В больнице сразу же направилась в кабинет заведующего отделением.

— Борис Федорович, можно?

— Конечно, — с улыбкой кивнул он.

— Как Ваня? — спросила я о самом важном.

— Не волнуйтесь, его жизни ничего не угрожает. Идет на поправку семимильными шагами и яро требует, чтобы я его выписал, — хохотнул мужчина.

— Это прекрасно. А Макс? С ним все будет хорошо? — спросила с тревогой.

— Максим Витальевич стабилен, — кивнул заведующий. — Его жизни ничего не угрожает. Не успею и глазом моргнуть, как они оба начнут требовать выписки.

— Это точно, — довольно хмыкнула я. — Макс всем тут жизни даст, лишь бы не валяться без дела на больничной койке. Я могу увидеть Ваню?

— Конечно, — кивнул Борис Федорович. — У него только что была жена. Уехала минут двадцать назад.

— В какой он палате?

— В триста пятьдесят первой. Как вы и просили, одноместная, — недовольно поморщился мужчина.

— Спасибо, — поблагодарила я и бросилась искать нужное помещение.

В коридорах никого не было, поэтому поиски заняли чуть больше времени, чем я думала. Проплутав минут десять по необъятным коридорам, я наконец нашла нужную палату. Тихонько постучала и, заглянув, спросила:

— Можно?

— Сашка, — обрадовался Ваня. — Как там Макс? Есть изменения?

— Все будет хорошо, — заверила я его, выставляя на тумбочку батарею соков.

— Куда столько? — возмутился он. — Мне Машка уже принесла все, что врач разрешил.

— Лишним не будет, — отмахнулась я, запихивая пустой пакет в сумочку.

Я присела на край кровати и осведомилась:

— Как ты себя чувствуешь?

— Честно? — скривился мужчина. — Паршиво.

— Где болит? Позвать доктора? — испуганно подскочила я.

— Ничего не болит. Домой хочу, на работу хочу, — пожаловался Ваня.

— Тьфу на тебя, — разозлилась я. — Зачем так пугать?

— Сашка, — схватил он меня за руку, — поговори с врачом. Пусть отпустит домой. Я обещаю, что буду лежать на кровати и ничего не делать.

— Ага, конечно, — фыркнула я. — А то я вас с Максом не знаю. Таких трудоголиков еще поискать. И то сомневаюсь, что мои поиски увенчаются успехом.

— Вы что, все сговорились? — хлопнул Иван по матрасу.

Я пожала плечами.

— Да как ты не понимаешь, — в сердцах воскликнул он, — на станции неизвестно что происходит!

— А говоришь, что дома будешь лежать, — фыркнула я. — Никто вас отсюда не выпустит раньше времени. Так что расслабься и отдыхай. За СТО Владик присматривает.

— Не хватало, чтобы еще с ним что-то случилось, — нервно дернулся Ваня.

— Что ты имеешь в виду? — осторожно уточнила я.

— А ты считаешь, что я тут по собственной инициативе валяюсь? — зло выплюнул он.

— Нет, но врачи…

— Да-да, — перебил меня Ваня, — врачи считают, что я не рассчитал дозу какого-то там лекарства и не хочу в этом сознаваться. Только не принимаю я ничего. Здоров как бык, — взревел мужчина.

— Ваня, — я успокаивающе схватила его за руку, но он выдернул конечность из моего захвата.

— Или ты думаешь, Макс употреблял эту гадость и по доброте душевной меня решил угостить? — еще больше завелся мужчина.

— Я так не считаю, — поспешно ответила я.

— А вот Борис Федорович думает иначе. Он открытым текстом заявил, что я сам виноват в том, что попал на эту койку. Еще и издевался. Мол, нужно было побольше выпить, чтобы наверняка оказаться в морге. Нет, ну ты представляешь? — уже орал Ваня.

— Я уверена, что ты и Макс не принимали этот препарат, — тихо сказала я.

— Я даже названия такого не знаю. Как его там, катар…

— Керматизим, — подсказала я.

— Во-во, — кивнул Ваня. — И как я мог его выпить, если в глаза никогда не видел? А этот индюк напыщенный, Борис Федорович, даже слушать не хочет. Я ему говорю, что нас отравили, а он лишь отмахивается.

— Если вы не пили керматизим, то как могли отравиться? — осторожно спросила я.

