Кварталы циклопических кубов завершились лестницей, подобной предыдущей. По ней поднимались десятки метров, пока не оказались наверху. Позади – плоские верхушки кубов. Спереди – мощёная дорога из шестиугольных, идеально друг к другу подогнанных камней. Словно выплавленных, как детали конструктора. Но чем дальше он шёл, тем больше рисунок менялся. Вскоре, шестиугольники заменились звёздами из стрел, удивительно гармонично сцепленными друг с другом. Дорога вела прямо в рощу орешника, листья опадали на лоб, Ровальд отводил их рукой. Группа молча шла за ним, столь же внимательно изучая местность.

За рощей орешника с его крупными широкими, но очень мягкими, шероховатыми листьями, дорога продолжилась вдоль широких лугов, уходящих за горизонт. Но уже впереди, через 200-250 метров, виднелись две чёрные цилиндрические вершины.

-Временный город. – Встал рядом Гаст. – Здесь жили изначально.

-Неплохая крыша над головой на первое время. – Согласился Окомир. – У меня был корпус 3-Д, на нижних этажах.

-Да, вояк всех кидали пониже, чтобы было простор для манёвра на всякий случай. - Согласился Белослав.

-А точнее, чтобы нероны не сбежали. Там, уже в то время, начались мелкие беспорядки с их участием. – Вставила Элайла. – Но что-то не то. Что-то там теперь тихо.

-Да, жизни здесь совсем не чувствуется. Хотя поля, признаться, ухоженные.

-Когда мы вылетали, уже начиналось переселение на более подходящие территории. Каждая под свою нацию. – Пояснил Белослав. – Отеленовцев, кажется, хотели на юго-восток, поля возделывать. Привычное им ремесло, на благо новой… Республики что ли? Форму правления не выбрали, даже деньги ещё не были введены.

-А Тесионцы? Выжившие после обратного преображения? – Спросил Ровальд.

-Они все, вроде как, собирались в одно и тоже место. Но куда именно, я уже не знаю. Это было два месяца назад. Сейчас, что-то, как сказала Элайла, действительно, очень тухло. Людей вообще нет. – Пожал плечами Белослав.

-Зайдем, проверим. Раннее утро, возможно, поэтому. – Скомандовал Ровальд. Вся группа двинулась следом.

Лёгкий ветерок раздул колосья подрастающих культур, что вились на этих бескрайних лугах. Но ни птиц, ни зверей. Редкие насекомые – лучшее, что удавалось встретить.

Чем ближе приближались, тем более становилось очевидным, что чёрные цилиндры – это невероятных размеров два здания, возведённые таким образом, за столь короткие сроки, что представить просто невозможно. Наверняка тесионцы откопали на экспедиционном корабле строительную арийскую технику и сотворили сие чудо, иначе – быстро такое не построить. По крайней мере, так казалось. Эти два цилиндра устремлялись параллельно в высь. Чёрные, непроглядные, будто монолитные. Окна едва ли различались даже под ярким солнечным светом. Но они были – чёрные матовые квадраты, лишь чуть светлее стен, что и позволяло их разричать. Они вились кольцами, параллельно друг другу. И даже с этой стороны было очевидно, что один этаж состоял из десятков таких окон. Десять… Двадцать… Ровальд насчитал сорок восемь окон со своей стороны, а таким ведь был каждый этаж, и точно так же, наверняка, с обратной стороны.

-Сотня этажей. – Гордо подсказал Окомир. – Мы жили на первых. Но на самом высоком, сотом, никогда не были.

-Чего? – Спросил Ровальд.

-ДА что-то не пришлось, все были заняты. Весело было, осваивать это всё заново, куча задач стояло, в основном, в качестве разнорабочих. Притащи то, притащи это.

Но только подойди к этим невероятных цилиндрам вплотную стало ясно, что запустение – не единственное отличие. Эти два здания – района, вместивших около тридцати миллионов человек, были огорожены лазерными решётками. Причем, изнутри, лазер был сплошной, даже между перегородками. Высота странного забора – в три человеческих роста.

Окомир, глядя на Ровальда, добавил:

-В близи, наверняка, будет ещё выше.

Действительно, вблизи забор оказался еще в два раза выше. Такой не перепрыгнуть, не преодолеть. Разве что подкопом.

