К книге
Мой друг ПиратВот и встретились
78%
Вот и встретились
28

Дядька в белой бейсболке поворачивается вбок и хрюкает. Под буграстым носом у него белеют пивные усы.

– Ахой! – окликает его Пират.

Великан подносит ко рту кружку и с удовольствием отхлебывает пиво, на нас он внимания не обращает нисколечко.

– Ахой, Боцман! – повторяет Пират.

И вот тут Белая Бейсболка разворачивается к нам, и лицо его озаряется широченной улыбкой.

– Черт подери, вы уже тут?! Гребите ко мне! Садитесь сюда!

Уже? В смысле? Стоп-стоп-стоп! Когда же они тогда разговаривали? И неужто это и есть легендарный Боцман, маг и чародей из Тринидада? И ему по силам исцелить больного, от которого отказались даже лучшие норвежские доктора?

А где его бусы из черепов? Боевая раскраска на лице? Наконец, настоящие костяные гадальные кости?

Нет, это явно не тот человек. Напутали они что-то.

– Времени в обрез, тянуть не будем, – говорит Пират.

Когда мы подходим к столу Боцмана, великан встает нам навстречу и раскрывает свои великанские объятия.

– Все путем? – спрашивает Пират, когда ему наконец удается из них вывернуться.

– Пузо растет с каждым днем, – отвечает Боцман. – Так что грех жаловаться, да? Сытый человек – счастливый человек, как здесь говорят. Но беда в том, что я скоро никого не смогу на колени усадить.

Пират улыбается и выдвигает свободный стул.

– А с другой стороны, мне и некого усаживать на колени.

– По-прежнему сам себе хозяин? – спрашивает Пират. – Что, с Лаурой ничего не вышло? А с Лолой? С Ребеккой?

– Они друг дружку недолюбливали, – смеется Боцман. – А ты, значит, Андре?

Он хватает мою руку и жмет ее. Ладонь у него сухая и шершавая, как кора.

…Мы сидим в «Долговязом епископе» уже несколько часов. Пират и Боцман вспоминают былые дни. Я жадно ловлю каждое слово. Этот Боцман мне даже начинает нравиться. По части чародейства он вряд ли способен хотя бы вытащить кролика из шляпы. Но что-то есть в его манере говорить. Да и вообще в нем. Неудивительно, что Пират скучал по нему.

Пират с Боцманом еще долго не вылезают из воспоминаний. Но постепенно они выдыхаются, и разговор перетекает на штурвалы, пеленги и идеальные сорта дерева для корабельных мачт. А я снова прилипаю взглядом к игровому автомату в углу.

Предыдущая главаГлава 28 из 36Следующая глава