— Есть у меня предположение, — устало вздохнул мужчина, — но я не понимаю, как это все провернули.

— Какое предположение? — заискивающе спросила я, наливая приятелю сок.

— Кто-то подлил нам эту гадость, — уверенно заявил Ваня.

— Вы были в ресторане в этот момент, — напомнила я.

Мне хотелось услышать, что по поводу всего этого думает приятель. Возможно, я чего-то не знаю или мои выводы не верны.

— И что? Это мог сделать кто угодно: официанты, повара, даже посетители. А теперь мы с Максом здесь, а на СТО остался Владик. Саша, пойми, он в опасности. Я не могу лежать здесь и подставлять его. Это наши с Максимом проблемы. Помоги мне отсюда выбраться, — вновь завел он свою песню.

— Почему ты считаешь, что Влад в опасности? Ты знаешь, кто отравил тебя и Макса? — не обращая внимания на его мольбу, спросила я.

— Есть предположение, но доказательств нет, — зло выплюнул мужчина.

— Какое предположение? — потребовала я его к ответу.

— Появился один фрукт, возомнивший, что может перетянуть наших клиентов к себе на станцию, — поиграл желваками Ваня.

— Ты про ту СТО, которая открылась неподалеку от вас? — уточнила я у него.

— Да, — кивнул он. — Этот Никулин решил, что наши постоянные клиенты вдруг переметнутся к нему. Ага, пусть ждет. Авось к пенсии дождется. Мы свое имя уже заработали. А он без году неделя в этом бизнесе и строит из себя не пойми кого. Явился к нам на станцию, пыхтел что-то, сначала предлагал какую-то чушь, потом угрожать начал.

— Угрожать? — ахнула я.

— Да, — взвыл приятель. — Рассказать?

Я осторожно кивнула, чтобы не показать свое чрезмерное любопытство.

Макс с Ваней сидели в кабинете и решали, стоит ли продолжать сотрудничество с поставщиком, который полноценно не выполнил поставку. Они не могли так рисковать. Отсутствие необходимых материалов в нужном количестве для ремонта транспорта могло сказаться на их репутации, которую они зарабатывали годами. Особенно сейчас, когда буквально месяц назад недалеко от них открылась еще одна станция. Познакомиться с владельцем СТО они еще не успели. Но и дарить ему своих клиентов не собиралась. Поэтому вопрос с поставщиком был первостепенным. Ваня настаивал на том, чтобы отказаться от его услуг. Максим предлагал дать ему еще один шанс, ведь за годы работы это первый раз, когда он не выполнил заявку. В самый разгар напряженного спора в дверь постучали, и в кабинет вошел Влад. Мужчина работал у них с открытия и был кем-то вроде заместителя на случай отсутствия владельцев. Однако всегда соблюдал субординацию и никогда не вмешивался в рабочие вопросы.

— Иван Георгиевич, Максим Витальевич, вас там спрашивают, — махнул рукой Влад в сторону бокса.

— Кто?

— Мужчина. Он не представился. Сразу потребовал вас, — отрапортовал он.

— Сейчас подойдем, — кивнул Макс.

Влад скрылся за дверью, а Ваня взглянул на Максима.

— Кого там принесло? Вроде встреч на сегодня не запланировано.

— Наверняка какой-нибудь клиент, — отмахнулся Макс.

— Не похоже, — покачал головой Ваня. — Влад знает постоянных клиентов в лицо.

— У Владика тоже есть выходные, он не может знать всех, — улыбнулся Максим.

— Наша дискуссия не окончена, — напомнил Ваня.

— Ладно, — размял шею Макс. — Давай вернемся к этому вопросу позже. Нам обоим нужно остыть и все взвесить.

— Согласен. Пошли посмотрим, кого там занесло, — встал из-за стола Иван.

По боксу сновал незнакомый мужчина лет сорока, невысокого роста, с небольшой залысиной в области лба и пивным животом.

— Ты его знаешь? — украдкой спросил Макс.

— Первый раз вижу, — хмыкнул Ваня, с интересом рассматривая посетителя.

— Добрый день, — вежливо поздоровался Максим, протягивая руку мужчине. — Вы хотели нас видеть?

— Виктор Петрович Никулин, — представился он, окидывая мужчин нехорошим ястребиным взглядом.

Макс нахмурился.

— Конкуренты пожаловали, — протянул Иван.