-Но от кого? – Удивился Ровальд. – Враги же закончились. От кого такой забор? Здесь что, опасные звери?

-Нет зверя опаснее, чем человек. Так говорил мой учитель. – Сказал Гаст, нагнулся, сорвал тростинку и сунул себе в рот. – Когда я прилетал, кэп, не было опасных зверей, ни тем более, этого забора. Думаю, дело в людях. Ходили слухи о беспорядках среди спасённых неронов, и даже некоторых отеленовцев, но я не придавал им значения. Что они, против многомиллионного населения Тесио?

Даже так, при том, что раннее утр, запустение и забор монолитной лазерной защиты, этих двух фактов хватило, чтобы понять. Здесь что-то не так. Однако, пробраться через забор не представлялось возможным. Тем более, куда идти дальше, никто подсказать не мог. Новых членов команды забрали отсюда после всех нововведений.

-Моё доступ должен подойти. – Сказал Гаст, подошёл к вратам, прислонил к терминалу ключ-карту, но прозвучал запрещающий сигнал, экран загорелся красным, и женский голос известил:

-Доступ запрещён. Зона отчуждения.

-Причина. – Спросил компьютер Гаст.

-Официальная причина: взбешённые нероны скоростного и скрытного типа. Потеряв доступ к лекарствам, не смогли отказаться от прошлого образа жизни, потеряли рассудок, и стали восстанавливать создание лекарств из людей на основе человеческих клеток, которые изымались насильественным путем. Нероны не покидают данную территорию, но поймать их, невозможно. Они обладают независимым источником питания, поэтому не нуждаются в подзарядке. Все два районных жилых блока обесточены. Двери замкнуты. Последняя проверка неделю назад. Результат: один из десяти проверяющих пропал. Следующая проверка – через шесть месяцев.

-Хотят через голод от них избавится. – Понимающе сказал Ровальд. – Но кто бы мог подумать, что несколько обезумевших изворотливых неронов наведут столько шороха.

-Командир, нам по силам от них избавится? – Обратился Окомир. – У меня, кажется, может быть доступ.

-С чего это? – Удивился Гаст.

-Ну, есть такое предположение. В таких делах, раньше, ещё там, часто участвовал.

Ровальд окинул взглядом циклопические постройки, даже более величественные, чем те кубы, которые встретил на космопорте.

Нож прилетел в голову Ровальда – но за мгновение до фатального ударал, Окомир поймал его за рукоядку. Затем нож вырвался из его руки и улетел обратно.

-Магнитно-целевой, от мразь. – Вздохнул Окомир.

-Лучше здесь не стоять, ребят. Без доспеха кэпа… Не думаю, что скоростной нерон будет по силам.

В тот же момент, подтверждая слова Гаста, в голову Ровальда прилетел короткий серенький кинжал. Он дрожал от вибраций, пойманный рукой Элайлы. Остановленный в сантиметре от лба Ровальда.

-Твою мать. – Выругался Ровальд.

Кинжал задрожал в руке тесионки, задрожал ещё сильнее, стал пропиливать её собственный доспех. Стоило чуть ослабить хватку, и из её руки кинжал вырвался и полетел обратно, на один из центральных этажей, находящихся высоко над поверхностью земли.

-Не стойте. Бежим! – Крикнул Ровальд.

Но стоило отбежать, множество кинжалов полетело следом за ним. Каждый был отбил верными членами команды. Пробить их броню кинжалы не могли, и Ровальд последовал их примеру, активировал тесионскую, пускай и повреждённую, броню, покрылся мелкими кирпичиками достаточно крепкого металла, который уберёг от шквала пуль на Вашингтоне 02. Броня покрыта сотнями царапин, многие из которых успели отколоть кусочек, как-то ковырнуть, подцепить и пускай на миллиметр, но проникнуть, царапнуть мира Иксодуса.

Тут же о спину звонко ударились кинжалы. Обернувшись на бегу, Ровальд видел, как упавшие кинжалы поднимались неведомой силой и тянулись обратно к зданию. Но куда идти дальше, неизветсно. Все дороги в другие места наверняка шли из перекрытого города. Новые поселенцы не нуждались в космопорте, а потому, вывезя всё необходимое, просто расположились где-то в удобном для них месте и занялись работой, ни разу не возвращаясь туда, где нечего брать.

