— Я дома, — оповестила я, заходя в дом.

— Сашка пришла, — обрадовались мне домочадцы.

— Мама, мы торт не кушали, — заявил Тимофей.

— Да, тебя ждали, — недовольно заявила Юлька. — Перпетуя сказала, что надо дождаться тебя. Где ты была так долго?

— По рабочим вопросам ездила, — укоризненно посмотрела я на нее.

— Вообще-то, у нас с Тимой сегодня праздник, — надулась она.

— Знаю, — примирительно улыбнулась я. — И у меня для вас есть небольшой подарок.

— Какой подарок? — заголосили дети.

— Идите накрывайте на стол, я помою руки и принесу его.

Дети со счастливыми воплями бросились выполнять поручение, а я пошла в свою комнату. Неделю назад случайно наткнулась взглядом в витрине магазина на большую коробку с монополией, которую и собралась сейчас подарить детям. Выудив игру из шкафа, где она была спрятана под ворохом постельного белья, я направилась в кухню.

Дети вместе с Перпетуей Арнольдовной успели достать оба торта, заварить чай и сейчас расставляли на столе столовые приборы.

— А вот и подарок, — оповестила я и потрясла в воздухе коробкой с игрой.

Тимка и Юлька, побросав ложки и вилки, подбежали ко мне и радостно завизжали.

— Класс!

— Я в такую играл с Петькой. Восторг!

Я довольно улыбнулась. В кои-то веки умудрилась им угодить.

— Может, хоть чай сначала попьем? — предложила, увидев, что они принялись распаковывать игру прямо на полу кухни.

Дети переглянулись и сказали:

— Ладно.

— Ты заслужила.

Я звонко рассмеялась. Да уж, заслужила в собственном доме полакомиться тортом с чаем. Такое только Юлька могла выдать.

Мы расселись за столом, и девочка задумчиво спросила:

— А какой торт резать будем?

— Оба, — уверенно ответила Перпетуя Арнольдовна и подмигнула мне.

— Как-то мне не очень хочется есть гранату, — недовольно скривилась Юлька.

— Ешь, какой нравится, — пожала я плечами.

— А я попробую тот, что мамуля купила. Не зря же она его выбирала, — осчастливил меня Тимофей.

Чаепитие прошло весело. На удивление торт, который приобрела я, оказался в разы вкуснее того, что купила Перпетуя Арнольдовна. Несмотря на то, что заказывала она его у домашнего кондитера, вкус изделия сильно подкачал из-за лимонной прослойки, которая не понравилась ни мне, ни Юльке с Тимкой. Они с радостью полностью умяли мою гранату и больше не заикнулись о странном дизайне. Дети рассказали, как прошел их первый учебный день. Вспомнили и о представлении, которое устроила Перпетуя Арнольдовна. После чего Тимка посмотрел на меня умоляющим взглядом:

— Мамочка, а ты поиграешь с нами в монополию?

И как отказать этим глазкам? К тому же последнее время я провожу с сыном меньше времени, чем Перпетуя Арнольдовна. Пришлось мысленно смириться с тем, что работать придется ночью.

— Конечно, — нежно улыбнулась сыну.

В монополию мы играли до девяти вечера. Игра затянула всех. Перпетуя Арнольдовна с Юлькой пытались мухлевать, а мы с Тимкой громко возмущались. После чего все смеялись до колик и спать расходились с крайним сожалением.

Уложив детей в кровати, я достала планшет и принялась за работу. Закончила, когда часы показывали четыре утра, будильник должен прозвенеть в шесть. Не удивительно, что встала я с опухшими глазами и помятым лицом. Почему в фильмах героини просыпаются со свежим лицом и лучащимся от счастья взглядом? Детей в школу проводила Перпетуя Арнольдовна, а я поспешила на работу.

Начальство сегодня было не в духе, цепляясь то к одному, то к другому сотруднику. Я сжалась в кресле в надежде, что меня пронесет, и невольно вернулась мыслями к ситуации с Максом и Ваней.

Перед сном у меня промелькнула дикая мысль, но не успела ее как следует обдумать, провалившись в объятия Морфея. Я подумала о том, что легче всего узнать, что собой представляет Виктор Петрович Никулин, можно, если бы увидела его в работе. Вот только под каким предлогом заявиться к нему на СТО? Машины у меня нет. Правда, они есть у Макса и Ксюты, но проблема в том, что если я сяду за руль, то доеду максимум до первого столба. И далеко не факт, что потом смогу вообще с кем-нибудь встретиться.

