— Просыпайтесь, Кондрат Титович! — разбудил Линника голос Цивилько.

— Который час? — едва шевеля языком, спросил сыщик.

— Скоро полдень.

— Сколько?!

Нечеловеческим усилием воли Кондрат оторвал голову от подушки и приподнялся на постели. Сколько времени он проспал? В затуманенном мозгу бессвязно мелькали воспоминания вчерашнего дня — озабоченное лицо Ольшука, неподвижный взгляд старого лесничего, хриплый смех Тукайло. Не приснилось ли ему все это? Кажется, нет. Почему тогда впечатления так обрывочны? Наверное, он уже слишком стар для таких кутежей.

Лишь выпив подряд две кружки крепкого чая, Линник почувствовал себя легче. Нанизав бусины вчерашних воспоминаний на нить времени, сыщик собрал почти целое ожерелье, и его лицо прояснилось.

— Ну как, удалось вам что-нибудь узнать вчера от Авдея? — ехидно поинтересовался староста.

Кондрат стыдливо нахмурился. Что ж, он не останется в долгу.

— Узнал, и немало, — небрежно ответил Линник. — Например, что вы грозите крестьянам отправить их в шахтеры за недоимки по податям. Это правда?

— А как еще собрать подати, если им не угрожать? — развел руками Михаил Матвеевич. — Я ж потом от волостного старшины нагоняй получу. Или мне из своих средств отдавать?

— Старшего сына Осипа Рабца вы отправили в шахты за недоимки своего отца?

— А то как же! Если крестьянам во всем потакать, они на голову сядут. Просто грозиться — это одно, а вот когда кого-то в самом деле заберут, так другие хорошенько подумают, прежде чем плодить недоимки.

— Еще Авдей сказал, будто бы Сушицкий путался с Лизой Веремей. Могло такое быть?

— Вздор! — возмутилась чистившая картофель Мария. — Не такой он был человек. Да и чем она могла его прельстить?

— Кое-чем могла. С тех пор как Лиза потеряла мужа, она места себе не находит, все жениха ищет, — посмеиваясь, пояснил Цивилько. — Думаю, Кирилл мог завести с ней шашни.

— Да, вот еще что, — вспомнил сыщик. — Я наткнулся вчера на сторожку старого лесничего. Как его зовут?

— Харитоныч.

— Вы ничего про него не рассказывали.

— Я как-то про него забыл. Да он и не в деревне живет.

— И Ольшук Харитоныча не упоминал, только нового лесничего Трофима.

— Наверное, Ольшук о Харитоныче и вовсе не знает. О старике как-то все позабыли.

— Напрасно. Он сказал, что слышал выстрел в лесу в день гибели Кирилла около трех часов.

— Вот как? — оживился староста. — Вы думаете, Сушицкого застрелили?

— Это вполне возможно, — кивнул Кондрат. — У кого в деревне есть ружья?

— Да почти у всех мужиков, разве что Авдей свое пропил. Лиза могла продать ружье мужа. Знаете что? — подумав, предложил Михаил Матвеевич. — Я сейчас всех соберу, и вам будет легче узнать, кто сделал выстрел. Как вам такая затея?

— Премного благодарен, — согласился Линник.