Дорога влево резко расширялась. Более того, отчётливо виднелись следы колёс, иссиня-чёрные. Следы путались, а порой, встречалось резкое торможение – две сплошных параллельных прямых. Вскоре, дорога стала ещё шире, появилась бугористая сероватая разметка, делящая дорогу на две проезжие части.

Спустя несколько часов блужданий по идеальной асфальтированной дороге среди лугов, Ровальд уперся в развилку на две стороны. Зелёные ковры в этом месте имели примятости вдоль и поперёк, транспорт явно съезжал с дороги. Причем, так далеко, что примятая трава – скрывалась за горизонтом. Выбор простой, плавный поворот направо – в сторону пахотных полей. Вдалеке, на самом крае видимости, маячили фигурки людей, обратаывающих поля вполне привичным образом – ручным инструментом, в основе своей, крючковатыми мотыгами.

Значит, новая столица беженцев – налево. Дорога уходила далеко вверх по горе, и скрывалась среди больших валунов. Но самого города тесионцев не видать. Солнце нещадно палило голову, Ровальд нажал у подбородка кнопку, шлем вернулся на место, кожу обдуло нежной прохладой, климатическая установка заработала исправно. Этот потрёпанный тесионский костюм делался на совесть. Даже сейчас, нещадно подбитый сколами в разных частях, в основе своей – спереди, он работал как часы, готовый, если потребуется, бороться со стихией до последнего глотка воздуха.

Вздохнул Гаст, ворча, как старик:

–Могли бы кого-нибудь и прислать. За несколько месяцев отгрохать столько. Будто ждали, что мы свалим, чтобы начать строительство.

-Да ладно тебе. – Встал на защиту родины Белослав. – Всё у нас по плану, сам ли не знаешь?

Гаст не ответил.

Ровальд смотрел сквозь визио-фильтры на палящее солнце, и невольно, по привычке, приставил ладонь к бровям, металл доспеха звонко стукнулся. – Что есть, то есть. Потом предьявим притензии Хопсу. Он же главный градостроитель здесь?

Члены команды невольно кивнули:

-О да, он-то, с его расчетливостью и главной заслугой в организации переселении, давно уже стал негласным лидером страны. – Сказал Окомир. – Впрочем, именно за эту тайную рассчетливость его недолюбливают даже среди наших. Разведчик он разведчик и есть, какое тут лидерство? Нужна харизматичность, стойкость, прямота. Хопс, он несколько не таков. Думаю, пост главы у него временно, пока всё не стабилизируется, как сейчас.

-Надо знать, какие отношения с новыми властями. – Кинул Ровальд, намекая, чтобы напомнили, если забудет.

На дисплее что-то пикнуло, и Ровальд почувствовал, как под кожу вкалывается питательная порция витаминов и полезных веществ, необходимых для генерации сил. Доспеха Стража исполнял эту функцию более изящно.

Добравшись до самого верха, где дорога уже начинала петлять за валунами, издалека эти пороты казались мелкими, но в действительности, подойдя на вот такое расстояние, Ровальд убедился, что расстояния приличные – каждый поворот занимал сотни метров, а валун – не какой-то там большой камешек, и громадный, чуть ли не полноценный кусок горной породы, отколовшийся, волею судьбы, с плеч титана.

Путь шёл по этим петлям, километр за километров, вихляя в лабириенте совершенно новой, удивительно качественной дороги свежеуложенного асфальта. Шероховатого, крепко сцепляющего с поверхностью даже подошву.

Пробравшись через лабиринт извилистых путей, команда остановилась у обрыва. Дорога продолжалась ниже на несколько метров. Но сам обрыв странный, часть поверхности земли сместилась в разные стороны.

Но вид открывался на ещё более просторные луга, леса циклопически огромных деревьев – соквойи. Крона таких великанов – соревновались со скалой вдалеке, вокруг верхушки которой что-то летало. Нет, не облака, некие крупицы. Верхняя часть которых обладала геометрически правильной формой.

-Ров! – Гаст ткнул пальцем в сторону.

