Тринидад – самый крупный из двадцати трех островов, составляющих архипелаг Тринидад и Тобаго. Наш компас нацелен на него. Увы, сильный порыв ветра выхватил из моего бортового журнала полдесятка листов и унес их в океан, так что я не уверен в точных координатах. Но предполагаю, что мы вот-вот выйдем, говоря словами спортивных комментаторов, на финишный этап гонки.

В последние дни я то и дело думаю о Боцмане: правда ли он целитель со сверхспособностями? Я частенько падаю духом, потому что вера в хилерство противоречит разуму. С другой стороны, я однажды вычитал, что и сам разум – всего лишь спонтанные химические реакции, которые внезапно запускаются в человеческом мозгу, но так же быстро прекращаются, как и вспыхивают. А вот надежда (и воля) зависит только от веры в то, на что человек надеется. И за счет этого люди с дырявыми легкими или без ноги затаскивают себя на Килиманджаро, а парни на колясках, изрядно потренировавшись, крутят на рампе бэк-флипы.

Когда Пират сначала наотрез отказался чинить яхту, мне показалось, что надежде конец. Но разве может надежда исчезнуть, если ты сам от нее не откажешься?

Перед нами мили и мили океана. Почти штиль, редко-редко пройдет волна. Но ощущение все равно такое, будто «Немо» кто-то тянет.

– Водоворот же! – кричу я, наконец дотумкав, что потоки в воде закручиваются в спираль. – Один из этих подлых водоворотов!

Пират выключает двигатель, и я слышу вдалеке рев.

– Мы не могли пройти этим путем и ни на один не напороться, – пожимает он плечами. – Они тут натыканы, как мины на минном поле.

– Ты серьезно? – Я вне себя от возмущения. – Тут сто с чем-то миллионов квадратных километров океана, но ты так выбираешь маршрут, чтобы мы непременно впендюрились в водоворот?! Включай мотор и сдавай задом!

Пират фыркает и натягивает шляпу на лоб.

– Я эти воды знаю как свои пять пальцев, не волнуйся.

– Ты хочешь сказать, что намеренно проложил курс через водоворот?

– Не то чтоб я непременно хотел в него вкрутиться, но… По моим расчетам, мы так выиграем целый день.

Водоворот подгребает нас все ближе. «Идите ко мне, голубчики… Поближе… Я вам кое-что устрою… Не бойтесь… Это не страшно…» – шепчет он.

– Ты забыл, как кончили Лауриц и его команда? – кричу я Пирату прямо в ухо. – Или ты мне просто байки травил?

– Лауриц утонул со всеми своими, да. Но я не Лауриц! И собираюсь проделать трюк, который мы называем пройти на морской подзарядке. Надо только встать правильным образом, и, если все нам удастся, мы за счет силы водоворота выиграем уйму времени. Помнишь, в телевизоре есть такая передача, где самый хитрый находит, как скосить путь? И приходит к финишу первым? И тут так!

– Понятно. То есть наша цель – потопнуть как можно скорее…

Как раз на этих словах «Немо» слетает с устойчивого курса. Теперь нас кружит, как пробку в бурлящем джакузи.

– Запускай двигатель! – кричу я. – Выводи нас отсюда!

А Пират стоит лыбится. И при этом еще и поет старый шлягер:

– «Моряк – он любит шум волны, и плеск ее, и звон…»

– Ты совсем ку-ку?

– Я это обожаю! – кричит Пират.

Раунд два.

Водоворот так вцепляется в старичка «Немо», что у того скрипит и кряхтит каждая досочка.

И раунд три.

«Немо» трясется, содрогается и вот-вот опрокинется. Воздух вокруг нас белый от брызг и пены, а рев такой, будто дюжину стиралок включили разом на отжим.

И тут Пират резко переводит рычаг скорости. Мы разгоняемся. Выше, выше. В животе щекочет. Скорость растет. Я зажмуриваюсь.

И посреди чудовищного грохота Пират распевает во все горло:

– «Грохочет шторм, бушует шквал, вот-вот пойдем ко дну…»

Мы все ближе.

Ближе.

Еще чуть-чуть…

…Фу-у-у-ух! Выскочили.

* * *

Перед нами гладкое спокойное море. Но за спиной все еще грохочет жуткий водоворот.

– Ай да мы! – кричит Пират. – Давай еще разок! Я сейчас развернусь…

– Не смей! – верещу я.

– Ты скулишь отчаяннее, чем русалка на суше. Это была шутка!

– Я не скулю! Это ты не терпишь возражений.

– Это я-то не терплю?! Да мне всю жизнь слова не дают вставить! Голову-то включи. Ты ж не думаешь, что твой двоюродный дед всегда жил один. Моя первая жена…

– Оставь свои истории при себе. Ты… ты просто старый больной человек, – говорю я и качаю головой.

– Угу, – вздыхает Пират, и уголки его рта раздвигаются в загадочной улыбке. – Так оно и есть.

– И псих ненормальный, – не останавливаюсь я. – И авантюрист. И у тебя не голова, а труха из овсяных галет.

– Труха из галет? Зачетно сказано. Кстати, Андре, а можешь взять у меня штурвал? У меня внизу срочная надобность.

– Кстати, туалетная бумага кончается.

Пират уже на середине трапа.

– В смысле – кончается?!

– Ну я там положил сушеные морские звезды. У них есть гладкая сторона и шершавая, не перепутай.

– Вот как иметь дело с этими портовыми крабами, а? – горестно спрашивает сам себя Пират, спускаясь по трапу. – Они даже бумаги не могут запасти. И как мы теперь…

Звуки затихают внизу.

19 сентября

Мы приближаемся к цели. Порт-оф-Спейн расположен с другой от нас стороны главного острова, так что мы сменили курс на норд-вест. Для нас суперважно не напороться сейчас на коралловый риф, потому что большая часть береговой линии состоит из них. По нашим с Пиратом расчетам мы дойдем до места в течение суток.

Я готов утверждать, что накачал себе нормальные моряцкие ходули (тошнюсь максимум раз в день). А вот Пират то получше, то похуже. В какие-то дни он деловой и хваткий, как раньше, а потом состояние его вмиг меняется, как здешние ветра.

Расстояние: 7800 км (≈ 4200 морских миль)

Ветер: легкий бриз

Широта: 14,52

Долгота: 54,51

Пройдено морских миль: 4125

SOS: save old sailor!