Вечером кто-то постучал в дверь квартиры Линника.

— Кто бы это мог быть? — удивленно проговорил сыщик, но затем поспешно крикнул: — Войдите!

В комнату несмело ступил бледный худой юноша двадцати лет. Правая сторона его головы была изуродована огромными шишками, обильно политыми зеленкой.

— Добрый вечер!

— Здравствуйте! С вами все в порядке? — сочувственно спросил Линник.

— Как сказать, — парень многозначительно посмотрел на сыщика.

— Кто это вас так отделал?

— Я как раз и пришел к вам, чтобы это выяснить.

— Простите, я не совсем вас понимаю.

— Меня зовут Гордей Рухля. Марфа сказала, что вы можете мне помочь.

— Ах, да-а… — протянул Кондрат. — Припоминаю. Вы жених Марфы Брукун?

— Да.

— Присаживайтесь. Чаю хотите? — предложил Линник.

— Не откажусь, — кивнул юноша, нерешительно устраиваясь за столом.

— Онуфрий, налей гостю чаю. Это Онуфрий, мой секретарь, — представил сыщик своего товарища. — Рассказывайте все по порядку.

Гордей опустил глаза и стал растерянно вертеть пальцами.

— Даже не знаю, с чего начать, — тихо произнес он. — Дело в том, что скоро будет два месяца, как кто-то бросается в меня камнями.

— Почему вы решили, что здесь есть чей-то злой умысел? Может, это просто мальчишки развлекаются.

— Мне в полиции тоже так сказали, — грустно улыбнулся Рухля. — Со стороны это выглядит как детская забава, но меня на самом деле кто-то преследует.

— Как это обычно происходит?

— Когда я выхожу из дома и иду по улице в центр города, за мной начинают следить. Стоит мне немного зазеваться (а я, к несчастью, очень рассеян), как в меня летят камни. Обычно мне удается увернуться, но три раза мне попадали в голову.

— И вы ни разу не рассмотрели злоумышленника?

— Иначе я бы к вам не обратился. Бросишь взгляд в ту сторону, откуда прилетело, а его уже и след простыл. Только ветки качаются.

— Это происходит в каком-то определенном месте?

— Нет, в разных: на малолюдных улицах, в садах, где нет заборов.

— Любопытно, — задумался Кондрат.

Парень начал мелкими глотками цедить горячий чай.

— Вам кто-нибудь угрожал? — поинтересовался Линник.

— Нет, — покачал головой Гордей.

— А раньше вас никто не преследовал?

— Нет.

— Вспомните, что вы такое сделали два месяца назад, за что вас могли начать преследовать?

— Я сделал предложение Марфе.

— Вот! — сыщик вскинул вверх указательный палец.

— Вы думаете, это как-то связано с нашей помолвкой?

— Это самое разумное и простое объяснение. Кстати, когда вы гуляете с Марфой по городу, камни летят в вас?

— Нет.

— Вот видите!

— Что вы хотите сказать? — не понял Рухля.

— Очевидно, ваш недруг боится случайно попасть в Марфу, — объяснил Линник.

— Все это очень странно…

— Кто-нибудь из родственников был против вашей свадьбы?

— Нет. Я сын мельника, меня считают в городе завидным женихом, и в семье Марфы меня приняли как родного. Моя невеста тоже из хорошей и уважаемой семьи. Мои родители были рады узнать о нашем решении вступить в брак.

— А у вас были соперники за сердце Марфы?

— Вроде бы нет. За Марфой никто особо не ухаживал, парни считали ее простушкой, хотя это совсем не так. Она очень щепетильна в том, что касается женской чести. Мы с ней в этом похожи. Да и подумайте сами: будь это мой соперник, он бы искал встречи со мной, а не избегал ее.

— Может, он хочет так вас изувечить, чтобы Марфа отвернулась от вас? — предположил сыщик.

— В таком случае у него ничего не выйдет, — возразил юноша. — Мы с Марфой как-то говорили об этом, и она пообещала, что выйдет за меня, даже если у меня будет совершенно разбито лицо. Я верю ей.

— Но ваш недруг об этом не знает, — заметил Линник.

— Это верно, — вздохнул Гордей. — Скажите, вы сможете мне помочь?

— Обещать ничего не могу, но мы сделаем все, что в наших силах.

— Спасибо вам.

— Нет, — сыщик прервал парня на полуслове. — После будете благодарить. Дело представляется мне несложным, но сведений у нас пока недостаточно, поэтому за успех не ручаюсь. Мы попробуем обнаружить вашего тайного врага, пока он будет следить за вами.

— Что я должен делать?

— Вы живете на мельнице?

— Да, возле реки, на выезде из города.

— Хорошо. Вы должны в ближайшие три дня выходить из дома в десять часов утра и идти на Рыночную площадь. Мы будем сопровождать вас и следить за соседними улицами. Все понятно?

— Да, — кивнул Рухля. — Сколько я вам должен за работу?

Линник переглянулся с Онуфрием.

— Молодой человек, я не намерен брать с вас деньги, они вам скоро понадобятся, — усмехнулся сыщик.

— Я так вам признателен, — растроганно проговорил юноша, вставая из-за стола. — Мы с Марфой приглашаем вас на свадьбу в октябре.

— Спасибо! Ну что, — обратился Кондрат к секретарю, — махнем золотой осенью в Пичугу, а?

— Можно, — пожал тот плечами. — Почему нет?

— Приезжайте, у нас осенью очень красиво, — заверил Гордей.

Сыщику не хотелось давать пустых обещаний, все зависело от работы.

— Мы подумаем, — заключил он.

— Мы с Марфой будем очень рады вас видеть. До свидания!

— До свидания! Будьте осторожны!

Когда дверь за парнем закрылась, Линник хитро посмотрел на секретаря.

— Онуфрий?

— Что?

— Я думаю, ты блестяще справишься с этим делом и без меня.

— Что вы, Кондрат Титыч!.. — попытался протестовать секретарь.

— Сам знаешь, мне сейчас недосуг. Да и староват я уже, чтобы за молодежью гоняться, — пояснил сыщик. — Завтра я приведу тебе помощника из местных, от него больше толку будет, чем от меня.

— Что за помощник? — спросил Онуфрий.

— Завтра узнаешь, — ответил Линник.