Ровальд проследил за указанием, и увидел маленкьие мошки, резво загоняющие огромного зверя. Увеличить картинку в несколько раз, как это мог Страж, в это доспехе не удалось. Лишь в жалкие два раза, но этого хватило, чтоб убедиться. Некие два транспортных средства пытаются загнать саблезубого льва. Похожего на тех, что встречались на Иксодусе, на южном полюсе – Земель Незванных. Однако, этот обладал другими габаритами. Другим характером, более тёмным окрасом. Движения резкие.

Животное убегало от двух встретившихся четырёх-колёсных, на первых взгляд, багги. Рёв мотора не слышен на таком расстоянии, но ветер изредка доносил лёгкий, почти плачущий рёв мотора.

С одного из багги вылезло нечто, и выпустило красную лазерную иглу, которая прошла насквозь через лапу льва и скрылась в лесу, до которого оставались десятки метров. Животное, по-видимому, намеревалось скрыться там. Получив ранение, лев упал, кувыркнулся несколько раз по земле, вернул баланс на трёх лапах, поменял траекторию движения, резко прыгнул на ближайшего противника, вцепился зубами и передними лапами, не прокусил, но удачно зацепился. Упал на спину, уволакивая транспорт за собой, перевернул на бок, колёса неистово завертелись, потеряв опору, и дав волю двигателю на холостых. Багги успел сделать ещё три лазерных выстрела в разные стороны. Один полетел в сторону Ровальда, прошил скалу неподалёку, где-то там над головой раздался треск, кусок породы лениво повалился в их сторону. Никто не успел среагировать. Крошка пылью взорвалась, потянувшись за падающим куском как дым за головешкой угля и упал в ста метрах от команды, расколовшись на ещё большее количество камней, один из которых ударился о броню Гаста и безвольно упал под ноги.

-Йо… - Свистнул Окомир, глядя на действие нового оружия.

Но Ровальд успел вернуться к моменту, когда саблезубый лев, уже лежал на спину, и задними лапами отталкивал багги. Одного мощного толчка хватило чтобы отправить внедорожник в полёт на десяток метров. Лев извернулся, и хотел напасть на другого противника. За спиной льва на крышу приземлился перевёрнутый внедорожник. Что-то в нём задымилось, до Ровальда донёсся крик людей, который тут же обрубил появившийся вой ветра.

Но прямо сейчас у Ровальда не было Стража. Лишь жалкая пародия на легенду, которая в лучшем случае может лишь защитить. Но даже от такого лютого зверя она не спасёт.

Второй транспортник во всю отстреливался от прыгающей кошки. Два спаренных дула лазерных турелей выплёскивали град красных игл, вспахивающих луга вокруг саблезубого зверя. Крошка земли взрывалась вместе с опалённой травой, вздымалась к небу, будто от разрыва маленьких гранат.

Багги покрылся защитой. Там, где сидели люди, выехали щиты и соединились, превратив внедорожник в монолитный гроб на колёсах, который, вряд ли под силу пробить даже столь могучей кошке.

Один раз зверь уловил момент и напрыгнул, уцепился зубами за одну турель, прибавил усилий, надломил её, вцепился зубами, пытаясь оторвать до конца. Однако, по корпусу на помощь турели приехала вторая. Два ствола уставились в кошку, та мгновенно среагировала и отпрыгнула, а по её месту заколошматил ядовитый град лазерных выстрелов.

Лев секунду наблюдал, как турель подняла прицел в его сторону, и, хромая, короткими прыжками кинулся к лесу, постоянно оборачиваясь, меняя путь отступления, успевая тем самым, в самый последний миг. Земля взрывалась крошкой, лев вновь отпрыгивал, понимая, что цел не надолго.

-Йо… - Только и успел повторить Окомир.

-Не знал, что у нас такие бывают. – Удивился Белослав, основательно поживший на Велие с момента его покорения. – От это киса. Чем же она насолила нашим, что на неё отправили аж два герролюса?

-Всё, теперь не поймают.

-Поймают. – Поспорил Белослав. – Смотри.

Ровальд присмотрелся к багги с названием герролюс, который продолжал поливать лазерной шинелью, причем, тщетно. Зверь оказывался ловчее и смышлёнее. До леса всего сотня метров, а герролюс даже не гонится, словно бросил все попытки. Но Белослав, от чего-то, был уверен в своих словах, и Ровальд не спускал с транспортника глаз.