— Какой же я вам конкурент? — с завистью ответил Никулин, обводя рукой помещение бокса.

— Всему свое время, — доброжелательно улыбнулся Максим.

— Вы хотели на нас посмотреть? — хмыкнул Ваня.

— У меня к вам предложение, — неожиданно заявил Виктор Петрович.

Друзья многозначительно переглянулись, и Макс сказал:

— Предлагаю все обсудить у меня в кабинете.

И у Ивана, и у Макса были отдельные кабинеты, но все разговоры они предпочитали проводить на территории Максима.

— Чай, кофе? — по-хозяйски предложил Ваня.

— От кофе не откажусь, — кивнул Никулин, устраиваясь на стуле.

Ваня включил кофейную машину, и вскоре по кабинету поплыл приятный аромат. Он поставил перед гостем кружку с кофе, после этого налил себе и Максу.

— О чем вы хотели поговорить? — деловито поинтересовался Макс, делая небольшой глоток.

— Не буду ходить вокруг да около и сразу перейду к делу. Я хочу, чтобы фермерская техника из Барбатух обслуживалась на моей станции, — борзо заявил Никулин.

Максим застыл с зависшей в воздухе кружкой от такой наглости. Зато Иван не растерялся. Громко расхохотавшись, он спросил:

— А больше вы ничего не хотите? Может, многоуважаемый Виктор Петрович, и нашу СТО к рукам желаете прибрать? Доверенность вам не выписать?

— Нет, мне и своей достаточно, — вальяжно закинул он ногу на ногу.

— Тогда с какой стати мы должны в ущерб себе отказываться от работы с фермерами? — разозлился Макс.

— У вас и помимо их спецтехники хватает клиентов, — пожал плечами Никулин.

— И что? У нас достаточно персонала, чтобы в кратчайшие сроки выполнять работу. Потеря таких крупных клиентов отразится на нашем бизнесе, — возразил Максим.

— А почему мы вообще это обсуждаем? Вы, Виктор Петрович, о чем думали, когда решили озвучить это? — взорвался Ваня.

— Я всего лишь внес конструктивное предложение. Фермерам ближе добираться до моей СТО, и логично, если они станут обслуживаться у меня. У вас довольно много других клиентов, — фыркнул Никулин, делая глоток кофе. — Паршивый напиток, — скривился он.

— Как и ваше предложение, — выплюнул Иван.

— Значит, по-хорошему мы не придем к результату, которого я хочу добиться? — зловеще спросил Виктор Петрович.

— Нет, — рявкнул Ваня. — Почему мы вообще обязаны выслушивать подобные предложения?

— Я только недавно начал вариться в этом бизнесе, мне нужны клиенты, — оскалился Никулин. — Если мы не решим этот вопрос мирно, собственно, для этого я и пришел, тогда будем говорить иначе.

— Как? Перестрелку устроишь? СТО нам подожжешь? Тебя из девяностых разморозили? — уже орал Иван.

— Есть более гуманные методы, — самоуверенно заявил Виктор Петрович.

— Зачем вы вообще сюда явились? Неужели не понимали, что на такое предложение ни один адекватный бизнесмен не согласится, тем более от совершенно постороннего человека? — зло спросил Максим.

— Я хотел как лучше, но вы сами сделали выбор, — не стал отвечать ему Никулин.

Мужчина обвел их презрительным взглядом и нарочито медленно поднялся со стула, давая возможность передумать. Макс и Иван синхронно сложили руки на груди, показывая тем самым, что их решение не изменится. Никулин ядовито ухмыльнулся и вышел из кабинета.

— Хорошо, что дверью не стукнул, а то бы я ему по морде настучал, — со злостью сжал кулаки Ваня. — Нет, ну ты это видел?

— Что это вообще было? — ошарашенно посмотрел Максим на друга.

— Неадекватность в чистом виде. Такого клоуна я еще не встречал. Всякого в жизни хватало, но такая наглость — просто за гранью, — покачал головой Ваня.

— Я понять не могу, как у него ума хватило заявиться к нам с таким предложением, — все еще не мог прийти в себя Макс.

— Идиот, — сделал заключение Иван.

— Идиот или нет, но его угрозы мне не понравились, — вздохнул Максим, допивая холодный кофе. — А если он это серьезно?

— Я тебя умоляю, — заржал Ваня. — На словах я Лев Толстой, а на деле — пень простой.