Но им, новоприбывшим, надо было куда-то идти, найти администрацию, Хопса, сцепить рукопожатия, встретить друзей и знакомых, попрощаться, и каждый час из выделенных трёх дней – капал как последний. Слишком высока вероятность не вернуться. Слишком неблагодарна будущая миссия. При всём при этом, столь же нежеланная.

Кроме этих кинжалов, ни единой живой души. Но вот удары о бронированные спины прекратились, и можно остановиться, взглянуть на эти две зловещие башни, которые зловещими показались ещё с самого начала, издалека. Чутьё не обманывало. Оно мягко предупреждало, и как всегда, никто не слушал.

-Твою пыль космическую. Чёртова дюжина потухших звёзд. Мелкосердечные тапок тебе в нос… - Выругался Ровальд. Путь лежал впереди, и это перекрытая дорога, с опасным нероном, без Стража, который мог запросто ухватить на расстоянии перчаткой. Множество желаний и возможностей, которыми Ровальд ещё недавно обладал, рушились о суровую и простую, как две единицы кредита, реальность.

-Что будем делать, кэп? Я в принципе, могу разведать. Разделимся. Эти-то, никуда не вылезут из своих нор.

-Нет. – Отмахнулся рукой Ровальд. – Не всё так просто. Времени у нас нет на исследования, и я, кажется, знаю что делать.

-Но в лобовую мы его не осилим. Это скоростной тип! Ладно ещё скрытный. – Запротетсовал Гаст.

-Не осилим. – Подтвердила Элайла, серьезно глядя вдаль на эти две высокие башни, отрезающих дорогу в цивилизованный, замкнутый на своих проблемах родной мир. – Можно подождать дневной связи через космопорт. – Предложила она. – Хотя не уверена, что при таком запустении, в ближайшее время, нам кто-нибудь ответит.

-Тоже так думаю. – Согласился Ровальд. – Вообще, всё слишком странно, а время не ждёт. Ладно. Есть у меня кое-что. – Ровальд достал рукоятку светового меча-дезинтегратора, который разрывал взмахом реальность, вспарывая пространство словно брюхо жирного червя. Последний подарок от совета Белых Старейшин из мифического Грозного. Посмотрел задумчиво, изучая глядя на руну, которая зажглась голубым сиянием. Стоит прикоснуться пальцем, и оно выйдет наружу.

-Что это? – Спросила Элайла. – Никогда такого не видела.

-Лучше никому не видеть, не что способен этот клинок. – Пространно ответил Ровальд, вспоминая тонны умерших душ, пропавших в пространстве, которое засосало нерадивых, словно зная, что появилось для того, чтобы засосать именно их.

-Что-то опасное? – С уважением спросила Элайла. – Можно будет потом попробовать?

-Нельзя. – Отрезал Ровальд, и сунул обратно. – Скоро сами всё увидите. Идём. Окомир, доставай пропуск.

Стоило подойти к подножию многоквартирных пустующих башен, и летящие кинжалы не возобновились. Исход их запуска был понятен и самому владельцу. Но ни одного кинжала не осталось. Все они вернулись обратно.

-Неронские технологии. – Цыкнул языком Гаст. – Их не спутать. Эта игровая манера убийства.

-Угу. – Поддержал Белослав, вставая непроницаемой стеной возле терминала, загораживая от всего, что могло бы помешать Окомиру войти.

Титан протянул карту к терминалу, тот засосал, счёл необходимые данные.

-Доступ разрешён. – Пропел женский голос.

-Как я и думал. – Почти удовлетворённо сказал Окомир, засовывая карту обратно в кармашек, который тут же закрылся сам, слившись с бронёй. Лазерная стена на вратах исчезла, но появилась через пару шагов спереди. Стоило ступить сюда, как стена сзади появилась вновь, зато та, что появилась спереди – пропала.

Нет, это ещё не капкан. Настоящий капкан будет впереди. Нероны отступники, не смотря на всё то добро и весь тот риск, ради которых за ними пришли, вызволили из рабства системы, бушевали, поддались, скорей всего, той страшной болезни, о которой рассказывал ещё Бен. Киберпсихоз. Его последствия теперь удасться увидеть воичию. Возможно, отсутствие медикаментов – вот реальная причина сумасшествия, от которого они и спасали, ради которого и были придуманы. Ровальд вёл группы, по бокам Окомир и Белослав, чуть в стороне Элайла и Гаст. А Тим?