Герролюс присел на пузо, передние колёса приподнялись, отодвинулись в стороны, стали разгоняться. В центре каждого колеса вылезла тоненькая полоска лезвия, которая становилась больше. Колёса раскручивались сильнее. Достигнув пика раскрутки, отсоединились от ходовой, поцеловались с землёй, и устремились на перерез льву. В буквальном смысле.

Лев оглянулся на стремительно догоняющие его колёса, норовящие расчленить в одну секунду. В глазах промелькнула жалобность. На мгновение Ровальд посочувствовал зверю, который приложил столько усилий, чтобы сбежать. Вот его конец близок, две бешеных круглых диска приближаются. Лев подпрыгнул, пропуская колёса под собой, но с прострелянной лапой это удалось плохо, и его резануло по брюху. Лев вскрикнул так громко, что его рёв был слышен даже среди скал. Колёса – диски уже заходили на второй круг, а лев всё не сдавался, он не просто хромал, а истекал ручьями крови. Хромая, он лениво, лешившийся сил, крови, раненный, обернулся, готовый встретиться смерть, и подпрыгнул ещё раз, более ловко, сумев перекрыть оставшимися силами тот спасительной клочок свободного пространства, которого хватило, чтобы не зацепиться. Колёса проскочили, до леса жалкие пятьдесят десятки метров, но сил у зверя, похоже, не осталось.

Тем временем, пилот герролюса решил, что этого мала, и вот вдогонку первым колёсам пускались два задних. Они с воем прошибли землю с травой под собой, изрыгнув её как ненужный мусор в сторону, и ринулись вперёд.

Это конец саблезубого льва, самого крупного льва, которого когда-либо Ровальд встречал в своей жизни.

Первый колёса шли крест-на-крест со вторыми, догоняющими. Возможно, и этот момент лев сможет пересилить, но крови, которой он лишился – было слишком много. Всё пространство вокруг него залито яркой красной краской.

Из леса выпрыгнул другой лев, поменьше, полный сил. Он ринулся чуть ли не быстрее резвых самонаводящихся колёс с лезвиями. За мгновение до распила своего собрата, схватил его за загривок, перекатился, откинул задними лапами в лес. Тот рухнул как мешок с картошкой, обессиленный, с трудом, приподнялся, глянул на товарища, которого распилило на множество частей. Дикий рёв огласил округу, ещё сильнее предыдущего. Вой боли и скорби. Лев ревел снова и снова, а колёса распиливали остатки его товарища по второму кругу.

Уползая в свои тёмные дебри, лев долго, очень долго ревел, подымая грады птиц с деревьев. Его рёв был слышен даже потом, когда транспортник уехал на подмогу перевёрнутым товарищам.

Элайла всхлипнула.

-Почему-то я переживала за это животное.

-Совсем как люди. – Поддержал Гаст. Похлопал девушку по плечу.

Все члены команды переживали за льва больше, чем за своих же ребят, которым ничего не грозило с самого начала. Ведь вся техника – понятное дело, неподвластна зубам даже такого дивно-крупного хищника.

Ровальд двинулся дальше, а все члены команды послушно следом. В воздухе витало напряжение, оттенки небольшой грусти. Почему-то это животное каждому запало в душу, нечто родное ощущалось в нём, знакомое. Словно все мы, люди, это что-то потеряли, а эти животные, вот нет. Что-то важное.

Так казалось. Спускаясь по вновь идеально ровной дороге прямо к герролюсам, которые не так далеко от трассы стояли, восстанавливаясь, Ровальд пару раз махнул руками и крикнул. Но те, разумеется, не услышали. Пилоты пожали друг другу руки, забрались обратно в машины, и удалились. Никто из них таки и не заметил гостей из космоса.

-Герролюс. – Проговорил Ровальд. – Что это?

Окомир пожал плечами. Белослав придерживался той же позиции:

-Ну вот примерно то, что мы видели. Яснее не скажу.

