, что те корабли прилетели и быстро нас забрали, это правда. Но я не жалею, что Иксодус уничтожен. Ни капли.

Ровальд ухмыльнулся. Она будет смотреть на мир по-другому. Так же, как он.

-Ты знаешь почему они прилетели?

-Да, поднятый транспортный корабль стал автоматически подавать сигналы о своем местонахождении. Поэтому нас нашли.

Жаль, объяснить ситуацию с этой стороны не получилось. Она в курсе. Чтож, начнем с другой стороны.

-Как тебе жизнь теперь?

-В целом, в чем-то похоже на мою жизнь до того, как меня освободили. Та же империя, только как-то проще, дружелюбнее. Нет дискриминации, потаенных недосказанностей. Нет такой лжи о благополучии . Меня не держат тайно в капсуле как батарейку. – Она улыбнулась. – О, это будет долгий, замечательный разговор. У меня целая куча воспоминаний. Я сделаю нам кофе. Будешь?

Ровальд кивнул. Но поздно понял, что не представляет, как будет пить внутри доспеха. Раскрывать свою главную козырную карту, которая с большим трудом была получена, и которая ликвидирует разницу между ним и оригинальными стражами – опасно.

Саркофаг, система сохранения души не работает. Уязвимости фатальные и их много. Буквально, один хороший удар и он труп, ибо восстановленный страж не защищает. Его функция совсем другая. Лучшее, на что способен – фильтровать воздух, отгонять радиационные излучения и некоторые другие.

Ровальд встал и увидел, что прозрачный телефон исчез. Он кинулся за Анастасией на кухню и увидел, как она шёпотом произнесла в трубку первые слова.

-Алло, это полиция?..

Ровальд направил руку, телефон из рук Анастасии выскользнул и лег в его ладонь.

-Насть, ты права в одном. – Раздался хруст. - Это будет долгий разговор.

-Вот черт… - В ее глазах испуг.

-Делай кофе и возвращайся. Я обойдусь. – В желудке предательски заурчало. Он весь день не ел. Местная пища содержала смарт-пыль. Пару дней потерпеть вполне по силам. Он выдержит и три дня, если потребуется.

-Может, я покушать сделаю?

-О, тебе только и делать что покушать… - Рассмеялся Ровальд.

Анастасия покраснела.

-Бери свой кофе и садись. Чтобы без фокусов. Один раз я позволил тебе уйти. – Ровальд вспомнил их встречу на Иксодусе. – Второй раз уже так просто не будет.

Девушка послушалась.Теперь их отношения больше напоминали нравоучения отца перед дочерью. Ровальд немного постарел, учитывая, сколько времени он провёл в древних закромах Архива. Сейчас ему было за тридцать.

-Ров, у тебя голос немного изменился.

-Стал старше, да?

Она кивнула.

-Да.

-Ничего удивительного. Я провел в местах очень далеких много времени.

Ровальд следил за пауком, который ничего не мог сделать. Когда Ровальд закончил рассказ про то, что мир полон иронами, и что ироны сражаются друг с другом руками людей – программа неистово забесилась, она вцепилась в кожу девушки и Анастасия яро зачесалась в том месте, где её цапнули.

-Ай, да откуда комары!

-Это не комар. Это кое-что иное.

-Нет. Ров. При всем уважении, я в это поверить не могу. В комаров, которых быть не должно поверить куда проще.

-Оно ерзает, ему не нравится то, что я рассказываю. Впрочем, программа которая была на мне, в момент, когда я узнал правду, была ещё более серьезной. Она управляла нашими движениями, мы пытались друг другу навредить. Некоторые из моей команды погибли. Усилиями этих программ.

-По-моему, тебе надо лечится, Ров. Я-то думала у меня проблемы с головой. Слышала, у военных, вроде тебя, это не редкость. Контузия, все дела.

-Я не военный.

-Нет? А кто, псих какой-то?

Её уста потеряли самообладание. Программа взяла верх.

-Нет. Я гражданский. Археолог. Хотя, верно будет сказать, бывший. Лицензия давно закончилась. Впрочем, она была бы аннулирована и по многим другим причинам.