-Ровальд, где Тим? – Спросил Гаст.

И ведь действительно. Ещё на подходе сюда он был рядом, но никто не обращал на него внимания, и теперь парень пропал.

Шлем Элайлы чуть приподнялся, освобождая губы, она сплюнула, шлем опустился:

-Ну йопт твою мать! Парнишка! Где ты?!

Ровальд поднял руку:

-Не стоит. Мы итак у всех на виду. Не услышим, как идёт противник, будет плохо. Найдем его.

-Тут так просто не найти… - С сомнением сказал Окомир.

Никто и не подумал, что Тим остался изучать чёрные кубы на космопорте.

Ровальд посмотрел на руку, покрытую повреждённой сколами тесионской бронёй, в которой сжималась легендарная рукоятка светового арийского меча.

-Так что это? – Вновь спросила Элайла.

На что Гаст поднёс палец к губам, и она кивнула.

Боевая группа из пяти человек подошла ко входу: прозрачные широкие двери стали сдвигаться, одна в другую, словно сплавляясь, и широкий вход, расчитанный ровно на их группу, стал звать внутрь.

-Добро пожаловать в жилой квартал А. Самодостаточный, имеющий двенадцать типов восполняющихся энергий, не считая их компоновки. – Стал напевать женский голос, эхом отражаясь от пустынных тёмных коридоров. В центре что-то вроде длинной стойки ресепшен, возможно, для обращений к администрации, с камерами хранений, или что-то в этом духе. Но, разумеется, у арием это всё называлось по-другому и имело несколько иные цели, хотя похоже на то известное, что Ровальду было известно под космо-отелями.

-Тим, чтоб тебя. – Вновь выругался Ровальд, держа рукоятку на изготове.

-Кэп, а мне скажешь, что это?

-Не, напарник, не сейчас. Лучше будет, если ты увидишь сам, потом все вопросы отпадут.

Зловещая тишина прервалась унылым стоном. Женский, а за ним точно такой же мужской и вновь всё стихло. Стоило перевалиться за стойку регистрации, как там, на полу, среди разбросанных планшетов и бумаг, в спешке скинутых и брошенных, а так же, частично вскрытых, словно в поиске нужных микросхем или минералов, из которых они изготовлялись, сидели спиной к спине два нерона. На висках железные вставки, глаза мумифицированы и под ними мелкие камеры, точками, как глаза у паука. Кожа подсохла и на голове. Они медленно шатались и изредка мычали.

-Что за?.. – Сказал Гаст, присоединяясь к Ровальду. Вся група наклонилась следом.

-Никогда не видела ничего подобного. – Обомлела Элайла. – Что за?..

Двое замычали, слегка пошатываясь, с губы стекала слюна.

-Смотрите. – Сказал Ровальд. – От виска провод идёт, к виску дамы.

-О нет. Я знаю что это. – Шокированно сказал Гаст. – Это полная жопа. – Мерзко скривился, представляя то, что там происходит.

-Что? – Спросил Ровальд.

-Единение сознание. Это наркотик. Единение душ, а точнее, из грязная перемешка друг с другом, чувства переплетается, своё сознание путается с другим. Стоит попробовать, и от этого, почти естественного, наркотика, нерноы уже не могут отказаться. Говорят, лучше секса, лучше медикаментов. Но те, кто так делают, ну, как мне докладывали, ещё когда-то служил в разведке,не могут вернуться в норму. Внутри них что-то меняется. Они тсановятся созависимыми, агрессивными, больными, и больше не могут жить нормально. Постоянно об этом думают, и даже начинают убивать обычных людей, вставлять им провод прямо в голову, не смотря, что нет вживлённого гнезда.

Ровальд скривился, глядя на них, а те блаженно мычали, пошатываясь. Эти Ромео и Джульетта балдели, высыхая, и не обращая внимания на то, что высыхают. План тесионцев по обезвоживанию работал. Но вот где Тим?

Переключив зрение на тот слабый тепловой визор, что встроен в тесионский доспех, видел, что следом свежих нет. Вернулся ко входу, чуть вышел наружу, но там, на солнце, уже не видно тепловых следов, там, под солнечными лучами, всё пылает одинаково.