Дорога тянулась под ясным небом. Но даже теперь, становилось ясно, что там, на другом конце ровной трассы, где вокруг скалистой вершины плавали точки – находились врата. Почти идентичные тесионские стены. Но новые, широкие, массивные врата, предназначенные для проезда транспортной техники. А там, за стенами, геометрически правильные формы.

-Господа, поздравляю. Мы нашли. – Сказал Ровальд. – Думаете, они назовут город так же?

-Почему бы и нет? – Сказал Гаст. – Тесио хорошее название. Мне нравится.

Каждый вновь разделял мнение одного. Но, у города наверняка было другое название, другая история, и эти плавающие точки, только пройдя несколько километров стало видно, что это целые плавучие острова с постройками. Они не летали – парили, плавно поднимаясь чуть вверх, опускаясь чуть вниз, и так далее.

Антигравитационные технологии. Выходит, тесионцы что-то откапали на первом экспедиционном.

Вот в центре города здание стало подниматься вверх, а за ним, за фундаментом, кусок оборванной земли. Островок поднялся вверх, и плавно полетел занимать свою орбиту. Окомир присвистнул.

-К такому меня жизнь не готовила.

Это впечатляло. Антигравитационные технологии такого уровня Ровальд не встречал даже в учебниках экспериментальной археологии. Всё когда-либо найденное официально, учёными, меркло, по сравнению с этим кусочком парящей породы. Словно сама природа без каких-либо условностей и физических законов взяла, и подняла.

Завыл ветер, откуда-то сбоку послышался знакомый рык. Из кустов справа вынырнул маленький саблезубый лев, на мгновение остановился посреди трассы, оскалил клыки в сторону идущих, а затем, навострив ушки, жалобно их прижал, и скрылся в следующих через дорогу кустах. За ним, ревя моторами, выпрыгнул герролюс, и не замедляясь, перелетел дорогу, приземлившись далеко за кустами, где бежал мелкий детёныш.

-Не просто охота. – Сказала Элайла. – Это истребление.

-Чем же они насолили… - Повторился Белослав.

Визг тормозов смешался с визгом зверя. Кровавые ошмётки на колёсах, которые превышали величину зверя. Ровальд понял, что картина, наблюдаемая издалека, про убегающего льва – означало, что лев был больше этой громадины. Так это и есть герролюс? Вблизи транспортник оказался ещё больше. Даже всего своего роста Ровальду не доставало, чтобы макушкой головы превысить высоту этих колёс – столь велик был внедорожник, столь велик зверь, спасшийся ценою сородича.

Глядя, как герролюс разворачивается, компания застыла. Транспортник медленно подполз к ним, не спеша орудуя сцеплением, поровнялся с дорогой, остановился, по бокам кабины приподнялись двери, ака крылья чайки, и оттуда выглянуло серьезное лицо зеленоглазого мужчины с усами.

-О. – Это было всё что он сказал. Пилот кивнул на кабину, мол, залезайте.

-Давайте, ребята. Хотя и осталось с гулькин нос до города, это то, чего мы так ждали. – Сказал Ровальд.

Уже находясь внутри кабины, состоящей из рули, двух педалей, и полушария по правой руку от пилота, на которое периодически клалась пятерня пилота, словно переключая скорости. Но на полушарии появлялись изображения, некие фигуры рун. Изображения, которых копировались на экран торпедо – крохотный дисплей перед рулём.

-Опасно ходить самим. Зря вы так. – Сказал пилот, то ли сочувствуя, то ли упрекая. – Откуда будете, братцы?

-И девушки.

-Херевушки. – Передразнил Элайлу пилот.

-С космоса. – Сказал Гаст. Отвезёшь в город?

-А куда вас ещё, космопланетян? – Передразнил Гаста пилот.

Герролюс развернулся, выпрыгнул на трассу, и помчался к открывающимся вратам.

-Как город назвали? – Спросил Ровальд.

-Не знаете? – Удивился пилот. – О.

-Отвечай уже. – Начала выходить из себя Элайла.

-Я и сам не знаю. Мне всё побоку.

Ровальд вспомнил ошмётки львёнка на колёсах. Невольно закрыл глаза. Но это не тот разговор, где он мог что-то обсуждать с простым человеком, выполняющим простой приказ.