– Звучит интересно.

-Нет ничего интереснее археологии, когда становишься частью забытого. Тебя переполняют чувства от одного факта, что ты стал частью этого. Но… - Ровальд шмыгнул носом. Кажется, ему требовалось высморкаться. Но не в этом месте.

-Я не тот человек, не того уровня. Подвигов не совершала. Всё сделанное мной – сделано против моей воли. Это был алгоритм действий написанный другим человеком. Гением, что пожертвовал собой и уничтожил всю империю. Ты, тот кто это начал, это правда. Но он, тот кто положил последнюю козырную карту, он тот, кто закрыл партию. Но даже так, учитывая всё, что я знаю, мне трудно поверить в то, что внутри меня что-то сидит, управляет. Прочти, но это откровенный бред. Тебе надо лечиться, герой. – Последнее было сказано с явным сарказмом.

За ниточки уже тянули, марионетка стала марионеткой.

Режим репульсации

Взаимодействие с квантовыми формами жизни

Контроль

Ровальд вытянул руку, в ладонь притянулась программа, что мгновенно стала видимой. Большой круглый паук с маленькими лапками бился в агонии. Он не мог высвободиться. Одна из последних разработок по борьбе с иронами в кристаллизованном мире. Закрома Пятой Колыбели. Действительно потерянные технологии, если сравнивать со знаниями об ариях. Последний кусочек правды, что помогал бороться за правду.

Анастасия вздрогнула. Ей стало намного легче, осанка расправилась, груз с плеч ушел. Она посмотрела на то, что вылезло из неё. Ощутила небывалую легкость, улыбнулась и рухнула без чувств.

Ровальд, пережив ликование с печалью отметил, что триумф был недолог. Вряд ли она вспомнит что-то. Будет думать, что это сон. Переключив режим визора Ровальд увидел, что Анастасия полна смарт пыли. Наноботы копошились внутри неё. Они потеряли структурность, их форма развалилась и потекла по организму. Потеря программы означало и потерю контроля над ними.

Режим отладки

Выжигание

Смарт-пыль внутри девушки вздогнула и перестала светиться. Теперь это выключенные наноботы. Микромашины открепились от нервных волокон. Макрофаги начали очищать организм. Девушка во сне застонала, её температура подскочила, она ровно задышала. Лицу вернулся здоровый вид. Смарт-пыль больше не влияла, и не могла стать проводником для захвата управления.

Паук в другой руке ерзал. Его окружал невидимый барьер. Ровальд сжал ладонь с пауком, квантовое создание обмякло, развалилось на частички золы. Паука в руке не стало.

Раздался звонок. Ровальд с удивлением обернулся.

-Мисс? Вызывали полицию? Мы прибыли. Что там у вас?

Воспроизведение голоса

-Ничего. Всё хорошо! Просто поругалась с парнем. Решила его приструнить. Извините за беспокойство!

-Ничего, мисс. Будьте осторожны. Но помните, полиция это вам не игрушки. А психологическое давление на парней – карается законом. Если он захочет подать на вас в суд, мы будем на его стороне. Мужчины главная военная сила, и главные разработчики благ. Они ученые, и от их решений зависит жизнь людей. Уважайте своего парня. Если он вам не нравится, просто бросьте его. Но угрожать полицией запрещено.

-Хорошо. Простите! Ещё не усвоила порядки.

-Ладно. Доброй ночи, мисс-новоприбывшая. Адаптируйтесь поскорее.

Отмена голосового воспроизведения

Ровальд расслабленно выдохнул и опустил взгляд на растрёпанные волосы девушки.

Анастасия проснулась утром, когда живот у Ровальда урчал как ненормальный (возможно от этих звуков). Но уже известно, что в холодильнике всё было со смарт-пылью. Вода, в любом виде, даже в покупных напитках, со смарт пылью. Лишь из кондиционера воздух не выдувался со смарт пылью.

-Ров? Чего это я? Что случилось?

-Как себя чувствуешь?

-Что? А. Кстати… Чертовски хорошо. На странность. Раньше я… Чувствовала себя хуже?