Из мыслей меня вырвал голос начальника:

— Представляете, как это поднимет наш уровень?

— О чем речь? — поинтересовалась я у сидящей рядом коллеги.

— Журнал «ПереВвод» хочет написать о нашей фирме статью, вот Анатолий Васильевич и ликует, — прошептала в ответ Оля.

— Журналисты хотят с нами пообщаться?

— Не со всеми. Анатолий Васильевич выберет двоих им на растерзание и, естественно, сам будет присутствовать на интервью, — пояснила коллега.

«А ведь это неплохая мысль, — ликовала я. — Интервью для журнала — вот что мне нужно, чтобы лично побеседовать с Никулиным. Осталось только найти телефонный номер СТО в справочнике и договориться о встрече». Я легко нашла нужную информацию в интернете и заерзала в ожидании окончания планерки. По истечении времени первая вылетела в коридор и набрала номер станции. После третьего гудка в трубке раздался довольно приятный голос:

— Слушаю.

— Здравствуйте. Журнал «Винтик». Я бы хотела поговорить с Виктором Петровичем Никулиным.

— Добрый день. Слушаю вас.

— Меня зовут Александра, я — журналист, хотела бы взять у вас интервью. Наш журнал весьма престижный, с хорошим тиражом. Это добавило бы популярности вам и материала нам, — залебезила я.

— Заманчивое предложение, — откликнулся Никулин. — К сожалению, в первой половине дня я занят, но мог бы уделить вам время после четырех.

— Прекрасно, — воскликнула я, радуясь, что успею подготовиться к предстоящей встрече. — Где мы можем пообщаться?

— А разве вы не будете делать фотографии СТО? — недоуменно спросил Виктор Петрович.

Я мысленно дала себе по лбу. Конечно, какое интервью без прикрепленного материала.

— Только если вы позволите, — выкрутилась я.

— Тогда лучше приезжайте к пяти. Будем вас ждать.

— До встречи, — попрощалась я и запрыгала от радости.

До пяти еще вагон времени. Я успею съездить домой за фотоаппаратом, который когда-то покупала Ксюша, чтобы всегда была возможность запечатлеть семейные праздники.

Дома, когда я подготовила все необходимое, что может пригодиться для интервью, у меня промелькнула мысль. Вдруг Никулин когда-нибудь видел меня в обществе Макса? Ведь чтобы провернуть все те пакости, что творились на СТО, он должен был знать, когда и как это сделать. Значит, за Ваней и Максом могла вестись слежка. Надо изменить внешность, чтобы Виктор Петрович ничего не заподозрил.

На мое счастье, дома никого не было. Я зашла в спальню Перпетуи Арнольдовны. Разрешение спрашивать не стала, не сомневаясь, что старушка не отказала бы мне в просьбе опять воспользоваться ее париками. А вот отвечать на вопросы, зачем мне чуть ли не каждый день это надо, совершенно не хотелось. Как и в прошлый раз, в комнате царил беспорядок, благо, я знала, где лежит необходимое, и поиски не заняли много времени. Взгляд зацепился за парик из искусственных русых волос и контейнеры с линзами. То, что надо. Чтобы не привлекать внимания, я решила сделать неброский образ.

Спустя час мучений я рассматривала плоды трудов в зеркале. В отражении увидела девушку с бледным лицом, серыми глазами и русыми волосами, стянутыми в мышиный хвостик. Чтобы придать образу тот эффект, которого я хотела добиться, воспользовалась серыми тенями, которые размазала таким образом, чтобы казалось, будто под глазами залегли огромные круги от недосыпа. На лицо нанесла светлый тональный крем, изобразив хроническую болезненность. Брови, ресницы и губы не стала ничем оттенять, придавая лицу еще большую невзрачность. Натянула на себя черные зауженные брюки и серую кофту. Я хотела добиться вида простой, замученной трудом женщины, которая только и делает, что работает сутками напролет. В целом у меня получилось, не хватало одного маленького штриха для усиления эффекта. Я вернулась в комнату Перпетуи Арнольдовны и выудила из шкафа очки с широкими простыми стеклами. Зачем они понадобились старушке, остается только гадать, а вот мне пришлись в самый раз.

Главной целью было добиться того, чтобы Никулин не смог меня узнать в естественном виде, и, судя по отражению в зеркале, мои труды не прошли даром. Преисполненная гордостью, я решительно отправилась на встречу.