— Пень, говоришь, — задумчиво покрутил кружку в руках Макс. — Посмотрим.

Ваня посмотрел на меня в упор.

— Теперь понимаешь, что к чему?

— Ты думаешь… — неуверенно начала я.

— Спустя несколько месяцев на СТО начала происходить всякая дичь. Дважды выходили из строя камеры, замыкало электропроводку. Да мы ее только недавно всю поменяли, — взревел Иван. — Я уже молчу про то, что стали исчезать топливо, инструмент, краска и прочая мелочь. Думаешь, полтергейст на станции завелся?

— Что-то не сходится, — покачала я головой.

— Что? — заорал приятель.

— Почему он сразу не начал действовать? Чего ждал? — задала я резонные вопросы.

— Я откуда знаю? Может, продумывал все или искал организатора. Не своими же руками он это проворачивал, — психовал Ваня.

— Но это ведь не законно, — задумчиво нахмурилась я.

— Серьезно? — насмешливо спросил приятель.

— Я имела в виду, что нормальный человек на такое не согласится.

— Скорее всего, это кто-то из его окружения. Тот, кому он доверяет. И, вероятнее всего, этот человек работает у него на СТО, — процедил Иван сквозь зубы.

— Почему? — уточнила я.

— Когда радеешь за одно дело, появляется стимул, — пояснил он.

— Я бы не была так уверена, — не без сомнения ответила я, покачав головой.

— Это объясняет, почему он не сразу начал действовать. Вероятнее всего, присматривался к подчиненным, выбирал того, к кому сможет подкатить с таким предложением. Не удивлюсь, что этот человек у него сейчас работает кем-то вроде заместителя, — чихнул Ваня.

— Правду сказал, — на автомате пробормотала я. — Будь здоров.

— Не помешало бы, — усмехнулся он. — Поэтому я и переживаю, что Влад может пострадать по нашей с Максом вине. Как там вообще дела на станции?

— Все в порядке, — успокоила я его. — Я заезжала к ребятам. Сказала, что вы уехали по рабочим вопросам, и пока что связи с вами нет.

— Спасибо, — изнеможенно откинулся Ваня на подушку.

В дверь коротко постучали, и в палату вошел Борис Федорович.

— Вы еще здесь? — недовольно приподнял он бровь. — Больному нужен отдых, чтобы быстрее восстановить силы.

Я посмотрела на Ивана. Он устало кивнул и прикрыл глаза. Эмоциональный всплеск дал о себе знать. Я подоткнула одеяло под бок и встала, но приятель схватил меня за руку.

— Не говори ничего Машеньке, — шепотом попросил он. — Я сказал ей, что ошибся, перепутал названия и вместо лекарства от головы купил лекарство от сердца.

Так себе отговорка, учитывая, что этим же препаратом угостился и Макс, но спорить с ним не стала.

— Хорошо. Я к тебе еще загляну на днях. Отдыхай, — улыбнулась я Ване и повернулась к Борису Федоровичу: — Когда будут новости о состоянии Максима, позвоните мне, пожалуйста.

— Всенепременно, — важно кивнул он.

— До свидания.

Покинув больницу, я поехала на вокзал. В ожидании электрички до Александровки, купила пирожок с повидлом и кофе. Пристроившись на лавочке в тени деревьев, впилась зубами в горячую выпечку и задумалась. В чем-то Ваня прав. Единственный, у кого действительно есть мотив, — Никулин. Только ему мешала СТО Макса и Вани. Конкуренция подталкивает и не на такое, но неужели он не понимал, что после его угроз он будет первый в списке подозреваемых? Хотя человек, который открытым текстом угрожал, вполне мог так поступить. Но я все равно не понимаю. Никулин чуть не убил Максима и Ивана. Неужели смерть двух людей стоит того? Вот бы лично познакомиться с этим Виктором Петровичем и понять, что он за человек. Только как это сделать, не вызывая подозрения?

На перрон прибыла моя электричка, и я поспешила занять место. Как бы там ни было, оставлю все размышления до завтра. Сейчас я хочу поздравить детей с первым учебным днем и закончить работу, которую предстоит сдать на утренней планерке. Учитывая, какая суматошная выдалась неделя, на работу оставалось не так уж много времени. Поэтому боюсь, что сегодняшний вечер полностью предстоит посвятить переводам.