-Да. Последствия после очищения. Я деактивировал смарт-пыль внутри тебя. Убил паразита. У меня для тебя подарок, от которого ты будешь в восторге – он протянул визор, который крепился на переносницу. Раньше его носил Гаст.

-Ты опять об этом? Ну не могу я поверить, что вокруг меня сплошной враждебный мир, это ненормально, Ров. Это звучит будто болезнь.

-Знал, что ты так скажешь.

Ровальд убрал визор, включил воспроизведение видео вчерашних событий – из галлографа вывалилась голограмма. Анастасия с ухмылкой смотрела на саму себя со стороны:

-Это я так выгляжу? Какие волосы растрёпанные, Боженьки мой… Маска на пол лица. Она и сейчас на мне? Какой стыд.

Она вздрогнула, когда увидела, что из неё что-то вылезло, затем увидела, как упала. В руке Ровальда паук, который ничего не может сделать. Она рвался укусить, но его маленькие лапки были слишком слабыми.

Анастасия прикрывая рот рукой, ахая, смотрела на это. Она не верила своим глазам, и глаза же её заставляли в это поверить. Паука раздавили и он исчез, распылившись на черные фрагменты.

Ровальд вновь дал визор, и Анастасия увидела смарт пыль в еде, внутри неё самой. Смотрела и не хотела признавать, что новый дом оказался ещё одной ловушкой. Как империя Нерон. С той лишь разницей, что второй раз это принять было легче.

-Ну что, считаешь меня психом?

-Не знаю что делать. Мне некуда идти. Я не представляю, как это объяснить другим. Всё заражено, продукты, вода, ты говоришь, может даже воздух? Даже воздух бывает. С ума сойти. Всё хуже чем то, с чем я столкнулась… Там. Иксодус. Вот почему ты считал, что он лучше. Там врали прямо в лицо, а здесь, до этого надо ещё дорасти. И то, не факт, что сможешь принять.

-Именно так. – Кивнул Ровальд. – Причем, правда с душком, ядохимикатами и желает стать твоим хозяином. Но, на счет некуда идти, ты не права. Есть одно место. Я его нашел. С трудом. Скажем, награда за мои поиски.

-Да? Правда?! – Глаза Насти загорелись. - Но как же другие?! Их же всех надо!..

-Не всё так быстро, моя дорогая Настя. – Ровальд приложил палец к губам Насти и она почувствовала металлический холод, с подозрением уставилась на руку Ровальда. Она подумала, что у него протез. - Ты владелец стража. Первым делом, тебе надо забрать доспех, и свалить вместе со мной куда подальше. А там уже всё остальное. Добраться до тебя было не просто. Я не ел уже два дня. Второй раз мне вряд ли удастся так легко спуститься на эту планету. Сработал эффект неожиданности. Они не знают, что я о них знаю. Теперь ты тоже о них знаешь. Смарт пыль у вас даже в продуктах в магазинах. В свежих, сорванных, овощах и фруктах. Везде. Иногда их распыляют с неба и люди ими дышут. Организм пытается вывести смарт-пыль, но её запасы пополняются. Не думаю, что убедить других получится лучше. Ты была одна в комнате, доверяла мне. Вдобавок, внутри тебя сидела слабая программа. Поэтому образумить тебя получилось.

Хотя депрессия, что оттенком легла на взгляд Насти, дала о себе знать. Второе принятие тоже нелегко.

-Бывают сильные?

-Я рассказывал. Думаю, единственная твоя причина, по которой у тебя была слабая программа в том… Кем ты устроилась?

-Пока никем. Я решила уйти в бессрочный отпуск, чтобы найти призвание. Вдобавок, я владелец стража. Так что, требования ко мне невысокие. Побыть иждивенцом у общества разрешается.

