Хамада отличался своим несколько фольклорным образом, в противоположность «крутым» бандитам. Был ли он настоящим якудза? И хотя он этим хвастался, некоторые мафиози сомневались в его словах. В молодости, после войны, он состоял в банде гурэнтай под названием «Цурумасакай». За нападение и растрату он получил тюремный срок. Он поддерживал также связи с двумя будущими видными деятелями Либерально-демократической партии — Такэситой Нобору и Нонакой Хирому (1925–2018), который принадлежал к той же фракции, что и Такэсита, и занимал должность министра внутренних дел с 1994 по 1995 год.
В 1955 году Инагава Какудзи предложил Хамаде заняться политикой, сведя его с Кодамой Ёсио. Хамада на несколько лет становится его советником и постигает тонкости налогового права при помощи Осано Кэндзи. Его политическая карьера началась с избрания в муниципальный совет одного из городков префектуры Тиба. Затем он вошел в префекторальное собрание, а в 1969 году стал депутатом от Либерально-демократической партии. Всего Хамада избирался на этот пост семь раз подряд. Проведение дорогостоящих избирательных кампаний финансировал Кодама при поддержке якудза.
Особую значимость Хамада приобрел благодаря своему влиянию в префектуре Тиба. Именно в одном из ее городов, в Нарите, планировалось строительство нового токийского аэропорта. Этот проект несколько лет вызывал серьезное сопротивление и местных жителей, и радикально настроенной публики. Задача Хамады заключалась в продвижении этого государственного проекта на местном уровне.
В 1969 году он вступил в ультраправую группировку «Общество летней бури» (Сэйранкай). Ее финансирование обеспечивали Сасакава Рёити, страстный любитель авиации, и якудза Матии Хисаюки. В это же общество вступил и будущий губернатор Токио, неонационалист и бывший писатель Исихара Синтаро. Когда в Нарите начались жестокие столкновения с крестьянами, левыми активистами и другими протестующими, помощь якудза оказалась очень кстати для поддержки отрядов кидотай — японских подразделений специального назначения.
Прилетая в Лас-Вегас, Хамада проигрывает крупные суммы в азартные игры в компании боссов «Инагавакай» и Исии Сусуму[259]. Организацию и финансирование этих поездок брал на себя Осано Кэндзи, он же покрывал долги Хамады, используя для этого деньги Lockheed. На эти цели ушла сравнительно скромная сумма в 4,5 миллиона долларов. Тем не менее данная операция нарушала закон, так как Осано вывез из Японии огромный объем иен без разрешения валютной комиссии. Опасаясь, что скандал получит огласку в связи с расследованием дела Lockheed, Хамада сложил с себя депутатские полномочия 11 апреля 1980 года.
Но его отсутствие оказалось недолгим. Вскоре он вернулся в политику, баллотировавшись независимым кандидатом в том же избирательном округе, и в ноябре 1983 года возвращает себе место в парламенте. В 1988 году Хамада занимает пост председателя влиятельного Бюджетного комитета Палаты представителей. Однако во время одного из парламентских заседаний, раздраженный вопросом депутата-коммуниста, Хамада публично назвал генерального секретаря Коммунистической партии Японии «убийцей». При этом он умышленно исказил его фамилию, произнеся «Миядзава» вместо «Миямото», — подобная мелкая месть характерна для выходцев из мафиозной среды. Этот инцидент напомнил о болезненной теме для всех причастных сторон.
Миямото Кэндзи (1908–2007) стал членом Коммунистической партии в 1931 году, после окончания экономического факультета Императорского университета Токио. В мае 1933 года его выбрали в центральный комитет. После ареста в декабре того же года он оказывается в тюрьме, где пребывает до октября 1945 года. Лишь начиная с 1955 года он активно участвует в воссоединении партии: занимает пост генерального секретаря центрального комитета в 1958 году и позже возглавляет президиум в 1970 году, следуя политическому курсу, близкому к еврокоммунизму.
Оскорбление, брошенное Хамадой, отсылало к событиям 1930-х годов. Тогда Специальная полиция (Токко) внедрила своих осведомителей в ряды Коммунистической партии вплоть до уровня центрального комитета. Октябрь 1932 года ознаменовался массовыми арестами. Находясь в заключении, некоторые партийные лидеры отрекались от своих взглядов и переходили на сторону императора. В партии воцарилась атмосфера подозрительности. Двух членов подпольного центрального комитета, создателем которого и был Миямото Кэндзи, обвинили в шпионаже. Одного из них, Обату Тацуо (1907–1933), в январе 1934 года обнаружат мертвым. Тело его похоронят тайно товарищи по партии.
Между тем Миямото, арестованный в декабре 1933 года, отвергал все обвинения в причастности к убийству. Судебный процесс над ним длился до 1944 года. Однако после войны суд принял решение о прекращении этого дела. Миямото так и не признал свою вину. До сегодняшнего дня точка в этом деле так и не поставлена: нет ясности относительно истинных причин смерти Обаты, не ясна и его роль как шпиона. Впрочем, шпионская деятельность второго члена центрального комитета сомнений не вызвала. Мнения историков же по этому вопросу разделились.
Помимо того что в основе оговорки Хамады было оскорбление, что заметили все, этот поступок крайне негативно восприняли даже в его собственном политическом лагере. Он пробудил болезненные воспоминания: война, аресты, пытки, специальные подразделения полиции — весь этот исторический контекст всплыл в неподходящий момент, когда правое японское движение, нашедшее себя в неонационализме Накасонэ, оказалось в крайне уязвимом положении из-за коррупционных скандалов и тесных связей с якудза.
Хамада дальше не продвинется в рамках Либерально-демократической партии. В 1993 году он отказался баллотироваться в депутаты, хотя и мечтал стать министром. Он ушел из политики, уступив место своему сыну, Хамаде Ясукадзу, который будет избираться и переизбираться в том же округе (в общей сложности девять раз) и займет должность министра обороны в правительстве Асо в 2008 году. Хамада Коити реализует себя на телевидении, активно посещая игровые и развлекательные шоу, в частности, вместе с Такэси Китано (использующим псевдоним Бит Такэси).