Прибыв в Москву, добралась на автобусе до окраины города и поймала попутку в сторону деревни Барбатухи.

На входе дежурил охранник. Окинув меня цепким взглядом, он поинтересовался:

— За машиной?

— И вам хорошего дня, — фыркнула я. — Нет, у меня назначена встреча с Виктором Петровичем.

— А-а-а, — лениво протянул страж, — новая поломойка?

— Чего? — округлила я глаза от неожиданности.

— Ну, это, того, — помахал он руками. — На работу пришли устраиваться? — сформулировал он с трудом мысль.

Неужели я настолько перестаралась, что похожа на уборщицу вместо замученной работой журналистки? Я уже было хотела поставить наглого охранника на место и, гордо вскинув голову, сказать, что он совершенно не разбирается в людях, как мне пришла в голову замечательная идея. Это ведь то, что нужно! Ведь уборщицы знают все о том, что происходит внутри организации. Это те люди, внимание на которых практически не обращают. Начальство слепо полагает, что обслуживающий персонал идет в придачу к швабре, и, не стесняясь, продолжает обсуждать при нем свои вопросы. Это ведь замечательная возможность для меня узнать, что за человек Никулин. А вот куда пропала журналистка, пусть сам гадает.

— Женщина, — потряс меня за плечо охранник, вырывая из собственных мыслей, — так вы на собеседование?

— Да, — ответила я с излишним энтузиазмом.

Мужчина странно на меня покосился и сказал:

— Проходите тогда. Спросите у ребят, как пройти в кабинет к начальству.

Я не заставила себя уговаривать и шустро проскочила внутрь. Интересно, а зачем вообще этот фейсконтроль? У Макса на станции никогда не было человека, который бы допрашивал посетителей, с какой целью они явились. Может, Виктор Петрович чего-то опасается? Странно все это.

Я шла по помещению и рассматривала его: небольшая СТО с одним цехом. Ничего особенного. Пожалуй, у Макса и Вани размах больше будет. У них, в отличие от Никулина, три цеха и оборудования в разы больше.

— Извините, — окликнула я молодого парня, который катил колесо. — Как пройти в кабинет Виктора Петровича?

— Идите прямо, попадете в коридор, свернете направо и до упора, — ответил он, не отрываясь от работы.

Я последовала инструкции и вскоре остановилась у дверей кабинета, на которой висела табличка: начальник станции технического обслуживания Никулин Виктор Петрович. Коротко постучала и услышала в ответ:

— Входите.

— Здравствуйте, — робко заглянула я внутрь, решив прикинуться скромницей. — Я на собеседование.

— Присаживайтесь, — кивнул мужчина лет сорока с небольшой залысиной в области лба.

«Обычный мужчина, — сделала я пометку. — Вот только взгляд пронзительный, словно сканирует».

— Как вас зовут? — поинтересовался он.

Не знаю, что мной руководило в тот момент, но я почему-то соврала:

— Лена. Елена Николаевна Ершова.

— Виктор Петрович Никулин, — в свою очередь представился мужчина.

— Очень приятно, — скромно потупила я взгляд.

— Опыт работы есть? — продолжил Никулин допрос.

— Дак всю жизнь, считайте, полы мою. Образование не получила. У мамки и папки семеро детей было, а я старшая. Все детство помогала по хозяйству и с младшими. Школу с трудом окончила и сразу пошла работать, — горько вздохнула я, придумывая на ходу легенду.

— Понятно, — крякнул он. — Небось, полы мыли в магазинах?

Я коротко кивнула, соглашаясь с ним.

— На станции работать тяжелее, — предупредил Никулин. — Здесь все время проливается масло, краска, топливо. Справитесь?

— Я буду очень стараться, — заверила я его.

Мужчина вздохнул.

— Вы пока единственная, кто пришел, — признался он. — Работы много, зарплата выше, чем в магазине, но не фантастическая.

— Меня все устраивает, — поспешно сказала я.

— Давайте вы сейчас осмотритесь. Оцените весь фронт работы, и если вас действительно все устроит, то с завтрашнего дня можете приступать. График два через два. Но сильно не обольщайтесь. Первый месяц — испытательный, — предупредил Виктор Петрович.