-Вот по этой причине, - Ровальд указал пальцем, - тебя никто и не трогает, и программа слабая. Там где люди занимают какой-нибудь пост, программ больше. В одном человеке может сидеть не только по две-три программы, но и по два ирона. Как они за ниточки дёргают, лучше не знать. Сам был жертвой программы, и как именно мог бы повлиять ирон, который сидел внутри не знаю. Случай помог. – Ровальд вздохнул. – Но задерживаться нельзя. Таких, как ты, или я, проснувшихся, очень мало. На нас легко могут напасть. Они видят, что мы без вселенцев. Захотят заново промыть мозги. Если с тобой это сделают во второй раз, думаю, они учтут то, что я тебя исцелил. В следующий раз уже так не получится. Если встретимся вообще.

Анастасия вздрогнула, представляя, как внутри неё будет сидеть несколько таких тварей и незримо управлять мыслями, и даже, чувствами. Она испуганно посмотрела на Ровальда, кинулась ему на шею.

-Второй раз меня спасают, а я даже не знаю, за что.

Молчаливые слёзы покрыли её лицо. Все её друзья, её жизнь, те кого любила и знала, жертвы этих неведомых существ, и поделать с этим ничего нельзя. Если получится выбраться, будет чудо.

-Страж от них защищает. Так что, если сможешь залезть в него, никакая смарт-пыль не будет страшна. Превосходная система фильтрации.

-Но как же ты? Ты же вот так…

Ровальд ухмыльнулся.

-Не все секреты сразу.

На мгновение он преобразовал голограмму, показав старый вид стража. Того самого, который она видела раньше. Обновленную, настоящую модель ей видеть пока рано.

-Я поняла. – Анастасия серьезно кивнула и отпустила Ровальда. – Я всё поняла. Вот почему у тебя палец был холодный. Ты всё время был внутри стража.

-Именно. Так что. Сделаешь это?

-Да. Я войду в центр, возьму стража, и уйду с тобой. Но…

-Что?

-Там система защиты. Много пропускных точек. Что если они увидят, что я без этих… Паразитов?

Теперь настал через Ровальда. Он понял, что натворил. Девушка не сможет пройти всё это. Её, естественно, заметят, остановят, заставят пройти иммунизацию.

-Ты права. Выбор не богат, придется пока без стража. Всё равно без тебя они не смогут его запустить. Хоть так.

-Но куда полетим? Где жить? Вместе с тобой, на корабле?

-Есть одно место, где я мог бы тебя оставить. Там такие как ты, или я. Чистые. – Ровальд ласково улыбнулся. – Настоящие люди.

Анастасия поджала губы. Посмотрела на Ровальда. И поцеловала его в щеку, губами ощутив металлический холод. – Спасибо, что не бросил на произвол судьбы. Я соберу вещи. Вызову такси. Домчимся в одно мгновение. Нам, кстати, куда?

-Космодром Шард Иова.

* * *

Такси остановилось у космопорта, и Ровальд уже знал куда идти. Даже отсюда было видно, что корабль на своем месте. Передав пропуск Анастасии, Ровальд незримо шёл рядом. Девушка прошла все пропускные пункты. Никто не обратил внимание, что вместо неё на таблоиде высвечивается мужчина.

Когда она прошла к посадочной площадке, где уже ждал спасительный подъём в космос, её окликнули.

-Мисс! Мисс!

Анастасия замерла. К ней подбежал охранник. На ноге опасно позвякивала кобура с коротковолновым бластером. Он остановился возле Насти, протянул пропуск.

-Вы, обронили.

-Спасибо! – Анастасия с улыбкой приняла, поклонилась. – Спасибо большое!

У неё бешено стучало сердце. На лбу выступил пот. Она резко покраснела от страха, и ускорив шаг, направилась к выезжающему трапу. Это был не легендарный эсхельмад. Какой-то другой корабль. В несколько раз больше.

Ровальд замыкал шествие. Когда поднялись, он оглянулся и замер. Провожать их взлёт вышли люди в штатском. Весь персонал космодрома. Охранники. Военные. Полиция, что охотилась за Ровальдом. Все они окружили их большим кольцом – на почтительном расстоянии. Их пустые взгляды молча наблюдали. Люди полны иронов и программ. Они смотрят, как трап поднимается обратно, как корабль медленно взлетает. Когда корабль скрылся за облаками, они ещё долго сверлили небо пустым взглядом.