Снег шел не переставая. Ветер азартно подхватывал опускавшиеся на улицу снежинки и начинал кружить их в живописном вальсе, от удовольствия подвывая в печных трубах. Покрывшиеся белым пушистым одеялом мостовые выглядели празднично, но неуютно. Редкие в этот зимний вечер прохожие, застигнутые врасплох непогодой, старались поскорее укрыться в своих теплых и сухих домах.

— Ну и метель! — пробормотал, глядя в окно, Кондрат Линник, зашевелив челюстью.

— Подумаешь, — пожал плечами Онуфрий. — Сейчас уже нет таких зим, как в моем детстве. Помню, снег мог идти без перерыва два-три дня, так что избу заметало чуть не под самую макушку. Как только снег переставал, мы с соседскими ребятишками шли расчищать двор. Вот там были сугробы! То-то была нам забава!

Кондрат заметил на улице странного пешехода. В отличие от других горожан, передвигался он медлительно и как будто без определенной цели. Толстая меховая шуба и шапка были уже давно покрыты белой снеговой коркой, но прохожего, казалось, это совершенно не заботило. Временами он останавливался и бросал встревоженный взгляд по сторонам.

— Вот человек, — задумчиво проговорил Линник. — Чего ему дома не сидится в такую погоду?

Незнакомец замер напротив их окна, как будто колеблясь в нерешительности, затем, подняв воротник, начал переходить изрытую полозьями саней улицу.

— Похоже, к нам гость! — усмехнулся Онуфрий. Вслед за тем послышался осторожный стук в дверь.

— Войдите! — громко произнес Кондрат.

На пороге появился высокий мужчина лет сорока. На раскрасневшемся от мороза лице выделялись мокрые темные бакенбарды и тонкие поджатые губы. У Кондрата даже промелькнула мысль, не плачет ли незнакомец, но это было обманчивое впечатление: когда тот заговорил, его голос был размеренным и спокойным.

— Добрый вечер! Мне нужен сыщик Кондрат Линник.

— Здравствуйте, я к вашим услугам. Проходите, пожалуйста, располагайтесь. Это мой секретарь Онуфрий.

Кивнув, гость стал неуклюже освобождаться от утопавшей в снегу шубы, и подскочивший к нему секретарь помог справиться с этой непростой задачей. Под шубой оказался безукоризненный темно-синий сюртук, по которому сыщик безошибочно определил представителя дворянского сословия.

— Чаю хотите? — участливо поинтересовался Онуфрий.

— Нет, спасибо, — ответил незнакомец.

Гость настороженно осматривал кабинет Линника: заставленный папками огромный книжный шкаф, два письменных стола, заваленных бумагами, карта княжества на стене.

— Присаживайтесь, — предложил Кондрат. — Что привело вас к нам?

Недоверчиво посмотрев на Линника, гость сел напротив.

— У меня очень щекотливое дело, — нерешительно начал незнакомец. — Я, конечно, мог бы обратиться в полицию, но боюсь, что замешаны мои домочадцы…

— Мы вас прекрасно понимаем, — ободряюще кивнул ему сыщик. — Вы обратились по адресу: все, что вы нам сообщите, останется в этих стенах, можете об этом не беспокоиться. Расскажите по порядку, что произошло.

— Меня зовут Виктор Викентьевич Кияковский, я мелкопоместный дворянин, владею домом в городе и двумя небольшими имениями в губернии, служу в Министерстве путей сообщения. Наш род известен с XV века, но, к сожалению, его слава и богатство остались в прошлом. Но у нас есть… — он вздохнул, — была семейная реликвия — пять бриллиантов, получивших название «Пять орешков». Они достались в качестве приданого моему прадеду, удачно женившемуся на графине Ферзен. С тех пор бриллианты не покидали наш дом, пока вчера я не обнаружил, что они исчезли.

— Можете описать бриллианты?

— Это довольно крупные камни с желтоватым оттенком, ограненные в форме конуса. Если бриллианты прислонить друг к другу острыми вершинами, их короны образуют почти правильную окружность. Камни лежали в соответствующих углублениях в шкатулке, обтянутой красным бархатом. Шкатулка хранится в потайном ящике секретера в моем кабинете, но теперь она пуста…

— Когда в последний раз вы видели бриллианты?

— Шесть дней назад они были на месте.

— Кто имеет доступ к шкатулке?

— Только я и моя супруга.

— Вы рассказали ей о пропаже?

— Конечно.

— Какова была ее реакция?

— Она очень расстроилась. А как же иначе…

— Ну да, — машинально пробормотал Кондрат, дело его заинтриговало. — Кто в доме знал о существовании бриллиантов?

— Думаю, что все знали. Это ни для кого не было секретом.

— Вор мог проникнуть в ваш кабинет через окно?

— Исключено. Мой кабинет расположен на втором этаже, а единственное окно в комнате выходит на улицу.

— Вы сами кого-нибудь подозреваете?

Кияковский помолчал, размышляя, потом решительно покачал головой:

— Мне трудно кого-то подозревать, даже прислугу. Ведь я живу с этими людьми под одной крышей. Я привык доверять людям, это моя слабость.

— Что ж, мы готовы взяться за это дело, — встал из-за стола Линник. — Но хочу вас сразу предупредить, что расследование может занять не одну неделю. Иногда оно сводится к состязанию с преступником — кто окажется более хладнокровным и терпеливым.

— Понимаю, — кивнул Виктор Викентьевич. — Сколько это будет стоить?

Сыщик назвал сумму. Кияковский молча выложил на стол горсть серебряных монет.

— Это вам на текущие расходы, — пояснил он.

— Мне нужно посетить ваш дом и допросить членов семьи и прислугу, — заявил Кондрат. — Когда вам удобно?

— Учитывая обстоятельства, это нужно сделать как можно скорее. Приходите к нам завтра на обед. В вашем распоряжении будет комната сына, можете там всех опросить.

— Очень хорошо. Не волнуйтесь, мы найдем ваши пропавшие бриллианты, — бодро заверил клиента Линник.

Тот с сомнением посмотрел на сыщика и неторопливо прошествовал в прихожую. Онуфрий помог гостю набросить на плечи тяжелую шубу и, попрощавшись, Виктор Викентьевич вышел на дышащую снегом улицу.

— Похоже, день прошел удачно, — подытожил сыщик, глядя на живописную груду серебра.

— То-то я смотрю, у вас глаза загорелись, — ехидно заметил секретарь.

— Да не в этом суть, — возразил Кондрат. — Всегда приятно расследовать такие дела: это не убийство, не растление, не адюльтер. Это дело представляется мне достаточно простым.

Онуфрий бросил недоверчивый взгляд на своего начальника, но ничего не сказал.

— Я думаю, что это кто-то из домашних, — продолжал Линник.

— Почему вы так решили?

— Уличный вор не стал бы тратить время, чтобы открыть шкатулку, он бы унес ее с собой, — сделал смелый вывод сыщик и с бравым видом стал посередине комнаты.

— Мне завтра идти с вами? — уточнил секретарь.

— Нет, нам предстоит много слежки, лучше, чтобы твое лицо было никому не знакомо. Это надежнее любой маскировки.

— Какие будут указания?

— Найди список столичных ювелиров и разошли им письма. Разузнай, не приходили ли к ним за последнюю неделю подозрительные субъекты для оценки бриллиантов. Анонимность гарантируется.

— Что-нибудь еще?

— Нужно навести справки о Кияковском. Прежде всего, меня интересует его благосостояние, есть ли у него долги. Не то чтобы я его подозревал, но все-таки лучше проверить для очистки совести, — заключил Кондрат.