Я согласно закивала. Если через месяц я ничего не выясню, то и делать мне здесь нечего. К тому же у меня есть основная работа. Я мысленно прикинула график: ближайшие понедельник и пятница у меня выходные, значит, с моей работой проблем не возникнет, а дальше посмотрим.

— Хорошо, — слегка улыбнулась я.

— Пошлите познакомлю вас со сменщицей. Она вас и введет в курс дела, — предложил Никулин, поднимаясь с кресла.

Мы прошли по коридору и остановились возле небольшого помещения, откуда нестерпимо воняло химией.

— Катька, — заглянул внутрь Виктор Петрович, — я тебе сменщицу привел.

— Наконец-то, — вышла к нам женщина внушительных габаритов и окинула меня взглядом с ног до головы. — Какая-то ты хиленькая.

Я чуть воздухом не поперхнулась. Ничего не имею против людей с лишним весом.

Это исключительно их выбор или сложившиеся обстоятельства, но и я не тяну на тощую кильку. Являюсь обладательницей стандартного сорок четвертого размера и никогда не считала себя излишне толстой или худой. А вот как с такой тяжелой работой справляется женщина с лишним весом, это еще вопрос. Я вздохнула и смело ответила:

— Не волнуйтесь, не подведу, — и повернулась к Никулину: — Мне очень нужна эта работа.

— Все в ваших руках, — пожал он плечами. — Екатерина, покажи Елене, что к чему.

После этих слов он развернулся и удалился в сторону своего кабинета.

— Значит, ты Ленка? — прищурилась моя потенциальная сменщица.

— Угу, — угрюмо буркнула я.

— Тогда запоминай, — важно начала она, — здесь хранится все, что может потребоваться для уборки. На этом стеллаже стоят все моющие средства, начиная от обычного мыла, заканчивая высокоэффективными химическими средствами. С ними будь осторожна, легко можешь получить химический ожог. Вот в этом ящике есть перчатки, меняй хоть каждые пять минут. Виктор Петрович на них не скупится и приобретает по первому же требованию. Если что-то заканчивается, сразу составляй список, чтобы он успел вовремя приобрести. Поехали дальше: здесь хранятся швабры, ведра, веники, — подошла Катя к широкому шкафу. — Обязательно в конце смены приводи все в первозданный вид. Я не хочу начинать рабочий день с того, чтобы метаться по помещениям в поисках злополучной тряпки. Понятно?

— Более чем, — кивнула я, запоминая месторасположение необходимого инвентаря.

Катя задумчиво окинула взглядом помещение, припоминая, что еще нужно рассказать, и уткнулась взглядом в диван.

— Лежать можно только во время обеда, — она понизила голос и метнула взгляд в сторону двери, — или когда начальство уходит домой.

— Начальство — это Виктор Петрович? — на всякий случай уточнила я.

— Да, — кивнула она. — Есть еще его заместитель, Колька, но он нормальный мужик, да и работает наравне со всеми. Начальством считается, когда Виктор Петрович отсутствует, а его кто-нибудь спрашивает.

Вот и первый подозреваемый. Наверняка неизвестный пока мне Николай радеет за благополучие СТО и, возможно, мог согласиться насолить конкурентам. Пожалуй, стоит к нему присмотреться в первую очередь, невзирая на хорошее о нем мнение Екатерины.

— Колька здесь с основания трудится. Они с Виктором Петровичем давно знакомы, — продолжала добавлять аргументов моему предположению Катя.

— Он сегодня работает? — ненавязчиво спросила я.

— Да, — кивнула женщина.

— Покажешь? — доброжелательно улыбнулась я и, подмигнув, добавила: — Начальство нужно знать в лицо.

— Какое Колька начальство? — фыркнула она. — Обычный работящий мужик.

— Это хорошо, — кивнула я. — Пойдем?

— Пошли. Покажу тебе тут все и познакомлю с ребятами, — воодушевилась сменщица.

— А много здесь работников? — невзначай спросила я.

— Виктор Петрович, я, ты, два охранника, по одному в смену. Они, как и мы, работают два через два, — принялась делиться информацией Катя. — Четыре мастера, у них плавающий график, но сегодня все здесь.

— Не густо, — заметила я.

— Достаточно. Они справляются. Если бы было больше работы, то Никулин взял бы еще сотрудников, — пожала плечами потенциальная сменщица.

Мы вышли из коридора в цех, и Катя тут же радостно крикнула во всю мощь легких:

— Коля, Рома, Глеб, Леша, знакомьтесь: это Ленка, мне Виктор Петрович наконец нашел сменщицу.

Ребята оторвались отдел и уставились на меня.

— Добро пожаловать в наш дурдом, — заржал один из них и крутанул в руках гаечный ключ.

— Это Лешка, — шепнула Катя, — не обращай на него внимания. Шутит днями напролет и не всегда эти шутки уместны. Иногда такое выдает, что уши в трубочку сворачиваются.

— Я запомню, — шепнула ей в ответ, думая о своем.

«Вряд ли бы Никулин обратился к нему. Болтливый человек болтлив во всем».

— Тот, что в синем комбинезоне, и есть Коля. Если Виктора Петровича нет на месте, можешь смело к нему обращаться, — продолжила вещать моя сменщица.

Я присмотрелась к мужчине лет сорока: среднего телосложения и роста, темные волосы, уставший, замученный взгляд. Ничего такого, что могло бы привлечь внимание и уличить его в подлых, а тем более криминальных поступках. Хотя где сказано, что преступник должен выглядеть как преступник. Большинство маньяков вполне себе милые и добрые на лицо, а вот в душе не осталось ничего человеческого.

— Мужчина в синих трениках — Глеб. Представляешь, у него шестеро детей, — сделала большие глаза Катя. — Вот скажи, куда столько рожать? Не знаешь, как одного обеспечить, а тут целых шесть.

Я неопределенно пожала плечами. Екатерина права: шестерых детей сложно обеспечить всем необходимым. Вдруг Никулин предложил именно Глебу за дополнительную плату устроить бардак на станции конкурентов? Пожалуй, не стоит сбрасывать его со счетов.

— А это Рома? — кивнула я в сторону совсем молодого парнишки.

— Да, работает месяца два. Как исполнилось восемнадцать, так и пришел сюда прямо в день своего рождения. Виктор Петрович сразу не хотел его брать, но Рома настоял, чтобы тот посмотрел его в работе. Никулин усмехнулся и дал ему полуживой жигуленок, который никто не хотел ремонтировать, потому что это бесполезно. А парнишка оказался не промах, через час предоставил Виктору Петровичу работающий автомобиль и по полочкам разложил, где и чего было не так. Вот так, — усмехнулась Катя.

Я посмотрела на парнишку. Он самозабвенно копался в моторе и не обращал ни на кого внимания. Пожалуй, он единственный, кого можно смело вычеркнуть из списка подозреваемых. Никулин производит впечатление умного человека. Не стал бы он доверять такое ответственное дело вчерашнему школьнику. Тем более Роман только пришел на работу. Просить его о подобной услуге слишком рискованно. Хотя, где гарантии, что это вообще человек со станции? С такой же вероятностью Виктор Петрович мог найти человека со стороны и поручить ему столь грязное дело. Но все-таки в чем-то я согласна с Ваней. Для этого нужны либо большие деньги, либо заинтересованность. У работников Никулина она есть. Ведь их зарплата напрямую зависит от успешной работы на СТО. Не будет работы, не будет и за что платить им. Поэтому я вцепилась в эту версию. Сначала отработаю ее, попутно наблюдая за теми, кто приходит к Виктору Петровичу, а дальше будет видно. Но я во что бы то ни стало найду того, кто так поступил с Максом. Он не раз выручал меня из беды, теперь моя очередь.

Честно говоря, у меня была шальная мысль, что могу здесь найти человека, которого Петр Михайлович видел в ресторане, но никого с пышной рыжей шевелюрой не было. Я лишний раз убедилась, что это был грим.

Екатерина рассказала мне обо всех нюансах, с которыми я могу столкнуться во время работы. Показала, чем и как оттирать ту или иную грязь. На деле все оказалось не так уж и сложно. Единственное, я не привыкла часами что-то драить, да еще и в таком объеме. Через пару часов почувствовала, как предательски задрожали ноги от усталости и начало ломить спину. Пожалуй, стоит как можно быстрее разобраться во всем. Боюсь, что такой нагрузки мое тело просто не выдержит с непривычки.

— Как дела? — раздалось со спины.

Я обернулась и увидела, что к нам подошел Никулин. Надо же, даже не услышала его шагов в общем шуме.

— Справляется, — довольно заявила Екатерина.

— Берем? — усмехнувшись, спросил Виктор Петрович у нее.

— Естественно, — возмутилась моя сменщица. — Я уже устала вкалывать одна. Вы будто не знаете, какой тут объем работы.

— Знаю, — поспешно ответил Никулин и замахал руками.

— Тогда чего спрашиваете? — буркнула Катя.

Виктор Петрович довольно хлопнул в ладоши и повернулся ко мне.

— Тогда будем считать, что с завтрашнего дня, Елена, начинается ваш испытательный срок. Жду вас к восьми утра, не забудьте взять с собой паспорт.

На этой фразе я и застыла. И как мне теперь быть? Настоящий паспорт я не принесу. Там совершенно другое имя и лицо, к тому же не собираюсь раскрывать свои настоящие данные. Что делать?

— На сегодня вы можете быть свободны, — сказал тем временем Виктор Петрович и, развернувшись, ушел.

— Поздравляю, коллега, — протянула мне руку Катя.

— Спасибо, — машинально пожала я ее ладошку, пребывая в глубокой задумчивости.

Не выходя из этого состояния, я попрощалась с ребятами и выскочила на улицу. Кивнув на прощание охраннику, принялась ловить попутку до Москвы.

В переходе метро мой взгляд упал на столики с разноцветными обложками книг, и в ту же секунду мне пришла просто замечательная мысль: «Я ведь могу купить ненастоящий паспорт, точно так же как купила удостоверения полицейского и сотрудника Роспотребнадзора». Я судорожно принялась соображать, на какой станции приобрела поддельные документы, и бросилась на платформу.

Продавец фальшивок оказался на месте. Я смело устремилась к нему и заявила:

— Мне нужен паспорт.

— Боюсь, вы обратились не по адресу, — хмыкнул он.

«Блин, я же в гриме. Наверняка он меня не узнал», — я достала из сумочки липовые удостоверения и подошла ближе.

— Помнишь? — раскрыла одно из них.

— Это вы? — удивленно поползли вверх брови у парнишки.

— Я, — усмехнулась в ответ.

— Кажется, в прошлый раз вы были рыжая, — фыркнул он.

— Перекрасилась, — огрызнулась я. — Это как-то относится к делу?

— Да хоть фиолетовой приходите, только орать на всю подземку не надо, — не остался он в долгу.

— Прости, — смутилась я, нервно озираясь по сторонам.

Парень обреченно вздохнул и спросил:

— Что в этот раз хотите? Удостоверение космонавта?

— Сказала ведь, паспорт, — возмутилась я.

— С паспортом сложнее обстоит дело, — покачал он головой.

— Почему? — нахмурила я брови.

— Потому что его будут рассматривать. А это значит, что документ должен быть настоящий, — пояснил парнишка. — Или как минимум выглядеть как настоящий.

— И в чем проблема? — не могла я уловить суть.

— Другая работа — другие деньги, — наконец озвучил он.

— Я заплачу, — заявила уверенно.

Парень достал телефон и вбил в калькуляторе необходимую сумму. Я, раскрыв рот, уставилась на цифры. Сумма, которую должна отсчитать за нужный документ, была практически ровна мой ежемесячной зарплате переводчика.

— Передумали? — язвительно уточнил продавец.

Я вздохнула, вспоминая, сколько денег лежит у нас с Ксюшей в заначке. Ежемесячно мы стараемся хоть немного откладывать на черный день. И, кажется, он для меня настал. Вот только как я объясню сестре, куда потратила такую сумму?

— Не передумала, — обреченно вздохнула я.

Без этого документа не смогу работать на станции, а это единственный путь к правде. Я должна любой ценой найти преступника, который чуть не отправил на тот свет дорогого мне человека.

— Тогда вы знаете, куда идти, — кивнул парень в сторону кабинки фотографа.

У Арама в помещении ничего не поменялось. Мы быстро справились с поставленной задачей, и вскоре я вернулась к продавцу.

— Какие данные указать в паспорте? — деловито спросил он, доставая блокнот.

— Елена Николаевна Ершова, — бодро отрапортовала я.

— Дальше, — потребовал парнишка.

— Не знаю, — растерялась я.

— Какой возраст? Адрес прописки? — подсказал он.

— Не знаю, — еще больше растерялась я.

— Мне так и написать? — съязвил парень.

— Может, ты сам придумаешь? — спросила я с надеждой.

— Ладно уж, идите. Заберете документ завтра вечером. Я здесь до десяти буду.

— Как вечером? — испугалась я. — Мне он утром нужен.

— Невозможно, — отрезал парень, разводя руками.

— Ладно, — смирилась я.

Домой заявилась, не чувствуя ног от усталости, и сразу же нарвалась на Юльку. Она заголосила во всю мощь:

— Что вы тут делаете?

На ее крик прибежали Тимофей и Перпетуя Арнольдовна и уставились на меня во все глаза. Я только сейчас сообразила, что явилась домой не в своем естественном обличье. Надо же было так опростоволоситься!

— Как вы вошли в чужой дом? — заорала Юлька.

— Это я, — поспешно сказала я, пока они не успели ничего предпринять.

Несмотря на сложившуюся ситуацию, я была довольна, что меня не признали домочадцы. А раз они не узнали, то и Никулин не догадается.

— Саша? — недоверчиво спросила Юля.

— Я это, — устало кивнула ей.

— Мама, почему ты в таком виде? — строго спросил меня Тимофей.

Я судорожно принялась соображать, как выкрутиться из ситуации.

— Понимаете…

— И мне бы хотелось знать, с какой целью используются мои парики. Это ведь не первый раз, — задумчиво сказала Перпетуя Арнольдовна. — Саша, ты решила бросить Максима? Мой внук этого не переживет.

— Вы встречаетесь? — уставилась на меня во все глаза Юлька.

— Мама, я чего-то не знаю? — обеспокоенно спросил Тимка.

— Это не то, что вы думаете, — возмутилась я, придумав отмазку. — Понимаете, мой начальник решил узнать, как обстоят дела у наших конкурентов. И дал мне задание устроиться к ним на работу, чтобы все выведать.

— По-моему, это подло, — фыркнула Юлька.

— Я ведь не собираюсь им вредить, — возмутилась я.

— Точно? — был солидарен с Юлей Тимофей.

— Честно, — кивнула я.

— А я-то думала, что ты на свиданку бегала, — разочарованно скривилась Перпетуя Арнольдовна.

— Этого мне еще не хватало, — устало возразила я.

— Почему нет? — искренне удивилась старушка.

Только что она была недовольна, что я якобы изменяю ее внуку, а теперь сожалеет о том, что я не была на свидании.

— Пойду смою все это, — ушла я от ответа и постаралась как можно быстрее ретироваться с места событий.

Кажется, буря миновала. Я пошла в ванную комнату и с облегчением сняла с себя парик и линзы, от которых ужасно болели глаза. А ведь мне в них предстоит завтра целый день провести. Приведя себя в порядок, я спустилась на первый этаж и застала детей на кухне.

— Чем будем ужинать? — пристально посмотрела на меня Юлька.

— А разве Перпетуя Арнольдовна ничего не приготовила? — удивленно спросила я, зная, что она планировала этим заняться.

— Мы уже все съели, — возмутилась девочка. — Вообще-то, у нас растущие организмы и они требуют постоянной подкормки.

Я фыркнула. Знаю я их растущие организмы. Это буду, это не буду. Это хочу, это не хочу. Но у меня есть проверенный рецепт, который дети едят с превеликим удовольствием. А самое главное, что весь процесс займет от силы полчаса.

Отправив Тимку с Юлькой в комнату, я принялась за дело. Достала из холодильника куриное филе, нарезала его кубиком и забросила в сковороду. Туда же отправился пакет с замороженными овощами, который ждал своего часа в недрах морозильной камеры. Высыпала в сковороду стакан риса. Добавила немного соли, специй и залила все тремя стаканами воды. Дождалась, когда все закипит, и уменьшила огонь. Буквально через двадцать минут можно будет звать всех к столу. Преисполненная энтузиазмом, в ожидании готового блюда, я шустро нарезала овощи на салат и заправила их сметаной.

— Ужин готов, — крикнула я, зовя всех к столу.

— Уже? — с подозрением спросила вошедшая на кухню Юлька. — Ты решила отмазаться бутербродами?

— Как видишь, нет, — фыркнула я, кивая в сторону стола.

— Ты сама это приготовила? — сощурилась девочка.

— К соседке сгоняла и ограбила, — обозлилась я.

— Чего ругаемся? — весело спросила Перпетуя Арнольдовна, заходя вместе с Тимкой на кухню.

— Кто-то не верит в мои кулинарные способности, — ворчливо пожаловалась я, косясь на племяшку.

— А что сразу я? — стушевалась она под моим взглядом.

— Садитесь уже, — вздохнула я. — Мне завтра на работу, поэтому не мешало бы как следует отдохнуть.